9

      —Надеюсь, что всё это время я был хорошим дядей, —Усмехался лежащий в кровати мужчина.       —Ох, дядя Сиприан, ты лучший из лучших. Таких как ты нужно ещё поискать, —Взяв шприц в руки, Озеральд пододвинулся ближе к кровати, положив его руку себе на колено. Склонился над ним, надавил на рукоятку, проверив, что лекарство хорошо выходит, и вставил иглу в вену, вводя всю жидкость, что была в шприце. После смерти родителей Озеральда, когда ему было четырнадцать, его попечителем стал родной дядя — брат матери. Сиприан Кератри всю свою жизнь работал строителем. Они не часто могли проводить время вместе: у одного постоянная работа на весь день, а у второго учëба. Так они и жили, что дядя готовил завтрак, племянник — ужин. Но выходные они старались проводить совместно. А ещё Кератри часто беспокоился о том, что не справляется со своими обязанностями и всё свободное время пытался уделить Брехелю со всевозможными попытками его развлечь и заставить улыбнуться. Своей семьи у него никогда не было, но он старался всеми силами осчастливить племянника, никогда ни в чëм ему не отказывая. И все сбережëнные деньги он отдавал на учëбу в большом городе. Озеральду, видя, как тот постоянно работает и тратит на него всё своё время, было очень стыдно за самого себя, что ему не хватило баллов на бюджетное место. Учиться в этом университете было его мечтой, он всегда хотел стать самым лучшим учëным или исследователем, не важно, чтобы заработать много денег и отдать дань уважения своему дяде, отдав некоторую часть ему в благодарность за все годы его ухаживаний за ним. Поэтому в скором времени после первых экзаменов он смог занять бюджетное место за счёт того, что некоторые его одногруппники ушли в другие заведения. И все оставшиеся годы он держал эту планку прилежного ученика с хорошими оценками. Пятый курс стал для него переломным моментом в жизни. Вроде бы он занимается тем, что ему нравится, радуется жизни, а со второй стороны накинулись проблемы. Резкое исчезновение из жизни любимого человека и болезнь дяди. Одно било морально, второе добивало физически. Все каникулы он провёл в родном городе и ухаживал за Сиприаном. Тому было стыдно, что Озеральд за ним ходит и следит за его состоянием, но для парня это было настоящей честью отплатить за всё, что тот делал для него. Пусть он и не мечтал об этом в таком ключе.       —Жалко такого гениального парня как ты. Совсем тебе с генами не повезло. Ближе к пятидесяти все родственники погибают. Отец умер от какой-то болячки в сорок пять. Твоя мать покинула нас в том же году от остановки сердца. Не выдержала боли утраты и разлуки. А мне, похоже, повезло. Пятьдесят и всё ещё жив. Надеюсь, что ты побьëшь все рекорды. Озеральду было противно говорить на тему смерти. Она его бесила. Прямо-таки выворачивало наизнанку от ненависти и злости только при одном упоминании о ней.       —Сиприан...       —Нет, цыц!, —Поднёс к его губам палец мужчина, —Озеральд, ты уже взрослый парень. Пора серьëзно поговорить. Деньги на мои похороны в шкафу за тайной полкой. Кроме тебя у меня нет родственников, но я всё равно написал завещание. Найдëшь его рядом с деньгами. Моим домом можешь распоряжаться как хочешь. Если захочешь путешествовать или просто переехать в другой город или страну, то со спокойной душой продавай дом. Он мне всё равно будет уже не нужен, а тебя лишь будет удерживать здесь. Всё же ты совестный мальчик. Поэтому запомни мои слова: я разрешаю тебе пользоваться всеми вещами в доме без зазрения совести. Делай с ними всё, что душе будет угодно. Обнаружив мëртвого дядю после некоторого времени, как он вновь приехал проведать его, он тут же направился к нему на работу, ели как добился разрешения поговорить с вышестоящими и рассказал про сложившуюся ситуацию. Пока гости готовились к отправке умершего коллеги в мир мëртвых, Озеральд занимался другими организационными делами: купил цветы и еду на прощальный стол, помыл труп усопшего, переодел его во всё лучшее, больше не заходя в его комнату, и сбегал в морг за одним из работников, чтобы те попытались понять причину смерти, раз даже во время болезни не удалось понять чем именно он болел. Написали, что скарлатина. Юноша, конечно, был рад узнать причину, но он совсем не разбирался в болезнях. Ещё его удручала плохо развитая медицина, из-за чего он понимал, что даже диагноз может быть неправильным. Проводы были быстрыми. Брехель и пару мужчин с конторы строителей вынесли труп из дома и вместе с гостями направились к ближайшей реке. Парень сел на колени на берегу реки, —Маркелия, проводница мëртвых и защитница живых, пожалуйста, разреши нам ступить в твои земли с ещё одним твоим рабом и будущим помощником. Не пугай нас и не забирай с собой. Мы всегда уважительно относились к тебе и традициям при отдаче дорогих нам людей в твои руки. Будь добра, уважай и нас, страдающих по утрате любимых нам людей. Мы не желаем тебе зла. Рыжеволосому было очень страшно. Он был уже на двух похоронах, но тогда он был слишком юн, чтобы запомнить главные детали похорон. Он даже не был уверен, что проводнице понравилась его речь. Но он старался быть с ней доброжелательным настолько, насколько мог. Дальше он с другими мужчинами обмотали вокруг себя верëвки, которые держали полотно с телом умершего. Войдя в воду по грудь, они опустили умершего на водную гладь, сняв с себя верëвку и вытащив из-под него ткань. По традиции представлять тело умершего должен самый близкий ему человек. Поэтому подхватив того под ноги и за спину, как бы держа на руках, парень остался в воде один. И вытянул руки вперёд, легонько толкнув своего дядю дальше. Сам же он отошёл на пару шагов назад. Она не любила, когда на неё смотрят. Поэтому для собственной безопасности он даже опустил глаза в воду, не подглядывая за транспортировкой. И прямо перед его глазами всплыла кувшинка. Юноша поднял голову и осмотрел реку, увидев лишь отдаляющуюся от него копну тëмных волос. Он осторожно поднял кувшинку, поблагодарил её за работу и выбежал из воды, не желая находиться тут ещё дольше. Только встав на песок, Озеральд нахмурил брови. Он уже переживал этот день. Это сон. Он спит. И опять видит воспоминания из прошлого. Каждый сон, который подкидывал ему его мозг, был моментом из жизни, за который ему было стыдно или который вызывал разочарование с грустью. Сжав руки в кулаки, Брехель стал кричать во все лëгкие, терпя покалывания в груди и чувствуя, как они сжимаются от нехватки воздуха, —Покажись! Покажи мне своё лицо! Я хочу видеть того, кто портит мне жизнь! Явись мне! Предстань передо мною! Собравшиеся гости изумлëнно на него смотрели, прося успокоиться и не кричать. Но теперь и на них ему было всё равно, из-за чего он рявкнул, резко поведя рукой в их сторону, —Заткнулись все! Валите отсюда куда подальше, дешëвые подделки! Ничего, кроме моих чувств, тут не настоящее. Никто из вас не реален! Стоило ему произнести эти слова, как всё вокруг него почернело. Трава из-под ног исчезла, дальних домов теперь не было видно, даже звëзды с неба пропали, оставив над головой лишь мрак. Который он уже видел. Взглянув за спину, как и ожидалось, его ждал длинный мост. Брехель испугался резкому изменению картинки, но всё равно встал на него, постоянно оборачиваясь и ожидая, наконец, встретить того, кто портит ему настроение и настрой на такую важную работу. Несомненно, в его голове возникают мысли по поводу того, что у него ничего не получится. Но они не появляются просто так. И они никогда не были настолько навязчивыми, чтобы отправлять при малейшей ошибке домой. Если бы рыжеволосый на самом деле отдавал себе команды в таких ситуациях, то он бы посоветовал себе не нервничать и продолжать путешествие на корабле, а не всё тут же бросать и искать кротчайший путь домой. И, в конечном итоге, он никогда не желал себе смерти. Деревянные дощечки начали скрипеть. Парень повернулся к концу моста, щуря глаза и вглядываясь во тьму. Сначала перед ним предстали ладони с длинными ногтями и перепонками между пальцев. Затем вместе со всплеском воды резко показалось тело по пояс, которое держалось за мост. Длинные тëмно-синие волнистые волосы, светящиеся в темноте серые глаза с щеками и облегающее платье из сверкавших чешуйек, что начали светиться при свете появившейся вместе с ней Луны. Она себя не прятала. Наконец, она показала себя всю и полностью, ничего не скрывая. Водяная принцесса, хозяйка вод и оберегательница всех живущих в водоëмах существ. Маркелия. Озеральд с ужасом вздохнул, раскрыв глаза. Скинул с себя одеяло и сел на колени, начав трясти лежащую перед собой женщину, в страхе крича, —Маркелия! Маркелия идёт за мной! Пожалуйста, просыпайся! Он не знал, чем его знакомая могла ему помочь. Ему было очень страшно, и он сильно нуждался хоть в чьей-то поддержке, прося её у той, что была к нему сейчас ближе всех. Только сейчас он задумался о том, что даже не знал, как к ней обратиться. Мимолëтно в его голове пролетала эта мысль, но только сейчас он понял, что было бы неплохо узнать её имя и воспользоваться им сию секунду. Женщина быстро проснулась, сев перед ним в непонимании что ей самой делать. Она смотрела в его напуганные глаза и ощущала трясущиеся руки на своих плечах, наблюдая за тем, как он часто моргал, бегая взглядом то на неё, то осматривая помещение вокруг себя. От безысходности он вжался в даму, обняв её так крепко, как только мог, проговаривая,       —Молю, защити меня от неё. Скажи, что это всё дурной сон, от которого я не могу проснуться. Это не происходит со мной. Я даже готов поверить на проблемы с головой! Всё, чтобы это оказалось неправдой! Частью того нереального мира, размытое начало которого я не вижу! Темноволосая сложила руки на его спине, приобнимая в ответ. Взглянув в угол комнаты, положила подбородок на его макушку, —Пока тебя защищала Удача, Маркелия не могла тебе вредить. Сейчас же, когда тебя некому защищать, она свободно может проникать тебе в сны и причинять боль как физическую, так и душевную.       —Почему Удача покинула меня?, —Отпрянув от женщины, чуть ли не плакал рыжеволосый.       —Она нашла себе другого человека, за которым ей хочется приглядывать. Брехель задумался. Всё это время, оказывается, его защищали. До путешествия он был интересен Удаче, поэтому она не отходила от него ни на шаг. Теперь, она перескочила на другого. Кто-то теперь был интересен ей больше, чем он сам.       —Сабина!?, —Прокричал Озеральд, впившись ногтями в женские руки ещё сильнее, —Удаче понравилась Сабина? А теперь, когда она меня бросила на произвол судьбы, за мной охотится Маркелия!?, —Ненадолго замолчав, глубоко вздохнув и выдохнув, он попытался успокоиться, убрав свои руки от дамы. У него волосы дыбом стояли, ладони потели. Картина перед глазами размывалась. Прикусив губу, мужчина начал размышлять дальше в попытках себя успокоить, —Маркелия не убивает. Она лишь подготавливает человека к скорому уходу, потому что она..., —Озеральд свёл брови домиком, взглянув на даму перед собой. Кажется, сердце пропустило удар от паники. Он весь содрогался в ужасе, —Предвестница Смерти! Он кинул женщине в лицо одеяло и спрыгнул с кровати, выбежав из комнаты. Резко свернул в сторону и упал перед соседней дверью, всеми силами колоча по ней кулаками, нервно поглядывая на открытую дверь своей каюты, —Сабина! Саби, проснись! Открой мне дверь! Как же было страшно. Он просто не мог во всё это поверить. Это какой-то бред, не более. Не может такого быть. Но почему-то это всё случается! У него пальцы немели от страха, он уже их не чувствовал, но продолжал тарабанить по бедной двери. А как увидел контур женщины в дверном проёме, так у него сердце в пятки ушло. И в глазах потемнело.       —Пожалуйста, не уходи! Мне казалось, что тебе нравится проводить со мной время! Я думала, что мы начали сближаться! Только дверь открылась, как мужчина упал на порог чужой комнаты, тут же закрыв её за собой. И на всякий случай на замок, хоть и понимал, что такой простой механизм не будет помехой для двух сильных дам. Развалившись на полу, он закрыл глаза руками, громко выдохнув. Ему показалось, что он пережил инфаркт.       —Озеральд, что случилось?, —Обеспокоенно спросила девочка, встав перед ним. Брехель сложил руки в стороны, вглядываясь в её лицо, —Саби, прости меня. Пожалуйста, вернись обратно ко мне в каюту. Я совершил самую большую ошибку в своей жизни. Байлетфин слабо улыбнулась и протянула ему свою руку, —Конечно. Пошли спать, утром поговорим. Старший дошёл до кровати и лëг на самый её край, прижимаясь к светловолосой и приобнимая её за бок, —Расскажи мне, пожалуйста, что-нибудь позитивное перед сном, чтобы я быстрее заснул. Сабина сложила ладонь на его голове, поглаживая по взъерошенным волосам, —Мм... Могу рассказать тебе про свою семью. Когда мне становится грустно, то я всегда про неё думаю. Наверное, самое главное в жизни — это любящая семья, которая поможет и поддержит тебя в трудные времена.       —Начинай, —Закрыв глаза, просил мужчина. Находиться рядом с ней было приятно. То ли после того, что он узнал, то ли так было всегда, но он раньше не обращал на это внимания. Теперь он чувствовал себя в безопасности, словно был за каменной стеной. Теперь его жизнь полностью в руках Сабины, которая об этом даже не догадывается.       —Мои родители работают на большой фабрике. А чтобы найти себе коллег, они много путешествуют по городам и даже соседним странам. Поэтому их часто не бывает дома, и они приняли решение пригласить к нам работать домработницу, чтобы она не только следила за домом в их отсутствие, так ещё и приглядывала за мной. Было так спокойно. Он чувствовал приятное тепло, медленно и неспешно вдыхая и выдыхая. Казалось, что в её комнате даже легче дышится.       —Иногда меня отправляют в гости к бабушке. У неё есть много интересных историй из жизни. Она женщина с характером, —Смеялась девочка, —А бывают моменты, когда меня оставляют с дедушкой. Но это случается реже. Они живут раздельно, не знаю почему. Но было бы здорово увидеть их вместе счастливыми. Мама по секрету сказала, что ей фабрика перешла от бабушки. А ей производство передал дед, сам уйдя в какую-то другую организацию. И поэтому она старается показать себя не хуже своих родителей. Бабушка у меня красивая, но строгая, поэтому её многие боятся. А дедушка весëлый, но серьёзный, когда это нужно. А ещё у него смешные бакенбарды. Завод. Большое производство. Коллеги в соседних городах и странах. Сотрудничество с иностранцами и распространение своих влияний на другие города. Бабушка с характером и весёлый дед со смешными бакенбардами... Что-то ему это напоминало. Было чувство, что среди небольшого круга своих знакомых он уже встречался с таким человеком.       —Твоего дедушку зовут Бхавье Дюваль?       —Да, —Улыбнулась она, —Как ты узнал? Вы были знакомы? Мужчина тяжело вздохнул. На душе опять стало тяжело, а дышалось уже не так легко, как в начале её рассказа, —Пересекались. Учились в одном университете, но на разных направлениях. Я на биологическом, он на инженерном.       —Может, ты ещё и бабушку мою знаешь? Она училась с дедушкой на одном направлении.       —Жульен Фрей? Сабина смеялась, —Вот это да! Вас даже знакомить не придётся, вы уже друг друга знаете! Катастрофа! Бхавье был в одной постели с Жульен, которую не любил? Брак он понять мог, в нём можно было как-то сосуществовать хотя бы временно. Но ребёнок! В несчастливом браке! Теперь можно было и вскрыться. Брехель держал свои убитые нервные клетки в руках и старался не расстраиваться. Он узнал слишком много за одну ночь. Столько ужасных фактов он не слышал никогда за всю свою жизнь в столь короткий период времени. Это официально худшая ночь в его жизни. Озеральд всхлипнул. Слишком много плохо происходит в его жизни. Но он даже этого не заслужил. Он всегда был послушным и прилежным мальчиком, никогда и никому не переходил дорогу и ни разу не подставлял других. Был самым честным и верным человеком, а сейчас он чувствовал себя хлипкой и старой постройкой, которая могла рухнуть в любой момент от неправильно сказанного в его адрес слова. Больше он не счастливый парень с неземной мечтой в душе, за которой он так усердно следовал. Теперь он был... Он даже не мог придумать кем. Да никем он уже не был. Он просто устал и хотел спокойствия. И чтобы его никто не трогал. Наверное, после этого отпуска ему понадобится ещё один, чтобы отдохнуть от пережитого здесь.