Глава 7.1

      Вечером на площади у статуи Барбатоса собрались горожане и гости из соседних окрестностей. Еще до обеда в город пришел караван из Сумеру со специями, пряностями и диковинками, вместе с которым в Мондштадт прибыла труппа артистов. Зазывала весь день ходил по городу приглашая на вечернее представление всех желающих. В программе были музыканты, акробаты, певцы и знаменитая танцовщица Театра Зубаира, венец грации и изящества, несравненная Нилу.                     Толпа приветственно и радостно гудела. Порадовать зрителей своим талантом уже успели музыканты и певцы, а впереди еще было выступление акробатов и знаменитой танцовщицы. Зазывала подогревал толпу, прося поддержки и аплодисментов для артистов, которые должны были вот-вот выйти на сцену. Но акробаты отчего-то задерживались.                     Венти сидел на краю крыши павильона опоясывающего статую Архонта, с этого места обзор был отличным, вся площадка для представлений как на ладони. И хотя исполнением музыки и песен его мало кто мог по-настоящему впечатлить, все же ему нравилось посещать такие мероприятия. Он любил наблюдать единение людей, когда такие разные и разрозненные они вдруг становились одним целым с общими на всех эмоциями и переживаниями.                     Зазывала замолчал и куда-то делся из круга, публика несколько стихла в ожидании и Венти заметил, как к толпе зрителей только что присоединилась девушка в сумерском костюме ало-черного цвета. Тришираиты, которыми был украшен костюм незнакомки поблескивали кроваво-алым в вечернем свете факелов, искусные наручи и вычурный пояс отливали золотом, за спиной покачивались узкие полы алого плаща, а голову незнакомки покрывал тюрбан-капюшон, почти полностью скрывающий ее лицо.                     Венти видел, как девушка оглядела толпу, будто бы разыскивая кого-то взглядом, а затем замерла на секунду, разглядев что-то в противоположной стороне круга, образующего сцену. Она медленно продвинулась сквозь толпу, мягко отстраняя предвкушающих зрителей и уверенно шагнув на импровизированную сцену, успела сделать всего несколько шагов, прежде чем толпа заметила ее и тут же взорвалась грохотом аплодисментов и приветственных выкриков. Девушка замерла на месте, растерянно озираясь по сторонам, и сделала такое движение, будто бы хотела нырнуть обратно в массу зрителей, но толпа, продолжая аплодировать, девушку в себя принимать отказывалась и подбадривая выкриками призывала продемонстрировать свое искусство.                     Незнакомка быстро огляделась по сторонам и подойдя к стойке с реквизитом сняла с нее длинную палку с небольшими коваными сферами на концах, внутри каждой сферы, как в детской погремушке покачивался небольшого размера камень. Взвесив палку в руке девушка приблизилась к одной из огненных чаш, освещавших импровизированный круг-сцену и по очереди опустила в нее концы палки. От огня чаши странные камни внутри сфер вспыхнули, разгоревшись цветным пламенем.                     Публика взревела, догадавшись какое именно шоу их ожидает впереди и принялась аплодировать с удвоенной силой. Музыканты, услышав это встрепенулись и понимая, что артист уже на сцене начали исполнять музыку. А девушка тем временем вышла в середину круга и выставив реквизит перед собой начала умело раскручивать палку вокруг себя, ловко перехватывая ее то одной рукой, то другой, затем артистка и сама закружилась на сцене, будто бы теперь реквизит был ведущим, увлекая ее за собой. Палка описывала вокруг девушки замысловатые круги и со стороны в темноте позднего вечера огненные сферы стали напоминать маленькие горящие кометы, летающие вокруг нее. Цветное пламя оставляло за собой чудесные хвосты разноцветных искр, отбрасывая на ловкое, подтянутое тело чудные тени.                     Артистка подняла реквизит на вытянутой руке вверх, палка сделала оборот на ее раскрытой ладони, затем скатилась по тонкой руке вниз на плечи, сделала оборот, оказавшись уже на ее груди, а девушка тем временем прогнулась в спине, заставив реквизит, продолжая вращаться, сдвинуться уже на ее живот, и опустив руки за собой сделала переворот, так и не позволив реквизиту упасть. Затем артистка выпрямилась и продолжая вращать палку с горящими сферами, пропустила ее вокруг руки, снова заставив сделать оборот по своим плечам и в последний момент ловко перехватила реквизит и отвесила поклон публике, которая тут же взревела восторженными криками и разразилась оглушительными аплодисментами благодаря за эффектное представление.                     Девушка поклонилась еще раз, а на импровизированную сцену сквозь толпу выбрались совершенно озадаченный зазывала в компании пары артистов в одинаковых костюмах, которые ошарашенно уставились на нее. Заметив их девушка раскрутила реквизит и бросила его по высокой дуге одному из озадаченных акробатов, с легкостью подхватившего палку, и тут же скрылась в толпе аплодирующих.                     — Прекрасное выступление! — произнес Венти, окликнув сбежавшую от толпы артистку в ало-черном костюме, улизнувшую с площади по одной из боковых лестниц. Девушка обернулась и разглядев его сидящим на стене над лестницей, коротко ответила:              — Спасибо. — Венти поднялся со своего места и шагнув вперед, с помощью потоков ветра медленно опустился возле удивленной артистки.              — Я Венти, бард, — представился он. — А как твое имя, повелительница пламени? — Девушка склонила голову на бок и осмотрев его с ног до головы хмыкнула и судя по выражению глаз усмехнулась.              — Привет, Венти, бард, — радушно произнесла она, — меня зовут Рэйвен, только я не повелительница пламени.              — Судя по тому что я видел, именно что она, — широко улыбнувшись возразил Венти. — Отчего же ты так быстро сбежала с площади, Рэйвен? Или тебе не по вкусу аплодисменты и признание?              — Скажем так, — проговорила она поясняя, — я не артист той труппы и меня там не должно было быть. Это вышло случайно, а красть признание и аплодисменты у настоящих артистов как минимум не справедливо.              — Вот оно что! — весело воскликнул он, — но публике твое выступление понравилось, а она, публика, вольна сама выбирать кому дарить свои аплодисменты и признание, — возразил Венти.              — Хм, — задумчиво произнесла девушка, — а разве тебе, Венти было бы приятно, если бы прямо во время твоего выступления в него внезапно и без спроса вмешался другой бард со своей песней? — она прищурившись сделала многозначительную паузу и продолжила, — и разве утешило бы тебя то, что публика аплодировала бы и дарила свое признание ему, а не тебе?              — Тогда с тем бардом мы могли бы выступить дуэтом, на радость довольной публике, — весело произнес Венти.              — Ах ты хитрец, — рассмеявшись произнесла Рэйвен, — я иду в «Долю ангелов», пойдешь со мной? Угощу тебя чем-нибудь.              — С удовольствием составлю тебе компанию, повелительница пламени! Особенно если уговоришь бармена налить мне вина.                     В «Доле ангелов» было пусто. Видимо завсегдатаи тоже были среди тех горожан на площади, которые остались наслаждаться представлением. За стойкой скучал Чарльз.       — Мастер Дилюк еще не вернулся? — спросила Рэйвен у бармена.              — Вы не нашли его на площади, леди? — уточнил Чарльз. — Он почти наверняка там, — со вздохом добавил бармен, — как и весь город.              — Нашла, — пробормотала девушка, — и его и капитана Кэйю, но не смогла добраться через толпу. Подожду здесь, пока они не вернутся, — Рэйвен кивнула пальцем куда-то за стойку и попросила, — Чарльз, подайте мне мой рюкзак пожалуйста. — Бармен вытащил из-за стойки видавший виды рюкзак девушки и поставил его перед ней.              — Приглядел, как Вы просили, — улыбнулся бармен.              — Спасибо, — произнесла девушка и достав из рюкзака нежно-розовый плод, необычной формы протянула его Чарльзу, — это Вам за труды, угощайтесь. — Бармен удивленно вскинул брови, но улыбнулся и принял фрукт из ее рук.              — Благодарю, леди. — Рэйвен протянула еще один фрукт Венти.              — Угощайся, бард, — он взял гостинец из рук Рэйвен и улыбнувшись тоже поблагодарил:              — Я больше люблю яблоки, — протянул он, — но персик зайтун тоже ничего.                     Прошло не больше четверти часа, как в таверну начали стягиваться горожане, вернувшиеся с выступления. Вошедшая толпа весело гудела, обсуждая зрелищное представление и внезапно резко умолкла, заметив за стойкой единственную пару посетителей. В толпе послышались пораженные шепотки:       Это же она.       Быть не может.       Да точно она.              — Кажется тебя узнали, Рэйвен, — прошептал Венти, подмигнув девушке, которая никак не отреагировала на комментарии вошедшей компании, продолжая увлеченно разглядывать стойку перед собой.              — Проходите, господа, не толпитесь, мы рады всем, — произнес Чарльз, пытаясь разрядить обстановку.                     Люди все прибывали и прибывали и каждая следующая компания, которая входила в таверну один в один повторяла поведение предыдущей: в начале весело гудела, затем замолкала, пялилась на посетительницу в сумерском костюме и усаживалась за столики.       — Ты заинтриговала их, — с улыбкой произнес Венти, перебирая струны лиры.              — Это не то, чего я хотела, — спокойно произнесла Рэйвен, — по крайней мере не от присутствующих здесь.                     К стойке нерешительно подошла делегация человек из пяти, тех самых, которые первыми вернулись в таверну. Самый смелый из них неловко откашлялся, обращаясь к девушке:       — Простите за беспокойство, леди, — начал он, но бард заметил, как Рэйвен окатила подошедшего холодным взглядом, казавшимся еще более выразительным от того, что остальное лицо девушки было скрыто под платком. Вопрошающий смущенно замялся и наверное бы так и не решился продолжить, если бы не Венти.              — Чего Вы хотите от моей знакомой, уважаемый? — весело спросил он. — Поняв, что его все-таки хоть кто-то выслушает подошедший мужчина продолжил, обращаясь уже напрямую к Венти:              — Мы только хотели поинтересоваться, господин бард, — заискивающе продолжил незнакомец, — не согласится ли леди показать тот номер для всех еще раз. — Венти скосил взгляд на девушку, которая отчетливо покачала головой вместо ответа. — Мы понимаем, что труд артиста должен оплачиваться, а потому заплатим за представление. Так ведь? — незнакомец заозирался по сторонам в поисках поддержки, и тут же получил ее, со всех сторон раздались одобрительный гул и поддакивания. — С оплатой не обидим. — Венти снова посмотрел на Рэйвен и снова увидел как девушка отрицательно покачала головой. — Не хотите деньгами брать, выпить вам купим. — Рэйвен опять покачала головой, а Венти, услышав про выпивку сразу же приободрился и преисполненный энтузиазма подмигнул просителю и произнес:              — Отчего же нет? — только если вы, добрые люди, не поскупитесь и купите выпивки на двоих. — Незнакомец радостно улыбнулся и согласно закивал, а Рэйвен привлекая его внимание недовольна кашлянула. Венти на это не отреагировал никак и радостно добавил, — занимайте свои места, представление состоится через десять минут. Кстати, со второго этажа тоже будет прекрасный обзор. — Толпа посетителей таверны радостно и одобрительно загудела и принялась наперегонки занимать лучшие места.              — Венти, а Венти, — вкрадчиво начала Рэйвен, и когда он совершенно беспечно развернулся к ней ближе, быстро и очень цепко ухватила его пальцами за ухо.              — Ой! — только и успел он произнести.              — Что это было? — спросила сощурившись Рэйвен, не отпуская его уха, — ты себе моим трудом выпивку надумал оплачивать?              — Нет! Ну что ты?! — быстро произнес Венти, чувствуя как пальцы на его ухе стали сжиматься, — у тебя ведь явный талант, — затараторил он, — наверняка не все из этих людей рассмотрели твое выступление там на площади, — он почувствовал как пальцы сжались еще сильнее, и ухватившись двумя руками за предплечье девушки попытался вырвать ухо из мертвой хватки, но не тут то было. Он запричитал еще быстрее, — угождать публике — это святая обязанность каждого артиста! Люди жаждут увидеть твое выступление еще всего раз! Ну что тебе стоит?! И хозяин таверны тебе наверняка будет благодарен. Рэйвен! Пожалуйста! — и в тот момент когда он уже было успел всерьез забеспокоиться о целостности своего многострадального уха, девушка отпустила его.              — Один раз, — строго произнесла она, — и больше ты таких предложений по поводу моих выступлений никому никогда не делаешь, — Венти прямо кожей почувствовал на себе негодующий взгляд алых глаз и быстро закивал в ответ. — Чарльз, можно Вас снова попросить, — очень вежливо обратилась девушка к бармену, — подайте пожалуйста из-за стойки мою глефу.