Арка XVII. Глава 117. Свадьба

7 августа, 1997 года

Домен “Шедар”

В домене “Шедар” как всегда была прекрасная погода, и последние дни ребята любили проводить на солнце, в те редкие моменты, когда Гарри просыпался после долгих снов. Гарри быстро утомлялся после небольшой прогулки, и большую часть времени проводил сидя или лежа, и мог заснуть в любой момент. По словам Снейпа, так, тело Гарри пыталось сэкономить силы на его исцеление. Дар исцеления от рода Йоргенсен продолжал удерживать Гарри, в купе с целым курсом зелий, которые ему прописали Снейп и Урса. А три раза в день он снимал с себя футболку, и мазал кремом почерневшие участки кожи. Каждый раз видя эту ужасную сцену, Гермиона и Рон искренне боялись, что проклятие может просто оторвать Гарри руку. Опасаться было чего. Букля продлила для Гарри время, но это не было лучшим решением. Конечно, с поддержкой стольких людей, Гарри мог прожить еще…полгода без особых проблем. Но так было нельзя. Чем дольше Гарри оставался в таком состоянии, тем хуже ему становилось. Он не мог держать в руках палочку и произносить заклинания — они у него не получались. Казалось, он вернулся в свои десять лет. И снова стал тем самым беспомощным ребенком, у которого было туманное будущее, но надежда все также билась в его сердце. Сейчас троица сидели в комнате Гарри, обсуждая предстоящую свадьбу Билла и Флер. Из окна дул приятный ветерок. Гермиона просматривала список гостей, который получила от Джинни вчерашним письмом. Рон скучающе зевал, переставляя шахматные фигуры, но иногда цеплялся взглядом за разные ходы, будто видя в них что-то большее. А Гарри разбирал свои подарки. Питомцы золотого трио играли рядом. Сычик цеплялся то за Буклю, то за Живоглота, и весело ухал, перепрыгивая раскрытые подарки Гарри с его дня рождения, которыми был устлан весь пол. Живоглот крутил хвостом, поглядывая на летающие в воздухе мини-метлы. А Букля вела себя как королевская особа — она всегда была такой, когда рядом оказывался Сычик. Презрение этой дамы к шумному созданию было видно каждому, но несмотря на это, она иногда заботилась о нем и даже делилась своими вещами. А вот Живоглот любил гулять по дому и по всей территории домена “Шедар”, ведя как настоящий хищник. — А с чего они Орден Солнца пригласили? — зевнул Рон, обратившись к Гермионе. Девушка ответила, не поднимая головы от списка. — Не знаю, но Джинни сказала, что расскажет нам какую-то “невероятную” историю. — А почему не написала в письме? — недовольно пробубнил Рон. — Зачем столько секретности, Мерлин! — Она сказала, что это история не для писем. Что ты от меня то хочешь? — Я… да я просто так говорю… Гарри посмеялся, слушая их разговор. — Что делаете? — дверь открылась и из проема высунулась голова Адриана. — Заходи, — махнул рукой Гарри. Адриан убрал волосы за спину и заплел их в низкий хвост, присаживаясь на ковер рядом с Гарри. — Еще не закончил разбирать подарки? — Не все, другая половина это подарки для Билла и Флер, — Гермиона показала на красиво упакованные коробки. — Ага, Ронвальд отдал нам свои подарки, чтобы мы их упаковали, — добавил Рон, лежа на полу, и ткнул в белого короля, отчего фигурка задрожала от недовольства и ударила его по пальцу. — Адриан, а в чем лучше хранить важные вещи? — спросил Гарри, показывая мешок из ишачьей кожи, подаренный ему Хагридом, и указывая на свое пространственное кольцо. Адриан недоуменно уставился на мешочек и хлопнул себя по карманам, в поисках чего-то. А потом вытащил точно такой же мешочек, но только чуть-чуть потрепаннее. — Бывает же такое, — весело воскликнул Адриан, показывая свой мешочек, идентичный тому, что был в руке Гарри. — Мой чуть старее. Она у меня с рождения. У него есть дополнительное магическое отделение, еще более скрытое, чем основная часть. В нее мои родители положили мантию невидимку и разные непонятные мне вещи. Но я не мог открыть ее пока не получил палочку. — Они одинаковые, — удивился Гарри, сравнивая мешочки. — Это как-то связано с тем, что мы один человек? — Может быть, — согласился Адриан. — От кого у тебя он? — Хагрид подарил. — О, а я от родителей. А родился я в 1927 году. Может, этот мешочек у Хагрида был с его рождения? — задумался Адриан, а затем решил сильно не зацикливаться на этом. — Что ты хочешь туда положить? Не забудь капнуть на него кровь, и тогда только ты сможешь его открыть. В какой-то степени, мешочек из ишачьей кожи безопаснее чем пространственное кольцо. Один минус — в него мало что можно положить. В это время, Гермиона достала маленькую бисерную сумку, и засунула туда список, а потом и какие-то книги, которые взяла с собой в комнату Гарри. Рон смотрел как подруга засовывает на маленькую на вид сумочку кучу вещей и присвистнул. — Вау! Сумка с магическим расширением? Когда ты ее купила? Гермиона подняла на него глаза и с гордостью ответила: — Сделала. Рон впал в осадок и застыл на месте, в шоке глядя на подругу. А потом сел поближе к Гермионе и посмотрел на бисерную сумочку. — Сама сделала? — прошептал Рон. — Не веришь? — недовольно спросила подруга. — Нет-нет, верю, верю. Просто… вау! Гермиона! Ты просто нечто! Это же очень трудные чары. Выше ЖАБА. Гермиона закрыла сумочку и спрятала ее в карман, глаза девушки светились от гордости и счастья. — А еще, это незаконно, — вздохнул Рон с восторгом. — Нам всем место в Азкабане. *** Вечером того же дня они собирались к Уизли, чтобы помочь с последними приготовлениями к свадьбе. С троицей должны будут отправиться все Мастера. Северус Снейп редко возвращался в домен “Шедар”, и чаще передавал готовые зелья и мази через Римуса. Сегодня он также пришел после обеда, и принес новую мазь. Римус попросил Гарри поговорить наедине, и начал разговор, когда они отошли в коридор. — Где хранятся все вещи, которые привез Волан-де-Морт? — спросил Римус чуть нервно. — В моем кабинете. А что случилось? Римус тяжко вздохнул и ответил: — Почти все эти вещи — краденые. Гарри на секунду удивился, а потом кивнул головой, будто ожидал этого. — Я и забыл о них, пока ты не напомнил, — сказал Гарри. — А откуда ты… — От Тонкс, — быстро ответил Римус. — Аврорат ищет вора, почти с той же страстью, что и черных магов. — Не волнуйся, они его не найдут, — успокоил Гарри. — В такой момент ты меня еще успокаиваешь? — возмутился Римус. — Эти вещи украдены. Их надо вернуть хозяевам. — Сам проси Темного Лорда вернуть украденное по домам, — фыркнул Гарри со смехом. — Я этого делать не буду. Это же так муторно. — Но… Гарри! Тебя это не волнует? — Я знал об этом, — признался Гарри. — Волан-де-Морт сразу сказал мне об этом, и даже дал список, из какого дома что было украдено. Половина принесенных им вещей принадлежала Рыцарям, другая половина была из его личной коллекции. А вот часть украденных вещей… ну, это не моя проблема. Я умираю, — жалостливо сказал Гарри, тут же вызвав у Римуса сердечную боль, — Волан-де-Морт столько сделал для меня. Я не могу с ним ссориться. Это было бы несправедливо с моей стороны. — Гарри… о… прости, я не хотел… — прошептал Римус, с грустью глядя на Гарри. — Прости. Ты прав. Это… это не так важно. Он же не убил их. — Да! — улыбнулся Гарри. — Не беспокойся Римус, я уже каждому из них отправил анонимные письма. — Что за письма? — Ничего такого. Просто Лорд Нотт поделился со мной доказательствами их преступлений, из-за которых они могут попасть в Азкабан, — улыбнулся Гарри, — скоро они успокоятся. Римус стоял и смотрел вслед Гарри Поттеру, который напевал что-то себе под нос. Когда же этот милый и добрый мальчик превратился в такого сильного, коварного и расчетливого юношу? Римус не знал — радоваться ему или просто смириться? *** На ужин в Уизли-мэноре собралось много людей — вся семья Уизли, Делакуры, Гарри, Гермиона и Мастера. Чтобы порадовать свою маму, Билл и Чарли взяли на себя приготовление ужина и подготовили барбекю на свежем воздухе. Погода отлично подходила для этого. Близнецы и Рон вытащили на улицу столы и стулья, Аполлин украсила легкий навес светящимися ветвями, пока Артур и мистер Делакур поставили на улицу жаровню с углями. Габриэль готовилась к завтрашнему торжеству, и помогала Флер с ее платьем. Сестры тихо переговаривались на счет украшений. Урса и Ронвальд ставили тарелки, а Адриан и Том ушли помогать Биллу и Чарли. Молли донимала Перси вопросами, отчего Перси иногда краснел, отвечая на какие-то слишком смущающие вопросы касательно его личной жизни. Когда Рон освободился, он подошел к шушукающимся Гарри, Гермионе и Джинни. Букля сидела на голове Гарри, а Сычик гордо сидел на спине Живоглота, кот Гермионы в это время увидел садового гнома и погнался за ним. За спиной Рона послышалось уханье Сычика, крики садовых гномов и довольное урчание Живоглота. Но когда он услышал историю Джинни, Рон забыл обо всем и застыл с открытым ртом. Троица с благоговением поглядела на Молли Уизли, что перевела свое внимание на близнецов, и начала новый виток вопросов, пока Перси тихо удирал от матери к Биллу и Чарли. Выглядела матриарх семейства вполне обычно. И не скажешь, что недавно она чуть не устроила войну с родственниками со стороны Пруэттов. Через три дня после дня рождения Гарри, когда Делакуры вышли, чтобы встретиться со знакомыми в Британии (с Биллом и Чарли, как их защитниками, естественно) — к ним пришли гости. Оказывается, весь год к ним периодически захаживали родственники с маминой стороны. — Вы должны понять, что из главной ветви Пруэттов остались только тетя Мюриэль и моя мать. Остальные же Пруэтты из боковой ветви, и не имеют отношения к прямой линии, — объяснила Джинни. Эти родственники редко приходили к ним в гости, но в те самые редкие моменты любили хвастаться своей жизнью, спокойно принимая гостеприимство Молли. И вечно причитали, как им жалко Молли: ведь она была такой избалованной в детстве, отец выполнял все ее пожелания, и она даже смотрела на них свысока, но где теперь сама Молли? Иногда Молли ругалась с ними и общение прекращалось на небольшое время. Но когда тем хотелось, они снова приходили или просто отправляли письма, чтобы еще раз по насмехаться. Но что-то резко изменилось, после собрания Визенгамота — они узнали, что Уизли снова в строю высшей лиги Британии. А старший сын Молли — той самой Молли, над которой они любили посмеяться — стал Лордом Уизли и даже жениться на красавице из французского богатого рода. Некоторым людям не нравится видеть счастье других. И вот последний год, раза четыре, к ним домой нагло наведывались те самые родственники и родственницы. Их даже не смущала защита мэнора, они отправляли сов и ждали, пока Уизли не пригласят их в свой новый дом. Зачем им это надо было? Все просто. Они увидели перспективы. И перспективы эти были невероятно заманчивые. У Молли было семеро детей. И, как бы они ни старались это отрицать, каждый из ее сыновей был выдающимся человеком, красивые, сильные и довольно успешные. А Джинни была настоящей красавицей, да еще с таким магическим потенциалом. И вероятность того, что кто-то из детей Молли продолжит род Пруэттов, за неимением у Мюриэль собственных наследников — вызвала у них невероятную алчность. Близнецам нравилось издеваться над гостями, но это никак не отвадило желание некоторых дам и парней, ибо Фред и Джордж вели прибыльный бизнес. Перси был так занят работой, что даже не обращал внимания на гостей, и игнорировал их. Билл был полностью влюблен в Флер, и относился к ним только как к досадной помехе для спокойствия в собственном доме. Чарли был в Румынии. Рон и Джинни в школе. И так получилось, что все потуги “гостей” не приносили никаких результатов. Возможно, именно поэтому в их последнюю встречу они потеряли терпение. — Они начали оскорблять Флер, и намекать, грязными словечками на то, что она не подходит Биллу и где-то откопали странные слухи о Флер, — яростно шептала Джинни, — вы же понимаете, как ей завидовали в Шармбатоне? А что на счет победы на Тремудром турнире? Это просто вызвало взрыв в головах всех ее завистников. — Какое мерзкое поведение! — возмутилась Гермиона. — И что вы сделали? — спросил Гарри, предчувствуя горячую историю. — Я в тот момент была с Флер на кухне, — начала издалека Джинни, с хитрой улыбкой, — и поверьте мне, я хотела в тот же час сжечь все их шевелюры и дорогие платья, а Флер закрыть уши. Сама Флер была… о, она была прекрасна, — прошептала Джинни с искренним восторгом, — такой выдержки я никогда не видела. Она была спокойна, как удав! И клянусь вам, она уже готовилась выйти и словесно их вые… — Джинни! — остановил ее Рон. — Следи за словами. — Ну вы поняли! — закатила глаза Джинни. — Но мы не успели, — засмеялась девушка. — Там уже кричать начали. Мама вцепилась в волосы двух сплетниц, и вырвала им целый клок волос! Вы должны были это видеть! Мама закончила с теми двумя, там еще тетя Мюриэль начала ее подначивать… — О, она обожает такое, — сказал Рон. — И мама разогналась. Она была в бешенстве. Я никогда ее такой не видела. Те гостьи с их дочерьми орали на нее, но ничего не могли сделать — Огонек помогал маме, и мама ударила каждую. А те, кто говорили гадости о Флер получили настоящую взбучку! А когда она взялась за палочку, дамочки завопили — кто не знает, как сильна моя мама? Дуэльное мастерство Пруэттов очень известно в наших кругах, — похвасталась Джинни, и Рон согласно закивал головой. — А что Флер? — спросила Гермиона. — Она была в шоке, — хихикнула Джинни. — Явно такого не ожидала. А мама на них потом начала кричать, выгонять из дома. Поставьте быстро глухой щит, мне надо это процитировать, а без криков нельзя. И когда Гермиона незаметно выставила вокруг них барьер, Джинни прокашлялась для подготовки и закричала, копируя Молли: — “Флер моя невестка! И Билл ее любит! Она войдет в нашу семью и станет Леди Уизли! А вы — кошелки старые, сучки, не смейте оскорблять мою невесту! Вон отсюда! Я не желаю видеть вас в собственном доме. Вы всегда воротили нос от нашей семьи, и сплетничали обо мне, когда я вышла за Артура. А теперь, когда мы хорошо зажили, объявляетесь у нас как ни в чем не бывало! Лицемерки! Дрянные гиены! ВОН ИЗ МОЕГО ДОМА!”. Джинни довольно расхохоталась, держась за живот. — А еще! Еще! Повернулась к Флер и такая: “Забудь о них! У моей тети есть прекрасная диадема. Ты будешь в ней блистать. Самая прекрасная невеста века! А эти стервятники — плюнь и забудь!”, — каждый раз когда Джинни вспоминала о том дне, она ощущала такое удовольствие, что не могла забыть. Она уже рассказала всем братьям и даже побежала к Луне, чтобы поделиться случившимся. — Эй! — крикнул Чарли. — Что вы там прохлаждаетесь? Пошли! Гермиона также незаметно убрала барьер и Джинни вскочила на ноги с криком: — Иду! Гермиона, Рон и Гарри проходили мимо Молли, и не могли не посмотреть на нее как на икону года. — Что с вами? — удивилась Молли. — Голодны? Троица покачали головой и синхронно показали большие пальцы. — Вы — лучшая! Молли поглядела на веселую дочку, и на троицу, смущенно кашлянула и помахала рукой: — Идите уже! ***

8 августа, 1997 года

Уизли-мэнор

Назавтра в три часа пополудни Гарри, Рон, Фред, Джордж и Перси стояли у разбитого в фруктовом саду огромного белого шатра, ожидая появления гостей. На Гарри была красная рубашка, темные брюки и синяя мантия рода Поттер. Черные перчатки скрывали его проклятую правую руку. Рон казалось задыхался в своей новой мантии, но не мог пожаловаться, утром Молли уже надавала ему за жалобы и он благоразумно молчал. Хотя выглядел он отлично, как и Фред, Джордж и Перси. Последний превзошел все ожидания, из-за чего близнецы уже несколько раз подшучивали над ним, но Перси их проигнорировал. — Когда буду жениться я, — сказал Фред, оттягивая ворот своей мантии, — я подобной дури не допущу. Все вы оденетесь, как сочтете нужным, а на маму я наложу Цепенящее заклятие, и пусть лежит себе спокойно, пока все не закончится. — О черт, началось, они уже здесь — глянь-ка, — Джордж указал пальцем вперед. На дальнем краю двора одна за другой стали появляться ярко расцвеченные фигуры. Прошло всего несколько минут, и из них образовалась целая процессия, которая, извиваясь, двинулась по огороду в направлении шатра. На шляпках волшебниц колыхались экзотические цветы и подрагивали крыльями зачарованные птицы, на шейных платках волшебников посверкивали самоцветы; толпа их приближалась к шатру, и гул возбужденных разговоров все усиливался, заглушая жужжание жуков. — Отлично, по моему, я вижу нескольких кузин вейл, — сказал Джордж, вытягивая шею, чтобы приглядеться получше. — Надо бы помочь им разобраться в наших английских обычаях, вот я прямо сейчас этим и займусь… Девушки захихикали и действительно позволили ему проводить их в шатер. Джорджу только и осталось, что заняться пожилыми волшебницами, Рон взял на себя заботы о престарелом министерском коллеге мистера Уизли, Перкинсе. А Гарри встретился с Лавгудами. Ксенофилиус Лавгуд выглядел как всегда... по-ксенофилиусовски, в желтой, цвета яичного желтка, мантии. А на шее у него висела золотая цепь со странно знакомым знаком. Луна, подобно отцу, облачилась в желтую мантию, к которой добавила воткнутый в волосы цветок подсолнечника. И была похожа на ходячее солнышко. — Рад снова с вами встретиться, мистер Поттер, — улыбнулся ему Ксенофилиус, пожимая руку. — Видел вас из другого мира, — Лавгуд указал на Адриана и Тома, те разговаривали с Дамблдором и Дедалусом Динглом. — Прекрасный собеседник, он даже похвалил мой наряд и цепочку. Гарри внимательно поглядел на золотую цепь, но не увидел в ней ничего необычного, и поздоровался с Луной. — Привет, Гарри! Тут так прелестно. В прошлый раз у меня не получилось встретиться с гномами, хочу попытать счастья на этот раз. — Желаю тебе удачи. Ты отлично выглядишь, прямо как солнышко, — улыбнулся ей Гарри. — Ты тоже! Я сказала папочке, что большинство гостей скорее всего придут в парадных мантиях, но он считает, что на свадьбу лучше всего облачаться в солнечные цвета — на счастье, понимаешь? Она поплыла к отцу, и тут же объявился Рон со старенькой, цеплявшейся за его руку чародейкой. Крючковатый нос, глаза в красных ободках и розовая шляпка с перьями придавали ей сходство со сварливым фламинго. — И волосы у тебя слишком длинны, Рональд, я тебя сначала за Джиневру приняла. Мерлинова борода, во что это вырядился Ксенофилиус Лавгуд? Вылитый омлет. А ты кто? — гаркнула она, завидев Гарри. — Ах, да, тетя Мюриэль, познакомьтесь, это Гарри Поттер. — О, так вы не хвастались. А ну-ка, дай на тебя посмотреть, Поттер, — хоть на вид старушка и казалась хрупкой, но когда она схватила Гарри за левый локоть и потянула его, Гарри понял, что она довольно сильна. — Что-то ты бледный, малость, и худой. И вид у тебя болезненный. — Тетя Мюриэль, пойдем туда, пойдем. — Я только что научила невесту, как ей лучше носить мою диадему! — крикнула она Гарри. — Гоблинская работа, знаете ли, хранилась в семье веками. Девочка она красивая, но все же француженка. Ну ладно, ладно, Рональд, — пропыхтела Мюриэль, когда Рон уже начал дергать ее, — найди для меня место получше, мне все-таки сто семь лет, я не могу долго стоять на ногах. Рон, проходя мимо Гарри, тихо попросил прощения и исчез на какое-то время. Когда он снова появился у входа, Гарри успел пожать руку десяткам незнакомых ему людей, готовых не отлипать от Гарри, пока его не спасли Адриан и Урса, забравшие их с собой на их места. — Мюриэль — это какой-то кошмар, — сказал Рон, отирая рукавом лоб. — Но маму она любит. Раньше она к нам на каждое Рождество приезжала, но, слава богу, обиделась после того, как Фред с Джорджем прямо во время обеда взорвали под ее креслом навозную бомбу. Но снова начала приходить, когда мы построили новый дом. Ух ты! Гермиона! Роскошно выглядишь! Гарри повернулся и согласился с Роном. — Ты сегодня прекрасна. — Спасибо вам, спасибо, — посмеялась Гермиона. На ней было сиреневое развевающееся платье, туфли на высоком каблуке, гладко расчесанные волосы ее сияли. — Твоя двоюродная бабушка Мюриэль с вами не согласилась бы. Я совсем недавно столкнулась с ней на верхнем этаже, она вручала Флер диадему. Увидев меня, она сказала: "Боже, это ведь магловка?", а затем: "Плохая осанка и костлявые лодыжки". — Не обращай внимания, она всем грубит, — сказал Рон. — Это была Мюриэль? — спросил Ронвальд, подойдя к ним. — О, она невероятная грубиянка. Но человек хороший. — Вы о Мюриэль говорите? — спросил Джордж, вышедший с Фредом из шатра. — Да, мне она сказала, что я выгляжу как клоун. Старая сова. Жаль, дяди Билиуса больше нет, вот кто умел повеселиться на свадьбах. — Это не тот, который повстречался с Гримом, а ровно через сутки умер? — поинтересовалась Гермиона. — У вас он умер после встречи с Гримом? — удивился Ронвальд. — А у вас? — спросил Фред. — Заживо сжег один сумасшедший, — ответил Ронвальд. — Билиус Уизли был моим отцом. О, это же Хагрид, — Ронвальд помахал им и пошел к Хагриду. Гермиона стояла вся красная и кажется забыла как дышать. Близнецы, Рон и Гарри смущенно кашлянули. — Я забыл, — прошептал Фред. — Это было очень грубо с моей стороны, — сказала красная Гермиона. — Не думай об этом, — успокоил ее Рон. — Его такое не волнует. В нашем мире у дяди Билиуса и жены то не было. — А после встречи с Гримом у него появились кое-какие причуды, не до свадьбы наверное, — хмыкнул Джордж. — Зато до того, как помешаться, он был душой любого свадебного пира, — заговорил Фред, пытаясь вернуть атмосфере легкость. — Выдувал целую бутылку огневиски, а после выскакивал на танцевальный настил, подбирал подол мантии и начинал вытаскивать букеты из… — Ладно-ладно! — остановил его Гарри, сдерживая хохот. — Лучше не рассказывай откуда он их вытаскивал. — Но какие воспоминания! — присвистнул Джордж. — Классный был мужик. — Ронвальд тоже крутой, и веселый, как дядя Билиус, — добавил Фред. — А интересно, какой он — когда пьян? Близнецы хитро переглянулись и куда-то убежали. Когда прибыл Дамблдор, ребята сразу поспешили поздороваться с ним. Директор выглядел хорошо, недавние новости о его возможной отставке немного взволновали Гарри, но все закончилось отлично. И сегодня Дамблдор выглядел как всегда по-своему индивидуально — на нем была ярко-оранжевая мантия с рисунками котиков, да и настроение у директора было просто шикарное. — Скажи мне, если к тебе кто пристанет, — сказал Дамблдор Гарри. — Хорошо, — улыбнулся Гарри. Наконец-то появились ребята из Ордена Солнца — Дафна и Теодор подошли к ним, оба они были в парадных мантиях, а Дафна так и вовсе выглядела просто сногсшибательно. Что впрочем неудивительно, с ее то вкусом и любовью к красоте. — Вы отвечаете за рассадку гостей? — спросила Дафна. — Ага, — Рон махнул рукой. — Пойдемте, я вам покажу ваши места. Вы сидите рядом с нами. — Не надо, — отказался Теодор, — подождем остальных рядом с вами, что нам там делать? — О, я вижу Лаванду и Ханну, а с ними еще Блейз и Эрни, — сказала Гермиона, и помахала друзьям рукой. — Тут так красиво! — воскликнула Лаванда, протягивая приглашение. — Я так благодарна Флер, что она пригласила нас на свою свадьбу. — Куда я могу поставить свой подарок? — тихо спросила Ханна, Фред показал ей, и девушка ушла. — Прилично вы потратились на свадьбу, — заговорил Блейз, осматривая шатер, официантов, оркестр, и столы. — Свадьба точно попадет в топ десять лучших свадеб в журнале Ведьмополитен. — Скажи это маме, — попросил Рон, — она будет в восторге. — А кто еще придет на свадьбу? — спросил Эрни. — Будут ли Вальпургиевы Рыцари и мистер Певерелл? — Должны быть, они еще не пришли, — ответил Гарри. Вскоре к ним присоединились остальные — Фрэнк, Алиса и Августа сразу ушли к взрослым, а Невилл начал болтать с ними о сегодняшней свадьбе. После них прибыли Боунсы, среди них была Амелия Боунс, она кивнула Гарри Поттеру и прошла за Джорджем к своему месту, Сьюзен и ее кузина Ада Боунс, которую Гарри видел на собрании Визенгамота и вечеринке в честь Министра магии. Перси тут же оказался рядом, чтобы провести Аду на ее место. После Сьюзен прибыли Дин, Симус со своими родителями, рядом с ними шли Тонксы. Из Ордена Солнца пришли не все — сестры Патил уже отправились в Индию и должны были вернуться в конце августа, у родственников маглов Джастина в тот же день проводилась свадьба и он не смог прийти, Терри Бут и Энтони Голдштейн давно уехали в Америку к родственникам, а Майкл Корнер отправился на какую-то экспедицию со своими кузенами. Собравшись снова вместе, они начали делиться новостями и забавными историями, и им было так весело, что никто не заметил запоздавшего гостя — темноволосого молодого человека с большим кривым носом и густыми черными бровями, — пока он не протянул свое приглашение Рону и не сказал, уставясь на Гермиону: — Прекрасно выглядишь. Тут же на Крама уставились десятки глаз, а в глазах девушек заискрились звездочки. — Виктор, привет, — улыбнулась ему Гермиона. — Ммм, — ответил Виктор, и ушел с Роном, который решил показать ему его место, рядом с Седриком и Чжоу Чанг. — Интересно, когда будет свадьба у Седрика и Чжоу? — Лаванда была взволнована от одной мысли. — Вот бы меня пригласили. — Тебе этой не хватает? — удивился Блейз. — На еще одну хочешь? — Не твое дело, Забини! Блейз пожал плечами и завидев рыжую красотку, шмыгнул между ними и побежал к Джинни. Дин закрыл глаза и отвернулся, но не выдержав, пошел за ним. Симус и Эрни тут же переглянулись, и последовали за ними. Дафна закатила глаза и сказала: — Идиоты. Через десять минут к шатру направились личности, о которых явно и неявно задумывался каждый гость. Это были Вальпургиевы Рыцари. Гарри хмыкнул, глядя на идущего впереди Магнуса Певерелла и буркнул: — Павлин. — Точно, — согласился вернувшийся Рон. — Во что вырядились Малфои, и что тут делает Драко? Малфои и правда пришли полным составом — а Драко так и вовсе выглядел настолько надменно, что вызывало желание кинуть в него ведро с водой. А как они выглядели? — Это же свадьба, а не показ мод, — фыркнул Рон. Из Рыцарей пришли — Малфои, Нотты, Мальсиберы и Лестрейнджи. Последние вызвали небольшой гул среди гостей, не удивительно. Лестрейнджи пугали больше всех. Но раз они получили приглашение… Гости поразились храбрости семьи Уизли. По крайней мере, на свадьбу не пришел Антонин Долохов — его прибытие вызвало бы недоумение и даже недовольство гостей — даже если не все, но некоторые знали, кто именно убил родных братьев Молли. Беллатриса Лестрейндж о чем-то переговаривалась со своей сестрой, но быстро потянула ее, и ее семью к ребятам с акульей улыбкой. — Милашка Поттер! — воскликнула Беллатриса, и потянулась к его щекам. — У-у-у, похудел то как, кожа да кости. Ну как ты? Все хорошо? Я не смогла увидеть твоего фееричного сражения с гарпией, но слышала и я просто в восторге. Беллатриса была так взволнована, что погладила Гарри по волосам и прижала к своей груди, приобняв за плечи. И продолжала щебетать о его великих подвигах, силе и природном обаянии. — Если у меня родится девочка, я бы хотела, чтобы ты стал ее мужем, — расхохоталась она. — Белла, Белла, — потянул ее прибежавший Родольфус, — отпусти Поттера, ты его задушишь. И что за глупости насчет женитьбы? Не смущай, Поттера. — Ой, я же шучу. Ты только посмотри на его лицо. Гарри тяжело дышал, когда его отпустили. Услышав позади сдерживаемый смех своих друзей, он бросил на них гневный взгляд. — Рад вас видеть, — сконфуженно кивнул Гарри остальным. — Приятно познакомиться, наследник Поттер, я — леди Мальсибер, Фелисия Мальсибер, — протянула к нему руку красивая, темноволосая женщина, рядом с Вальтером Мальсибером. Рабастан незаметно показал ему, что надо поцеловать руку ведьмы. Гарри невесомо коснулся губами ее руки, и Фелисия Мальсибер довольно улыбнулась ему, поворачиваясь к Рону. — Желаю счастья вашему брату. Красивая свадьба. — Спасибо. За ними поздоровались остальные, и даже Магнус кивнул друзьям Гарри. — Кто тебя пригласил? — удивился Гарри, тихо спрашивая у Магнуса. — Флер Делакур, — улыбнулся Магнус. — Но я ощущаю себя не гостем, а каким-то гарантом безопасности. — Наверное, так и есть. Когда Малфои поздоровались со всеми, Драко также был само очарование. — Рад нашей встрече. Желаю счастья Биллу и Флер, они прекрасная пара. В таком шоке Гарри, Рон и Гермиона не были уже давно. — Ты что-то не то съел? — спросил Блейз. — Замолчи, — незаметно прошипел Драко, все также удерживая улыбку. — Мне сказали хорошо себя вести. — Не может быть! Так ты знал, что плохо себя ведешь? — спросил Блейз с сарказмом, на что Драко недовольно выпучил на него глаза, и вежливо кивнув им, ушел со своими родителями. — Никогда не видела его таким галантным, — покачала головой Сьюзен. — Эх, жаль Астория не пришла, — посмеялся Симус. Дафна бросила на него недовольный взгляд. — Молчу-молчу, — поднял руки Симус. Вскоре, Гарри понял причину приглашения Магнуса Певерелла. Появление Крама до этого вызвало определенный переполох, особенно среди кузин вейл: как никак, Виктор был прославленным игроком в квиддич. Но когда в шатер вошел Магнус Певерелл — произошло что-то невероятное. Тут же на него налетели кузины вейлы, гостьи и гости из франции, подруги Флер из Шармбатона, и несколько прекрасных женщин-гостей свадьбы. — Вау! — воскликнул Рон. — Я пойду, — Теодор быстро пошел к своему отцу и дедушке. — Нагрянули как прилив, — покачала головой Ханна. — Хотя твой кузен, Гарри, очень симпатичный. — Да им просто пригляделась его фамилия, богатство и красота, — сказала Дафна. — Моей тете он нравится, говорит умный человек, — сказала Ханна. В это же время, Билл побежал к Флер и запыхавшись, спросил: — Кто пригласил Магнуса Певерелла? Молли в это время сидела в одной комнате с Аполлин, а Габриэль поправляла платье сестры. Поэтому четыре женщины тут же повернули к нему головы. — А что не так? — удивилась Флер. — Все мои знакомые п’госили позвать его. — Это же… это же… — начал заикаться Билл, и посмотрел на мать с просьбой о помощи. — И что? — вызывающе спросила Молли. — Я отправила ему приглашение. Он согласился. Билл! Он столько всего сделал ради Гарри, а ты до сих пор так себя ведешь? Как грубо. В такое опасное время, его фигура придает большее чувство безопасности. — Ве’гно-ве’гно, — согласился Аполлин. — У нас на свадьбе — Дамблдор, Лорд Слизерин, Магнус Певерелл, Ронвальд и Лестрейнджи с Блэками, — перечислила Молли. — Нам вообще не о чем беспокоиться. — Если тебе не нравиться, — подошла к нему Флер, и тихо сказала: — Мы можем выгнать его. Билл открыл рот и тяжело вздохнул. — Милая… Кого выгнать? Выгнать… — Билл внутренне сказал “Темного Лорда”, — Лучше не надо. Забудь. Прости, что потревожил. Флер нежно похлопала его по щеке и чмокнула в щеку. — Я понимать, ты взволнован. — Да, — нежно улыбнулся Билл и поцеловал ее в лоб. В свадебном шатре началась музыка. Ребята сели на места. Нагретый солнцем шатер наполнили трепетные предвкушения, негромкий говорок сидевших в нем людей время от времени перемежался вспышками возбужденного смеха. По проходу прошли, улыбаясь и кивая родственникам, мистер и миссис Уизли — последняя облачилась сегодня в новую аметистовую мантию и подобранную ей в тон шляпку. Мгновение спустя в дальнем конце шатра возникли Билл и Чарли, оба в парадных мантиях и с большими белыми розами в бутоньерках; Фред залихватски присвистнул, заставив кузин вейл захихикать. Зазвучала исходящая, казалось, прямо из золотистых шаров музыка, и все смолкли. Общий вздох вырвался у всех гостей, когда в проходе появились мсье Делакур и Флер. Флер словно плыла, мсье Делакур подпрыгивал на ходу и радостно улыбался. На Флер было совсем простое белое платье, казалось, источавшее сильный серебристый свет. Как правило, рядом с ее сияющей красотой люди словно тускнели, сегодня же этот свет делал более прекрасными всех, на кого он падал. Джинни и Габриэль, обе в золотистых платьях, выглядели красивее обычного, а когда Флер приблизилась к Биллу, стало казаться, что он светится от невыразимого счастья и любви. — Леди и джентльмены, — произнес певучий голос, и Гарри увидел маленького, с клочьями волос на голове волшебника, он стоял перед Биллом и Флер, — мы собрались здесь ныне, чтобы отпраздновать союз двух верных сердец… — Да моя диадема кого хочешь украсит, — звучным шепотом сообщила тетя Мюриэль. — Однако должна сказать, вырез у Джиневры уж больно низкий. — Уильям Артур, берете ли вы Флер Изабель? — продолжал маленький волшебник. Сидевшие в первом ряду миссис Уизли и мадам Делакур не громко рыдали в кружевные тряпицы. Вместе с ними рядом рыдала Лаванда. И когда Гермиона повернулась к ней, чтобы подать свой платочек, увидела, как Дафна залпом осушила бокал, и судя по запаху, это был огневиски. — В таком случае я объявляю вас соединенными узами до скончания ваших дней. Волшебник с клочкастой головой поднял над Биллом и Флер палочку, и серебристые звезды осыпали новобрачных словно дождем, спирально завиваясь вокруг их теперь приникших одно к другому тел. Фред и Джордж первыми захлопали в ладоши, золотистые шары над головами жениха и невесты лопнули, и из них вылетели и неспешно поплыли по воздуху райские птицы и золотые колокольца, вливая пение и перезвон в общий шум. — Леди и джентльмены, — провозгласил клочковолосый маг, — прошу всех встать! Все встали, тетушка Мюриэль громко пожаловалась на причиненное ей неудобство; клочковолосый взмахнул волшебной палочкой. Стулья, на которых сидели гости, грациозно взвились в воздух, матерчатые стены шатра исчезли — теперь все стояли под навесом, державшимся на золотистых столбах, и прекрасный, залитый солнечным светом сад обступил гостей со всех сторон вместе с лежащим за ним сельским пейзажем. А следом из центра шатра пролилось жидкое золото, образовав посверкивающий танцевальный настил, висевшие в воздухе стулья расставились вокруг маленьких, накрытых белыми скатертями столов, приплывших вместе со стульями на землю, а на сцену вышли музыканты в золотистых костюмах. — Чистая работа, — одобрительно сказал Рон, когда повсюду вдруг засновали официанты с серебряными подносами, на которых стояли бокалы с тыквенным соком, сливочным пивом, огненным виски и эльфийским вином или лежали груды пирожков и бутербродов. — Надо пойти поздравить их, — сказала Гермиона, приподнимаясь на цыпочки, чтобы увидеть Билла и Флер, окруженных толпой уже поздравляющих их гостей. — Пойдем, — согласились девочки, кроме Дафны, и вместе с Гермионой пошли в сторону Билла и Флер. Заиграл оркестр. Билл и Флер вышли на танцевальный настил первыми, сорвав громовые аплодисменты, спустя недолгое время за ними последовали мистер Уизли с мадам Делакур и миссис Уизли с отцом Флер. — А ты не пойдешь? — спросил Эрни у Дафны. Дафна поймала еще один бокал с подноса официанта и вдохнула его аромат. — Ммм, хорошее вино. — Эй, ты чего так налегаешь? — забеспокоился Рон, и забрал у Дафны бокал. — А ну пойдем, ты будешь в восторге от встречи с одним человеком. А вот и Ксенофилиус. — Кто?! Рон со смехом потянул Дафну к Лавгуду, который уже начал танцевать под музыку вместе с Луной. Симус подбежал к ним и с блестящими глазами сказал: — Крам начал флиртовать с Джинни! — Да ну! — воскликнул Эрни и убежал с ним. Гарри поглядел на их сторону — Виктор о чем-то говорил с Джинни, и та внимательно его слушала, за ее спиной стояли недовольные Дин и Блейз, а вскоре подошли Эрни и Симус. Гарри отвернулся и пошел к Адриану. По дороге разглядывая шатер и гостей. На свадьбах он еще никогда не бывал и потому не мог сказать, чем эти торжества волшебников отличаются от тех, что устраивают маглы, однако был совершенно уверен, что ни свадебного торта, увенчанного двумя действующими моделями фениксов, которые взлетают, когда его начинают резать, ни плывущих в толпе по воздуху бутылок шампанского у маглов не увидишь. Вечер переходил в ночь, и под навес начали залетать мотыльки, кружившие вокруг плававших в воздухе золотистых фонариков, а веселье становилось все более буйным. Николас Нотт с неудовольствием пригласил кузину Фелисию потанцевать, и она отдавила ему все ноги во время танца. Вальтер довольно улыбался, сидя на своем месте. Римус сперва пытался успокоить Сириуса, а потом плюнул на это дело и пошел к Артуру. Нимфадора незаметно оторвалась от родителей, и подошла к ним, раскачиваясь на месте, и вскоре утащила Римуса на танец. Фред и Джордж давно уже удалились в темноту с двумя кузинами Флер. Чарли, Хагрид и какой-то коренастый чародей в лиловой круглой шляпе с загнутыми кверху полями распевали в углу песню “Ода герою”. Перси танцевал с Адой Боунс. Когда Гарри подошел к месту, где стоял Адриан, того уже забрал к танцевальному настилу Слизерин, там же танцевали Ронвальд с Урсой, Алиса с Фрэнком и Невилл с Ханной. Дамблдор общался с Дедалусом, когда в следующую секунду к ним присоединилась Мюриэль, и Гарри не хотелось знать, что же такого начнет говорить грубая двоюродная бабушка Рона. Поэтому быстро отошел от них. В какой-то момент Гарри увидел танцующих Рона и Луну. Гермиона вскоре подошла к нему и улыбнулась. — Скучаешь? Не поболтаешь со своим кузеном? Магнус все еще был окружен десятками людей, и каждому хотелось поболтать с одним из самых завидных холостяков Британии. Где-то там весело танцевала Беллатриса и Родольфус. Регулус Блэк пригласил на танец Нарциссу, а Сириус на спор пил с Рабастаном и Клаудисом Мальсибером. Старшие Мальсиберы чинно болтали с Амелией Боунс. А Малфои поздравляли миссис Уизли и мадам Делакур. — И чтобы меня потом поймали в капкан? Не-е-е-е-т, — отказался Гарри. — О, Виктор и Седрик. Привет, ловцы! — посмеялся Гарри. От приветствия Гарри, Седрик тут же вспомнил зиму 1995 года и закрыл глаза. — Не напоминай, — попросил Седрик. Виктор выглядел недовольным, видно, Блейз и Дин отвадили его от Джинни. — Не хочешь потанцевать? — спросил он у Гермионы, но не успела та ответить, как к ней подлетела Габриэль Делакур. В своем золотистом платье она казалась самой прекрасной феей на свете. А голубые глаза сияли внутренним светом, отчего любой, на кого она смотрела, мог растаять и ощутить себя самым счастливым человеком на свете. — Гермиона! — четко произнесла ее имя Габриэль, ее английский был почти такой же, как у Флер, но имя Гермионы она произнесла очень хорошо. — Потанцуй со мной, пойдем, пожалуйста! Гермиона как завороженная тут же согласилась и Габриэль без труда увлекла ее за собой. Однако Гарри успел заметить, как полувейла бросила на Виктора острый взгляд и на мгновение ее прекрасные глаза стали похожи на глаза тех опасных вейл, которые участвовали в мировом чемпионате. Седрик, Гарри и Виктор молчали около минуты. — Милая девушка, — с дрожью сказал Седрик. — Виктор, пойдем, там бутерброды. — Какой смысл, — угрюмо начал Виктор, — быть всемирно известным игроком в квиддич, если всех красивых девушек уже разобрали? — Да, друг, не повезло тебе, — вздохнул Седрик, мельком поглядев на Магнуса Певерелла. — Обещаю, ты встретишь ту самую на моей свадьбе. — Посмотрим, — буркнул Виктор и поплелся за ним к столу. Гарри покачал головой и пошел дальше, встретив общающихся Лаванду, Сьюзен и Дафну. Гринграсс освободилась от Рона, раз она снова что-то пила. — О! Я обожаю свадьбы! — воскликнула Лаванда, захлопав в ладоши. — Я была на всех свадьбах своих тетушек и мамы. На всех трех, — уточнила Лаванда. — Прости, что? — изумленно спросила Сьюзен. — Мои родители развелись еще когда я была маленькой. И мама вышла замуж еще четырежды, и я была на трех последних ее свадьбах. Наверное поэтому я так их люблю. — Милая, это звучит слишком грустно, — сказала Дафна, вылив в себя целый бокал огневиски, даже не сморщившись. — Я была на всех похоронах, которые могла посетить. Это было продуктивнее, чем свадьбы. Лаванда и Сьюзен не нашлись, что на это сказать, Дафна уже была в край пьяна, и полезла к официанту за еще одной бутылкой. Пока Гарри не остановил ее. — Дафна, с тебя хватит, — вздохнул Гарри. — Что с тобой? Дафна отвернулась от него и обиженно буркнула. — Зачем столько восхищаться свадьбами? — прошептала девушка. — Их можно играть хоть каждый год. А похороны… они один раз и навсегда. Разве они не важнее? Лаванда и Сьюзен грустно переглянулись и посмотрели на Гарри с поддержкой. — Пойдем, хочешь потанцевать? — мягко спросил Гарри. Дафна покачала головой. — Я пьяна. — Отдавишь мне ноги? — Никогда! Я прекрасно танцую, — и Дафна тут же встала, и потянула Гарри танцевать. — Мы следующие! — закричали Лаванда и Сьюзен, и Гарри пришлось согласиться. В какой-то момент ребята то собирались, то расходились — и каждый раз уходили танцевать друг с другом. Одну только Гермиону Габриэль не отпускала, и даже капризничала, если Гермиона хотела потанцевать с кем-то из друзей. Пока Габриэль не позвала мадам Делакур, и Гермиона стала свободна. — Маленькая Делакур тебя обожает, — хмыкнула Сьюзен. Гермиона от смущения уронила свою расшитую бисером сумочку, ударившуюся о землю с громким стуком, нисколько не отвечавшим ее размерам. Дафна уставилась на сумочку и попыталась ее поднять, и та несмотря на звук, оказалась довольно легкой. Протянув ее Гермионе, она внимательно уставилась на Грейнджер. — Что это за сумочка? — Где купила? — спросила Сьюзен. — С магическим расширением, как я полагаю. Гермиона посмеялась. — Да. Хорошая сумка. — Что делаете, девочки? — появилась Урса, вся румяная, а от того сияющая и счастливая. — Такая красивая свадьба! — Профессор Монфор, — обрадовались ребята и заговорили с ней о разных пустяках. — А о чем вы говорили до этого? — Урса опустила голову и увидела сумочку Гермионы, и с удивлением воскликнула: — Вау! У меня есть такая же! Гермиона с удивлением посмотрела на точно такую же сумочку в руках Урсы, но та была чуть потрепаннее, видно ей пользуются давно. — Последний подарок от моих мам, — нежно погладила Урса сумочку. — Здесь были все их письма, и разные подарки. — Как необычно, — сказал Эрни. — Я не знал, что предметы также могут быть связаны с людьми настолько, что они есть у двух людей из разных миров. — Бывает, — вспомнила Гермиона ишачью сумку Адриана и Гарри, и задумалась. Дафна хмыкнула и с улыбкой прошептала Гермионе: — Сама сделала, да? — Да, — наклонилась к ней Гермиона и шепнула. — О, Грейнджер, за такое судят, это же незаконно, — с восторгом прошептала Дафна. — Ну вы даете, золотое трио! *** Свадьба продолжалась еще часа два, и вскоре гости начали отбывать. Гарри устало прислонился к столу, и Гермиона с Роном тут же помогли ему, встав по обе стороны и постарались незаметно отвезти его домой. Пришло время для мази, и для обезболивающего зелья. Сегодня Гарри слишком устал, и быстро улегся на диван в доме, пока Рон вытаскивал мазь, а Гермиона зелье. Рон помог Гарри снять мантию и рубашку, открывая почерневшую руку. Мазь приятно холодила, и Гарри прикрыл глаза. — Гарри, выпей, — прошептала Гермиона, подавая ему зелье. — Ненавижу это проклятие, — шмыгнул Рон, глядя на черную руку. — Тебе не стоило приходить на свадьбу. — Не говори так, — улыбнулся Гарри. — Я так хотел на нее прийти. Это же свадьба у магов. Да еще и свадьба твоего брата. Билл и Флер такая прекрасная пара. Я был счастлив сегодня. И мне было весело. — Какое веселье, — прошептала Гермиона, грустно отворачиваясь. — Лучше бы ты побыстрее поправился. — Что это?! — скрипнула дверь зала, и в комнату вошел Эрни. Макмиллан в ужасе уставился на почерневшую кожу Гарри, идущую от самой руки вверх до локтя и побледнел. — Что это…? — еще раз спросил он. — Что с тобой? Почему? — Что случилось? — появилась сзади Сьюзен. — Ты нашел их? — весело спросил Симус. — Я требую продолжения вечеринки! Давайте пойдем к кому-нибудь! — Давайте к Ноттам, — предложила Дафна, чуть пьяным голосом и со смехом продолжила: — У них есть пыточная. — Дафна! Зачем нам такое? — закричала Лаванда. — У тебя что правда есть пыточная? — взволнованно спросил Блейз, выскакивая за спиной Эрни, глядя позади себя, видимо на Теодора. — Есть, — признал Теодор. — Джинни, а где у вас ванна? — спросила Ханна. — Я пролила на себя вино. — А меня укусил гном, — послышался голос Луны. — С тобой все хорошо? Может стоит перевязать? — спросил Невилл. — Гном? Я не видел гнома, — заговорил Дин. — Да они у нас по всему огороду бегают, — пожаловалась Джинни. — Что вы там встали?! Дайте пройти! Гарри! Они хотят продолжить вечеринку. Может отправимся к тебе? Джинни пробралась сквозь толпу у входа и замерла, глядя на Гарри без рубашки, но с ужасом глядя на черную руку. — Что это? — задала вопрос Джинни, и посмотрела на Рона с Гермионой, за спиной у нее застыла тишина. — Я думала… думала ты поправился. Гарри вздохнул, накидывая сверху мантию и печально улыбнулся вошедшим в комнату друзьям. — Пойдемте ко мне домой, приглашаю в гости.