Глава 19

Вечерело. Коридоры Хогвартса постепенно пустели, студенты расходились после занятий кто куда. Гарри и Драко, оторвавшись от компании друзей, направлялись в подземелья. Их ожидало второе занятие по окклюменции. Оба юноши были погружены в свои мысли, обдумывая прошедшую неделю и свои успехи в освоении ментальной магии. Гарри то и дело бросал задумчивые взгляды на Малфоя.  — Слушай... А зачем тебе вообще нужна окклюменция? В смысле, я понимаю, почему мне это необходимо. Волан-де-Морт так и норовит залезть в мою голову. Не то, чтобы я был против компании на занятиях, но все же, почему? Драко напрягся. Он знал, что рано или поздно Поттер задаст этот вопрос. И все равно оказался не готов к нему. Малфой судорожно подбирал слова, пытаясь придумать ответ, который удовлетворил бы гриффиндорца, но при этом не раскрыл слишком многого. — Это... личное, Поттер, - наконец, выдавил Драко, старательно глядя в сторону. - У меня есть свои причины. И я бы предпочел о них не распространяться. Гарри внимательно посмотрел на Малфоя. Раньше он бы точно начал подозревать его во всем на свете, но теперь эта скрытность просто казалась частью самого Драко. Он удивился тому, как быстро привык к этой новой версии Малфоя — более сдержанной, менее враждебной. — Ясно, - кивнул Гарри, чувствуя странное удовлетворение от того, что Драко не огрызнулся, а просто честно сказал, что не хочет об этом говорить. - Не буду лезть. Просто... если что, ты знаешь, где меня найти. Драко на мгновение встретился с ним взглядом, и Гарри увидел в его глазах смесь удивления и... благодарности? Малфой коротко кивнул и отвернулся, но Гарри успел заметить, как чуть расслабились его плечи. — Кстати, — продолжил Гарри, легко переходя к новой теме, — я тут на неделе тренировался с мысленным взором, как советовал Снейп. Ну, знаешь, внимательно изучал структуру своих щитов, искал слабые места, экспериментировал с образами. По-моему, стало получше. Во всяком случае, тот странный зал из моего подсознания обрастает новыми деталями. Даже улучшил кое-какие ловушки! Правда, я пока сам в них иногда путаюсь… Его голос звучал оживленно, с нотками энтузиазма. Было видно, что Гарри искренне заинтересован в этой теме и рад поделиться своими успехами с кем-то, кто мог его понять. Драко покосился на Гарри, на губах заиграла легкая усмешка. Он не мог не признать, что целеустремленность Поттера вызывала уважение. Тот, похоже, и правда вкладывался в освоение окклюменции по полной. — Ловушки - это хорошо, - кивнул Драко, припоминая советы Снейпа. - У меня тоже прогресс в этом плане. Добавил в библиотеку парочку коварных секций. Думаю, незваный гость не только заплутает между стеллажами, но и огребет книгами по голове. Он хмыкнул, явно довольный собой. Гарри невольно улыбнулся, представив эту картину. Они с Малфоем переглянулись, и на миг в воздухе повисло странное чувство общности. Драко слегка улыбнулся уголком рта и чуть ускорил шаг, говоря: — Давай шевелись, Поттер. А то опоздаем, и Снейп с нас шкуру спустит. Ты же знаешь, как он не любит ждать. В его голосе слышалась легкая насмешка, но без прежней злобы. Скорее, это было похоже на дружеское подтрунивание. Гарри фыркнул и покачал головой, следуя за Малфоем. — Да уж, — согласился он. — Опаздывать к Снейпу — последнее дело. Особенно на окклюменцию. Через пару минут они уже стояли перед знакомой дверью. Драко постучал, и, дождавшись резкого «Войдите», решительно шагнул внутрь. Гарри, вздохнув, последовал за ним, мысленно готовясь к очередному раунду ментальных баталий. Снейп уже ждал их, сидя за массивным столом и сверля тяжелым взглядом. Мальчики молча опустились на стулья напротив. — Поттер, Малфой, — процедил Снейп вместо приветствия. — Надеюсь, вы потратили эту неделю с пользой и хоть немного продвинулись в освоении непростой науки защиты разума? Гарри и Драко быстро переглянулись и синхронно кивнули. Снейп сузил глаза, явно сомневаясь в их успехах. Драко едва заметно усмехнулся, отметив про себя разительный контраст между публичным образом Снейпа и его поведением наедине. Он ценил умение профессора держать лицо и понимал необходимость скрывать их более близкие отношения. Затем Снейп взмахнул палочкой, и на столе материализовались две небольшие чаши, наполненные прозрачной жидкостью. — Что ж, проверим, - процедил он, кривя губы. - Сегодня вы попробуете противостоять легилименции под воздействием усиливающего зелья. Оно обостряет ощущения, делает разум более восприимчивым и уязвимым для вторжения. Посмотрим, насколько крепки ваши щиты в таких условиях. Гарри побледнел. Одно дело - тренироваться в спокойной обстановке, и совсем другое - держать защиту на пике стресса. Он покосился на Драко, ожидая увидеть на его лице схожую панику. Но Малфой выглядел сосредоточенным и собранным. Было видно, что перспектива испытания зельем его напрягала, но он старался не подавать виду. Поймав взгляд Гарри, Драко чуть кивнул. И от этого едва ощутимого проявления поддержки Гарри стало чуточку легче. Он выпрямился на стуле и решительно посмотрел на Снейпа, показывая, что готов к испытанию. Зельевар смерил их пронзительным взглядом, будто пытаясь просканировать мысли. Затем взмахом палочки придвинул каждому чашу с зельем. — Пейте, - коротко велел Снейп. - Поттер, ты первый. Готовься. Легилименс! В ту же секунду разум Гарри взорвался калейдоскопом образов и эмоций. Снейп не церемонился, врываясь в сознание. Поттер застонал, пытаясь удержать защиту, выстроить хоть какое-то подобие барьеров. Он метался по бесконечному лабиринту собственного подсознания, пытаясь найти точку опоры. Стены его ментального убежища дрожали и плавились, норовя обрушиться под неистовым натиском легилимента. Гарри казалось, что он не выдержит, сломается, впустит Снейпа в свою цитадель. Но вдруг в центре бушевавшего хаоса он увидел знакомый хрустальный шар, мерцавший мягким светом. Гарри из последних сил потянулся к нему, представляя, как укрывается внутри спасительной сферы, как свивает вокруг себя кокон из серебристых нитей. И, словно повинуясь этому отчаянному желанию, щиты начали выстраиваться, затягивая бреши, восстанавливая единую структуру. Поттер почувствовал, как давление Снейпа ослабевало - похоже, тот не мог пробиться сквозь обновленную защиту. Юноша облегченно перевел дух, когда Снейп, наконец, отступил. Теперь настала очередь Драко. Гарри покосился на Малфоя, беззвучно желая ему удачи. Драко выглядел напряженным, но решительным. Он прикрыл глаза, явно сосредотачиваясь на защите своего разума. — Легилименс! - произнес Снейп, направляя палочку на слизеринца. Малфой судорожно вздохнул, когда ментальная атака обрушилась на него. Он стиснул зубы, пытаясь удержать щиты, не дать профессору проникнуть в свои мысли и воспоминания. Гарри затаил дыхание, наблюдая за этой безмолвной борьбой. Со стороны казалось, что ничего не происходило - просто двое людей пристально смотрели друг другу в глаза. Но Поттер знал, какое невероятное напряжение испытывал Драко. И ему очень хотелось как-то поддержать слизеринца, хоть он понимал, что вмешиваться нельзя. В какой-то момент Малфой не выдержал и застонал сквозь стиснутые зубы. Его щиты дрожали и рассыпались, грозя вот-вот пасть под натиском легилимента. Гарри затаил дыхание - неужели Драко не справится? Но в следующую секунду Малфой резко выдохнул и вскинул голову. В его глазах полыхала решимость. Каким-то невероятным усилием воли он восстановил защиту, закрыл брешь в ментальных барьерах. Снейп нахмурился, явно недовольный таким сопротивлением, но, кажется, не мог больше пробиться в разум ученика. Наконец, зельевар оборвал зрительный контакт и опустил палочку. Драко рухнул на стул, часто дыша и утирая пот со лба. Гарри видел, как дрожали его пальцы - явный признак того, каких невероятных усилий стоила Малфою эта борьба. Но главное - у него получилось. Как и у самого Гарри. Они оба смогли выстоять под ментальной атакой Снейпа, пусть и с огромным трудом. И почему-то осознание этого факта наполняло Поттера странным чувством… гордости? Солидарности? Он и сам не мог точно понять. Снейп некоторое время молча разглядывал учеников, явно о чем-то размышляя. Потом, скривившись так, словно проглотил особенно кислый лимон, процедил: — Что ж, для первого раза ваши потуги можно счесть... сносными. Но не думайте, что это какое-то выдающееся достижение. Учтите, я атаковал ваши разумы даже не в четверть своей силы. Будь на моем месте Темный Лорд или кто-то из его приближенных, от ваших мысленных крепостей не осталось бы и камня на камне. Он сделал эффектную паузу, наслаждаясь произведенным эффектом. Гарри и Драко заметно побледнели, осознавая масштабы опасности. Удовлетворившись их реакцией, Снейп продолжил: — Тем не менее, не стану отрицать, что в визуализации защиты вы достигли некоторых успехов. Особенно ты, Малфой - образ библиотеки весьма удачен для сортировки и структурирования ментального материала. Каждую мысль, каждое воспоминание можно представить в виде книги и расставить по полкам соответственно степени важности и секретности. Драко просиял от сдержанной похвалы декана, но тут же постарался придать лицу невозмутимое выражение. Снейп перевел тяжелый взгляд на Гарри: — Ты же, Поттер... Твой ментальный ландшафт, конечно, не лишен оригинальности, но пока больше напоминает декорации маггловского парка аттракционов, чем серьезную линию обороны. Звезды, туманы, витражи - все это, конечно, очень мило, но где четкая система? Как ты планируешь сортировать и защищать свои мысли в этом калейдоскопе? Гарри стушевался, чувствуя себя идиотом. И ведь правда, он как-то не подумал о практическом применении своей ментальной крепости. Просто создавал красивую картинку. От этого осознания щеки Поттера вспыхнули румянцем стыда. — Я... я не знаю, сэр, - пробормотал он, опуская глаза. - Может, я мог бы использовать какие-нибудь... ну... парящие стеклянные шары? Чтобы помещать туда отдельные мысли и воспоминания? Снейп смерил его долгим пронзительным взглядом, явно раздумывая, не высмеять ли идею. Но потом лишь раздраженно дернул плечом: — Использовать можно что угодно, Поттер. Суть не в форме, а в назначении. Если ты сможешь эффективно рассортировать свои мысли по этим... шарам, и при этом надежно их скрыть и защитить - то почему нет. Но учти, легилименту достаточно одного удачного проникновения, чтобы твоя защита разбилась вдребезги, как елочная игрушка. Драко не удержался от ехидного смешка, представив, как Снейп расколошматил ментальные сферы Поттера. Гарри бросил на него уничижительный взгляд, но промолчал. В конце концов, Малфой имел право позлорадствовать. Его собственная защита и правда выглядела куда более продуманной. — Что ж, раз с этим разобрались, перейдем к теории, - продолжил Снейп менторским тоном. - Как я уже сказал, ключ к успешной окклюменции - умение правильно организовать свое ментальное пространство. Каждое воспоминание, каждая мысль должна иметь свое четко определенное место. Чем важнее информация - тем глубже вы ее прячете, тем серьезнее охраняете. Он взмахнул палочкой, и в воздухе возникла призрачная модель многоуровневой крепости. — Представьте, что ваш разум - это замок. Что-то вроде Хогвартса, только более компактный и приспособленный для обороны. Внешние стены и галереи - это уровень обыденных, поверхностных мыслей и эмоций, которые не особенно жалко будет «сдать» противнику. Чем глубже в крепость, тем более ценные «сокровища» вы там храните. Самую чувствительную информацию следует запереть в самом сердце цитадели, окружив максимальным количеством ловушек и обманных ходов. Снейп указал на мерцавшую сердцевину модели, скрытую за частоколом магических щитов. — Запомните, даже лучший легилимент не сможет вытащить из вас то, чего вы сами не знаете. Поэтому некоторые особо... неудобные факты можно попросту стереть из памяти, удалив соответствующие воспоминания. Или модифицировать их так, что они будут бесполезны для противника. Тут Снейп бросил короткий взгляд на Драко, и Гарри почудилось в этом взгляде что-то вроде... сочувствия? Понимания? Он терялся в догадках, что бы это значило. Неужели и Малфою приходится что-то скрывать? Что-то настолько серьезное, что требовало коррекции памяти? Снейп меж тем продолжал: — Естественно, чтобы достичь такого уровня контроля над собственным разумом, придется многим пожертвовать. В первую очередь - покоем и душевным равновесием. Вам предстоит безжалостно препарировать собственное сознание, копаться в самых темных его закоулках. Многие не выдерживают этого испытания. Но выбора у вас, по сути, нет. Точнее, он есть - овладеть собой или быть раздавленным и порабощенным чужой волей. В этот момент хмурый взгляд Снейпа остановился почему-то на Драко. И Гарри с удивлением заметил, как Малфой побледнел и стиснул кулаки, будто слова профессора задели в нем что-то очень личное, болезненное. Снейп еще несколько секунд буравил слизеринца тяжелым взглядом, словно пытаясь передать ему нечто важное. Потом отвернулся и подытожил: — Что ж, на сегодня достаточно теории. Ваше задание - тщательно изучить и рассортировать собственные воспоминания. Решить, что будет храниться в ваших «ментальных сейфах», а что вы вынесете на самый верхний уровень защиты, отдав «на растерзание» случайному легилименту. И, разумеется, продолжайте укреплять свои мысленные крепости. На следующем занятии проверю, насколько успешно вы справились... и уже не буду с вами так осторожничать. Все, свободны. Гарри и Драко молча поднялись и вышли из кабинета. Оба выглядели задумчивыми и слегка потрясенными - похоже, лекция Снейпа произвела на них сильное впечатление. Некоторое время они шли по коридору, не говоря ни слова, погруженные каждый в свои невеселые размышления. Наконец, Драко нарушил молчание: — Что думаешь, Поттер? Как тебе перспектива заглянуть поглубже в себя? В голосе Малфоя звучала горькая ирония, но Гарри уловил под ней неподдельную тревогу. Похоже, Драко действительно страшился копаться в своей памяти. Интересно, почему? Неужели в его прошлом скрывалось нечто настолько ужасное? Сам Гарри, конечно, тоже не испытывал восторга от перспективы анатомировать свой разум. Но он хотя бы понимал, ради чего это делает. Сириус, Рон, Гермиона, да и весь Хогвартс - вот что он защищал, укрепляя свою ментальную крепость. А что защищал Малфой? И от кого? Вопросов было больше, чем ответов. Но Гарри не собирался давить на Драко расспросами. Поэтому он лишь пожал плечами и честно признался: — Меня эта идея тоже не слишком радует. Копаться в себе - то еще удовольствие. Но выбора нет, сам слышал. Так что придется как-то справляться. Малфой издал невеселый смешок. — Да уж, нам всем придется как следует разобраться в завалах своего разума. И рыться там до тех пор, пока наши мысли не будут упакованы, как ингредиенты в лаборатории Снейпа - все по полочкам, все снабжено ярлычком, все строго учтено и готово к употреблению. От этой мрачной шутки Гарри невольно передернуло. Слишком уж красочным вышло сравнение. Хотя, по сути, Драко был прав. Именно этого Снейп от них и требовал: разобрать свой разум на составляющие, классифицировать, рассортировать, упаковать в стерильные контейнеры ментальных конструкций. Что ж, значит, этим им и предстоит заняться в ближайшие дни. Рыться в собственных воспоминаниях, препарируя каждую мысль, каждую эмоцию. Отделять важное от неважного, подлинное от фальшивого, опасное от безобидного. И научиться эффективно это все прятать за щитами окклюменции. Гарри не сомневался, что это будет долгий, мучительный и временами отвратительный процесс. Он боялся, что откроет в себе что-то ужасное, что-то, что предпочел бы никогда не знать. Боялся навсегда потерять покой и уверенность в собственной правоте. Поттер покосился на шедшего рядом Драко. Малфой выглядел не менее мрачным и задумчивым.  — Слушай, Малфой, а ты не в курсе, в какой из книг, что нам дал Снейп, можно найти подробную теорию по этой... ментальной сортировке? А то я что-то сомневаюсь, что справлюсь сам. Драко бросил на него удивленный взгляд, но потом задумался. — Хм, дай-ка вспомнить... Кажется, в «Ментальных практиках для продвинутых окклюментов» была большая глава про структурирование воспоминаний. И еще что-то полезное мелькало в «Искусстве скрытности». Я бы на твоем месте начал с них. Он помолчал, явно колеблясь, стоит ли продолжать. Но потом все-таки добавил: — И, на всякий случай, изучи основы магии забвения. В «Теории и практике модификации памяти» об этом неплохо написано. Некоторые вещи и правда лучше... не помнить. Последние слова Драко произнес почти шепотом, отведя взгляд. Гарри почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок. Судя по всему, Малфою и впрямь было что скрывать в своем прошлом. Что-то настолько темное и болезненное, что он предпочел бы напрочь стереть это из памяти. На миг Гарри захлестнуло острое сочувствие к Драко. Они оба были вынуждены преодолевать некие мрачные тайны своего прошлого, бороться с внутренними демонами. Конечно, Поттер не обольщался насчет истинных мотивов Малфоя. Скорее всего, тот просто хотел надежнее спрятать следы своих мерзких поступков и сомнительных секретов. Но что-то подсказывало Гарри, дело не только в этом. За показной бравадой Драко скрывалась настоящая боль, и советы по модификации памяти были продиктованы отнюдь не одним лишь цинизмом. Поэтому Гарри сдержал готовые сорваться с языка едкие комментарии и лишь кивнул: — Спасибо, Малфой. Я... учту твои рекомендации. Драко дернул плечом, всем своим видом давая понять, что не желал продолжать эту тему. Но Гарри все равно уловил в его взгляде проблеск благодарности. Похоже, Малфою и правда было нелегко говорить о подобных вещах. Остаток пути до гостиной они проделали в молчании. Но это не было напряженное, враждебное молчание, как раньше. Скорее, задумчивое и чуть печальное. Будто каждый пытался мысленно подготовиться к неизбежному погружению в собственные потаенные глубины. Гарри сомневался, что когда-нибудь сможет по-настоящему понять Драко. Слишком уж разными были их жизненные пути, а пропасть непонимания - слишком глубокой. Но он впервые задумался: а что, если Малфой не так уж сильно отличался от него самого? Что, если под маской скрывался такой же потерянный мальчишка, несущий непосильный груз секретов и страхов? От этой мысли Гарри вдруг стало не по себе. Он осознал, что начал испытывать к Драко нечто подозрительно похожее на симпатию. Или, по крайней мере, на отсутствие прежней неприязни. И это открытие одновременно пугало и будоражило. Потому что раньше мир Гарри был четко поделен на черное и белое, на своих и чужих. А Малфой всегда был по ту сторону баррикад - язвительный, злой, насквозь лживый. Но со временем эти баррикады начали рушиться. И свет с тьмой уже не казались такими однозначными и несовместимыми. Малфой по-прежнему оставался во многом загадкой, но Гарри вдруг подумал, что, возможно, стоило приглядеться к нему повнимательнее.  Жизнь определенно умела удивлять. На этой мысли Гарри тряхнул головой и ускорил шаг. Впереди ждала еще куча домашних заданий, и неплохо бы было разобраться с ними до отбоя. А все эти странные размышления о Малфое могли и подождать. В конце концов, впереди у них еще много совместных уроков окклюменции. Глядишь, и случай представится присмотреться друг к другу получше. А пока... пока стоило сосредоточиться на насущных делах. И первым пунктом в списке определенно значилось штудирование книг по модификации памяти. Ведь, как верно заметил Драко, некоторые вещи и правда лучше не помнить. И что-то подсказывало Гарри, что в процессе самокопания ему предстоит обнаружить немало такого, что он с радостью предпочел бы забыть навсегда. Когда Гарри и Драко вошли в общую гостиную, их взгляды сразу же устремились к знакомой фигуре, сидевшей в кресле у камина. Гермиона, погруженная в чтение толстого фолианта, не сразу заметила их появление. Но вдруг, словно почувствовав на себе чужие взгляды, она резко подняла голову. Ее кудрявые волосы, собранные в небрежный пучок, слегка подпрыгнули от этого движения. Драко на мгновение замер, завороженный этим простым, но почему-то очаровательным зрелищем. Увидев друзей, Гермиона просияла. Она энергично вскочила с кресла, отложив книгу на подлокотник. Ее движения были полны живости и энтузиазма. Девушка быстрым шагом направилась к ним, ее мантия развевалась при ходьбе. К удивлению Гарри, Гермиона устремилась прямиком к Драко. Ее взгляд был прикован к слизеринцу, словно она забыла о существовании кого-либо еще в комнате. Малфой, казалось, тоже растерялся от такого внимания. Лишь в последний момент, когда Гермиона оказалась в паре шагов от Драко, она словно опомнилась. На ее лице промелькнуло смущение, будто она сама удивилась своему порыву. Быстро переведя взгляд на Гарри, а затем обратно на Драко, она попыталась сгладить неловкость. — Привет, ребята! - воскликнула она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более непринужденно. - Как прошло занятие? Удивление Гарри быстро сменилось пониманием. За последние недели многое изменилось, и теперь было вполне естественно видеть Драко и Гермиону вместе. Драко не только стал частью Лиги Единства, но и прилагал немало усилий для ее успеха. Отбросив эти неожиданные мысли, Гарри сосредоточился на вопросе Гермионы. Его губы растянулись в широкой улыбке, когда он ответил: — Представляешь, Снейп сказал, что мы делаем успехи, — в его голосе звучало неприкрытое изумление. — Правда, потом добавил, что это все равно жалкие потуги, но для него и такая похвала — уже что-то. Гермиона усмехнулась. — Ну, значит, вы действительно хорошо поработали. А что дальше? — Теперь нужно много читать о ментальных практиках, — вздохнул Гарри. — Кажется, я превращаюсь в тебя, Гермиона. Скоро начну жить в библиотеке. — Ох, я так горжусь тобой! — шутливо воскликнула Гермиона, картинно прижав руку к сердцу. — Ладно, пойду я, — сказал Гарри. — Нужно поскорее зарыться в эти горы книг, пока энтузиазм не пропал. Он кивнул Драко и направился к лестнице в спальни. Драко, все это время молча стоявший рядом, проводил Поттера взглядом, а затем повернулся к Гермионе, ожидая, что она скажет. — Малфой, — начала Гермиона, как только Гарри скрылся из виду, — помогло ли тебе письмо, которое я тебе отдала? Драко нахмурился, явно не ожидая такого прямого вопроса. — Я... все еще практически ничего не понимаю, — признался он неохотно. — Может, попытаемся разобраться вместе? — предложила Гермиона, и в ее глазах Драко увидел искреннее желание помочь. Он колебался. Принять помощь, особенно в таком личном вопросе, было совершенно не в его характере. Это означало бы отдать ей письмо от матери, предназначенное только для него. Часть его хотела отказаться, сохранить дистанцию, как он всегда делал. Но другая часть... другая часть отчаянно нуждалась в поддержке. К своему удивлению, Драко осознал, что не боялся того, что Гермиона как-то использует эту информацию против него. Она видела его в худших состояниях и все еще готова протянуть руку помощи. Назойливый внутренний голос пытался нашептывать: «Она грязнокровка, Драко. Ты не можешь ей доверять». Но Драко быстро отмел эти мысли. Глядя в глаза Гермионы, полные неподдельного участия, он просто не мог поверить в неискренность ее намерений. «Она и так видела меня достаточно разбитым», — подумал Драко. — «К тому же, мама, похоже, хотела, чтобы она мне помогла». Приняв решение, он достал из кармана два письма. Его руки слегка дрожали, выдавая нервозность. — Вот, — сказал он, протягивая их Гермионе. — Одно от матери, адресованное мне. Второе... ну, ты его уже видела. Гермиона осторожно взяла письма, словно понимая, насколько важен этот жест доверия со стороны Драко. Она развернула письмо Нарциссы к сыну и начала читать, время от времени бросая внимательные взгляды на Малфоя. Грейнджер внимательно изучала пергамент, и по мере прочтения ее лицо постепенно менялось, отражая целую гамму эмоций. Сначала на нем появилось выражение удивления, затем - глубокой задумчивости. Брови девушки нахмурились, когда она дошла до строк о «темных временах» и «серьезном испытании». Было очевидно, что эти слова не на шутку встревожили ее. Особенно заинтересовала Гермиону фраза о «камне преткновения». Она на мгновение оторвалась от письма, бросив быстрый взгляд на Драко. Юноша стоял рядом, напряженно застыв в ожидании ее реакции. Продолжив чтение, Гермиона не смогла сдержать легкую улыбку, прочитав обращение «мой феникс». Она вдруг вспомнила, как на занятии по вызову патронуса его защитником оказался именно феникс. Теперь стало очевидно, с кем было связано его самое счастливое воспоминание. Когда девушка дошла до слов «Я полагаюсь на тебя», ее глаза расширились. Она явно осознала всю тяжесть ответственности, которую Нарцисса возложила на плечи Драко.  Закончив читать, Гермиона некоторое время молчала, очевидно, обдумывая прочитанное. В ее голове вихрем проносились мысли, пытаясь сложить разрозненные кусочки головоломки в единую картину. Она чувствовала, что от ее выводов и действий зависело очень многое, возможно - вся дальнейшая судьба Драко. Наконец, она решительно тряхнула головой и спросила: — А что насчет «камня преткновения»? Ты понял, о чем говорит твоя мать? Драко усмехнулся и фыркнул, но в его глазах промелькнуло что-то похожее на смущение. — Это ты, Грейнджер. Разве не поняла сама? - он покачал головой, отводя взгляд. - Поэтому она и отправила второе письмо тебе. Щеки Гермионы вспыхнули румянцем. Она понимающе кивнула, но ее брови слегка нахмурились. Мысль о том, чтобы быть чьим-то «препятствием», определенно не вызывала у нее восторга. Однако, девушка быстро взяла себя в руки и произнесла спокойным тоном, хотя в ее глазах по-прежнему читалось множество вопросов: — Понятно. И как ты думаешь, что именно твоя мать имела в виду? Какую роль я должна сыграть в этом... испытании? Драко заметно смутился и отвел взгляд. В его голове промелькнуло осознание того, что Гермиона, вероятно, должна была стать для него живым доказательством несостоятельности чистокровных предрассудков. Она была ярким примером того, насколько талантливым и достойным может быть магглорожденный волшебник.  И в каком-то смысле это сработало — Драко действительно начал видеть всю нелепость прежних убеждений. Но, похоже, эффект оказался не совсем таким, как задумывалось. Потому что теперь его чувства к Гермионе были слишком сложными и запутанными, чтобы их можно было объяснить простым преодолением предрассудков. Он быстро отмел эти мысли, напомнив себе, что еще не время для самоанализа. Нужно сосредоточиться на деле. После недолгой паузы он ответил с деланной небрежностью, стараясь скрыть свое замешательство: — Знаешь, Грейнджер, я думаю, ты уже делаешь все, чего ожидала моя мать. Просто... будучи собой, - он слегка пожал плечами, стараясь скрыть волнение. - Не стоит об этом слишком задумываться. Затем, желая сменить скользкую тему, Драко более решительно добавил: — Давай лучше подумаем о том, что дальше. Эти письма - лишь часть головоломки. Нам нужно понять, что на самом деле произошло и почему моя мать исчезла. Драко посмотрел на Гермиону с решимостью во взгляде. Гермиона ответила ему понимающим кивком, безмолвно давая понять, что готова помочь. Она вновь углубилась в изучение писем, внимательно вглядываясь в каждую строчку. Внезапно ее глаза расширились, и она взволнованно воскликнула: — Драко, посмотри сюда! На бумаге есть какой-то узор. Ты его видишь? Драко озадаченно наклонился ближе, пристально рассматривая едва заметный рисунок, проступавший на пергаменте. Постепенно в хитросплетении линий стали угадываться знакомые очертания. — Это... это похоже на семейное древо Малфоев, - произнес он, не скрывая изумления. Внезапно его осенило.  — Нужно посмотреть на оригинал, - сказал он, больше самому себе, чем Гермионе. - Он висит в главном зале Малфой Мэнора. Драко нахмурился, осознав проблему. Мысль о том, чтобы попроситься домой раньше положенного срока, казалась ему рискованной. Отец в последнее время и так относился к нему с подозрением, не доверяя полностью. Если Драко вдруг захочет вернуться в поместье без веской причины, это наверняка вызовет у Люциуса еще больше вопросов и подозрений. Ситуация казалась патовой. — Проблема в том, что я смогу попасть домой только на рождественские каникулы, — сказал Драко, глядя на Гермиону. В его глазах читалась смесь разочарования и решимости. Гермиона на мгновение задумалась, а затем ответила своим обычным деловитым тоном: — Ну, это не так уж плохо. У нас есть время подготовиться. Мы можем использовать эти недели, чтобы изучить всю доступную литературу о семейных древах чистокровных семей. В библиотеке Хогвартса наверняка есть что-то полезное. Когда ты вернешься домой на каникулы, у тебя уже будут наработки для изучения оригинала. Драко кивнул, чувствуя, как к нему вернулась уверенность. Гермиона, как всегда, мыслила рационально и уже составляла план действий. — Ты права, — сказал он, беря себя в руки. — Нужно с чего-то начать. Давай составим список книг, которые нам понадобятся. Гермиона на мгновение замерла, ее глаза расширились от удивления. — Нам? — переспросила она, не скрывая изумления в голосе. Драко почувствовал, как волна беспокойства накрыла его. Может он слишком многого хотел, предполагая, что она продолжит помогать? Но через секунду лицо Гермионы озарила радостная улыбка. — Да, конечно! — воскликнула она с энтузиазмом. — Я поищу подходящие книги в библиотеке, а потом мы сможем все обсудить более детально. Увидев ее искреннюю радость, Драко почувствовал, как его сердце снова начало биться быстрее. Он не мог сдержать легкую улыбку, появившуюся на его лице. — Да, конечно, — кивнул он, чувствуя странную смесь облегчения и воодушевления. — Спасибо, Грейнджер. Гермиона улыбнулась, явно довольная их договоренностью. Но затем ее лицо приняло более серьезное выражение. — Кстати, Малфой, - начала она, - мы ведь так и не обсудили детали наших занятий по ЗОТИ для Лиги. Ты говорил со Снейпом об этом? Может, он дал какие-то рекомендации? Драко замер. Внезапно в его сознании, словно чужеродный элемент, возник холодный, насмешливый голос. Он звучал отчетливо, будто кто-то шептал прямо в ухо: «Ты забыл. Ты никогда не забываешь. Что с тобой происходит, Драко?» Драко почувствовал, как по спине пробежал холодок, а внутри начало нарастать беспокойство. Однако, внешне он остался совершенно спокойным, лишь чуть сильнее сжав челюсти. — Я... не успел поговорить с профессором, - сказал он сдержанно, тщательно подбирая слова. Гермиона удивленно подняла брови. — Не успел? Это на тебя не похоже. Драко почувствовал, как усиливалось внутреннее напряжение. Он сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони, чтобы сосредоточиться. — Были другие... приоритеты, - ответил он ровным тоном, стараясь скрыть свое беспокойство. Мир вокруг Драко слегка поплыл, голос Гермионы доносился будто издалека. Его сознание лихорадочно пыталось понять в какой момент он утратил контроль. Как он мог забыть? Он, Драко Малфой, всегда собранный и внимательный к деталям. Волна беспокойства накатила с новой силой, заставляя сердце биться чаще. Драко ощущал, как по спине пробежал холодок, а кончики пальцев едва заметно подрагивали. Он сжал челюсти, пытаясь сдержать нараставшее чувство тревоги. Его разум, словно назло, то и дело возвращался к образу Гермионы. Каждая мысль о ней, казалось, еще сильнее расшатывала его самоконтроль. Драко чувствовал, что балансировал на грани, понимая, что не мог позволить себе потерять бдительность. Но выкинуть ее веснушки из головы было не в его силах. Погруженный в эту внутреннюю борьбу, Драко не заметил, как Гермиона протянула руку к его плечу. Внезапная острая боль от прикосновения вырвала его из задумчивости. Он едва заметно вздрогнул, каждый мускул его тела напрягся, сопротивляясь желанию отстраниться.  — Все в порядке, Грейнджер, - произнес он спокойно, хотя внутри все еще ощущал отголоски боли. - Давай обсудим это завтра. Я поговорю со Снейпом. Гермиона кивнула, все еще выглядя слегка обеспокоенной.  — Хорошо. Тогда увидимся за ужином? Драко на мгновение замер. Мысль о том, что придется провести еще какое-то время рядом с Гермионой, одновременно вызывала у него тревогу и странное предвкушение. — Да, конечно, - ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более непринужденно.  Он развернулся и направился к лестнице, ведшей в спальни мальчиков. Каждый шаг давался Драко с трудом - он чувствовал острую необходимость хотя бы на мгновение остаться наедине со своими мыслями. Драко вошел в комнату и, закрыв за собой дверь, прислонился к ней спиной. Он закрыл глаза, пытаясь успокоить бешено колотившееся сердце и привести мысли в порядок.  Внезапно его уединение нарушил жизнерадостный голос: — Привет, Драко! Все в порядке? Ты выглядишь немного уставшим. Малфой вздрогнул, осознав, что в комнате он не один. Эрни, этот неисправимый оптимист, смотрел на него с искренним беспокойством. Где-то в глубине души Драко почувствовал укол благодарности за эту заботу, но в этот момент ему было не до того. — Да, немного, - машинально кивнул Драко, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более нейтрально. Не говоря больше ни слова, он разулся у входа, где они все обычно оставляли обувь, и, не снимая мантии, забрался на свою кровать. Задернув полог, Драко, наконец-то, смог выдохнуть. Здесь, в этом маленьком замкнутом пространстве, он мог хотя бы на несколько минут позволить себе не притворяться, что он в порядке. Краем глаза он заметил сидевшего на своей кровати Поттера, полностью погруженного в какую-то книгу - видимо, тот все еще работал над своими «чертогами разума». Эта мысль вызвала у Драко горькую усмешку. Его собственный разум был похож скорее на поле боя, чем на упорядоченные «чертоги». Закрыв глаза, Драко попытался сосредоточиться на дыхании, стараясь хоть немного успокоиться перед неизбежным возвращением в шумную компанию за ужином. *** Гермиона нервно теребила ремешок сумки, стоя у кабинета старост. Прохладный коридорный воздух заставлял ее поеживаться, но не это вызывало у нее беспокойство. Ее внимание то и дело возвращалось к Драко, застывшему рядом, словно изваяние. «Что с ним такое?» - пронеслось у нее в голове. Малфой, обычно такой язвительный и самоуверенный, казался натянутой струной, готовой вот-вот лопнуть. Его взгляд метался по коридору, словно в поисках пути к бегству, старательно избегая встречаться с ней глазами. Гермиона закусила губу, вспоминая недавний ужин. Шум Большого зала, звон приборов, оживленные разговоры друзей - и среди всего этого Драко, так внезапно вставший из-за стола вместе с ней. Это было так... нехарактерно для него. Гермиона услышала приближавшиеся голоса и обернулась. По коридору шли Пэнси, Гарри и Рон, увлеченные оживленной беседой о квиддиче. Гермиона невольно усмехнулась - кто бы мог подумать, что однажды она увидит такую картину? Пэнси, заметив подругу, радостно замахала рукой. Гермиона ответила тем же, не скрывая улыбки. Гарри, казалось, только понял, куда их занесло. Его глаза комично округлились, а щеки слегка порозовели. — Эм... ладно, я, наверное, пойду, — пробормотал он, бросив растерянный взгляд на непривычно молчаливого Драко. Затем он поспешно ретировался, явно смущенный тем, что невольно проводил Пэнси до места собрания старост. Рон, уже привыкший к новым порядкам, окинул всех взглядом и хмыкнул: — Неужто Роджер опять опаздывает? Может, он решил сделать это своей фирменной фишкой? — он усмехнулся, вспоминая прошлое собрание. Гермиона закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. — Рон, до начала еще десять минут. Не все же такие пунктуальные, как ты. Пэнси фыркнула, явно забавляясь ситуацией. — Ох, Уизли, не обольщайся. Ты здесь вовремя только потому, что пошел с нами. Иначе бы до сих пор уминал свой ужин, как обычно. Гермиона снова повернулась к Малфою. Его напряжение было почти осязаемым, и она почувствовала, как в груди шевельнулось беспокойство. — Драко, - мягко позвала она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно более непринужденно. - Ты готов к собранию? Гермиона затаила дыхание, наблюдая за реакцией Драко. Его плечи едва заметно дрогнули, словно от внезапного порыва ветра. На мгновение ей показалось, что она увидела в его глазах проблеск - страха? смятения? - но это длилось лишь долю секунды. — Естественно, Грейнджер, - ответил он спокойным голосом, но Гермиона могла поклясться, что уловила в его голосе нотку неуверенности. «Наверное, просто нервничает», - промелькнуло у нее в голове. - «В конце концов, Драко тоже человек, как бы он ни пытался это скрывать». Внезапно звук шагов эхом разнесся по коридору, заставив ее обернуться. Гермиона почувствовала, как ее брови взлетели вверх от удивления, а сердце пропустило удар. К ним приближался Роджер Дэвис, его мантия старосты идеально выглаженная, как всегда. Но не это заставило Гермиону затаить дыхание.  Рядом с Роджером, в развевающейся лиловой мантии, усыпанной серебряными звездами, шествовал сам Альбус Дамблдор. Его длинная седая борода мягко колыхалась при каждом шаге, а глаза за очками-половинками загадочно поблескивали. Присутствие директора на обычном собрании старост было чем-то из ряда вон выходящим. Она бросила быстрый взгляд на Драко, ожидая увидеть на его лице такое же удивление, но Малфой, казалось, превратился в неподвижную статую и лишь глаза, спокойно осматривавшие прибывших, доказывали, что он жив. Роджер, приняв серьезный вид, окинул коридор внимательным взглядом, проверяя, не опаздывал ли кто-нибудь. Убедившись, что все на месте, он кивнул Эдне. Та привычным движением открыла дверь кабинета, пропуская всех внутрь. Старосты молча зашли в комнату, обмениваясь недоуменными взглядами. Дамблдор зашел последним, и, к всеобщему удивлению, взмахнул палочкой, накладывая на помещение несколько защитных заклинаний. Воздух в комнате словно сгустился, напряжение стало почти осязаемым. Директор, как ни в чем не бывало, снова взмахнул палочкой, создавая себе удобное кресло рядом со столом Роджера. Он опустился в него с довольным вздохом, поправляя складки мантии. — Прошу прощения за небольшие меры предосторожности, — произнес Дамблдор, окидывая старост добродушным взглядом поверх очков-половинок. — В нынешние времена лишняя осторожность не помешает, не так ли? Роджер, справившись с секундным замешательством, наконец, взял слово. — Друзья, добрый вечер. Рад видеть всех на нашем очередном пятничном собрании, - он старался, чтобы голос звучал бодро, но нотки волнения все же прорывались. - Однако, как вы уже догадались, сегодня у нас особый случай. Профессор Дамблдор любезно согласился присоединиться к нашей встрече. Слова Роджера повисли в воздухе, наполненном почти осязаемым напряжением. Старосты обменивались встревоженными взглядами, пытаясь угадать причину столь необычного визита директора. Гермиона заметила, как Ханна нервно теребила край своей мантии, а Энтони едва заметно постукивал пальцами по столу. Эрни выпрямился еще сильнее обычного, словно готовясь к чему-то серьезному. Пэнси, сидевшая рядом с Гермионой, наклонилась к ней и прошептала: — Как думаешь, это связано с планом Драко? Может, Дамблдор хочет лично обсудить ситуацию с Инспекционной дружиной? Гермиона лишь пожала плечами, не отрывая взгляда от Дамблдора. Директор, казалось, был совершенно спокоен и даже слегка улыбался, рассматривая узор на своих носках. Драко сохранял непроницаемое выражение лица, но Гермиона заметила, как его пальцы крепко сжимали край стола. Она догадывалась, что Малфой обдумывал все возможные сценарии развития событий, связанные с его рискованной ролью двойного агента. Рон, сидевший по другую сторону от Гермионы, нервно ерзал на стуле. Он наклонился к подруге и прошептал: — Ставлю галлеон, что дело не только в Амбридж. Зачем еще Дамблдору накладывать столько защитных чар? Атмосфера в комнате становилась все более гнетущей. Каждый из присутствовавших, казалось, задержал дыхание, ожидая, когда же директор раскроет истинную причину своего появления. Все понимали, что ситуация с Инспекционной дружиной - лишь верхушка айсберга, и Дамблдор, вероятно, пришел обсудить что-то гораздо более серьезное. Роджер снова откашлялся, готовясь продолжить собрание, но все взгляды были прикованы к Дамблдору. — И раз уж у нас такой высокий гость, предлагаю внести небольшие коррективы в нашу привычную повестку, - продолжил Роджер, поймав одобрительный кивок Дамблдора. - Сперва мы выслушаем, что хочет сообщить нам профессор, а затем уже перейдем к нашим плановым вопросам. Итак, директор, прошу Вас. С этими словами Роджер сел на место, уступая слово Дамблдору. Старый волшебник неторопливо поднялся, окидывая собравшихся внимательным взглядом поверх очков. Полы его лиловой мантии в серебряных звездах описали сверкающую дугу, когда он выступил вперед. — Благодарю, мистер Дэвис. И благодарю всех вас, молодые лидеры Хогвартса, за то, что уделили мне время, - голос Дамблдора звучал мягко, но в нем чувствовалась скрытая сила. - Боюсь, разговор у нас будет непростой. Но от него, возможно, зависит будущее нашей школы. При этих словах среди старост вновь пронесся встревоженный гул. Гермиона затаила дыхание, в то время как Драко лишь сильнее сжал пальцы. Пэнси нахмурилась, переводя обеспокоенный взгляд с одного на другую. — Полагаю, вы уже знаете о создании Инспекционной дружины под руководством профессора Амбридж, - продолжал Дамблдор, и при звуках этого имени по лицу Драко пробежала тень. - Официально ее цель - поддержание порядка. Но боюсь, истинные намерения Министерства простираются гораздо дальше. Директор сделал многозначительную паузу, обводя старост пронзительным взглядом. В его глазах, обычно излучавших доброту, чувствовалась непривычная жесткость. — Министр Фадж опасается моего влияния и стремится всячески ограничить его, - произнес он веско. - Амбридж здесь не просто как надзиратель. Ее истинная задача - разобщить нас и подчинить Хогвартс воле Министерства. И первой мишенью станет Лига Единства. Но, думаю, для вас эта информация не является новой. Дамблдор выдержал паузу, позволяя студентам осмыслить сказанное. Его пронзительный взгляд скользил по лицам, словно оценивая готовность каждого к предстоявшим испытаниям. Наконец, он снова заговорил, и в его голосе появились новые, стальные нотки: — Но хочу заверить вас, что профессор Амбридж, несмотря на все ее полномочия от Министерства, не стоит выше меня в иерархии Хогвартса. Она не имеет права выгнать вас из вашей башни или как-либо ограничить деятельность Лиги Единства, пока я остаюсь директором. По комнате пронесся облегченный выдох. Гермиона заметила, как расслабились плечи Ханны, а Эрни, наконец-то, позволил себе немного ослабить идеально прямую осанку. — Однако, — Дамблдор сделал паузу, — как вам, вероятно, уже сообщили, крайне важно, чтобы ваша подготовка к возможному противостоянию оставалась в тайне. Сосредоточьтесь на безобидной, на первый взгляд, деятельности по сплочению Хогвартса. Это не вызовет подозрений, но в то же время послужит нашей главной цели. Директор повернулся к Драко, и его взгляд потеплел. — Мистер Малфой, хочу особо отметить вашу самоотверженность в эти непростые времена. Ваша роль чрезвычайно важна и, я понимаю, нелегка. Благодарю вас. Драко слегка кивнул, его лицо оставалось бесстрастным, но Гермиона заметила, как на мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на гордость. — И последнее, — Дамблдор обвел взглядом всех, — ваша башня находится под особой защитой. Профессор Амбридж не сможет проникнуть туда без моего прямого разрешения. Более того, — он бросил многозначительный взгляд на Драко, — даже если она и получит такое разрешение, мистер Малфой, как глава Инспекционной дружины, будет заранее проинформирован об этом. Таким образом, вы всегда будете предупреждены о возможном визите и сможете подготовиться соответствующим образом. Драко едва заметно кивнул, подтверждая слова директора. Гермиона заметила, как по рядам старост пробежала волна облегчения. Дамблдор продолжил: — Это означает, что вы можете чувствовать себя в своей башне в безопасности. Однако, это не повод терять бдительность. Будьте осторожны вне стен вашего убежища. Дамблдор обвел взглядом студентов, его глаза за очками-половинками светились уверенностью и решимостью. — Есть еще одно место в замке, о котором вам следует знать, — произнес он твердо. — Место, которое может стать для вас неоценимым ресурсом в грядущих испытаниях. По комнате пронесся тихий шепот. Гермиона подалась вперед, ее глаза горели любопытством. — Я говорю о комнате, известной как Выручай-комната, — сказал Дамблдор, и в зале воцарилась полная тишина. — Выручай-комната? — переспросил Энтони. — Я никогда о такой не слышал. Дамблдор кивнул. — Неудивительно, мистер Голдстейн. Эта комната — одна из самых больших загадок Хогвартса. Она появляется только тогда, когда человек действительно нуждается в ней, и всегда оснащена именно тем, что необходимо в данный момент. Директор подробно объяснил, как найти Выручай-комнату на седьмом этаже, напротив гобелена с Варнавой Безумным, и как вызвать ее, трижды пройдя мимо стены с четкой мыслью о том, что нужно. — Выручай-комната — это гораздо больше, чем просто место, воплощающее желания просящего. Она обладает уникальными свойствами, которые могут оказаться бесценными в грядущих испытаниях. Директор сделал паузу, чтобы убедиться, что все внимательно слушают, и начал перечислять: — Во-первых, при правильном запросе Выручай-комната может стать неприступным убежищем, способным вместить всех учеников школы и обеспечить их всем необходимым на длительное время. По рядам старост пронесся удивленный шепот. — Во-вторых, — продолжил Дамблдор, — в критической ситуации комната способна создать портал, ведущий в безопасное место за пределами Хогвартса. Однако, — он обвел взглядом представителей всех факультетов, — активация этой функции требует совместных усилий учеников всех четырех домов. Гермиона и Драко переглянулись, осознавая важность межфакультетского единства. — Третье свойство, — Дамблдор чуть улыбнулся, — особенно порадует любителей знаний. Выручай-комната может предоставить доступ к древним знаниям основателей, которые могут стать ключом к победе над темными силами. Глаза Гермионы загорелись от этой перспективы. — Четвертая способность комнаты — действовать как магический усилитель. В определенной конфигурации она может значительно увеличить магические способности находящихся внутри волшебников. Это может оказаться критически важным в случае битвы. Старосты выпрямились, осознавая потенциал этой способности. — И, наконец, — завершил Дамблдор, — Выручай-комната может служить системой наблюдения, позволяя следить за происходящим в любой части замка. Это делает ее идеальным центром координации в случае атаки. Закончив объяснение, директор окинул взглядом изумленные лица старост.  — Я понимаю, что эта информация может показаться ошеломляющей. Но важно осознавать, что знание о возможностях Выручай-комнаты — это лишь первый шаг. Использование этих, скажем так, «функций» требует определенных навыков и глубокого понимания магических принципов, лежащих в основе работы комнаты. Дамблдор сделал паузу, давая студентам время осмыслить сказанное, затем продолжил: — Выручай-комната работает на основе сложного сочетания пространственных чар, трансфигурации высшего уровня и древней магии, заложенной в сами основы Хогвартса. Чтобы в полной мере использовать ее потенциал, вам потребуется не только четкое намерение, но и глубокое понимание теории магии. Он начал объяснять механизм действия комнаты, рассказывая о взаимодействии различных магических полей, о том, как намерение волшебника преобразуется в реальность внутри комнаты. Директор подчеркнул важность концентрации и четкой формулировки желаний при обращении к Выручай-комнате. — Кроме того, — добавил Дамблдор, — некоторые из более сложных функций, такие как создание портала или доступ к знаниям основателей, потребуют от вас освоения специфических заклинаний и ритуалов. Мы с профессорами подготовим для вас серию дополнительных занятий, чтобы вы могли освоить эти навыки. Он обвел взглядом старост, его глаза за очками-половинками сверкали. — Помните, знание — это сила. Но только в умелых руках эта сила становится по-настоящему действенной. Я верю в вас и в то, что вы сможете овладеть этими знаниями и навыками, чтобы защитить Хогвартс и всех его обитателей в час нужды.