Часть 15

Макс – И кого это ты к нам привёл? – пропел Михаил, едва завидев, что Макс не один. – Тёзку твоего. Михаил довольно потёр подбородок и прищурился, внимательно разглядывая гостя. Сам Михаил был таким тучным, что едва помещался в своём кресле. Руки и лицо походили на тесто – рухлые и округлые. Макс даже не знал, сколько ему лет. Лысый, с маленькими крысиными глазками и длинным носом, он вызывал чувство отвращения. – Натворил, видать, чего-то тебе. Не хватятся, всё проверил? – Не хватятся, – бросил Макс и втолкнул Миху в кабинет. Тот стоял с отрешённым взглядом и лёгкой улыбкой на лице. – Подтёр уже ему память? Поляков кивнул. – Ага, вижу, чистый как стёклышко. Но потом ещё поработаем. Сейчас тогда осмотрим его и на анализы. Подключу Льва Борисовича, чтобы получше проверил информацию о нём, а то ты у нас можешь подарочек принести. Макс бросил тяжёлый взгляд на собеседника. Ему потребовалось сделать над собой титаническое усилие, чтобы не приказать этому гаду прямо сейчас наложить на себя руки. Так сильно бесил его главный помощник Лавина. Михаил был скользким типом, до чёртиков обожал пересчитывать деньги, смотреть на муки людей во время экспериментов и довольно потирать подбородок. Он говорил о прогрессе, восхвалял вакцину и Лавина, а за спиной молол чепуху и, как шестиклассница, распускал сплетни. Невзлюбил Макса с первого дня, доносил обо всех его проделках Андрею и победоносно вскидывал руки, получая похвалу от шефа. – Жалко только, что ему уже давно больше тринадцати, – с нотками грусти в голосе произнёс Михаил. – Я не могу заставить его помолодеть, – язвительно бросил Макс. Михаил зашёлся в беззвучном смехе. Лицо раскраснелось, а на лбу выступил пот. – Мальчик мой, – сказал, наконец отсмеявшись, мужчина, – если бы ты умел делать это, то об Андрее Валентиновиче давно бы узнал весь мир! Макс только хмыкнул. Ага, как же. Лучше бы люди узнали о том, как он подбирает бездомных детей, забирает их из детских домов и выкупает у неблагополучных семей, а с помощью связей подделывает документы. Легко подтирает память, не знает жалости и готов убивать, чтобы достичь власти и обойти саму мать-природу. Идея о сверхлюдях порой доводит его до настоящего безумия. В глазах же государства он выглядит белым и пушистым. Меценат, борется с неизлечимыми болезнями, спасает жизни, проводит важные для страны исследования и осуществляет пожертвования нуждающимся. Прям волшебник! – Бывай, – бросил Макс, не поддержав веселье Михаила, и покинул его кабинет. Он шёл по коридорам лаборатории. Оглушительную тишину прорезали звуки аппаратов, колбочек и криков. Макс привык к этому. Его сердце с каждым днём черствело всё больше, превращаясь в гранит. Порой он боялся, что однажды проснётся точной копией своего наставника, ведь как бы он не отрицал, но они очень похожи. Макс не идеален и обожает ощущение превосходства над другими. Он многим причинил зло, за что корил себя ежедневно. Макс – Ты просто никчёмное создание! Глупый мальчишка! От тебя никакого прока! Я устал прятать трупы и завуалировать всё под простые болезни. Наставник с размаху ударил маленького Макса по щеке. Ребёнок поморщился от боли, пытаясь скрыть слёзы. Они уже третий час подряд отрабатывали внушение. У мальчика ничего не получалось. А надо было всего-то успокоиться и внушить несколько действий сидящему напротив бродяге. – Я таскаю их сюда только из-за тебя! Ты должен, наконец, научиться управлять своей силой, но ты отлыниваешь, не можешь внушить им ровным счётом ничего! Они сходят с ума и накладывают на себя руки после всех экспериментов и твоих неудачных потуг. Сотри им память, скажи, что они здоровы, сделай уже хоть что-нибудь! Я не могу один выполнять за тебя всю работу! Макс молча теребил край рубашки. Это было одним из правил – приходить на занятия в белой рубашке с галстуком и чёрных брючках. – И зачем я тебя только вытащил из детского дома? Надо было оставить гнить! А знаешь ли ты, что твои способности – это не чудо? Максим робко поднял взгляд на разъярённого Лавина. Светлые волосы всклокочены, синева голубых глаза потемнела, губы сжались в тонкую трубочку, а челюсть напряглась так, что заходили желваки. С минуту он молчал, а потом продолжил: – Да, да. Сказки закончились. Ты родился больным! И твои родители умоляли вылечить тебя, а потом не справились с тобой и выбросили как собачонку, потому что ты жалкое ничтожество! Его голос сорвался на кашель, а Макс почувствовал, как внутри закипала злость на наставника, на родителей, которых он почему-то не помнил, и даже на этого ни в чём неповинного бродягу. Он прикрыл глаза и попытался успокоиться, как его учил Лавин. Затем обжёг взглядом бродягу и одними губами прошептал: – Уходи и забудь обо всём, что здесь было. Мужчина поднялся со стула и вышел из кабинета. Макс – Твоя задача управлять ими, контролировать поведение, подчищать память. А ещё быть ищейкой, ты понял меня? Лавин отпустил воротник рубашки Макса и скомандовал. – Сядь. Макс покорно опустился в кресло. Как же он боялся этого кабинета с белыми стенами, парой стульев и кресел. Он снился ему даже в жутких кошмарах. Слишком много времени ему приходилось здесь проводить в компании с Лавиным и субъектами экспериментов. – Тебе уже восемь, и ты должен знать, что тридцать лет назад на местном химическом заводе случилась страшная авария, в реку Вассу попало много отходов и вредных веществ. Были наказаны сотрудники завода, в том числе и мой отец. Лавин уставился на перстень, украшающий его указательный палец. Наставник никогда не снимал его. – Стояло жаркое лето, и многие пренебрегли советами воздержаться от питья и купания. Воду фильтровали, осуществляли поставки из других городов, но это не помогло. Вещество проникло вглубь реки, а она у нас очень большая и протекает через десятки городов! Образовавшийся вирус был очень опасным, именно он стал источником болезней у многих жителей. Со временем мутируя и влияя на организмы людей, затрагивал нервную и костную системы и многое другое. Так заболел и я. Мать таскала меня по врачам, но никто не знал, что со мной. «Белые халаты» разводили руками и ставили мне неверные диагнозы. Люди с самыми разными симптомами обращались к врачам, поэтому нас стали изучать. Когда был обнаружен очаг возникновения, учёные открыли новую болезнь «Пименда». Она похожа на сотню других, с одним лишь нюансом – неизлечима, можно лишь заглушить симптомы. Так было до того самого момента, пока я не создал лекарство. Оно способно перестраивать работу организма, клеток и мозга и излечить больных, хоть и с побочными эффектами. Полжизни я потратил на изучение вирусов, путешествуя и записывая каждую вспышку этой болезни. И чем больше узнавал, тем больше понимал: некоторые не доживали и до двадцати пяти. Но благодаря моему открытию есть шанс, если начать лечиться вовремя. Вколешь лекарство в зрелом возрасте, придётся на протяжении всей жизни принимать препарат, что мне и приходится делать. Лавин замолчал, уставившись на мальчика. Макс сжался под его взглядом, но не посмел прервать зрительный контакт. – Ты знаешь, к каким благим целям мы идём, – сурово продолжил наставник. – Именно поэтому у тебя появятся новые обязанности. Вместе с другими членами нашей команды ты будешь искать людей, заставших тот период выброса веществ и их детей. Максим быстро закивал. Для него было большой честью получить новое задание от наставника. Это значило, что он больше не никчёмный. – Понимаешь, сложно определить, болен человек или нет, так как у многих заболевание протекает в скрытой форме. А Пименду проблематично распознать в теле человека, особенно, если она скрытая, порой даже анализы не показывают, а вот введённое вещество «Андромеда» скажет всё. Мы тщательно отбираем людей: забираем из детских домов, выкупаем у нищебродов, идём на обман. Но, поверь, это того стоит. Мальчик вновь кивнул. – А теперь приступим к практике, – холодно сказал Лавин, и Макс покорно поднялся, чтобы вновь применить свою силу, вопреки всей боли, что он ощущал после бесконечных тренировок.