18' Состязание в лесу. part. 3

      После той небольшой неловкой сцены и заверений окружающих, что у меня, вообще-то, есть много друзей которых можно было бы догнать, мы решили организовать общий привал. Рёта хмурил брови бросая взгляды в мою сторону, кажется, ему не понравилось мычать в ладонь, прижатую к его рту. А что поделать?       Сообща, мальчишки быстро справились с хворостом и уже через пятнадцать минут над костром запекалась различная снедь из заплечных мешков.       – Предлагаю объединить силы вплоть до завтрашнего полудня. – ребята перестали жевать и устремили все внимание на Неджи. – У нас есть пострадавшие в обеих группах, Саюри поможет с лечением, а я возьму на себя безопасность. Что думаешь, Саюри-сан?       Я только открыла рот, но тут:       – Это отличная идея, правда же, Саюри-сан?? – восторженно воскликнул Рёта, но тут же скривился получив чувствительный тычок в бок от сидящей рядом Ханы.       – Просто скажи, что снова пытаешься соскочить с ночного дежурства, лентяй. – зашипела подруга на товарища.       – Ну а что тут такого? – мальчик тер бок под перекрестком смеющихся взглядов. – Неджи-сан очень сильный и теперь здоровый, Саюри-сан догнала его и полечила.       Этот ребенок оказался мастером в игнорировании моих предостерегающих взглядов. Аж зубы свело от того, насколько он был похож с Араширо: нельзя их знакомить, иначе друг воспитает из ребенка свою мини-копию…       – Спасибо, Рёта-кун, что высказал свое мнение. – прочистив горло, прервала я болтуна.       Мальчик упер взгляд в Хану:       – Вот видишь!       – Тише ты! – еще один тычок и мальчишка снова яростно затер саднящий бок, прожигая подругу взглядом.       – Да, Неджи-сан, думаю, это отличное решение. Давайте позаботимся друг о друге.       Хьюга поднялся на ноги с невозмутимым выражением на лице:       – Тогда так и поступим. Погода портится, скоро пойдет дождь, двигаться в таких условиях нецелесообразно. – и перевел взгляд на Рёту, тот примолк, – А самые болтливые идут со мной ставить силки и осматривать территорию.       Рёта, набив рот лепешкой, недоумевающе оглядел каждого и осознав, кого имеет в виду Неджи, удрученно поднялся за ним вслед, передав покусанную лепешку в руки Ханы.

***

      Неджи оказался прав.       Погода портилась стремительно, и если утром и днем стояла тяжелая угнетающая духота, то к вечеру небо заволакивало непроницаемой серой дымкой из под которой не мог проникнуть даже лучик заходящего солнца.       Пока он с парой ребят осматривал окрестности, мы взяли на себя ответственность поставить палатки. Как оказалось, мои подопечные не взяли ни одной палатки и в итоге у нас оказалось их всего две: моя и одна ребенка из группы Хьюги       Проведя небольшой урок по осмотрительности при сборах в длительные путешествия, вздохнув, я приступила к делу.       Когда парни вернулись с обхода, а сам обход занял у них довольно много времени, мы только‑только закончили, ведь оказалось, что только двое — я и Химэ, хозяин второй палатки — умеют их ставить. Пришлось провести второй урок, не входивший в мои планы.       — Ура! Наконец мы вернулись, я думал не успеем до того, как пойдет ливень!       — У нас всего две палатки, — начала я, глядя, как Рёта вцепился зубами в лепешку, возвращенную Ханой. — Поэтому нужно решить, как мы разделимся. Предлагаю, может быть, командами?       — Парни идут в левую, девушки — в правую, — спокойно поправил Неджи, раскладывая на земле содержимое заплечного мешка.       — Девушек меньше, — попыталась возразить я, — а вам будет тесно всем вместе.       — Я не планирую спать, буду дежурить. — спокойно пояснил он, вынув спальный мешок и протянув одному из подопечных. — А совместный быт пойдет им на пользу, научатся договариваться друг с другом без кулаков.       Я бросила быстрый взгляд на мальчиков, и двое из них действительно выглядели слегка помятыми. Решив, что не стоит развивать эту тему, мне осталось лишь вздохнуть и согласиться.       Перед тем как лечь спать, я снова прошлась по пострадавшим, чтобы проверить их состояние. Многие уже были в полном порядке, разве что состояние Химэ и Ханы требовало детального ухода. Химэ повредил ногу, получив удар после падения Рёты, а Хана — руку, пытаясь неудачно зацепиться за ветви.       Когда я завершила обход в палатке мальчиков, снаружи уже мелко накрапывал дождик. Его обманчивая легкость противоречила черному небу над нашими головами.       — Неджи-сан, как себя чувствуешь?       Он медитировал с закрытыми глазами под натянутым краем брезента: капли воды изредка долетали до одежды и окрашивали крапинками светлую ткань.       — Все в порядке, Саюри-сан, твое лечение мне уже помогло.       — Я рада.       Внутри поселилось странное, теплое чувство. Пытаясь понять его природу, я провела взглядом по сидящей в тени фигуре.       Человек передо мной ощущался по другому. Раньше казалось, что он покрыт толстым панцирем — ударь — и отбросит взрывной волной. Сейчас же ощущалось, будто его забрало поднято и доспех снят: ещё не совсем, но в Неджи уже чувствовался лёгкий интерес к жизни.       Он перестал выглядеть так холодно, как воспринимался до этого и даже позволил себе улыбнуться во время восторженного рассказа о том, как один справился с пятью переодетыми учителями. Прежний Неджи абсолютно точно так не отреагировал бы.       Мне нравилось наблюдать за ним, и я поняла, что еще больше меня радуют те крошечные изменения в его диалоге с миром.       Глаза скользили по спокойному лицу, по опущенным векам, по закатанным рукавам и… по слегка смятой от позы ткани рубашки на груди.       Это была рубашка, похожая на ту, которую я когда‑то разрезала, открывая доступ к грудной клетке и телу.       От ярких воспоминаний щеки обдало жаром, а кончики пальцев будто окунули в жидкий огонь. Ощущения показались настолько яркими, будто руки снова касались кожи Неджи.       Молчание затянулось и Хьюга открыл глаза:       — Все в порядке?       — Д-да, — голос сорвался и я прочистила горло, кашлянув, — да, в порядке. И раз ты тоже в порядке, то я пойду.       — Спокойных снов, Саюри-сан. — парень кивнул, провожая мою спешную капитуляцию в недра женской палатки.

***

      Из-за мыслей в голове я ворочалась в спальном мешке: было жарко, раскрываясь мерзла и так по кругу.       Дождь, казалось, усиливался с каждой минутой, барабаня маршем по брезенту палатки. И, как колыбельную, отбивал ритм, усыпивший моих соседок. Девочки спали беспокойно, но все-таки спали, значит завтра они не доставят хлопот в дороге. И освободят меня от очередного нравоучительного урока по походной жизни шиноби.       А меня же не столько отвлекал дождь, сколько мысли возвращали к оставшемуся на страже Неджи. Снаружи. Под дождем. Под брезентом, где внутрь проникали легкие капли, а что могло сотворить то безобразие, которое разворачивалось сейчас?       Не выдержав, скидываю верх спальника и закрываю лицо руками. Пусть и прошел месяц после ранения Хьюги, я все равно продолжала волноваться. И дело не в гиперзаботе, как думалось сначала, а в том, что я сомневалась в примененной тогда технике.       Я боялась, что Неджи может стать плохо в любой момент от какой-нибудь совершенной мною ошибки. Я анализировала свои действия, ситуацию, возможности — и не находила неточностей. Но все-таки... Встречая Неджи Хьюга я не могла не оценить его состояние и не обратить внимание на малейшее отклонение от нормы.       А сейчас он находился снаружи.       Не могу. Если сердце не перестанет так быстро качать кровь, то я никогда не усну. А еще мне нужно проверить, все ли хорошо. Или даже подменить Неджи, отправив его в палатку.       Я выскользнула из спальника, накинула его поверх озябшей Ханы, схватила подготовленный на утро мешок и выскочила на улицу.       Дождь налетал косыми струйками на будто невидимый воздушный шар, сконцентрированный вокруг светлой фигуры. Меня не перестает удивлять способность Неджи сидеть в такой неудобной позе и быть при этом готовым атаковать.       Барьер. Конечно, Неджи поставил барьер, чтобы защититься от непогоды. Почему я не подумала? Слишком сильно переживала за его самочувствие.       Парень открыл глаза и недоуменно встретился со мной глазами. И под его пристальным взглядом, я, перебежками, скользнула в созданный им защитный купол.       — Могу подменить тебя.       Я провела ладонью по волосам, откидывая в сторону холодные капли.       — Не стоит, мои навыки будут полезнее в этих обстоятельствах. — он все еще выглядел немного удивленно, когда проводил взглядом то, как я опускаюсь на землю возле.       — Мне все равно не спится. Тогда позволь мне… — руки сложили печать и вокруг уже установленного щита поднялся мой.       — Зачем? — только и спросил он, снимая собственную технику.       — Ты и так защищаешь нас, а я не могу уснуть. Поэтому побуду твоим щитом, пока все не уляжется. — замялась. — Я про дождь.       А еще ты тратишь свою чакру, пусть немного, но если я могу тебя хоть как-то оградить, я хочу это сделать.       — Думаю, бесполезно отправлять тебя обратно в палатку? — Неджи заинтересованно следил за мной, пока я безуспешно пыталась развязать узел на принесенном мешке.       Я кивнула, не отрываясь от своего занятия. Понаблюдав еще немного, он осторожно положил ладонь поверх моих рук, прекращая копошение. По телу будто прошел разряд тока, заставивший замереть.       — Я помогу. — он аккуратно поддел узел и по моим пальцам теперь прошелся реальный ток: тонкий поток чакры. Узел ослаб и легко поддался под тонкими пальцами Неджи.       — Ой, это техника какая-то? — момент детского восхищения и удивления поборол накатившее смущение от касаний. — Научишь?       Я резко вскинула голову, застав его растерянный вид. Он прочистил горло и повернул голову к прямому положению.       — Да, если тебе хочется.       — Это невероятно полезно! — восторженно закивала я и пояснила чуть тише. — Дома иногда я просто рву узел…       — Это один из логичных вариантов — короткое пожатие плечами в ответ.       Я улыбнулась на такие неожиданные ободряющие слова.       — Я тут вспомнила, что приберегла кое что вкусненькое. Ты любишь моти?       Если бы я не была так увлечена сумкой, то заметила бы, как замер и напрягся Неджи, и как дернулся на его шее кадык.       Поборов сумку, я вынула слегка помятую коробку:       — Клубничные, мои любимые, я хочу тебя угостить.       — Почему меня? — раздался напряженный голос. Смутившись, ответила:       — Нет, если ты не любишь сладкое, я не принуждаю. Просто их вкуснее есть в приятной компании и я подумала…       — О чем?       Напряжение будто разлилось в воздухе и я не могла понять, что именно могло его возмутить в моем предложении. Взгляд заскользил по испытующим глазам напротив, пытаясь найти правильные слова.       — Забудь. – я решила просто принять поражение и взяла одно пирожное, откусив, буркнула – Просто хотела быть дружелюбной…       Не скажу, что знаю много Гениев, но неужели такой неприятный характер идет в довесок к выдающимся способностям? С тем же Шикамару тоже бывает непросто поладить…       Когда я скосила на него глаза, то еле подавила улыбку: вид у него стал удивленно-виноватый, никогда не видела такого выражения на его безукоризненном лице.       — Я… – замешкался, – не важно. – и Неджи провел рукой по лицу. – Прости, если вдруг обидел. Я не хотел.       Я кивнула, принимая извинения:       — Так все-таки будешь?       Он только кивнул и немного неуверенно взял пирожное. Откусив, поморщился:       — Как можно есть такое сладкое?       — Так говоришь, будто ёкан никогда не пробовал. — хмыкнула я и округлила глаза в ответ на отрицательный кивок. — Ты не пробовал ёкан? Никогда-никогда?       — Я не люблю сладкое, — лишь пожал он плечами и положил оставшийся моти в рот.       — Все дети в детстве обожали ёкан, — я покачала головой, и зачем-то сказала, — отец часто привозил его после миссий и мы с братом устраивали соревнования за те, что были с орехами.       — Наверное, я не полюбил сладкое, потому что мне не привозили сладости, когда я был маленьким. — только и пожал он плечами, беспристрастно наблюдая за лесом.       Я прикусила язык, мысленно отвесив себе оплеуху. Последнее что я хотела в этой жизни, так это огорчить Неджи болезненными воспоминаниями. Он снова произнес, отвлекая от самобичевания:       — Если хочешь, ты можешь облокотиться о мою спину. — все также не глядя в мою сторону, он пояснил: — чтобы твою не свело. Да и… — в голосе скользнули легкие нотки неуверенности, — может быть тебе так будет удобнее.       Опешив, я не сразу нашлась с ответом:       — Облокотиться? О тебя?       И внимательнее вгляделась в его профиль.       — Пока тут больше никого нет.       — А. Да.       Повисло неловкое молчание.       — Да, ты прав, — сглотнув, качнула головой. — так и правда будет удобнее.       И после моего согласия, его плечи слегка опустились, отпустив напряжение. Не говоря ни слова он повернулся ко мне спиной и я, немного неуверенно, повторила его движение.       Касание.       Такое непривычное, выбивающее из колеи, смешивающее мысли.       — Так ты… специально купила любимое пирожное, чтобы взять в поход?       — Ооо, нет! Это совершенно удивительная история! — неожиданно, но сидя спина к спине было легче вести непринужденный диалог с моим Кумиром. — Я не знаю, кто почти каждый день доставляет мне моти. Точнее, кто доставляет я знаю, это курьер, — из меня вырвался нервный смешок и я сразу продолжила. — но не знаю, кто совершает заказ. И приносят всегда клубничные. Клубничные! Мои любимые! Это кто-то, кого я знаю, но брат и отец отрицают, команда тоже не признается. Я пыталась расспросить медсестер и курьера, но и они отмалчиваются. Я почти уверена, что Аяме-сама что-то скрывает. Она каждый раз так загадочно улыбается, что аж раздражает. Я думаю, это может быть кто-то из бывших пациентов, но зацепок нет.       — Вот как. Доставка моти приносит тебе неудобства? — уточнил на мой тяжелый вздох голос за спиной.       — Не совсем так. Это очень вкусно, приятно и даже немного загадочно. Мне только неловко от того, что это может доставлять неудобство самому дарителю. Ведь приносят часто и иногда даже каждый день. Смущает неизвестность.       — Думаю, Саюри-сан, ты не должна смущаться и испытывать неловкость, если это тебе действительно нравится. Кажется, этот человек ощущает благодарность и если бы сам испытывал неудобства, то, скорее всего, прекратил бы это занятие.       — Наверное, ты прав…       — В любом случае, если это твой пациент, то, возможно, это самое малое, что он может сделать для тебя в благодарность.       — Я помогаю в госпитале не ради подарков или сладостей, — с трудом, но мне удалось побороть предательский зевок, ведь до этого я смело предлагала свою помощь на всю ночь. — Мне достаточно, чтобы мои пациенты шли на поправку и были здоровы.       — Ты можешь оставаться альтруисткой, бессомненно, только люди будут всегда испытывать и выказывать свою благодарность так, как могут. Словами. Или действиями.       Не сдержавшись, я все-таки тихо зевнула в кулак.       — И снова ты прав.       Нас окутывало комфортное молчание и громкий гимн дождевых капель о брезент. Глаза смыкались. Не заметив, я все-таки провалилась в сон. Голова качнулась и отклонилась назад, прислонившись к чужому плечу. Я уже не видела, но когда сознание полностью провалилось в мир сновидений, возведенный мной барьер схлопнулся, однако капли так нас и не достигли: незаметно, Неджи сложил печать после нечаянного касания моей головы, подстраховав щит.       Пара часов пролетела как пара минут и голос Ируки-сенсея выволок меня из сна. Кажется, я пропустила начало диалога и, в целом, прибытие учителей:       — Вам нужно вернуться в лагерь, надвигается циклон и находиться в предгории может быть опасно. Соревнования было решено отменить. — Ирука-сенсей огляделся. — С вами, случайно, нет Наруто?       — Нет, мы не встречали его команду.       — Вот же дурак. А вы почему отклонились от маршрута? Вас мы тоже не сразу нашли.       — Ничего критического, так сложились обстоятельства, — последовал уклончивый ответ Хьюги.       Я тихо выдохнула с благодарностью. Неджи не стал рассказывать о том фиаско, которое спровоцировало наше нечаянное объединение.       Он вообще оказался более понимающим, чем могло показаться на первый взгляд.