Глава 37. Предатель

(Трек главы Tommee Profitt, Beacon Light, Sam Tinnesz — Enemy)

«Если судьба решила, что я умру этой ночью, пусть.

Но моя смерть не будет пустой.

Я утащу тебя за собой.

В самую тьму, туда, где тебе и место.»

Вертолёт ревел, разрезая ночную тьму над песчаными барханами. Его тяжёлые лопасти, выбивали ритм, под который отчаянно стучало сердце Кейт. Она сидела, сжав винтовку в ладонях. Холодный металл пробирал до костей, но она только усилила хватку, пытаясь удержать мир в фокусе. Давление тактического жилета сжимало грудь так, что каждый вдох требовал усилия. Воздух в салоне был густым, пропитанным потом, металлом и горючим. Тошнота подкатывала к горлу, кислая и навязчивая, но Кейт с усилием сглатывала, стиснув зубы. Только не сейчас. Её взгляд скользнул по бойцам, сидящим рядом. Векс сидел с краю, локоть на колене, голова опущена. Пальцы непрерывно перебирали край перчатки. В его глазах было не просто напряжение, а предельная концентрация. Рейс сидел сгорбившись, бережно сжимал в кулаке кольцо на тонкой верёвке. В этот момент в его взгляде было что-то тихое и тёплое. Как будто шум моторов вертолёта исчез, и он был там, где его ждали. Но когда он спрятал кольцо под жилет, его лицо изменилось мгновенно. Взгляд стал резким, холодным. Мягкость исчезла, словно её никогда не было. Остался только солдат, готовый идти до конца. Соуп сидел рядом, чуть откинувшись назад. Он на мгновение поднял глаза и поймал взгляд Кейт. Уголки губ дрогнули в лёгкой улыбке, той самой, в которой пряталось немое «всё будет нормально». Но сегодня, за привычной улыбкой, пряталась тень. Едва уловимая, но достаточно глубокая, чтобы она её заметила. Как будто он знал. Чувствовал, что что-то не так. Гоуст сидел напротив, его маска, безликий череп, скрывала любое выражение, но по резкому наклону головы было ясно, он полностью в миссии. Его пальцы методично проверяли магазин, движения точные и отработанные годами. Он не отвлекался на эмоции. Его мир был ограничен прицелом, целью и этой миссией. Кейт позволила себе задержать на нём взгляд и в тот момент, будто почувствовав, он повернулся. Их глаза встретились. За пустотой маски, в его глазах читалась не просто концентрация, а осознание. Он четко видел не только то, что происходило сейчас, но и то, что должно произойти. И в этом взгляде не было ни страха, ни сожаления. Только холодная, безжалостная решимость, готовая принять любую цену. Ни слова, ни жеста друг другу, но оба знали, сегодня всё закончится. Так или иначе. Кейт отвела взгляд. Сосредоточься. Гул лопастей усилился. Вертолёт пошёл на снижение. Операция «Марид» началась.

***

Черный силуэт вертолета завис над каменистой равниной в пяти километрах от базы Аль-Хаят, за цепью низких холмов, укрывающих их от любопытных глаз. Шасси едва коснулись земли когда люк распахнулся. Векс прыгнул первым, мягко приземлившись и сразу уходя в тень. За ним Рейс, уже поднимал ствол на уровень глаз. Соуп спрыгнул быстро, но с внимательной оглядкой по сторонам. Гоуст спустился бесшумно, словно тень. Кейт задержалась на секунду. Холодный ночной воздух ударил в лицо, запах пыли и сухой травы смешался с выхлопом двигателя. Она вдохнула и, стиснув винтовку, спрыгнула последней. Лопасти вертолёта раскручивали вокруг них вихрь песка и пыли. — Мы на месте, — произнесла она в рацию, и её голос был ровным, несмотря на внутреннее напряжение. — Двигаемся, — скомандовал жёстко Гоуст. Позади вертолет уже поднимался, растворяясь в ночи, оставляя команду наедине с миссией.

***

Темнота давила на глаза, заставляя зрачки расширяться до предела, выхватывая из мрака лишь размытые силуэты далёких дюн. Песок хрустел под ботинками, каждый шаг, казалось, раздавался эхом по холмам, хотя команда двигалась почти бесшумно. Кейт чувствовала, как капли пота скатываются по спине под тяжёлым бронежилетом. Она прищурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то впереди, но лишь слабый отсвет звёзд на металлических воротах базы выдавал их цель. Гоуст поднял кулак — стоп. Отряд мгновенно замер, рассыпавшись за валунами. Кейт прижалась к холодному камню, чувствуя, как её сердце колотится где-то в горле. Гоуст прильнул к прицелу своей винтовки, медленно сканируя периметр. — Западный вход. Противников не наблюдаю. — прозвучал его голос в рации, — Действуем по плану. Он двинулся первым. Остальные последовали за ним, как тени, держа дистанцию, но не отставая. Ворота базы были уже близко, когда Рейс прошептал: — Вижу движение… Все застыли. За воротами мелькнула фигура. Человек. Один. Он мигнул фонарём два раза, подавая условный сигнал. — Это Киган, — сказала Кейт, и в её голосе прорвалось облегчение. — Пошли. Отряд быстро рванул к воротам. Через минуту они уже были у металлических створок. Киган стоял в тени, его лицо скрывала ткань. Он распахнул ворота и отряд пересек внешнюю границу базы, двигаясь среди складов и невысоких бетонных стен. Прицелы винтовок скользили по углам, крышам, окнам, каждый метр периметра был под контролем. — Всё чисто? — спросил Гоуст. — Пока да. Но они где-то рядом. — ответил Киган. — Мы внутри, — коротко доложил Гоуст в гарнитуру, не отрывая взгляда от направления. — Принято. Действуйте тихо, — раздался голос Прайса в рации. — Киган, куда дальше? — спросил Гоуст, проверяя сектор. — Это архив, — Киган кивнул на одноэтажное здание в трёхстах метрах к северу, его окна были затянуты металлическими решётками. — Соуп, Рейс, двигайтесь на восток вдоль периметра. Зачистите нам путь для отхода. — Векс, — Киган повернулся к нему, — я проведу тебя на склад боеприпасов. Все встречаемся через пятнадцать минут возле той вышки. Он указал на сторожевую вышку с вращающимся прожектором, чьё световое пятно медленно скользило по территории базы. Гоуст посмотрел на Кейт. — Ты за мной. Все кивком подтвердили команду. Разделившись, бойцы растворились в темноте, каждый уходя в своём направлении. Кейт и Гоуст двинулись к архиву, держась ближе к стенам, избегая света прожекторов. Тошнота накатывала на неё волнами, то обжигая горло, то сжимая грудь. Она старалась дышать ровно, но холодный ночной воздух только сильнее подчёркивал, насколько сердце бьётся быстрее обычного. Они замедлились у входа. Дверь архива была закрыта на массивный навесной замок. Гоуст бросил быстрый взгляд на металл и едва слышно фыркнул. — Примитивно, — пробормотал он, поднимая приклад, чтобы сбить его ударом. — Стой, — резко остановила его Кейт. Он замер, глядя на неё из-под маски. — Лучше тихо. Она достала отмычку и присела. Пальцы дрожали, но она заставила их слушаться. Один щелчок, второй, третий и замок сдался. На мгновение она уловила, как в его взгляде мелькнуло что-то вроде одобрения. Обычно он сам выбирал тихий способ, но сейчас, похоже, хотел действовать быстро. Кейт поднялась, собираясь сделать шаг вперёд, но Гоуст резко перехватил её за руку и потянул назад, качнув головой, указывая себе за спину. Он поднял оружие и направил в проём. Открыл дверь и медленно вошёл. Кейт следовала за ним, держа винтовку наготове и прислушиваясь к каждому звуку. Гоуст нащупал выключатель на стене. Короткий щелчок, и тусклая, жёлтая лампочка осветила пыльное пространство. Запах старой бумаги наполнил архив. Он двинулся по помещению, скользя взглядом по высоким стеллажам и закрытым шкафам. — Чисто, — сказал он, опуская оружие. — Осмотри стеллажи, а я проверю компьютер, — сказала Кейт, проходя мимо него к столу. Саймон не двинулся. Он стоял в полумраке, взглядом вычерчивая невидимые линии в пространстве, будто прислушивался к чему-то, что слышал только он. Кейт дошла до монитора, коснулась клавиши, но вдруг заметила, что он всё ещё на том же месте, не сделав ни шага. — В чём дело? — спросила она, выпрямляясь. Гоуст перевёл на неё взгляд. — Что-то не так… — В каком смысле? — Тебе не показалось странным? — он говорил тихо, но в его голосе было то особое напряжение, когда мозг уже собрал пазл, но не хочет верить в результат. — Мы на базе крупнейшей террористической группировки, чей предводитель, которого хотят убить, здесь… Но по пути, ни одного солдата. Ни патруля. Даже у мелкого картеля охрана лучше. Гоуст отвёл взгляд в сторону стеллажей и произнес. — Либо у них всё плохо с финансированием, либо это ловушка. — Либо это Киган постарался, — парировала Кейт, её пальцы уже бегали по клавиатуре. — Это мне и не нравится… — пробормотал он себе под нос. — Делай то, за чем пришли, Гоуст. Данные. Помнишь? У нас десять минут. Кейт вернулась к работе за компьютером, вставила флешку и начала искать полезные данные. Гоуст, напряжённо шагнув к стеллажам, принялся осматривать коробки с бумагами.

***

Восточный сектор утопал в полумраке. Соуп и Рейс двигались вдоль периметра, держа винтовки наготове. Лёгкий ветер гнал по бетонке пыль и сухие листья, что-то скрипело на крыше старого ангара. — Слишком тихо, — бросил Соуп, скользя взглядом по тёмным окнам. — Даже для ночи. — Это точно. — тревожно произнес Рейс. Шорох слева. Оба развернулись, подняв винтовки. Пусто. Внезапно погас ближайший прожектор, и на их лицах осталась только лунная тень. В этот момент из темноты вспыхнули несколько алых точек, лазерные прицелы, нацеленные прямо им в грудь. — Чёрт… — начал Соуп, но в тот же миг раздался хлопок, и в его тело вонзились два тонких электрода, тянущихся на проводах к тёмной фигуре в нескольких метрах. Разряд прошил его мышцы. Он дёрнулся, зубы клацнули, ноги подкосились, и он рухнул на колени. Рейс успел только прицелиться, но в бок врезался второй выстрел те же иглы и провода. Тело предательски отказалось слушаться. Из тени вынырнули люди в чёрном снаряжении, голоса на арабским. Кто-то грубо перевернул Соупа лицом вниз и стянул запястья пластиковым хомутом. Сорвал наушник и рацию. Склонился к нему, маска почти касалась его лица. На ломаном английском, с акцентом, он процедил ему в ухо: — Американцы… Всегда умираете долго… Они даже не пытались действовать скрытно. Их смех, приглушённый масками, раздался в темноте, когда пленников поволокли к двери между складов.

***

Ангар встретил Кигана и Векса запахом масла и дерева, смешанным с металлической пылью. Они шагали между рядами деревянных ящиков, аккуратно уложенных вдоль стен. Слабый свет фонаря освещал штампы, коды партий и грязные маркировки. Векс тихо присвистнул, провёл ладонью по крышке одного из ящиков, смахнув слой серой пыли. Под пальцами проступила выцветшая надпись: Made in Poland. — Вот кто кормит этих волков… ублюдки, — прошипел он со злостью. — Покончим с этим, Векс, — коротко бросил Киган, скользнув взглядом по углам помещения. Векс присел, раскрыв чёрный рюкзак. Внутри компактный блок взрывателя, гибкие детонирующие шнуры, заряды C4 в зелёных брикетах, аккуратно перемотанные армейской лентой. Он работал быстро, будто мог собрать все с закрытыми глазами. Заряд на центральную балку, ещё два к ящикам с боеприпасами. — Ну и фейерверк будет… — пробормотал он, защёлкивая блок взрывателя и вводя код. Он поднялся, вытянул спину. Киган стоял рядом, но взгляд его был не на заряды, а куда-то в пустоту, будто уже просчитывал что-то дальше. — Поставил двадцать пять минут, — сказал Векс, проверяя крепление рюкзака. — Лучше не задерживаться и закончить всё быстро. — Так и сделаем, — ответил Киган. Он поднял руку в которой сжимал пистолет и не дав ни секунды на осознание, нажал на спуск. Выстрел прозвучал ударом по барабанным перепонкам и эхом отразился от стен ангара. Голова Векса откинулась назад, тёмное пятно расплескалось по крышке ближайшего ящика, медленно стекая по выцветшей надписи. Тело дернулось и упало на пол повалив ящики. Киган не моргнул. Пламя короткого выстрела ещё не успело потухнуть в его памяти, как он уже переступал через мёртвое тело, даже не взглянув вниз. Ведь таймер на заряде уже отсчитывал минуты до взрыва.

***

Гоуст швырнул коробку на пол, подняв облако пыли. — Всё старьё, — в голосе уже не сдерживалось раздражение. — Здесь ничего нет. Кейт, не отрывая взгляда от экрана, щёлкнула мышью несколько раз. — Не понимаю… Ни данных о поставках, ни личных дел. Всё будто… подчистили. Гоуст повернулся к ней. — Я говорил, это ловушка. Надо выбираться. Он активировал рацию. — Соуп, Рейс, как слышно? В ответ только шипение помех. — Соуп, это Гоуст, ответь. Тишина. — Векс? Опять ничего. За дверью раздался шорох, словно кто-то задел ногой пустую канистру. Саймон вскинул винтовку, шагнул к двери. — Я с тобой, — быстро сказала Кейт, вставая. — Нет, — рявкнул Гоуст, не оставив ей ни малейшего шанса возразить. Он приоткрыл дверь, петли скрипнули едва слышно. В лицо дунул холодный, пыльный воздух. Снаружи было пусто. Только свет прожектора где-то вдалеке медленно скользил по стенам. Саймон двинулся к соседнему зданию, держась в тени. Выглянул из-за угла и увидел тёмную фигуру с поднятым шокером. Успел отдёрнутся, когда электроды ударили в стену рядом. Он поднял ствол, собираясь выстрелить, но чья-то рука с силой дёрнула винтовку вниз. Пули попали землю в полуметре от ног нападавшего. Слева и справа вынырнули ещё двое. Первый пошёл в лоб. Саймон сместился, пропуская удар мимо, и врезал прикладом в рёбра. Второй кинулся слева. Гоуст отбросил его кулаком в челюсть, но тут же почувствовал, как третий перехватывает его руку, выворачивая запястье. Оружие упало на землю. Один из боевиков попытался прижать его к стене, но Гоуст ударил лбом и раздался треск, по видимому носа. Второй снова полез вперёд, но Гоуст поймал его за ворот и резко дёрнул вперёд, подставляя под удар третьего. На миг всё превратилось в рваный поток движений, чужие руки, тёмные силуэты, пыль, вырывающаяся из-под ног. Саймон выхватил нож. Остался один, тот, что с шокером. Он шагнул вперёд, готовый вонзить сталь, когда над двором разнёсся свист. Голова Гоуста дернулась в сторону звука. Прожектор скользнул по входу в архив и осветил фигуру Кейт. Она стояла с поднятыми руками. Ладони дрожали, на лице напряжение, сжатые губы и тень страха в глазах. К её виску упёрся пистолет, а за спиной вооружённый боевик. Гоуст замер. Дыхание, все ещё неровное, вздымало грудную клетку. Будь он на пару шагов ближе… Взгляд просчитал траектории, расстояние, время выстрела, но все варианты заканчивались одинаково. Пуля в её голову. Выхода не было, он разжал кисть и бросил нож. Сталь со звоном ударилась о бетон. Сзади подошёл боевик, заломил руки за спину и пластиковый хомут со скрежетом затянулся на запястьях, впиваясь в кожу. К ним подошёл тот, с разбитым носом. Кровь уже подсохла на коже, оставив тёмные полосы. Он встал вплотную и ударил кулаком в живот. Гоуст согнулся, зубы сжались. Ударивший ухмыльнулся. Кейт непроизвольно дернулась в сторону Гоуста, но в тот же миг боевик за её спиной сильнее прижал к её виску ствол и прорычал: —Киф ма канак! (Стой на месте!) Гоуст выпрямился, сдерживая дыхание. — Такой смелый… когда знаешь, что ответа не будет, — произнёс он ровно, глядя прямо в глаза обидчику. За спиной Кейт стоявший там боец толкнул её вперёд. Она едва удержалась на ногах. Гоуста развернули, удерживая так, что суставы плеч заныли. Пальцы боевиков врезались в мышцы и потянули в сторону ангара. Её руки почему-то не связали, видимо, сочли, что девчонка не представляет опасности. Кейт сбавила шаг. Взгляд скользнул по боевику, идущему рядом, зацепился за его кобуру с ножом. Сталь блеснула, а вместе с ней, в её голове вспыхнул чёткий, дерзкий план: одним рывком выхватить клинок и резануть по горлу. Она медленно подняла глаза на Гоуста. Тот уловил её мысль без слов и едва заметно мотнул головой Не сейчас. Плечо боевика толкнуло её вперёд. — Имши! (Шевелись!)— рявкнул он.

***

Ангар оказался сквозным. Массивные створки распахнуты с обеих сторон. Сквозь дальний проём виднелись два вертолёта, стоящих на бетонной площадке под холодным светом прожекторов. Кейт и Гоуста втолкнули внутрь. Шаги эхом прошлись в пустоте ангара, где в полумраке громоздились штабеля ящиков. В центре, прямо на заляпанном бетоне, на коленях стояли Соуп и Рейс. Пластиковые хомуты стягивали их запястья за спинами. Перед ними, как палач, стоял Киган. У Кейт в груди всё сжалось. Он… Все подстроил… Пазл сложился в один миг. Гнев поднялся откуда-то из глубины, тяжёлой волной распирая грудь. Челюсть стиснулась так, что заскрипели зубы. Её и Саймона опустили рядом с сослуживцами. Колени больно ударились о бетон, но она не отвела взгляда от Кигана. Тот стоял прямо, глядя на них сверху вниз. Все молчали. Даже Киган не спешил открывать рот. Смысл уже витал в воздухе, и предстоящая болтовня казалась лишь пустой декорацией. Чем-то, что делают «для приличия», когда финал уже предрешён. Гоуст встал на колени, а его глаза работали, как оптика прицела. Два у ворот за его спиной. Один слева, между ящиками. Ещё двое у второго проёма, рядом с вертолётами. Вертолёты стояли на площадке за ангаром, готовые к взлёту. Но пока ни один из боевиков не спешил заводить двигатели. Значит, время ещё есть. Он искал глазами Векса. Пусто. Ни на полу, ни среди пленников, ни в охране. Мысль пришла как факт. Мёртв. Гоуст просчитал дистанции до ящиков, до ближайшего боевика, до дверей. Варианты складывались в голове, как схема, но каждая линия упиралась в количество стволов. — Не стоит, Гоуст, — наконец сказал Киган, глядя прямо на него. — У тебя нет шансов. Он сделал короткую паузу, скользнул взглядом по остальным и поправил: — У вас… нет шансов. — Зачем? — прорычал Гоуст, сдерживая ярость. — Мы доверяли тебе! — бросил Соуп. — Он просто продался… как шлюха, — Рейс почти выплюнул слова. Кейт молчала. Она чувствовала сегодня он поставит их перед выбором… её перед выбором. Снова. Она опустила взгляд в пол, стараясь не выдать ни страха, ни злости. Киган не ответил ни на один вопрос. Шёл медленно и уверенно. Остановился прямо перед ней. Дуло пистолета коснулось её подбородка и заставило поднять голову. Кейт встретила его взгляд, и на миг всё вокруг исчезло, осталась только эта холодная сталь у кожи и его глаза, полные спокойной уверенности, что он контролирует каждое ее дыхание. Киган склонился чуть ближе, так что его голос был слышен только ей. — Ты ведь знаешь, Джин, — уголки его губ изогнулись в подобии улыбки. — Они ещё живы только потому, что ты мне нужна. Он выпрямился, отступил на пару шагов, разворачиваясь к остальным. — Но дальше всё зависит от тебя, — бросил он уже громко, так, чтобы каждое слово отозвалось в металлических стенах. Кейт ощутила, как сердце ускорило ритм, но взгляд не отвела. — Что тебе нужно? — прошипела она. Киган медленно усмехнулся, смакуя её тон. — Дело в том… Джини, — он медленно проговорил ее имя — что ты опоздала на свой рейс. Она свела брови, не понимая. Киган сунул руку во внутренний карман, извлёк потёртый паспорт. Внутри длинный билет. Он раскрыл документ и, глядя прямо на неё, нарочито громко прочитал: — Элизабет Хартман. Его нос чуть морщился, будто от дурного запаха. — Как банально. Он швырнул паспорт и билет к её ногам. Бумага ударилась о бетон и раскрылась. — Какого хрена, Кейт? — спросил Соуп, растерянно переводя взгляд с неё на Кигана. Она молчала, не отводя взгляда от документов. — Чем ты думала? — Киган шагнул ближе и его тень накрыла её. — Ты думала, я не узнаю? Я вижу каждую сделку на этих улицах. Здесь, в этом городе, я решаю, кто сбежит из этого ада. Здесь я грёбаный Харо́н. Его глаза сверкнули. — И те, кому ты доверилась, сами сдали тебя мне. — Ублюдок… — прорычал Гоуст. Киган медленно повернулся к нему, лицо исказилось в гримасе презрения. — Заткнись, Гоуст. Ты всего лишь дрессированная шавка Прайса. Строишь из себя совесть отряда? Но я хотя бы не прикрываюсь чужими идеалами. Я честен в своей грязи. Так что не нужно этой лицемерной святости! Кейт подняла на него взгляд. — Ты сказал, что отпускаешь меня… Киган усмехнулся. — Сказал… А ты сказала, что мы всегда идём до конца, вместе. Что бы ни случилось. И где мы сейчас? Соуп бросил на Кейт недоумённый взгляд. — О чём он вообще?.. Рейс дернул руками зажатыми в хомут. — Киган, ты просто конченый псих! Слышишь себя? Киган сделал вдох, сдерживая внутри то, что копилось так долго. — Ты хотела новой жизни? Я дам её тебе. Начнём сначала… снова Киган и Джин… Ты же знаешь… я всегда был рядом. Я люблю тебя, чёрт возьми, понимаешь? — он развел руки в театральном жесте, — Это всё ради нас! — Не ведись, он играет с тобой. — сказал Гоуст, медленно выкручивая запястье, пытаясь высвободиться. Кейт выпрямилась, не отводя взгляда. — Знаешь, Киган… — ровно произнесла она, — Я правда когда-то верила, что ты способен на что-то большее, чем выгода и сделки. Думала, что под всей этой грязью остался человек. Она сделала вдох, слова ускорились, а тон стал острее. — Но ты… тебе плевать на всех кроме себя! Ты продаёшь чужие жизни, чужие мечты, чужую свободу, как мясо на рынке! Ты называешь это «новой жизнью»? Это клетка. Это твой грёбаный ад, в который ты тащишь всех, кого касаешься! И знаешь, Киган… лучше сдохнуть здесь, чем снова быть Джин рядом с тобой… Киган не отводил взгляда, его глаза цепко держали её, будто он мог вырвать из них согласие силой. Кейт смотрела в ответ, тяжело дыша, не позволяя себе ни моргнуть, ни дрогнуть. Он стоял неподвижно. Её слова пробивались сквозь слои гнева, упрямства и его одержимости. На миг показалось, что он застынет в этом взгляде навсегда. Но потом, пару раз моргнув, Киган вернулся из глубины собственных мыслей. Он знал, что она выберет этот путь. Он готовился к этому. Но услышать это вслух… оказалось хуже, чем он ожидал. Что-то внутри болезненно дёрнулось, расползаясь по груди неприятным жаром. Челюсть сжалась, в скуле заиграла мышца. — Что бы не случилось… Джин… — тихо повторил он. Щёлкнул предохранитель и следом, с неизбежностью, прозвучало два выстрела. Первым рухнул Рейс. Его тело дёрнулось и он упал. Пуля лишила его жизни в один миг, пробив череп. Вторым упал Соуп. Он ещё секунду держался прямо, а потом стал задыхаться, пытаясь вдохнуть хоть каплю воздуха. Его глаза встретились с её взглядом на короткий миг. И в них не было страха, только обречённость. Кейт словно оторвали от реальности. В ушах раздался звон, протяжный, металлический, застрявший где-то глубоко в голове. Он перекрыл всё: шаги, крик, даже собственное дыхание. Тусклые лампы ангара расплывались, и весь мир сжался в пятно перед ней. Грудь не слушалась, вдох не проходил. Казалось, что рёбра стянуло железным обручем. Она смотрела в глаза Соупа. Пустые. Стеклянные. Этот взгляд вгрызался ей в подкорку. К горлу подкатила тошнота. Слёзы выступили на глазах. Она опустилась руками на бетон, и через пару секунд вдруг поняла, что он скользкий. Сырость крови разливалась по коже, липкая и вязкая. Она повернула ладони и смотрела на окровавленные руки, не в силах сдержать дрожь в пальцах. И тогда организм предал её окончательно. Спазм сжал горло, и её вырвало прямо на бетонный пол. Вкус желчи и кислоты разлился во рту, смешавшись с тяжёлым запахом пороха в воздухе. Она закашлялась, хватая ртом воздух, и только тогда поняла, что беззвучно плачет, слёзы катились, не давая взгляду сфокусироваться. Мир стал глухим и медленным. Она не заметила, как Гоуст вырвал руку из захвата и бросился на Кигана. Не слышала его яростного рыка. Не видела Кигана. Перед глазами было только одно: неподвижные тела рядом, красная лужа и последний взгляд Джонни. — Нет. Нет. Нет… — беззвучно повторяли её губы. — Это все из-за меня… Гоуст навалился на Кигана, повалил его на бетон и с размаху врезал кулаком в лицо. Киган рванул головой в сторону, кровь брызнула из рассеченной губы. Гоуст поднял руку, готовясь ударить ещё раз, но вдруг резкая, режущая боль пронзила шею. Он даже не понял, откуда. Только дикий жар, словно в вену влили расплавленный металл. Шокер. Гоуст дёрнулся всем телом, мышцы свело судорогой, кулак застыл. Воздух вырвался из лёгких хрипом, но вдохнуть обратно он уже не мог. Боевик прижал его шокером ещё сильнее, не отрывая. Секунды растянулись в вечность. Он пытался сопротивляться, но тело не слушалось, мышцы тряслись, а пальцы сводило в судорогах. Сухой треск электричества ударил в уши Кейт, выдернув из тягучего ступора. Она резко подняла голову и увидела, как тело Гоуста выгнуло в неестественной дуге. Киган уже поднялся. Он стоял рядом, чуть наклонившись вперёд, и наблюдал, как будто смаковал каждую судорогу, каждый хрип, вырывающийся из груди Гоуста. — Хватит… — тихо сорвалось с губ Кейт.— Прошу, остановись! — уже почти крикнула она, срываясь на отчаянный вопль. Киган не ответил. Его взгляд оставался прикован к дергающемуся телу. И только спустя мучительные секунды он лениво, небрежным движением кисти, отдал приказ. И наконец, удар прервался. Мышцы отпустило. Гоуст рухнул на бетон, грудь дернулась в попытке вдохнуть, но воздух не доходил до лёгких. Всё плыло. Последнее, что он ощутил это вкус железа во рту и липкую кровь на шее. Его тело обмякло окончательно. Голова безвольно повернулась в сторону. Он больше не двигался.Киган поднял пистолет и направил его прямо в Гоуста. Палец лег на спусковой крючок, дыхание стало прерывистым и тяжелым. — Нет! Киган! — в голосе Кейт смешались отчаяние и страх. — Я пойду с тобой! Слышишь?! Он застыл. Внутри боролись два чувства: жгучее желание добить врага и хищная холодность, подсказывающая: «Оставь его, это будет ещё одним поводком для неё.» Пальцы медленно разжались. Пистолет опустился. Киган поднял руку с часами, бросил взгляд на стрелки и резко скомандовал: — Хан вакт ар-рахиль. (Пора убираться!) Боевики мгновенно задвигались, проверяя оружие. Все направились к выходу, и через минуту металлический корпус одного из вертолётов задрожал, лопасти закрутились и машина поднялась в воздух. Кейт медленно поднялась на ноги. Каждое движение давалось с усилием, а колени дрожали. Она не сводила глаз с Гоуста, выискивая хоть малейший признак, вдох, движение, что угодно, что докажет, он ещё жив. Киган повернулся и шагнул к ней. Он остановился совсем близко, наклонился, и большим пальцем, бережно стёр слезу, застывшую на её щеке. — Этого можно было избежать, Джин. Ты ведь знала, что всё будет именно так. И всё равно выбрала этот путь. Он задержал взгляд на её глазах, и уголки его губ дрогнули не в улыбке, а в еле заметной усталости. — Так и не научилась делать правильный выбор. Киган взглянул на часы, пистолет ушёл в кабуру, и он развернулся к выходу. — Пора лететь, — сказал он, словно всё происходящее лишь неизбежный порядок вещей. Кейт осталась стоять, будто ноги приросли к полу. Её взгляд скользнул к неподвижному телу Рейса, к Соупу и наконец, к Саймону. Гоуст лежал неподвижно, но рука его едва заметно дрогнула. Но она увидела это движение очень ясно. Ее взгляд опустился вниз, на нож, спрятанный в его ботинке. «Правильный выбор…» — эхом отозвался в голове голос Кигана. Что-то оборвалось. Кейт сорвалась с места, в два шага оказалась рядом с Саймоном, выхватила нож и, не раздумывая, рванула вперёд. Киган, будто почувствовав, резко дёрнул в сторону. Лезвие полоснуло по его руке, вскользь, оставив алую полосу. Он отшатнулся, зло скривился, глаза сверкнули бешенством. — ДЖИН! — яростно рявкнул он. Кейт рванулась снова, нож описал дугу и полоснул воздух у самого лица Кигана. Он отшатнулся, но тут же шагнул в ответ, схватил руку, удар локтем в грудь выбил из неё дыхание. Кейт зашипела, но удержалась на ногах и вслепую ударила коленом и попала. Киган коротко рявкнул, и сразу же, с силой заломил её руку за спину. — Вот такую тебя я люблю, — сказал он с ухмылкой. Кейт со всей силы врезала затылком назад. Хрустнул нос и Киган разжал хватку, она, развернувшись, попыталась вогнать нож ему в бок. Киган отбил удар, лезвие чиркнуло по его ребрам, порвав рубашку. Они сцепились. Гоуст с трудом возвращал сознание. Сперва гул в ушах, потом резкая боль в шее, где ещё отдавал шокер. Он приоткрыл глаза, мутное зрение постепенно прояснилось. Над ним клубился свет ламп под потолком ангара, и сквозь мельтешение силуэтов он увидел Кейт и Кигана. Гоуст моргнул, стиснул зубы, пытаясь шевельнуться. Каждый вдох отдавался в рёбрах болью. Он медленно приподнялся не отрывая взгляда от них. Гоуст видил как Киган прижат к стене, а нож упирается ему в грудь. Кейт всем весом давит. Лезвие медленно врезается в ткань его рубашки, остаётся миг и она пробьёт дальше. — Сдохни… — вырвалось у неё сквозь зубы. Но Киган резко двинулся вперёд. Его лоб с треском врезался ей в переносицу — боль взорвалась в голове, хватка ослабла. Он тут же перехватил её запястье, развернул кисть и с рывком направил лезвие вниз. Холодный металл вошёл в её живот с боку. Кейт дёрнулась, резко втянула воздух. Глаза широко распахнулись, рот приоткрылся, но ни крика, ни стона не последовало. Только сдавленный хрип сорвался из её груди. Киган застыл, будто не верил собственным рукам. Его пальцы дрожали, не отпуская рукоять, взгляд метался по её лицу. В груди тяжело бухало сердце, дыхание рвалось, будто он сам только что получил удар. Он прижал её к себе крепче, удерживая, будто силой мог не дать крови вытечь. — Я ведь обещал тебе новую жизнь… — голос его сорвался, превратился в шёпот, — но ты… выбрала его. Слова застряли в горле, он сглотнул, будто давясь собственным отчаянием. Глаза налились влагой, по щеке скатилась слеза, которую он даже не заметил. Кейт, с трудом поднимая взгляд, выдавила из себя хриплый смешок, больше похожий на стон. — Ты так и не понял… я никогда тебя не выбирала. — тихо сказала она. И в этот миг он осознал, никакой новой жизни никогда не существовало. Всё, что было, рушилось у него в руках вместе с её телом. На другом конце ангара Гоуст, шатаясь, поднимался с пола. Мир плыл перед глазами, мышцы ещё сводило, но он поднял голову. И увидел. Увидел, как нож вошёл в Кейт, как Киган держал её прижатой к себе. Всё сомнение, вся слабость сгорели в один миг. Из груди вырвался звериный, истошный крик, такой, что эхом ударил о железные стены: — НЕТ! Он рванулся вперёд, шатаясь, спотыкаясь, но не останавливаясь. Киган поднял глаза и увидел его. Торопливо попытался отстраниться от Кейт, но она вцепилась в его плечи, удерживая. Даже сейчас, истекая кровью, она не отпускала его, не давала завершить то, что он задумал. Ему пришлось резко оттолкнуть её. Она упала на холодный бетон, тело подломилось, кровь расплылась под раной. Киган дрожащей рукой выхватил пистолет и вскинул его на Саймона. Но Гоуст уже был рядом. Схватил его за руку, дёрнул в сторону. Прозвучал выстрел. Грохот оглушил, пламя вырвалось прямо у лица Гоуста, опалив маску. Запах пороха ударил в нос. Выстрел с визгом ушёл в сторону, пуля попала в металлическую балку, искры сыпанулись вниз. Гоуст с силой выбил пистолет из руки Кигана, оружие пролетело пару метров и скользнуло по бетону, остановившись у стены. Оба замерли на долю секунды, а затем рванулись. Киган к оружию, а Гоуст, врезался всем корпусом, сбив его с траектории. Они повалились на пол, ударились телами и перекатились. Гоуст оказался сверху и, не давая ни секунды, врезал кулаком Кигану в лицо. Раз, два и кровь брызнула с его рта. Но силы предательски подводили его мышцы всё ещё отзывались слабостью после шокера, руки дрожали, дыхание сбивалось. Удары становились всё менее точными. Киган уловил этот момент. Он закрылся блоком, и Саймон вместо удара по лицу попал в локоть. Киган ухватил его за предплечье, провернул сустав, и Гоуст сдавленно рыкнул от боли. Киган ударил кулаком в бок и воздух вырвался из лёгких Гоуста. Киган оттолкнул его вырвался из-под давления тела и откинул Гоуста. Тот оказался на коленях, поднялся шатаясь и снова бросился, замахиваясь, но промахнулся. Рывок дался ему тяжело, ноги словно наливались свинцом. Киган это не упустил. Он подсек его ногу, и Гоуст рухнул. Киган навалился сверху и схватил его за горло. Гоуст задергался, хватая воздух. Он пытался сбросить его, бил кулаками по рёбрам, но слабость сказывалась, движения теряли силу, удары шли вхолостую. Киган давил без пощады. Его лицо было в крови и поту, челюсть сжата, глаза горели злобой. Бетон холодом впивался в спину. Ладони Гоуста метались в поисках опоры, но каждое движение было медленнее предыдущего. Киган наклонился ближе, и сквозь скрежет зубов прошипел: — Поздно сопротивляться, Гоуст. Его пальцы сжались ещё сильнее, и в глазах Гоуста мир стал темнеть. Кейт лежала в пяти метрах от схватки. Нож торчал из живота, горячая кровь уже пропитала ткань, прилипнув к коже, делая каждое её движение пыткой. — Блять… — тихо сорвалось у неё с губ. Она попыталась подняться, но силы тут же покинули её, тело предательски свалилось обратно на холодный бетон. Грудь ходила рывками, дыхание сбивалось, в глазах темнело. Она повернула голову и увидела, как Саймон задыхался под хваткой Кигана. Его руки уже почти не сопротивлялись, тело под ним дёргалось всё реже. Слёзы жгли её глаза, от боли, от бессилия, от ужаса. Она попыталась ползти, но каждое движение отражалось огнём в животе. Тогда она замерла, тяжело вдохнула и приняла решение. Её пальцы легли на рукоять ножа. Вдох. Выдох. Крик прорезал ангар, когда она выдернула лезвие. Всплеск боли накрыл её целиком, из раны с новой силой хлынула кровь. Тело выгнулось, она застонала, но не остановилась. Подняв голову, Кейт собрала остатки сил и толкнула нож вперёд. Лезвие скрежетнуло о бетон, оставляя за собой алую полосу. Оно остановилось всего в десятках сантиметров от руки Гоуста. Саймон, всё ещё хватал воздух, пальцы нащупали холодный металл. Липкий и скользкий. Его ладонь сомкнулась на рукояти. С яростным рывком он вонзил нож. Киган даже не успел отшатнуться. Лезвие со всхлипом вошло в шею. Киган дёрнулся, хватка на шее Гоуста разжалась, пальцы в отчаянии сжали рукоять, торчащую из его горла. Изо рта хлынула тёмная кровь, брызнув вперёд и заляпав маску Гоуста. Гоуст, задыхаясь, толкнул его от себя. Киган, пошатнувшись, рухнул на бетон. Его лицо налилось бордовым, глаза метались, а кровь из раны вырывалась вместе с каждым рваным глотком воздуха. Гоуст, ещё секунду назад балансировавший на грани потери сознания, прокашлялся, тряхнул головой, прогоняя пелену. Грудь ходила тяжело, в глазах стояла ярость и паника, но он уже понимал Киган не жилец. Мысль о Кейт дала ему толчок, он развернулся, ноги подкашивались, но он поднялся на колени. Мир плыл перед глазами. Он почти полз к ней, цепляясь ладонями за холодный бетон, пока снова не рухнул. Выругавшись он упёрся руками и снова поднялся, пошатываясь. Так, рывок за рывком, он добрался до Кейт. — Эй… эй… тише… я здесь… — его голос дрожал. Он опустился рядом, отстегнул жилет и осмотрел ее. Рана кровоточила, пропитала ткань насквозь. — Самон… — выдохнула она, губы изогнулись в слабой улыбке. — Не надо… уходи… Он резко мотнул головой. — Нет. Мы выберемся. — Я не смогу… — прошептала она, тяжело дыша, глаза чуть прищурились от боли. Он прижал ладонь к её щеке, заставив её посмотреть на него. — Мы хотя бы попытаемся, — сказал он твёрдо. Она слабо кивнула, смирившись. Гоуст рванул молнию на своей аптечке, руки дрожали, но действовали отточенно. Первым делом он выхватил автоинжектор с морфином, сорвал колпачок и без лишних слов вонзил иглу в её бедро. Кейт только вздрогнула. — Хорошо… — шептал он, стараясь сам поверить, что всё под контролем. Он достал индивидуальный перевязочный пакет, порвал зубами упаковку. Оголил рану. Глаза метались. Он знал, что с ножевой раной в животе так не делают. Знал, что это будет адски больно. Но кровь лилась слишком быстро, времени оставалось мало. — Чёрт… — выругался он, — Придётся потерпеть. Он скрутил часть бинта в плотный комок и, не дав себе времени задуматься, воткнул его прямо в рану. Кейт закричала заставив его сердце сжаться в груди. Она выгнулась, билась, пытаясь оттолкнуть его, но Гоуст прижал её к полу, одной рукой удерживая, другой методично проталкивая бинт внутрь. — Терпи, Кейт, терпи! Крик стихал, дыхание стало рваным, и вдруг, она обмякла, потеряв сознание. Саймон застыл, глядя на её лицо, сердце колотилось. Но грудь Кейт всё ещё поднималась и опускалась. Слабо. Неровно. Но она пока жива. Он туго закрепил бинт поверх, стянул как мог, зафиксировал. Дышал тяжело, а руки были по локоть в крови. На секунду прикрыл глаза, выжимая из себя остатки сил, затем окинул взглядом ангар, ворота, выход на плац, и дальше вертолёт. Он подхватил её на руки. Ноги дрожали, поясницу ломило, но он шёл, стиснув зубы. По бетону тянулись капли крови. Добрался до вертолета. Посадил Кейт на кресло второго пилота, пристегнул ремни, поправил её голову, чтобы не свалилась на грудь. Оббежал фюзеляж и рывком ввалился в кабину пилота. Дёрнул главный тумблер питания, щёлкнул автомат подачи топлива. Турбина загудела, металл завибрировал. Он нажал кнопку раскрутки и винты зажужжали, набирая обороты. Лопасти начали крутиться рассекая воздух, создавая гулкий вой. Он взглянул в ангар. Соуп лежал на бетонном полу, неподвижный. Его друг. Его брат, которого он бросает здесь. — Прости, Джон… я не могу потерять и её тоже. Он бросил взгляд на Кейт её голова безвольно склонилась, тело держалось только благодаря ремням. Губы бледные. Вдруг гулкий взрыв разорвал базу. Алое пламя вырвалось из нутра дальнего ангара, окатив кабину светом. Гоуст рванул рычаг вверх вертолёт взвизгнул, отрываясь от земли. Не дождавшись высоты, он сразу накренил машину вперёд, уводя её прочь от базы. Под брюхом мелькали вспышки, ещё один взрыв прогремел снизу. Металлическая пластина, вырванная взрывной волной, с грохотом ударила в борт. Внутри кабины запахло гарью, панели зашипели. — Сука! — Гоуст ударил ладонью по приборке, удерживая машину. Пластина пробила топливопровод, датчики давления завыли, красные индикаторы запрыгали. Вертолёт мотало в стороны. Он вцепился в штурвал, зарычал, будто сам силой воли тянул вертолёт вперёд. Он не знал, хватит ли топлива долететь до своих. Но он был готов держать его в воздухе, пока сердце не встанет.

***

Огни базы росли на горизонте. Казалось, ещё чуть-чуть и спасение близко. Гоуст повернул голову, уже совсем теряя силы от боли и усталости. Кейт так и не очнулась. — Мы почти долетели… слышишь?.. Прошу тебя, только держись… Но вдруг приборная панель вспыхнула, загудела тревожным ритмом. Лопасти замедлились, вибрация прошла через корпус. Машина начала неумолимо снижаться. — Давай… чёрт тебя… — он дёрнул рычаг на себя, пытаясь поднять нос. Но управление уже не слушалось. Вертолёт клюнул вперёд. Гоуст всеми силами удержал, заставляя машину «скользить» над пустыней. Земля рванулась навстречу. Удар. Металл завизжал, лопасти раскололись и разлетелись в темноту. Фюзеляж пропахал песчаную равнину, брызги песка и искры вырвались в ночное небо. Основной удар пришёлся по левому борту со стороны пилота. Саймон впечатался в ремни, грудь будто сломало. Боль резанула в бок, а мир закачался. Он слышал, как панель гаснет одна за другой, пока в салоне не наступила почти полная тьма. Тяжёлое шипение сорванной гидролинии выпускала пар, словно машина умирала вместе с ними. Голова Гоуста опустилась вперёд. Он всё ещё шептал её имя. Каждое слово тянулось слабее прежнего. Он попытался повернуть голову в её сторону, но веки тяжелели. Ещё один выдох и мир провалился во тьму. Тишина. Такая мёртвая, глухая, будто сама пустыня решила поглотить всё, что случилось здесь. Ни крика, ни шороха. Только дым поднимался вверх, растворяясь в бескрайней ночи. А в кабине, где тела всё ещё держали ремни, оборвался даже шёпот.