Часть 2. Я не хочу снова переживать боль.

"Вот мы и дома… Я тут живу," — Лили, сама того не замечая, провела рукой по плечу Маларки. "Тебе, кажется, пора идти," — добавила она, почти ласково, но с тем напряжением, которое выдавало её страх. Обращение на «ты» выдало симпатию, которую она не особенно старалась скрыть, но вместе с тем в её словах чувствовался барьер — словно она отталкивала его, не давая надежде прорасти. Иногда бывает: взгляд, момент, дыхание — и ты понимаешь, что всю жизнь искал этого человека. Так случилось с Лили и Дональдом. Он — солдат, готовый пожертвовать собой ради других. Она — девушка, однажды потерявшая любовь и до боли боявшаяся вновь испытать утрату. Особенно с ним. "Я… не знаю, как сказать… Когда я смотрю на вас, моё сердце будто вырывается из груди," — с непривычной для него серьёзностью Маларки заглянул ей в глаза и осторожно взял за руки. Он боялся, правда. Быть настолько уязвимым рядом с ней было страшно. Но ещё страшнее — не сказать ей этого. "Позволь мне хотя бы издалека видеть тебя. Иногда," — он слабо улыбнулся и провёл взглядом по её фигуре. Лили смутилась, но не подала виду. Осторожно освободилась от его рук. "Простите… Я не могу. Я не хочу снова переживать боль. Вы не поймёте… Это невозможно," — её голос дрогнул, и она быстро скрылась в доме, захлопнув за собой дверь. Девушка опустилась на пол, спиной к стене, зажмурила глаза и заплакала. Губы дрожали, кровь проступила, когда она в отчаянии прикусила их. Воспоминания захлестнули, будто она вновь потеряла любимого, хотя почти не успела его узнать. Маларки остался на крыльце. Несколько минут он стоял неподвижно, глядя на закрытую дверь. Но пора было возвращаться. Уже ночью — снова выезд на передовую. Он знал: может не вернуться. Добравшись до базы, он первым делом сел писать письмо. Весёлый, дерзкий парень, «зажигалка» роты — вдруг стал тихим, ранимым, влюблённым. В голове крутилась только она. Дважды он видел Лили — и дважды влюбился. Я видел её всего дважды. И каждый раз — будто впервые, будто заново влюблялся. С тех пор всё изменилось. Она стала моей целью. Моей надеждой. Моей причиной жить. А теперь... Прошёл год. Мы больше не встречались. Я только вернулся — и узнал, что она больше не живёт там, где мы расстались. Это ударило. Она могла быть где угодно. С кем угодно. А вдруг… она забыла? Я сел на бордюр у её дома и вцепился в голову. "Ты чего тут сидишь? Преследуешь моего соседа Гарри?" — раздался резкий голос. Я поднялся резко, будто током ударило. Передо мной стоял старик с тростью. "Нет, сэр. Ни в коем случае. Я... Я ищу девушку. Лили. Она жила здесь год назад," — я провёл взглядом по окнам и опустил глаза. Старик хмыкнул, тяжело вздохнув. "Знал её. Насколько помню, она сильно болела. Родители продали дом, чтобы оплатить лечение. Уехали, может, в соседний город. Говорят, денег не осталось совсем… Не знаю, жива ли она." Он покосился на меня подозрительно. "А ты ей кто, если не секрет?" "Я её жених. Вернулся с войны," — я выпрямился и посмотрел ему в глаза. "Погоди… Она оставила письмо. Для какого-то Маларки. Ты его знаешь? Или это ты?" Он копался в сумке долго, бормоча себе под нос, и наконец протянул мне лист. Я сжал его в руках и, коротко поблагодарив старика, вернулся на базу. Письмо я открыл только вечером. Его аромат, её почерк… Всё в этом письме сводило меня с ума. Я поднёс конверт к губам… и начал читать: Дорогой Дональд. Я не знаю, дойдёт ли до тебя это письмо. Мы не виделись так долго. Не знаю, встретимся ли ещё… Но я верю. Верю, что ты жив. Что вернёшься. С твоим появлением в моей жизни будто наступила весна. Я снова начала дышать. Мои рисунки оживали — будто ты вдохнул в них душу. Я давно запретила себе любить. Мой прежний возлюбленный погиб на войне. Я боялась пережить это снова. Но ты всё изменил. Я влюбилась. Да, влюбилась. И мне страшно. Я уезжаю. Болезнь прогрессирует. Возможно, там мне смогут помочь. Я не хочу, чтобы ты меня искал. Не хочу причинить тебе боль. Ты и так переживаешь слишком многое. Но знай — я не забуду твою улыбку. Твои глаза. Твои руки. До самого конца. Целую. С любовью, Лили. Этот рисунок — для тебя. На обратной стороне — мой портрет. Я вздохнул, прижал бумагу к груди и закрыл глаза, представляя её поцелуй. Мгновение, которое теперь стало навсегда. Что делать? Остаться с товарищами или искать её? Сражаться на фронте — или за неё? Я уже знал ответ. Я бросил в рюкзак всё необходимое, аккуратно убрал письмо в нагрудный карман и направился к капитану Винтерсу. Я не мог больше ждать. Лили — где бы ты ни была, я иду за тобой.