Глава 36

      Цунаде с улыбкой на лице, постукивая каблуками и придерживая рукой лямку от сумки, чуть не сбила с ног юношу, который терпеливо ждал её у университета. Обняв девушку, Дан уткнулся в макушку, вдыхая привычный запах различных медицинских препаратов. Улыбнувшись и поглаживая её по пояснице, он выставил локоть вперёд и, почувствовав приятную тяжесть, повёл девушку в сторону небольшого уютного ресторанчика.       Они вместе уже целый год. Год, в котором оба были счастливы, планировали свадьбу и хотели завести детей. Глаза молодой Сенджу светились от переполняющего счастья. Смотря на расслабленного юношу, перешивающего ей десерт, по телу растеклось приятное тепло. Эту идиллию нарушило неожиданное SMS-сообщение.       «Пришли ваши анализы, мисс Сенджу. Хочу обсудить их с Вами лично».       Интуиция начала кричать, что что-то пошло не так. Девушка уставилась в экран телефона, перечитывая сообщение несколько раз, и, решив себя не накручивать, приняла решение поехать позже.       Несколько дней назад молодая пара решила пройти обследование и сдать все необходимые анализы, чтобы удостовериться в том, что смогут родить здоровых детей.       Для Дана это было не менее важно. Будущий наследник хорошего состояния его семьи, лидер и любимый сын. Он хотел мальчика. Цунаде полностью поддерживала его и всегда говорила о том, что хочет не одного ребёнка, а большую семью. Родители юноши, будучи влиятельными бизнесменами, одобряли выбор сына, зная, из какой семьи эта девушка. Такое родство было даже на руку: мало кто мог похвастаться родственниками одной из влиятельных семей.       После обеда, нехотя попрощавшись, Цунаде уселась в машину, назвала адрес водителю и уехала от небольшого ресторанчика. Дорога была недолгой, и, прибыв на место, окрылённая, она вбежала в здание частной клиники, всячески игнорируя администратора. Перед ней маячили двери с номерами кабинетов и фамилиями врачей. Она встала у двери с надписью «кабинет акушера-гинеколога» и, постучав, взялась за ручку двери, опуская её. Дверь открылась с тихим скрипом, и, не дожидаясь ответа, она вошла в кабинет. В небольшом помещении за столом, копаясь в куче бумаг, сидел пожилой мужчина, то и дело, поправляя спадающие на нос очки. Он устало поднял глаза, рассматривая вошедшего, нервно сглотнул и жестом указал на стул. Цунаде, закрыв за собой дверь, медленно прошла и села напротив, пытаясь понять настроение доктора. Тот, открыв ящик стола, достал папку, прошелестел страницами, выдохнул через нос, будто собирался объявить неприятные новости. Набравшись смелости и поправив воротник белого халата, доктор тихо произнёс:       — Вы не можете иметь детей, мисс Сенджу.       Сумка упала на пол, нарушая воцарившуюся тишину. Эти слова были для Цунаде как приговор. В голове начали мелькать картинки: вот она в свадебном платье идёт к алтарю, где её ждёт любимый мужчина. Затем, картинка с округлившимся животиком. А следующая - бегающий по детской площадке мальчик со светлыми волосами, он звонко смеётся и что-то активно показывает. Цунаде потрясла головой, пытаясь опровергнуть слова врача и не веря в происходящее. Все её мечты о семье разбились в этом кабинете.       — Мне жаль, — хрипло проговорил врач, протягивая результаты анализов, чтобы девушка сама убедилась в правдивости его слов.       Дрожащей рукой она провела пальцем по тексту, стараясь сохранять остатки самообладания, и взгляд карих глаз упал на строчку диагноз. Бесплодие. Выведено аккуратно, разборчиво, совсем не похоже на медицинский почерк. Цунаде подняла сумку, встала со стула на ватных ногах и поплелась к выходу, сдерживая слёзы.       Покинув клинику и сидя в машине на заднем сиденье, она крутила в руках телефон, думая, как сообщить об этом своему жениху. В голове мысли не складывались в единый текст.       Подъехав к небольшому коттеджу и не торопясь выходить из машины, Цунаде увидела Дана, помогающего своей маме занести коробки в дом. Дрожащими пальцами, набрав короткое SMS, она стала ждать. Вот он ставит коробку и по привычке тянется в задний карман чёрных брюк. Длинными пальцами проводит по экрану и замирает, читая. Поворачивает голову и видит её машину, стоящую у дома. Подходит к воротам медленно, с улыбкой на лице, готовый отпустить очередную шутку.       Дверь открылась, и Цунаде вышла из машины, держась за дверцу. Глаза красные, лицо опухшее, и, видя обеспокоенный взгляд юноши, она уткнулась ему в грудь, обнимая и ища защиты. Дан молча ее обнял, не говоря ни слова. Он привык к перепадам её настроения и, прекрасно зная натуру своей девушки, решил, что ту могло что-то растрогать. Оторвавшись от груди парня, всхлипнув и сжав воротник синей футболки, она посмотрела в его карие глаза. Спокоен, как и всегда.       — Пришли результаты, — она напряглась, собираясь с силами, — я не могу… — всхлипнув, договаривая из последних сил, — иметь детей.       Дан напрягся, поглаживая девушку по спине, стараясь успокоить. Эти слова полоснули его по сердцу, и, ничего не говоря, он усадил Цунаде в машину. Назвав адрес водителю, юноша ответил, что скоро приедет на место и они всё обсудят в более неформальной обстановке.       Блондинка сидела в парке, куда её привёз водитель. Водная гладь была спокойной, и тишину нарушало только кряканье уток. Поджав к себе колени и уткнувшись в них носом, она плакала. Всегда привыкшая быть сильной, стойко встречая проблемы лицом к лицу, она лишь отшучивалась, но сейчас — мир рухнул.       Она услышала звук чего-то падающего на землю и вздрогнула. Оторвав голову от колен, повернулась, и карие глаза увидели парня, севшего рядом с ней.       Чёрные волосы, торчащие в разные стороны. Бледная кожа, точёный аристократичный профиль, пряди волос, небрежно падающие на скулу. Белая рубашка на выпуск, с расстегнутой верхней пуговицей. Он неспешно покопался в рюкзаке, кинутом рядом, выудил оттуда странный пакет, ставя его между ними, и, достав, наконец, пачку сигарет, открыл её. Слегка ударив по дну упаковки, сигарета поддалась вперёд, и парень поднёс пачку к зубам, обхватил фильтр, вытаскивая. Щёлкнув зажигалкой, неспешно поджёг сигарету и выпустил клуб дыма, смотря на водную гладь.       — Уйди, Учиха, — процедила сквозь зубы Цунаде, снова утыкаясь носом в колени. Изуна не шелохнулся. Краем глаза посмотрел на девушку, пошуршал пакетом, пододвигая его ближе, и снова устремил взор на воду.       — Уйди, говорю, — всхлипнула она, не реагируя на звук.       — Я не знаю, что у тебя произошло, — выдыхая сигаретный дым, на выдохе произнёс Учиха, — но в жизни нет нерешаемых проблем. Есть лишь решения, которые нам не нравятся, — он затушил сигарету о землю, оставляя окурок в руке.       Цунаде задрожала, тихо всхлипывая. Она вскинула голову, по щекам текли слезы, падая на голубую футболку. Переведя взгляд на сидящего рядом Учиху, руки непроизвольно сжались в кулаки. Он сидел, расслабленный, закуривая вторую сигарету, и говорил о том, чего не знал, с присущей ему лёгкостью.       У них не было дружеских отношений, просто учились в одном университете, в одной группе. Замкнутый, неразговорчивый и до безумия красивый. Цунаде вспомнила, как он отвечал на лекциях — сухо, чётко и по факту, как и нужно, отвечать врачу. Она отмечала, что Изуна отчасти был беспечен и мог не явиться на пары или вовсе не вести конспект, однако, с присущей ему лёгкостью, всегда давал правильные ответы.       — Какое правильное решение… — Цунаде начала говорить тихо, стараясь унять слезы, — может быть, если женщина не может иметь детей?       Ни одна эмоция на бледном лице юноши не дрогнула, и он лишь выдохнул дым. Чёрные глаза смотрели вперёд, рассматривая воду. Он задумался на мгновенье, кашлянул, запустил руку в волосы, прикрывая глаза.       — Для начала принять этот страшный диагноз. А потом… — приоткрыв один глаз и рассматривая девушку, продолжил, — постараться найти решение. Если не получится, есть детские дома.       — Детские дома… — прошептала Цунаде, снова погружаясь в свои мысли.       Именно сейчас сидящий рядом юноша не так сильно её раздражал, как это было обычно. Он всегда был на шаг впереди, сдавая экзамены на балл лучше, чем она. Сейчас, сидя рядом, Учиха излучал силу, власть и спокойствие, которое ей было так необходимо. Поддавшись импульсу, Цунаде подсела чуть ближе, отодвигая пакет в сторону, и уткнулась носом в сильное мужское плечо. Именно сейчас, пока она ждала Дана, ей нужна была поддержка, пусть и от замкнутого, раздражающего одногруппника.       Изуна непроизвольно напрягся, чувствуя, как намокает ткань рукава. Шумно выдохнул, зажимая сигарету в зубах, стараясь не дымить в сторону девушки, открыл пакет. В нём лежал пластиковый контейнер с чем-то желеобразным внутри. Одной рукой достав содержимое пакета, он зажал его между ног, открывая крышку и, снова порывшись в пакете, выудил небольшую пластиковую ложку, втыкая в десерт, молча протягивая девушке. Любопытство взяло верх, и, оторвавшись от плеча, вытирая рукой слезы, она посмотрела на контейнер. В нём лежал её любимый десерт. Небольшой кусочек желе зелёного цвета, щедро посыпанный шоколадной крошкой. Цунаде снова отвернулась, утыкаясь в плечо, буркнув что-то неразборчивое. Изуна по-прежнему молчал, делая небольшие затяжки, выдыхая дым через нос.       — Я не голодна, — более разборчиво буркнула девушка.       — Я не спрашивал, голодна ты или нет. Сладкое поднимает настроение, — положив контейнер на ноги и вытаскивая сигарету из зубов, отозвался тот, — эндорфины, все дела. Сама же знаешь.       Цунаде хотела ответить, но услышала из сумки громкое уведомление, пришедшее на телефон. Оторвавшись от плеча Учихи, она покопалась в сумке и, найдя телефон, прочла SMS от Дана. Недолго думая, подскочила и направилась в противоположном от Изуны направлении. Учиха приподнял бровь, уставился на десерт и перевёл взгляд на удаляющуюся Цунаде.       «Как же ты меня раздражаешь, Сенджу», — подумал он, вытаскивая ложку из десерта. Закрыв контейнер, юноша поднялся и, проходя мимо мусорки, застыл, думая, избавиться от содержимого пакета. Сжав его сильнее, только выдохнул и запихнул в сумку. Сунув руки в карманы, медленно вышел из парка, видя уезжающую машину, в которой на заднем сиденье сидела Цунаде.       Подъехав к небольшому коттеджу, у ворот стоял Дан, сохраняя спокойствие. Он рассказал родителям о результатах анализов своей невесты, и те приняли единогласное решение, что Сенджу им не подходит. Нужен наследник, здоровый, который сможет продолжить их род и взять под контроль бизнес. Старшее поколение, сидя в гостиной, приняли решение, что Дан уедет в другой город. Там находилась девушка, давно положившая глаз на молодого парня и жившая в семье партнёров по бизнесу.       Цунаде вышла из машины и сделала несколько неуверенных шагов навстречу к возлюбленному. Он только обнял её, собираясь сказать нечто важное, что могло изменить их жизнь. Девушка прильнула к груди парня, кладя руки на его грудь, и около её уха раздался шёпот.       — Мне нужно ненадолго уехать, Цуна.       Блондинка с силой сжала ткань футболки, стараясь сдержать поток слез. Она не верила в то, что Дан, её первый мужчина, жених, готов вот так спасовать перед трудностями.       — Я уезжаю по делам, — он заправил выбившуюся прядь за ухо девушки, — и как раз найду врачей, которые смогут нам помочь.       Спустя несколько дней семья Дана уехала. Цунаде писала ему, они созванивались, иногда девушка присылала ему открытки, но ни на одну ответа так и не получила. Дни сменялись неделями, недели — месяцами. Боль от страшного диагноза уже не так отдавалась внутри. Она отгоняла от себя всех мужчин, надеялась на то, что Дан вернется. Вернётся, обнимет, прижмет к себе, и вновь в нос ударит запах миндаля от его рубашки.       Всё то время, пока Сенджу ждала, рядом с ней был Изуна. Он медленно, тихо, без лишних слов входил в её жизнь, видя, как та снова радуется мелочам. Он намеренно отвечал на тестах неверно, чтобы ему занизили балл, чтобы порадовать девушку. Постепенно они начинали говорить. Сначала на темы учёбы, о планах на будущее после окончания, а позже о любимых авторах, архитекторах и композиторах. Изуна отпускал шутки, видя, как Цунаде смеётся и искренне улыбается.       Прошёл год ожидания. Цунаде сидела в машине, за рулём которой был Изуна. Расслабленный и уверенный, как и всегда. Они ждали Наваки, младшего брата девушки, и хотели отвезти его в парк в связи с победой на соревнованиях. Изуна очень нравился мальчику и стремился часто проводить с ним время, но из-за напряжённой учёбы виделись они не часто. Учиха сжал руль, явно собираясь что-то сказать. Цунаде, видя напряжение парня, осторожно положила руку на его ладонь, поглаживая. Тот опустил плечи, расслабляясь.       — Цунаде… — его голос хрипел, — я понимаю, что сейчас не то время, но… — брюнет подбирал слова, которые давались ему с трудом, — ты мне нравишься. И я хотел бы…       Она не дала ему договорить. Лишь кивнула, смотря на его напряжённое лицо. Безмолвно, борясь со страхом и осознавая, из какой он семьи, согласилась. Ей было страшно снова довериться, открыться, но она поняла, что Дан не вернется.       Через несколько лет, в аспирантуре, на хирургическом факультете прогремит новость о том, что Цунаде Сенджу, лучший хирург на потоке, вышла замуж, но имя своего избранника оставит в секрете. На все вопросы был лишь один ответ: «Он тот, кто был со мной, несмотря ни на что». А Изуна только улыбался краешком губ, пальцем проводя по обручальному кольцу, искоса поглядывая на молодую жену.       Изуми проснулась довольно рано и совсем не хотела вставать. Несмотря на тёплую погоду за окном, в доме было очень холодно, и тёплое одеяло приятно обволакивало её теплом. Она была жуткой мерзлячкой, и друзья, которые об этом прекрасно знали, купили небольшой обогреватель и несколько тёплых одеял, чтобы их любимая подруга находилась в тепле. Прислушавшись и уловив тишину, девушка быстро встала, собирая на ходу волосы в хвост. Спустившись в гостиную, взгляд упал на осколки, которых уже не было. Девушка перевела взгляд на диван, где лежал аккуратно собранный плед, и, принюхавшись, пошла в сторону кухни. На столе стояли несколько чашек с остывшим кофе, небольшие пиалки с различными сладостями, а на плите, накрытый крышкой, был аппетитный омлет. Живот предательски заурчал, и, вспомнив, что за вчерашний день она не съела ни куска, осторожно подошла к плите. Подняв крышку, в нос ударил вкусный запах яиц, перемешанный с сыром и луком. Облизнувшись, пара хитрых карих глаз забегала по стоящей рядом столешнице в поисках приборов. Не найдя искомое, крышка опустилась на сковородку, и девушка развернулась к столу. Только сейчас она увидела записку, выведенную аккуратным почерком.       «Доброе утро. Извини, что не составлю тебе компанию за завтраком. Есть дела, которые необходимо решить. Пользуйся всем, чем необходимо. Если увидишь женщину — не пугайся. Это моя домоправительница. Она обо всём в курсе».       Глаза несколько раз пробежались по тексту, и внутри кольнула обида. Она подвергла Итачи опасности и находилась на его территории. Ей хотелось поговорить с ним, извиниться, рассказать многое, но она понимала, что помимо неё у него есть и другие дела. Изуми осторожно сложила записку, убирая в карман шорт и, шумно выдохнув, принялась искать столовые приборы.       — Третий ящик слева, мисс Канто, — уверенный женский голос раздался из-за спины девушки, заставляя ту обернуться.       В проходе стояла статная женщина средних лет с прямой спиной. На длинном платье, уходившем в пол, был надет фартук с красно-белым веером. Руки женщины были сцеплены в замок на животе. Тёмные волосы, на которых местами проглядывала седина, были собраны в аккуратный пучок.       — Прошу прощения, что напугала вас, — женщина слегка поклонилась, — Господин Итачи попросил меня за всем присмотреть и обеспечить вам необходимый уровень комфорта. Меня зовут Нири.       Изуми замерла с ложкой в руке, боясь пошевелиться, будто совершила какое-то преступление. Она отвыкла от такой роскоши, как прислуга, и даже, будучи у отца, разгоняла горничных в разные стороны, предпочитая делать всё сама. Услышав шаги, девушка напряглась ещё больше. Конан заходила к ней в гости один раз и чувствовала себя максимально не комфортно, видя, как горничные бегают из стороны в сторону, выполняя простейшие действия. Нири медленно шагнула на кухню, освобождая проход, в котором появилась заспанная Конан. Янтарные глаза округлились, смотря сначала на девушку, а потом на женщину. Та только учтиво поклонилась и представилась.       После завтрака, на котором присутствовал напряжённый Яхико, ребята засобирались на работу. Нири предупредила, что их отвезёт водитель, и это распоряжение Итачи. Сопротивляться сил не было. После пережитого на днях стресса, приняв свою участь, они только кивнули, смиренно согласившись. На улице, за железными воротами, их ждала дорогая иномарка, а водитель в чёрном костюме стоял у капота, оглядываясь по сторонам. Изуми подметила, что это не тот парень, который вёз её и Итачи из бара. Усевшись в машину, в нос ударил лёгкий запах хвои от, висевшего на стекле заднего вида, освежителя. Продиктовав адрес, тот только кивнул и, не задавая лишних вопросов, завёл машину, отъезжая от дома.       Приехав в ресторан, они быстро переоделись. Конан уселась за стойку, переделывая расписание, но никак не получалось вбить пропущенные дни, чередуя их с выходными. Вспомнив, что управляющий обещал им три дня выходных за помощь Изуми, девушка оставила себе пометку поговорить с ним об этом. Отложив листок с понятной только ей таблицей, она взяла в руки телефон и начала набирать сообщение. Конан было стыдно, что спустя столько дней она решила вспомнить о новенькой, часто перенося стажировочный день. Решив, что даже если та и нашла работу, всё равно уведомит о том, что можно приходить.       Яхико разгребал поставку, тихо ругаясь на своих коллег. Ему часто оставляли различные коробки для разбора, что дико его раздражало. Поставка пришла вчера днем, судя по накладной, а безответственные коллеги оставили её почти в проходе на склад. Он открывал коробки, внимательно всё сверял, перечитывал, что-то уносил на склад, что-то на кухню.       Изуми и ещё несколько официанток носились между столами, ловко принося и унося заказы. Людей было немного, но заказы были довольно объёмные. Убирая грязные тарелки на поднос, и протирая стол, девушка бросила взгляд туда, где обычно сидел Итачи. За столиком, на кожаном диване, сидел мужчина средних лет. Длинные чёрные волосы спадали на лицо, закрывая один глаз. Он перелистывал меню с невозмутимым лицом, будто искал что-то необычное. Девушка лишь приподняла бровь, что-то внутри неё говорило, что лучше к нему не подходить. Интуиция не обманула. Видя, как молодая коллега подошла к столу принять заказ, она очень быстро ретировалась. Изуми выдохнула и поставила тарелки на поднос, даже не догадываясь, что внимательная пара чёрных глаз пристально за ней следит.       Мадара цокнул, переводя взгляд на меню, и перевернул страницу, явно пытаясь определиться с выбором.

***

      В большой просторной комнате сидел маленький мальчик, внимательно рассматривая свою новую игрушку. Настроения распаковывать очередной подарок у него совсем не было. Он мотнул головой и отошёл от пластиковой коробки, бережно перевязанной бантом, усаживаясь на мягкий ковёр. Пару месяцев назад девятилетний Сасори потерял маму, и боль утраты отзывалась внутри него, в отличие от его отца. Тот успел повторно жениться, говоря о том, что женщина — это всего лишь ресурс для рождения будущих наследников и удовлетворения потребностей.       Мальчик почти не видел свою маму, но то недолгое время, что они проводили вместе, в его память врезались её зелёные глаза, мягкая и нежная кожа и приятный запах чего-то сладкого. Он тайком от отца хранил фотографию матери, смотря на неё и вспоминая, с какой нежностью она его обнимала и целовала в висок.       Быть наследником огромного состояния — меньшее, чего он хотел в жизни. Видя, с какой лёгкостью дети проводят время со своими родителями, гуляют, смеются, он тихо завидовал. Лишённый подобной роскоши, почти не покидал пределы своего роскошного особняка, а если возникала такая необходимость, то только в присутствии охраны.       Годы шли, отец старел, посвящая сына во все дела в бизнесе. Того мало заботило, чем занимается Сасори, главное, чтобы он был первым во всем: в учёбе и на тренировках. Юноша хорошо учился, оканчивая старшую школу с отличием, и не раз занимал первые места на соревнованиях по борьбе. Идеальный сын и наследник, как думал его отец. Но у него была и обратная сторона — он хотел, чтобы его любили. Найти ту, что примет его с его недостатками, похожую на маму, которую почти не знал. Старая фотография давно выцвела, но в воспоминаниях остались зелёные, словно два изумруда, глаза.       Прошло ещё несколько лет. Отец умер, и Сасори возглавил корпорацию по производству игрушек, загоревшись идеей создать идеальную куклу. Несколько лет он штудировал книги по анатомии, изучая человеческое тело. И решился на первое похищение. Выбор пал на неприметную девушку из пригорода. Ещё через пару месяцев под удар попала вторая.       В личной жизни у парня не складывалось. Любой нужны были от него деньги, и он не чувствовал себя нужным и важным, а жажда крови усиливалась. Юноша часто вспоминал слова отца, что женщина — это ресурс. В его случае ресурс для удовлетворения потребностей. Тогда начались измены. Одна из его девушек всегда была дома, поддерживая уют, но этого было мало, и всегда на горизонте было ещё несколько.       Спустя несколько месяцев девушка написала заявление в полицию о домашнем насилии. Дело попало в руки только назначенному капитану полиции, и тот незамедлительно начал действовать. Затем был суд, который закончился поражением сотрудников полиции, и Сасори освободили из-за малого количества улик. Ещё через несколько лет парень, живший несколько дней в Осаке, встретил девушку. Низенькая, с розовыми волосами и ярко-зелёными глазами, врезавшимися в память. Глаза точно такие же, как у его матери. Сладковатый запах из детства. Харуно Сакура внезапно стала его смыслом, воздухом и делала его живым. Отказаться от старых привычек оказалось сложнее, чем он предполагал.       За всё то время, пока они были в отношениях, Сасори делал всё необходимое, даже оборудовал комнату, чтобы девушке было удобно и комфортно заниматься. Приходя домой, нос чуял приятный запах ужина, а дома, наконец, ждали. Пара зелёных глаз с нежностью смотрела на него, тонкие руки нежно обнимали за шею, а пальцы поглаживали затылок. Он по-своему испытывал счастье, пока в один день Сакура не сбежала. Сасори дал себе слово, что вернёт её. Даже если нужно будет перевернуть весь город, он вернёт девушку, которая делала его живым.       Сакура открыла глаза, чувствуя тяжесть. На её талии лежала мужская рука, прижимая к себе. Девушка помнила, что они смотрели фильм, она снова что — то комментировала, и чётко помнила, что уходила спать одна, а Саске остался на диване в гостиной. Положив руку сверху на ладонь юноши, тот издал невнятный звук, прижимая девушку сильнее. Спустя время, Харуно не без труда выбралась из цепких объятий Учихи. На носочках выйдя из спальни, девушка прокралась на кухню. Она чувствовала себя окрыленной новой симпатией, и хотела как-то побаловать юношу. Решение пришло само собой. Вспомнив, как в детстве, мама готовила вкусные оладьи, Сакура завязала волосы в хвост и принялась за готовку. Когда все было готово, на кухню вошёл сонный и недовольный Саске. Нахмурившись, он сел за стол, принюхиваясь. Парень отвык от завтраков по утрам, но нос щекотал приятный запах. Положив на стол два телефона, и шумно выдохнув, пара чёрных глаз осмотрела девушку, крутящуюся у плиты. По телу разлилось тепло, и воспоминания из детства, приятно грели душу. Микото, также часто суетилась у плиты, стараясь удивить сыновей вкусным завтраком, и всегда выгоняла повара с кухни.       Перед ним стояла тарелка с оладьями и чашка горячего ароматного кофе. Сакура уселась напротив и мягко улыбнулась.       — Не выспался?       — Нет, — коротко буркнул Саске, рассматривая завтрак.       Максимально простой, без изысков, но приготовленный девушкой, которая ему не была безразлична. Учиха, в отличие от девушки, уснул не сразу, обдумывая и анализируя свои ощущения рядом с ней. Он чётко осознал, что Харуно ему нравится. Сакура взяла в руки телефон и пробежалась глазами по SMS-сообщению, широко улыбаясь. Её позвали на стажировочный день, и она ответила, что обязательно придёт. Саске же, не успев откусить кусок от еды, лежавшей в тарелке, уставился в экран своего телефона. Снова нахмурившись, он быстро закинул в себя еду и ушёл в душ.       Выйдя из душа и вытирая волосы, он увидел, что девушка тоже активно собирается.       — Мне нужно уехать, — проворчал Учиха, — по делам. Я могу тебя подбросить.       — Я доберусь, — мягко улыбнулась девушка.       Саске только цокнул. Быстро одевшись и прихватив с собой ключи от машины, он увидел, что Сакура уже стоит в дверях, переминаясь с ноги на ногу.       Харуно долго отнекивалась, но все-таки сидела в машине, поняв, что спорить бесполезно. Он довез ее до ресторана, и перед тем как выйти из машины Сакура чмокнула его в щеку.       Зайдя в ресторан, девушка осмотрелась, выискивая администратора. Хостес, которую предупредили о новенькой, фыркнула и проводила её к Конан. Она выглядела уставшей.       — Доброе утро, — дружелюбно произнесла Сакура.       — Оно было бы добрым, если бы наши задницы так не горели, — за спиной Конан стояла Изуми, уставившись в монитор.       — Изуми, — процедила Конан, — Доброе утро, Сакура.       Введя девушку в курс дела, и дав ей меню для изучения, та ушла по своим делам. Казалось, что люди не заканчивались. Одни уходили, их место занимали другие, и Конан приходилось откладывать свои дела, чтобы помочь ребятам. Она выходила в зал, принимала заказы и иногда успевала редактировать график. Изуми носилась от столика к столику, пока взгляд её карих глаз не столкнулся с пристально смотрящим на неё мужчиной. Сердце пропустило удар, затем еще один, и девушка забыла, как дышать. За одним из столиков, потягивая кофе, сидел Хан, ухмыляясь.       — Всё хорошо? — голос Сакуры раздался за ее спиной внезапно, заставляя вздрогнуть. Та только кивнула и быстрым шагом пошла к стойке, где на высоком барном стуле сидела Конан. Сакура, пожав плечами, пошла за ней.       — Отлично, — девушка улыбнулась, смотря в зеленые глаза новенькой, — Меню захватишь с собой, выучишь всё горячее. Завтра расскажешь.       Сакура улыбнулась и закивала. Уточнив несколько тонкостей, розоволосая решила понаблюдать за работой со стороны, чтобы понять все нюансы.       Изуми трясло. Было видно, что она старается не подавать виду, что в зале сидит человек, несколько лет назад сломавший её. Все знания, полученные на уроках самообороны, казалось, вылетели из головы в самый ответственный момент. Перед носом оказался стакан воды, и на плечо легла женская рука. Конан устало улыбнулась и видела, как Хан покинул ресторан, о чем сообщила подруге. Осушив стакан, Изуми уселась на стул, стараясь унять дрожь. Интуиция подсказывала, что дальше может быть только хуже, но она не представляла насколько. Не зная, чего сейчас ожидать от парня, и, видя, как зал покидают ещё три человека, предположила, что это люди Кисаме. Шумно выдохнув и тихо ругнувшись, первым пунктом плана был разговор с Итачи. А дальше, как и всегда, Изуми решила импровизировать.       Мадара покинул ресторан в сопровождении охраны, сливаясь с толпой. Он проследил, как Хан сел в машину и уехал. Удовлетворённо кивнув, сам погрузился на заднее сиденье, где миловидная девушка протянула ему папку. С большой неохотой открыв её, Учиха пробежался глазами по тексту. Получив необходимую информацию, с громким хлопком закрыв папку, мужчина протянул её обратно. Его план сработал.       — Как давно метят на это место? — он махнул рукой, давая водителю знак отъезжать.       — Где-то неделю. Но мы только сейчас узнали, от кого приходят запросы, и сразу доложили Вам.       — Не тяни, — процедил Мадара сквозь зубы.       — Акацуна Сасори, господин.       Учиха задумался. Он не знал, зачем Сасори нужна небольшая клиника пластической хирургии, открытая Мебуки. Тогда вся эта идея казалась ему безумием, но он поддался на уговоры брата и оформил долю в бизнесе на Сенджу. Ситуация была такова, что Мадара вложил деньги в это предприятие и хотел видеть в документах своё имя, но Изуна убедил его, что будет лучше, если бизнес будет разделен между двумя женщинами, а они будут присматривать за ним.       — Сасори владеет заводом по производству игрушек, господин, — будто читая его мысли, сказала помощница, — поговаривают, что он запустил производство кукол.       — Кукол? — Учиха скептически приподнял бровь, — Хотел бы я на них посмотреть.       Девушка ничего не ответила, видя задумчивое настроение мужчины. Мадара запустил руку во внутренний карман чёрного пиджака, достал телефон и изменил направление движения машины. Подъезжая к дому, Учиха не торопился выходить, откидываясь на спинку сиденья. Он продумывал дальнейший план с учетом последних событий.