Глава 17. Звонок

(Трек главы Citizen Soldier, Kellin Quinn — Never Ending Nightmare) Кейт стояла у окна спальни, затянутой плотными шторами, с бокалом виски в руке. Свет настольной лампы выхватывал её силуэт из полумрака — напряжённые плечи, шрам на плече и взгляд, прикованный к фотографии на прикроватной тумбочке. Снимок был старый: песок, выцветшие лица в балаклавах. Там они ещё были командой. Позади мягко, почти бесшумно зашёл Киган. — Помнишь тот день? — раздался низкий голос. Кейт не обернулась. — Да... Хама. Сирия. — она сделала глоток и медленно выдохнула, словно дым. —Ты тогда спасла меня. — И уже жалею об этом, —  с иронией сказала Кейт.  Киган усмехнулся. Киган шагнул ближе. В его движениях не было агрессии — только уверенность хищника, который слишком давно наблюдает за своей добычей, чтобы торопиться. — Через что мы только не прошли, Джин. — он остановился рядом. — Какое дерьмо не повидали. Но мы всё ещё живы. Кейт молча кивнула. Киган подошёл со спины. Его тень легла на стену, сливаясь с её. Он смотрел на неё пристально. — Кто ещё может таким похвастаться, а? Его пальцы коснулись её волос, медленно отодвигая их с шеи. Движение было осторожным, почти заботливым. Губы Кигана легко скользнули по её коже — мимолётно, как метка. Кейт замерла. Не от страха. От напряжения — будто стояла на краю чего-то глубоко личного, опасного… и слишком знакомого. По коже пробежали мурашки, словно предупреждение, запоздавшее на долю секунды. Сердце отбивало бешеный ритм, заглушая всё остальное. Дыхание сбилось, перехватывая грудь — слишком много воздуха, слишком мало контроля. Кейт резко отпрянула, развернулась, встречаясь с Киганом лицом к лицу. — Киган... Он не отступил. Мягко коснулся её щеки пальцами — тёплыми, уверенными, как будто и не прошло этих лет, выстрелов, крови. — Джин… нам ведь было хорошо вместе, — произнёс он, тихо, ласково. — Ты помнишь? — Было, — выдохнула она, сжав пальцы на стакане так крепко, что тот заскрипел. — Но это была не любовь. Это было… отчаяние. Он усмехнулся, и его глаза блеснули. — Называй это как хочешь, — прошептал Киган, наклоняясь к её уху, голос опустился до шелеста, от которого по позвоночнику прошёл ток. — Если в итоге ты всё равно выбираешь меня. — Я больше не та, кем ты привык меня видеть. Он чуть наклонился, и угол его рта дрогнул в полуулыбке — той, что всегда была предвестником опасности. — А мне кажется все та же. Девушка которая без меня не знает, кем быть. — Ты просто не выносишь мысли, что я жила без тебя. Стала сильнее. И больше не боюсь. — Стала сильнее? — повторил он с едва заметной насмешкой. — Тогда почему дрожишь? Кейт вскинула подбородок, прищурившись. — Я была сломана. Ты пользовался этим, чтобы сделать из меня ту которую хотел видеть. Но я больше не игрушка, Киган. — Нет, не игрушка. Ты огонь. Остриё. Ты всегда была такой — и именно со мной. Кейт сжала губы, стараясь не выдать дрожь внутри. — Всё, что у нас было — боль. Привычка. Выживание. Это зависимость. — А зависимость — это куда крепче, чем любовь, Джин. Она смотрела в его глаза, холодно и прямо, и на секунду между ними зависла пустота — опасная, сжигающая. — Я хочу научиться жить свободно. Без цепей. Без манипуляций. Без тебя. Он не ответил. В его взгляде было всё: злость, желание, непрощённое прошлое — и страшная, безумная привязанность, от которой он не собирался отказываться. — Ты можешь уйти. Свобода ведь сладкая, да? Но потом не удивляйся, если поймёшь, что единственный, кто по-настоящему знал тебя — это тот, от кого ты бежала. Кейт смотрела прямо в его глаза. Сердце стучало глухо и тяжело. Киган выждал паузу — почти торжественно. — Так что выбирай. Он поднял руку, медленно, как в последнем счёте — и показал двумя пальцами. — Или ты остаёшься. Со мной. В этой реальности, где мы вместе, несмотря ни на что. Или ты уходишь. Насовсем. Но помни, Джин, — добавил он тихо, — второй шанс — это привилегия, не право. И у тебя она давно закончилась. — Киган... Я... *** Саймон остановился у дома. Его взгляд упал на парковку. Байк стоял на месте. Она дома? Промелькнуло, и что-то едва ощутимо дрогнуло внутри. Надежда. Осторожная, цепляющаяся за любую мелочь. Он заглушил мотор, вышел. Квартира встретила пыльной тишиной. Той, что живёт в пустых комнатах слишком долго. Никакого света. Только серые полосы от уличного фонаря через жалюзи. Он медленно прошёл на кухню и щёлкнул выключателем. Лампа под потолком зажглась тёплым светом, выхватывая из темноты чёткий круг на столе. Тот самый круг, в котором всё ещё будто жила память. Саймон застыл, глядя на пустой стул. Воспоминание. Кейт сидела там. С перебинтованной кистью, которую он сам перематывал, злясь на неё и на себя одновременно. А она всё равно держалась прямо. С дерзкой, вызывающей улыбкой. Он тогда не понимал, как она может шутить сквозь боль. А теперь — не понимал, как может жить без неё. Вещи на месте. Её кружка у края стола. Резинка для волос, зацепившаяся за угол зеркала. Как будто она просто вышла в магазин. Как будто могла вернуться в любой момент. Но в воздухе уже не было её. Ни тепла, ни дыхания. Только тишина, слишком тяжёлая, чтобы быть временной. Он сел за стол. Вытащил телефон. Вбил номер телефона, что ему дал Барлоу. Палец завис над кнопкой. Вдруг она не ответит? Вдруг уже поздно? Вдруг… Клик. Саймон сидел, уставившись в дисплей, когда в тишине квартиры вдруг раздался знакомый рингтон. Он замер. Эта мелодия... Та самая. Громкая, немного раздражающая. Та, что будила его посреди ночи, когда она забывала выключить звук. Та, от которой он морщился, вздыхал и проборматывал сквозь сон: "Смени уже эту чёртову песню." Он когда-то ненавидел этот звук. А теперь — он вонзился прямо в грудную клетку, оглушая. Саймон резко поднялся. Мобильник. Она могла забыть его. Где-то в комнате. Он сделал шаг — и остановился. Нет. Звук шёл не отсюда. Он повернулся. Медленно пошёл по коридору, как будто боялся спугнуть призрак. И тогда заметил — под входной дверью, в тонкой полоске света — тень. Чья-то фигура стояла с другой стороны. Звук доносился оттуда. Рингтон не смолкал. Саймон застыл на мгновение. Грудь сдавило так сильно, что стало трудно дышать. Он сделал шаг вперёд. И протянул руку к замку. Щёлк. Резкий, короткий звук. Дверь распахнулась. Рывком. Саймон не успел ни сделать шаг, ни вдохнуть — просто замер. Она. В проёме стояла Кейт. В одной руке — шлем. В другой — мобильник, с экраном, где всё ещё мигал вызов. Она сжимала его так крепко, что пальцы побелели. Она посмотрела прямо на него. Ни страха, ни улыбки. Только напряжение. Саймон смотрел на неё, не веря до конца, что она здесь, что это не призрак, не сон, не боль, притворившаяся надеждой. Несколько секунд тишины повисли между ними, пропитанные всем, что не было сказано. — Не ответишь на звонок?