Арка XIX. Глава 131. Испытание Гермионы

28 декабря, 1997 года

Где-то в Скандинавии

Гермиона снова поскользнулась, но сумела удержаться на месте. Урса повернулась к ней и спросила: — Нормально? — Да-да! Все хорошо! Гермиона отряхнула свои штаны и быстрым шагом последовала за Урсой. Рано утром Урса и Гермиона ушли из Уизли-мэнора. Рон порывался пойти с ними, но когда Урса объяснила, что может гарантировать безопасность лишь Гермионы, а Рон ей будет только мешать — он успокоился. Хотя Гермиона была уверена — друг жутко обиделся. К ее удивлению, несмотря на свои заявления, Габриэль осталась в Уизли-мэноре. Она устроила скандал, когда Аполлин и Флер просили ее вернуться во Францию, но Габриэль наотрез отказалась. Если бы не уверения Артура и Молли, что с ними Габриэль ничего не грозит, Делакуры бы не оставили свою дочь в Британии. Из-за этого, Флер также решила остаться в Уизли-мэноре. Делакуры и Грейнджеры уехали 27 числа. Но даже когда Габриэль была дома, она не разговаривала и всячески игнорировала Гермиону, словно наказывая ее. Но Гермиона не изменила своего решения и на следующий день отправилась в путь. Она не могла себе представить, насколько Габриэль сейчас разгневана. Поэтому Гермиона сосредоточилась на своем путешествии по густым лесам, где, казалось, никогда не ступала нога человека. Чтобы добраться до Скандинавии, им пришлось отправиться в Министерство, использовать порталы, пройти через таможню нескольких стран, проверку европейского союза. Из-за этого они добрались до нужной точки после обеда. И если бы не подготовка Урсы, возможно у них ушло бы на это не восемь часов, а как минимум два дня. — Почему именно Скандинавия? — спросила Гермиона, подозрительно оглядывая лес, здесь казалось не жили никакие звери, и было странно тихо. К тому же, она ощущала густую магию, что витали в этих землях. — Сюда же не могут попасть маглы, да? — Да. Но это только первый уровень защиты. Нам нужно пройти дальше, а оттуда еще дальше, чтобы найти дупло Иггдрасиля, — ответила Урса, уверенно идя по густому лесу, где каждая ветка с острыми листьями казалось было невероятно грозным и недружелюбным, словно пыталось остановить их. Гермиона схватилась за ветку и в шоке уставилась на спину Урсы. — Иггдрасиль? Древо мира? Оно существует? Урса остановилась и повернулась к ней, совершенно спокойно отвечая: — Разумеется. Только не так, как его описывают маглы. Да, мы действительно обитаем внутри его ствола, но это скорее образное выражение, нечто неосязаемое и невидимое, а не нечто материальное. Это древо недоступно даже нашему восприятию. Но оно действительно существует. Однако у корней нет мира мертвых и земель великанов. Мне неизвестно, что там находится и знать я не хочу. За Грань оно не простирается. А вот его ветви — это именно то место, куда мы направляемся. — В ветвях расположен Асгард, мир богов и другие великие силы, — взволнованно сказала Гермиона. — Я увижу мир богов? — Это не мир богов и там нет никакого Асгарда, — ответила Урса, продолжая идти вперед. — Это особое измерение, где могут жить магические сущности, покинувшие наши земли. Одни потеряли связь с нашим миром, а другие ни разу еще здесь не были. Урса остановилась и огляделась вокруг. Все вокруг казалось Гермионе одинаковым. А густая магия в воздухе была везде. Как Урса здесь ориентировалась — Гермиона не имела никакого понятия. — Нам туда, — радостно сказала Урса и пошла дальше. — Как ты вообще здесь ориентируешься? — Благодаря своему покровителю. Покровитель рода Монфор утратил связь с нашим родом много веков назад, задолго до моего рождения и появления моих родителей. Утрата связи, — начала рассказывать Урса, не снижая скорости, — равносильна разрушению моста, который магическим существам необходим для того чтобы появляться в нашем мире. Еще до появления государств, в древние времена, на нашей планете появились Титаны. Они хотели использовать нашу планету как свою арену, возжелав использовать концентрированную чистую энергию нашей планеты. Но Магия изгнала их и установила барьер, закрыв доступ всем магическим сущностям. Единственный способ вернуться в наш мир — это установить связь покровителя с каким-либо родом или человеком. Род предпочтительнее. Это как гарант долгосрочных отношений. И вот когда покровитель рода Монфор утратил связь с моим родом, он вернулся в это измерение. Я отправилась туда в более зрелом возрасте, чтобы найти нового покровителя. Но только я прошла к ветвям древа Иггдрасиль, только я начала свой путь, как бывший покровитель рода Монфор появился передо мной. Естественно я создала с ним новый союз. Урса повернулась и широко улыбнулась Гермионе. — Именно это ты и сделаешь Гермиона. Ты — Новая Кровь, Новая Магия. И после испытания, одна или даже более одной из них захочет создать с тобой связь. — Подожди! — закричала Гермиона, когда до нее кое-что дошло. — Ты хочешь сказать — это тот самый способ, который мне подойдет? Я по сути создаю свой собственный магический род? — Конечно! А как еще? Ты станешь не просто главой своего рода, ты станешь прародителем рода. Что-то не нравится? — лукаво спросила Урса. — Мне все нравится! Нравится! — обрадовалась Гермиона, и словно в нее влили дополнительные силы, она ускорила свои шаги и сравнялась с Урсой. — А из-за чего связь может оборваться? — По разным причинам — либо сам род умирает, либо магическая сущность уходит на покой. — Как это — “на покой”? — В прямом смысле того слова. Некоторые сущности, Гермиона, тоже могут уставать. У них есть эмоции. И они могут почувствовать усталость, разочарование, апатию. Либо просто понимают, что их время пришло. Они по сути своей — как Солнце. Когда-нибудь и оно перестанет сиять. И тогда оно взорвется и на его месте появится новая звезда. Все в этом мире циклично. За смертью всегда идет жизнь. А жизнь заканчивается смертью. Это касается и магических сущностей. Если только конечно… Урса задумалась, не совсем уверенная, но продолжила: — Если только кто-то не встанет на место магической сущности. — Я не очень понимаю о чем ты. — Маг из рода покровителя может заменить его и стать магической сущностью. Это невероятно редко. Но бывает. Но такое обычно возможно только между высшими магическими сущностями. — Ты встречала такое? — Нет. Не довелось. Но знаешь, в этом нет ничего прекрасного, — вздохнула Урса. — Это по сути конец жизни мага. Он больше не вернется в наш мир. В свой дом. И станет одинокой сущностью. Сколько бы силы и сколько бы власти ты не получил за это, оставаться человеком лучше, чем занимать место высшей сущности. Урса выглядела грустной и Гермиона замолчала. Но уже через десять минут, Урса продолжила как ни в чем не бывало: — О, есть три уровня магических сущностей. Они разняться по силе, образу и дару, который могут дать. Это — высшие, средние и низшие магические сущности. К высшим относятся человекоподобные сущности, такие как Госпожа Смерть и Любовь. К средним — животные сущности, такие как змей Йормунганд, Василиск, Гримм Блэков и ласка Уизли. А низшие — это духовные сущности, у них нет телесного образа, и дарят своему роду не магическую или физическую силу, а духовные силы. Например, Луна — покровитель рода Лавгуд, как раз низшая магическая сущность. Гермиона с удовольствием слушала Урсу, и дорога благодаря этому казалось прошла быстро. Они вскоре достигли какого-то особого места. На первый взгляд здесь все было такое же — деревья, травы, камни, тишина и густая магия. Но Гермиона с трудом, но все-таки смогла ощутить особую границу. — Второй уровень защиты, — вздохнула Урса и достала из кармана две белые ленты. — Завяжи глаза. Далее мы не должны ничего видеть. Нам поможет мой покровитель. Гермиона завязала глаза белой лентой. Когда она потеряла возможность видеть, все ее чувства стали острее, особенно слух. Она услышала шепот Урсы на латинском, легкий перезвон колокольчиков. Урса взяла ее за руку и потянула за собой. Гермиона шла за ней, ощущая и страх, и волнение, одновременно. Неизвестность всегда пугала ее. Она знала, через что пройдет, но не знала всех подробностей, и не могла ничего видеть. Это жутко нервировало. Но Гермиона старалась пересилить свое желание все контролировать и молча шла за Урсой, чтобы не помешать ей. Она не знала, сколько времени они шли. Гермиона вслушивалась в каждый шорох, в дуновение ветра, в треск веток под ногами, в звук своих шагов и шагов Урсы. Но также слышала, точнее ощущала, как что-то, или кто-то теплый, светлый, отдающий невероятным чувством спокойствия — шел перед ними и вел их в правильном направлении. Гермиона не спросила у Урсы — кто же ее Покровитель. Но она почему-то чувствовала что-то знакомое в походке Покровителя Урсы… это кот? — Мы пришли, — услышала Гермиона прерывистый голос Урсы, и тут же звон колокольчиков исчез. — Можешь снимать ленту. Гермиона убрала ленту и широко открыла глаза в изумлении. Это был другой лес — все здесь было другое. Это был самый красивый лес, который она когда-либо видела — деревья были титаническими, Гермиона даже не могла увидеть его ветвей, они были так высоко, и такие большие, что полностью перекрывали все небо. И только крупные, толстые стволы деревьев с их могучими корнями лежали внизу, держась за землю. Гермиона ощутила себя маленькой и ничтожной перед этим величием. Но и не могла не восхититься этой красотой. Маленькие люмосы летали по всему лесу, освещая лес и даря тем самым атмосферу уюта и теплоты. — Как же тут красиво! — воскликнула Гермиона, напрочь забыв обо всем, что ее тревожило. Урса улыбнулась Гермионе, решив дать ей немного времени, чтобы полюбоваться местными красотами. — Пойдем, нам надо к стволу Иггдрасиля, — сказала Урса, и Гермиона радостно согласилась. Они шли вперед легко, под ногами росла мягкая трава. В отличие от огромных деревьев, трава здесь была обычного роста. Но безумно мягкой и какой-то пушистой. Даже воздух здесь казалось был гуще, богаче кислородом, отчего Гермиона не могла им насытиться, и вскоре у нее начала кружиться голова. Урса быстро заметила ее состояние и поддержала. — Старайся дышать медленнее. Все здесь наполнено густой магией, тебе может показаться, что это кислород. Твой мозг еще не привык. Все будет хорошо. Просто дыши медленнее. Гермиона задержала дыхание на несколько секунд и постаралась дышать медленнее, и вскоре ей стало чуть лучше. Но небольшая дезориентированность все еще присутствовала. Но она больше не хотела тратить свое время. — Пойдем. — Хорошо. Они шли еще некоторое время, и Гермиона увидела это. Увидела его. Древо Иггдрасиль. — Это оно? — прошептала Гермиона. Издалека виднелся поистине невероятных размеров дерево. Все казалось было им. Некогда огромные деревья по сравнению с ним казались маленькими и хиленькими. — Это ствол древа Иггдрасиль, — сказала Урса. — Отсюда не видно. Но там есть дупло, размер как раз подходящий для одного человека. Когда мы окажемся там, весь следующий путь ты пройдешь одна. — Хорошо, — решительно ответила Гермиона. Вскоре они подошли к Иггдрасилю, и только тогда Гермиона увидела, что вокруг древа пустота и единственный мост ведет к стволу дерева. — Внизу его корни, — объяснила Урса. — Дальше — ты идешь одна. Видишь дупло? Гермиона присмотрелась и легко нашла темное дупло в нескольких метрах от конца моста, и кивнула головой. — Можешь оставить палочку у меня, — протянула Урса руку. — Там ты не сможешь использовать свою магию. Магические сущности будут оценивать твое сердце, твою душу, твой характер, твою личность, а не магию. Это безумно обрадовало Гермиону и она с легкостью отдала Урсе свою палочку, сняла также пространственное кольцо Гарри и попросила: — Сохрани его. — Обязательно. Я буду здесь. Ждать тебя. Гермиона и Урса последний раз посмотрели друг на друга и кивнули. — Удачи! Гермиона махнула рукой, слишком нервничая, чтобы хоть что-то сказать, когда ступила на шаткий на вид веревочный мост. Она посмотрела вперед себя, и быстро прошла мост, подбежала к дуплу и последний раз обернувшись к далекой фигуре Урсы, вошла внутрь. *** Гермиона очнулась в сырой, темной пещере, освещаемой маленькими светящимися улитками, висящими на стенах и потолке. Кудрявые волосы Гермионы от влажности прилипли к ее лицу и шее. Дышать было тяжело. Воздух был невероятно влажный. Тяжелый и густой. Дрожа от холода, Гермиона встала на ноги, вытерла мокрые руки о влажные брюки и осторожно пошла вперед. В ту же секунду все вокруг нее закружилось, словно она попала в эпицентр торнадо. — А-а-а-а-а! Гермиона закричала и с трудом открыла глаза, когда услышала звуки мощных взмахов крыла и задохнулась от страха, при виде гигантской белой птицы, похожей на орла с рогом, как у единорога. Гермиона закричала в страхе, когда гигантская птица из арабской мифологии понеслась в ее сторону. Ее когти могли с легкостью поймать и убить слона. Но если бы они тронули ее — Гермиона боялась, что от нее бы ничего не осталось. В экстренной ситуации Гермиона всегда полагалась на себя и свои знания. В считанные секунды она изменила свою позу. Гермиона прижала руки и ноги к телу и вытянулась, чтобы поток торнадо подхватил ее вверх. Благодаря этому она тут же ускорилась и завращалась вверх, отлетая от гигантского белого орла. Гермиона закрыла глаза и когда открыла — оказалась… у подножия трона с мечом в руке. — Убей царя! Убей царя! — закричали в унисон десятки мужчин и женщин в закрытой одежде и с тюрбаном на голове. Они были похожи на арабов из жарких пустынь. Гермиона была в тронном зале, украшенном бесчисленным золотом, где даже пол казалось был сделан из золота. А на троне сидел маленький мальчик с золотой короной на главе. Он заметно дрожал от страха, но изо всех сил старался не показывать своего страха, уставившись на Гермиону. — Убейте царя и вы станете царицей! — закричал один из воинов, падая ниц на колени перед ней. — И вы достигните неба! Вы будете повелевать самим небом! — вторил ему другой воин, также падая на колени. Гермиона хрипло спросила: — А если я этого не сделаю? Воины замолчали и подняли на нее бездушные глаза. Гермиона крепче перехватила тяжелый меч в руке, и продолжила: — Он всего лишь ребенок. Для достижения своих целей, мне не обязательно убивать невинное дитя. — Но Госпожа, — заговорил первый воин подобострастно. — Если вы его не убьете, вы не сможете получить трон, корону, власть и не достигните вершины силы. Разве вам — не нужна сила? — Какая эта сила?! — закричала гневно Гермиона, вставая спиной к мальчику, в защитной позе. — Какая сила в убийстве невинного ребенка?! Это бесчеловечно! Воины молчали всего минуту и вдруг расплылись в странной улыбке. Гермионе показалось, что она увидела в их образе птицу. Но тут за спиной раздались быстрые шаги. Не успела Гермиона обернуться, как короткий кинжал погрузился в ее тело и она закричала от боли. Гермиона обернулась и встретилась взглядом с тем самым мальчиком. — Сила это сила. Какими бы способами ты ее не получал. Это сила. Гермиона упала коленями на землю, продолжая цепляться за свой меч. Она чувствовала холод, и кровь на своих руках. Она подняла голову к мальчику. Тот стоял на верхней ступеньке и смотрел на нее сверху вниз. А на потолке, прямо над его головой была фреска огромной белой птицы с рогом на лбу. Гермиона не знала — откуда она взяла силы, но она не могла не ответить, не могла все так оставить и ответила: — Сила нужна для защиты. Сила в мудрости. Сила в справедливости. А не в жестокости. Ты — слаб. Если считаешь по-другому. Голос Гермионы звенел от ярости и твердости. Гермиона закрыла глаза. А когда открыла, она снова очутилась в пещере, но не на земле, а прижавшись спиной к острой стене. Мимо нее проползла медленная улитка со светящейся раковиной. — Рух, — прошептала Гермиона, проверяя свою спину, никакой раны. — Это была иллюзия. Не ожидала я встретить эту птицу из арабской мифологии. Мерлиновы кальсоны! Какая же она была огромная! Гермиона резко повернула голову. Откуда-то слева она ощутила пронзительный взгляд. Но там никого не было. В пещере все также было темно. И только ползущие по стенам и потолку пещеры улитки освещали ей небольшой обзор вокруг. — Что за… — прошептала девушка и встала с места. Гермиона пошла вперед, несколько раз оборачиваясь и вскоре решила оставить это на потом. Сейчас она думала о встрече с Рухом. Она знала, что не прошла испытание птицы Рух. Но не стала из-за этого грустить. Если для ее признания, Рух требовал жестокости и убийства ради великой силы, ради власти. Она никогда бы на это не согласилась. Один шаг вперед и она снова… Гермиона оказалась у ворот деревни, с щитом в одной, и тяжелым мечом в другой. Жители деревни — светлокожие и светловолосые женщины и мужчины в тяжелых шубах стояли на улице, дрожа от страха, растерянные и напуганные. Пространство перед Гермионой было широким, полным снега, испачканного кровью. Из леса вышли десятки злобных мужчин с окровавленными топорами и мечами. Она даже отсюда ощущала в них кровожадность и желание убивать. Не думая больше ни секунды Гермиона закричала: — Бегите! В ту же секунду кровожадные мужчины побежали к деревне, громко улюлюкая. Гермиона знала что не справится с ними. Но если бы у нее была магия… Но магии рядом не было. Она отдала меч крупному мужчине, помогая беременной женщине, которая не могла бежать, зайти в дом. Мужчина закричал, бросил меч и убежал. — Стой! Твоя жена! Но мужчина не слушал. Гермиона подхватила меч и с хлопком закрыла дверь. Бойня уже началась. Разбойники не щадили никого. Прямо на глазах у Гермионы они вонзили топор в голову женщины, отрезали ногу мужчине, поймали за волосы маленькую девочку и засмеялись. Гермиона подняла щит, когда на нее напали и разбойник закричал ей: — Героиня! Что же ты стоишь? — Заткнись! — Гермиона вспомнила уроки Ронвальда, хотя она и не занималась с ним фехтованием, но видела занятия Рона и Гарри с Ронвальдом. Гермиона перехватила меч, и плашмя ударила мужчину, целясь прямо в шею. Кровь тут же брызнула в ее лицо. Но у Гермионы не было времени поражаться первым убийством, когда на нее напал еще один мужчина, и Гермионе пришлось с трудом защищаться, используя меч. Больше у нее не получилось использовать меч. В ближнем бою, меч мешался, он был слишком тяжелым, и не слушался ее. Поэтому она бросила его и решила использовать один лишь щит. Гермиона упала из-за нападения третьего мужчины и услышала рядом хныканье мужчины. Это был обычный житель, который упал рядом с ней. Топор разбойника уже коснулся бы мужчины и убил его, но Гермиона вскочила с места, кидая в разбойника свой щит и закрыла невинного жителя собственным телом. Гермиона закрыла глаза, готовая в любой момент ощутить боль. Но когда открыла глаза, оказалась на пустой арене. Сзади послышалось рычание. Гермиона медленно, осторожно повернулась, шаг за шагом, и не смогла смогла подавить дрожь, охватившую ее от страха перед огромным, гигантским черным волком. — Фе…Фенрир… — прошептала Гермиона в ужасе от вида мифологического волка Рагнарека из скандинавской мифологии. Огромный черный волк рычал на нее, нагибаясь к земле, готовый наброситься на нее, когда Гермиона услышала крики страха и ужаса за своей спиной. Но от страха она не могла повернуть голову, поэтому услышала лишь слова: — Бегите! Один! Фрейя! Спасайтесь! Это Фенрир! — Фенрир! — Спасайтесь, Боги! — Кто же спасет нас? “Что… скандинавские Боги? Значит я не нужна Фенриру…”, — догадалась Гермиона — “Чего от меня хотят? Чтобы я — что — пожертвовала собой ради богов?! Да не в жизнь!”. Гермиона вдруг разозлилась. И когда Фенрир прыгнул, Гермиона тут же отбежала, отпрыгнув подальше от траектории нападения волка. Фенрир пробежал мимо нее и с рыком побежал за кричащими от ужаса богами. Гермиона только прикрыла глаза и открыла их, когда она снова оказалась в пещере. — Черт… — тяжело дыша прошептала Гермиона. — И что это было? Кто меня испытывал? — Тир, — ответил ей женский голос и Гермиона подняла голову. На каменном выступе над Гермионой сидела обычная коричневая сова. У нее были необыкновенно умные глаза. И кажется — именно она ответила на ее слова. — Догадываешься — что он от тебя хотел? Гермиона привыкла отвечать на вопросы, и не успела она задуматься, что перед ней говорящая сова — она начала анализировать испытание, узнав, что это Тир. — Тир… Тир… Тюр? Скандинавский бог войны? Серьезно? Где я и где бог войны? Разве он не пожертвовал своей рукой, чтобы спасти богов? Он хотел от меня самопожертвования ради богов? Что за глупости! — вспылила Гермиона. — Я понимаю, если это нужно ради невинных людей и ради близких. Но не ради богов. Где в этом справедливость? — Она есть, — ответила сова. — Если бы ты спасла богов, ты бы спасла тех, кто поклоняется этим богам. — Поклонение ничего не даст, — упрямо заявила Гермиона. — Это издержки древних людей. — Тогда на что же ты рассчитываешь? — спросила сова. — На свои хилые ручонки и реакцию? — На свои мозги, — быстро ответила Гермиона. Сова весело ухнула, словно смеялась над ней. — На ум, — поправила себя Гермиона. — А ты… вы… что… Кто вы? — А кто ты? Гермиона прищурилась, но отвечать не стала. Она точно не знала всех правил этого измерения. Но вспомнила советы Лорда Слизерина Гарри — не говорить свое имя. Он имел ввиду За Грань. Но вдруг такие правила работают и здесь? — Какая осторожная, — сова взмахнула крыльями, и повернула голову. — Умная. Гермиона не ответила. Она встала, держа перед собой взгляд совы, чтобы не потерять ее из виду и пошла спиной. Гермиона успела только прикрыть глаза, как открыв их оказалась у обычного, неприметного дерева. Перед ней было небольшое пустое пространство, а все остальное пространство занимали деревья и посевы. — Хей! — закричал темнокожий мужчина с белыми дредами на голове, появившись прямо перед ней и засмеялся, когда Гермиона от неожиданности плюхнулась на землю. Это был на вид молодой паренек в старинной одежде, какую носят аборигены, и держал в руке сосуд, напоминающий тыкву. — Эй-эй-эй, девочка со страшными волосами, — обратился к ней паренек, мигом оказавшись рядом с Гермионой, слишком близко к ней, и глядя прямо ей в глаза, весело заговорил: — Я вот думаю: если у всех людей есть здравый смысл, почему они каждый день делают такие глупости? Хм? Может быть, смысла-то и нет, а все — пустые слова? Бравада? — Что? Кто ты? Что происходит? — Гермиона оттолкнула от себя паренька, и он со смехом отошел от нее. — Не видишь в моем вопросе здравого смысла? Но ты должна ответить. Отвечай! Гермиона так и сидела на земле, глядя на пугающего, из-за этой широкой улыбки, паренька. — Ну… Я так не думаю. — Почему? — настойчиво спросил парень, повертев в руке своим сосудом-тыквой. — Потому-что это не аргумент. Люди ошибаются, но это не значит, что здравый смысл отсутствует. Парень выдавил игривый смешок и поглядел на нее как на дурочку. — У тебя слишком много слов в голове. Они такие же пустые, как и все остальные слова. Ну так скажи, умная-умная девочка: почему человек, которому жарко, разжигает костер, а когда ему холодно — идет в воду? Я видел, видел! Люди чудесно глупы. — Что в этом глупого? — недовольно спросила Гермиона. — И ты не рассказал всех подробностей этих случаев. Ему могло быть жарко, но вокруг могло быть темно. Вот он и разжег костер. А человек что пошел в воду, откуда ты знаешь, что вода холодная? Вдруг это был источник с горячей водой? — Ой-ой-ой-ой, — начал подпрыгивать на месте, широко раздвинув ноги паренек, качая головой, отчего и дреды его покачивались в такт его странным движениям. — А ты на все найдешь ответ, да? Умная-умная девочка со страшными волосами. — Нормальные у меня волосы! — “Нормальные у меня волосы”, — передразнил ее парень и расхохотался. — А не тяжело тебе с такими волосами? У тебя же и так голова тяжелая наверное. Скажи, зачем тебе столько знаний? Ведь они только утяжеляют голову. Может, лучше мне их отдать? Я буду носить за тебя. Гермиона вздрогнула и быстро встав на ноги, отошла от парня подальше, настороженно глядя на него и ударила его по руке, когда парень попытался схватить ее за волосы. — Не трогай меня! Парень захохотал пуще прежнего: — Ай-ай-ай! Какая горячая кровь! А я думал ты только умная. А ты еще и грубая. Гру-би-ян-ка! Вар-вар-ка! — Кто ты такой? — дрожащим от нетерпения голосом спросила Гермиона. Она не узнавала этого парня. Возможно он из каких-то африканских сказаний. Но она в них совершенно не разбилась. — Ананси! А-нан-си! — ответил Ананси. — Я бог знаний и бог слов. — Врешь! — тут же ответила Гермиона. Ананси засмеялся. — Почему? Вот здесь, в моем калебасе — весь здравый смысл мира. Это значит, что я я самый умный, — Ананси хлопнул по своему сосуду и расплылся в гордой улыбке. — Глупости какие, — не согласилась Гермиона, качнув головой. — Ты не можешь быть самым умным, только по такой странной причине. Ум это не что-то, что можно положить в твой “калебас”. У каждого свой ум, своя правда, свой здравый смысл. И откуда ты знаешь, что в твоем калебасе правильный здравый смысл, а не то, что люди путают с ним? Ты же сам сказал, что люди глупы. Некоторые люди обманывают самих себя, а другие искажают истину и лгут, чтобы защитить свои интересы. Люди эгоистичны. Ты же не думаешь, что ты собрал весь здравый смысл? Он рождается из пустоты и уйдет в пустоту. Ананси обиженно и зло поглядел на Гермиону, и вдруг разбил свой калебас на кусочки. И даже начал прыгать на нем, стирая его в порошок. — Плохая девочка! — закричал на нее Ананси, мигом обернулся огромным, как слон, мохнатым черным пауком и Гермиона не мешкая ни секунды побежала в лес. — Ты испортила мне настроение! — кричал за спиной паук голосом Ананси. Лучше сказать, Ананси и был этим пауком. — Твои слова плохие! Твои слова меня запутали! Ты сказала, сказала, что здравый смысл, который я собрал плохой?! Это ты плохая! Я сожру тебя! Сожру тебя! Гермиона быстро бежала по лесу. Благодаря густому лесу, она уже оказалась далеко впереди от паука, когда тот из-за собственных размеров не мог пройти через узкие промежутки между деревьями, а рушить деревья было долго. Гермиона обернулась, посмотрела вперед, моргнула и… — Ай! Гермиона со всего размаху ударилась об острую стену пещеры, но удержалась и не упала. Лоб и руки были в крови. Она снова была в пещере. — Чертов паук! — Ананси, — снова заговорила с ней та же самая сова. — Мастер хитростей и сказок. — Трикстер! — злобно прорычала Гермиона, тут же вспомнив этого типа из одной энциклопедии, которую она прочитала в детстве. — А у тебя хорошая память, — похвалила ее сова. — Спасибо… — ответила Гермиона, не зная, как обращаться с этой совой. — Вы же магическая сущность. — Мне не нравится когда меня так зовут. — А как мне вас называть? — А тебе это не нужно. Мне просто не нравится обращение — “магическая сущность”. — Хорошо… Что вы делаете? Не будет никакого испытания? — подозрительно спросила Гермиона, морщась от боли. Она сильно поранилась из-за удара. — Не хочу. Мне интересно смотреть как ты проходишь испытания. Я давно не видела такую занудную волшебницу. — Простите! Какую? — Занудную. Ты слишком трудный человек. Я не хочу тебя испытывать, — сова надменно махнула крылом. — Ну и отлично! — ответила Гермиона. — Больно надо! Гермиона только сделала шаг, как в ту же секунду оказалась на цветочном поле, а вокруг нее кружились… кружились… голые, красивые девушки. Длинные их волосы были цвета травы или цветов, что окружали все это прекрасное царство. Но Гермиона в ужасе начала отползать назад, когда прекрасные девушки захихикали и побежали на нее. Гермиона не успела отбежать, они быстро схватили ее за ноги, потянули назад, и начали обнимать, водить руками по ее телу. И все это время они не сказали ни слова, только весело хихикали. — Отпустите!!! — закричала Гермиона, схватила одну из красавиц за волосы, та закричала от боли, и Гермиона со всей силы потянула ее, а другой рукой ударила и оттолкнула другую. Гермиона не стала церемониться с ними — она била их, толкала, даже использовала собственную голову, чтобы ударить их, когда те подходили слишком близко и даже пинала. — Мордред вас всех подери! Отстаньте! — Что же ты девочка? — вдруг заговорил чарующий женский голос. Красотки застыли, пожирая взглядом Гермиону, и Гермиона увидела, как из-за ее спины поползла красная змея размером с человека. И внимательно пригляделась к Гермионе. — Я ощущаю в тебе большую любовь и страстное желание. Так почему бы тебе не поддаться ему? — С дуба рухнул?! — заорала Гермиона, схватила красавицу рядом и с силой толкнула ее, и та упала на змею. — Как ты смеешь?! — зашипела змея, от злости кусая красавицу. Гермиона встала и побежала. Но тут и там, везде ходили красивые голые девушки. Гермиона не слышала за спиной шипения. Но не успела она обернуться, как все девушки вдруг изменились и… у них были длинные серебристо-светлые волосы, ниспадающие почти до пояса, большие темно-голубые глаза и мягкая улыбка. — Гермиона. Голос Габриэль раздался ото всюду. Девушки в образе Габриэль раскрыли руки для объятий. Гермиона разозлилась. — Да как ты смеешь использовать ее лицо? Ах ты похотливая тварь! Гермиона резко развернулась и побежала обратно, пылая от гнева. Неясно в какой момент, но у нее в руке появилось длинное копье. Она достигла змея. Красавицы вокруг змеи с криком убежали. И Гермиона бросила копье прямо в змею. Но та увернулась, встала на хвост и зашипела на нее, показывая свои острые, возможно ядовитые клыки. Гермиона подбежала ближе, схватила копье, вытащила из земли, взмахнула им и ударила в сторону змеи. — Богохульство! — зашипела змея. — Не смей оскорблять мою любимую! — закричала Гермиона, схватилась за копье и вонзила в змею, но та успела отползти и копье с ужасающей силой вонзилось в землю. Гермиона успела лишь схватиться за него, желая вытащить и снова напасть на змею, когда она моргнула, открыла глаза и оказалась снова в пещере. — А ну стоять! Куда?! Иди сюда! Куда она убежала?! — Ума у тебя маловато, — сказала та же сова, но слова ее были полны веселья и одобрения. — В тебе столько злости. — Он оскорбил образ Габриэль! — Это же не значит, что ты должна нападать на магическую сущность. Гермиона вздохнула и выдохнула, успокаиваясь. — Да… не стоило, — чуть более спокойным тоном ответила Гермиона. — Но ты напала. — Ну… — Гермиона попыталась оправдаться. — Я гриффиндорка. Умная. Но все таки я гриффиндорка. — Правда? А я думала ты только умная зануда. — Я не зануда. — Еще какая зануда. А еще ты любишь спорить. — Я не спорю. Я хочу донести до вас истину и правду. — А разве истина у каждого не своя? Гермиона замолчала. — Я трачу здесь свое время. Сколько еще испытаний мне нужно пройти? — устало спросила Гермиона. — Кто знает, — сова взмахнула крыльями, и Гермиона заметила, что это движение напоминало человеческое пожимание плечами. Сова казалась удивительно человечной. — Наверное ты считаешь себя очень рассудительной. Но теперь ты знаешь, что можешь вести себя глупо бесстрашно. — Это было единожды, — ответила Гермиона. — А еще ты можешь быть жестокой, в своем стремлении к справедливости и правде. И добро ты любишь не дарить, а причинять, — продолжала анализировать ее сова. — Это слишком категорическое заявление. — Нет. Я же тебя вижу. — Я окклюмент. Вы не можете прочитать мои мысли. Сова засмеялась. — Мне не надо читать твои мысли и видеть твои воспоминания. Я вижу тебя. И мне этого хватает. Ты разозлилась на мужчину, что бросил свою жену. Наверное ты думала, что это неправильно. Он должен был умереть, но защитить свою беременную жену. Но разве это не человеческая сущность? Делать все, чтобы выжить. — Но это неправильно, — ответила Гермиона. — А еще ты готова пожертвовать собой только ради невинных, но не станешь спасать тех, кто по твоему мнению не достоин твоей жизни. Твоя жизнь стоит жизни обычного смертного? Но не Бога? — Жизнь это жизнь. И это скандинавские боги. Я знаю, что они не боги, а всего лишь могущественные маги. Они сильны, но не божественны. — Ты права. Сова вдруг замолкла. И Гермиона поняла — она больше не будет с ней разговаривать. Это существо держалось в стороне, словно наблюдатель, и не стремилось испытать ее. Хотя сова казалась мирной и неопасной, Гермиона интуитивно понимала, что с ней нельзя шутить. Она требовала к себе предельного уважения и почтения. Гермиона последний раз глянула на сову и сделала шаг в сторону. А в следующую секунду она упала прямо в воду. Довольно быстро девушка выплыла и удерживаясь на плаву, огляделась вокруг. Это место было похоже на ту же пещеру, где она бывала все время. Но это была большая, круглая пещера с озером и маленьким островком в центре. Свет лился от самой воды и Гермиона все хорошо видела. Благодаря этому она быстро поплыла к островку и выплыла на сушу. В центре островка на каменном столе лежало знакомое копье. Гермиона огляделась вокруг и встала в ожидании. Чего же от нее хотели? Гермиона взяла в руки копье и застыла, готовая к любому испытанию. Вместо ожидаемой бойни, криков, вопросов и иллюзий, раздался шелест крыльев, и знакомая сова опустилась на каменный стол. Гермиона уставилась на сову с немым вопросом. — Всегда одна, но никогда одинока, Моя сила – в знании, в молчании веков. Кто я? Отгадай, путник мудрый. Вдруг заговорила загадками сова и застыла в ожидании. Гермиона начала думать. — Мудрость. Сова довольно заухала и продолжила: — Молчат, но учат веками; легкие на ладони, тяжелые содержанием. Что это? — Книга, — также легко угадала Гермиона. — Чем мудрость говорит, и чем подтверждает сказанное? — продолжила сова. Гермиона задумалась чуть дольше. И хотя она знала, что в таких загадках редко бывает точный ответ, она хотела покопаться в вопросе, в себе, в своих мыслях, и во всем, через что она прошла. Разве ее опыт не подскажет ей верный ответ? — Мудрость говорит словами, а подтверждаем поступками, — ответила Гермиона. Сова выглядела донельзя радостной и счастливой. — Умница, — похвалила она Гермиону. — Последняя загадка, путница мудрая. Ответь на мой вопрос — кто перед тобой? Отгадай с трех раз. И приз тебе я дам. Гермиона тепло улыбнулась, поглядела на копье, на сову и ответила: — Афина Паллада? Нет. Сова мудрости. Сова довольно заухала. — Правильно-правильно. Зануда, но умная. Добрая, но решительная. Хитрая, но справедливая. Сильная, но не жестокая. Праведная, но не ведомая. Ты прошла все мои испытания, Гермиона Грейнджер. И я готова заключить с тобой союз Покровителя. Согласна ли ты? Сова взлетела и зависла перед ней, чего-то ожидая. — Что я должна сделать? — спросила Гермиона. — Я согласна. — Протяни руку, умница. Гермиона протянула правую руку, и сова тут же вонзила когти в ее ладонь, разорвав кожу до мяса. Внезапно ее охватил обжигающий жар, который начал распространяться от раны по всему телу. Она вонзила копье в землю, чтобы удержаться на ногах. — Союз мы скрепили нашей кровью и душой. И силою магических уз я клянусь: хранить тебя и твой род, делить с тобой испытания и победы, отголоски боли и сияние радости. Я — твой страж и твой свидетель. А ты — мой голос в мире людей. Голос Совы вдруг раздался отовсюду. Гермиона смотрела как тень совы увеличивается, заполняет собой все пространство и поглощает ее саму. *** — Гермиона! Голос Урсы раздавался как-будто издалека, и все усиливался и усиливался. Гермиона с трудом разлепила глаза. Она лежала на мягкой, пушистой траве. Урса нависла над ней. За ее спиной раскинулся знакомый лес с гигантскими деревьями. Урса счастливо улыбалась ей. — Ты такая молодец! Ты справилась! Да еще так быстро! Прошел всего день. — Что? Целый день? Я думала всего несколько часов. Гермиона села с помощью Урсы, и замерла, заметив на своем правом указательном пальце массивное кольцо восьмигранной формы. Кольцо было из темного металла, отдающего стариной, похожий на бронзу или потемневшее серебро. Она была украшена узором, похожим на потоки ветра. А в центре кольца сиял граненый драгоценный камень теплого янтарного цвета. — Что это? — спросила Гермиона и сразу же осмотрелась, в поисках совы. — Тут была Сова. Сова Афины Паллады. — А-а-а, — поняла Урса. — Тебя выбрала Сова Мудрости, одна из древнейших магических сущностей. Я слышала о ней. Афина была последней, кто получил ее покровительство. Но род она свой не продолжила и Сова мудрости ушла. Это кольцо, по мне, магическое. А ну-ка, попробуй его активировать. — А как это сделать? — растерянно спросила Гермиона. — Также, как и мой кошачий кулон, — Урса взяла в руки кулон, в виде черной кошки и резко дернула рукой. В тот же миг в ее ладони оказалось копье. Древко было изготовлено из светлого дерева, покрытого множеством древних рун, напоминающих скандинавские, которые мягко светились. У него был более массивный листовидный наконечник. — Идеальное копье для ближнего боя. Тебе не нужно направлять магию в свое кольцо. Нужно лишь намерение. — Намерение… — Гермиона уставилась на кольцо, борясь с собственной усталостью, настойчиво представляя себе то самое кольцо, но оно не лезло в голову, и она вдруг вспомнила щит и кольцо в ее руке вдруг исчезло, а в руке у нее появился деревянный щит. Это был легкий на вес щит — выпуклый, с деревянной основой, туго обтянутый кожей. Поверхность щита сверкала золотом. Лучше сказать, что она ослепляла. — Эгида! — воскликнула Урса. — Но на нем нет изображения Медузы-Горгоны. Это даже хорошо. Легенды Афины не твое дело. Ты создашь собственные. Он вроде может ослеплять врагов. — Но я точно помню копье, а не щит, — недоуменно сказала Гермиона, пожелав, чтобы щит вернулся в свою форму кольца. И он правда исчез. — Как легко. — Главное научись его хорошо контролировать, а то вдруг появится в не самый подходящий момент, — сказала Урса, и по ней было видно, что с ней такое однажды, а может и не раз, но приключилось. — А насчет копья. Попробуй вызвать именно копье. У Афины кроме щита, было и копье. По крайней мере она была так изображена. Гермиона вновь попыталась вызвать копье и оно наконец-то появилось. Это было легкое копье с древком из светло-коричневого дерева и бронзовым обоюдоострым наконечником. — А вот и копье, — улыбнулась Гермиона. Гермиона удивленно поглядела на руку. Она раскрыла правую ладонь и увидела на ней шрам из трех глубоких линий, оставленные Совой Мудрости. Урса выглядела невероятно гордой успехом Гермионы и с улыбкой затараторила: — Теперь остается только выбрать место силы, камень, который надо будет наполнить си… Оу! Гермиона! Гермиона больше не могла бороться со сном и, обессилев, упала в объятия Урсы.