II. Глава 17.3 Успеть за три дня

Видя, как мастерски Тан Лицы орудует бронзовой флейтой, Юй Фужэнь вспомнил рассказы о его способностях. Тан Лицы умел противостоять смертоносным звуковым атакам главы салона Фэнлю. Его манера игры на флейте так походила на технику Лю Яня, что любому было понятно — оба принадлежат к одной школе боевых искусств. Парные клинки Линь Шуаншуана парили, словно драконы, и извивались, как змеи. Юй Фужэнь, сам опытный мастер меча, надеялся, что Тан Лицы быстро завершит бой. Но мастерство его противника завораживало. Лишь после того, как Тан Лицы отразил стремительный натиск двух мечей, Юй Фужэнь отрезвел. Он больше не видел хаоса движений, только стройную и ясную симфонию боя — какими бы быстрыми или обманчивыми ни были маневры. Вдруг громкий лязг прервал ровный ход поединка. Металлическая дробь, подобная вихрю, эхом отозвалась в костях, опустошила сознание и пригнула к земле. Это был не просто звон стали о сталь, а тщательно выверенная последовательность нот, которые резали слух и болезненно отдавались в груди. Мощный контрудар Тан Лицы остановил два меча Линь Шуаншуана. Звуки столкновения бронзовой флейты с каждым из клинков различались, подчеркивая уникальность ковки того и другого. Гулкий звон металла о металл теперь окончательно стал музыкой. Тан Лицы сделал восемь шагов вперед — Линь Шуаншуан невольно отступил на десять. Сплюнув кровь, Линь Шуаншуан мрачно рассмеялся: — Великолепно, мастер Тан! Я не слышал ничего лучше за последние тридцать восемь лет! Что это за техника? Не опуская флейту, Тан Лицы заметил: — Мне показалось, что вам знакома эта мелодия. Не она ли однажды привела вас к поражению? — Он поднес флейту к губам и продолжал: — Человеку с таким уровнем владения клинками не пристало отступать. Похоже, вы вспомнили, как опасна эта мелодия… и испугались. — Глупости! — презрительно бросил Линь Шуаншуан. Он загнал зеленый меч в ножны, вытер кровь с губ и, стиснув второй клинок, ринулся вперед. Шестой меч Центральных равнин не хотел признавать поражение и тем более подставлять свои парные клинки под удар флейты Тан Лицы. Тан Лицы сыграл несколько тихих нот, подобных тем, что звучали прежде. На удивление, его мелодия сейчас казалась мягкой и сдержанной. Но, лаская слух, она незаметно душила, будто вытягивая воздух из легких. У Юй Фужэня закружилась голова, а ци забурлила в груди. В глазах потемнело, и он с трудом удержался на ногах. Основной удар принял на себя Линь Шуаншуан — постоянно сплевывая кровь, он с упрямой яростью бросался на противника. Однако по мере того, как звуки флейты Тан Лицы затихали, ощущение давления лишь усиливалось. Изможденный Юй Фужэнь рухнул на землю, а Линь Шуаншуан едва не выронил серебристый меч из ослабевших рук. Пока оба боролись с воздействием флейты, из леса вынырнула темная тень. Человек в черной маске бросился к Линь Шуаншуану и нажал две акупунктурных точки на его спине. Тан Лицы, наконец, перестал играть, и Юй Фужэнь вздохнул с облегчением. Когда его зрение прояснилось, он заметил, что Тан Лицы, нахмурившись, внимательно наблюдает за таинственным незнакомцем. Успех «Убийства звуком» зависел от мастерства исполнителя и способности слушателя воспринимать звук. Музыка вызывала разрушительный резонанс крови и ци, пуская потоки вспять, разрушая даньтянь и сердечные меридианы. Нажав на акупунктурные точки, человек в черном воспрепятствовал обратному оттоку ци к сердцу. Этот маневр уменьшил убийственную силу Парных клинков Духов и Богов, но в конечном счете спас жизнь Линь Шуаншуана и прервал действие звуковой волны. Но кто же скрывался под маской? Присмотревшись, Юй Фужэнь вспомнил: этот незнакомец участвовал в битве на горе Хаоюнь и внезапно исчез в разгар схватки. Несомненно, он был воином салона Фэнлю. Люди Фэнлю вмешались, чтобы спасти Линь Шуашуана, а значит связь между мастером Парных клинков — шестым мечом Союза мечей с Центральных равнин — и салоном Фэнлю очевидна. Юй Фужэнь вздрогнул: если Чи Юня схватил пособник салона Фэнлю, как он смог заточить разбойника в Тюрьме под камелией? Очевидно, этот человек обладает огромным влиянием среди праведных школ цзянху или… в заговор вовлечен сам глава тюрьмы. Это открытие переворачивало все с ног на голову. Путь к Тюрьме под камелией, прежде прямой и понятный, обернулся сплетенным из интриг лабиринтом — слишком много могущественных фигур оказались вовлечены в эту историю. Тан Лицы и человек в маске напряженно замерли: оба просчитывали следующий шаг. Линь Шуаншуан взвесил в руке серебряный меч и холодно усмехнулся Тан Лицы: посмотрим, чего ты стоишь без своей техники «Убийство звуком»! Тан Лицы сжал флейту. Лунный свет играл тенями на его лице, делая обычно мягкие и утонченные черты холодными и мрачными. — Я восхищен вашим самообладанием, Великий мастер, — опустив ресницы, произнес он. Таинственный незнакомец ничего не ответил, лишь поднял правую руку и принял стойку, ясно показывая, что любой ценой остановит Тан Лицы на пути к горе. — Мы уже встречались однажды, — продолжал Тан Лицы. — Сегодня я вижу вас во второй раз, Великий мастер школы Удан. Если увижу в третий, и все еще не узнаю, кто скрыт под маской, значит, вы и вправду наделены невероятным мастерством. — Указав бронзовой флейтой перед собой, он добавил: — Если, конечно, этот третий раз наступит. Линь Шуаншуаня, судя по ухмылке, был уверен, что Тан Лицы тешит себя иллюзиями. Внезапно в лесу послышались ровные тяжелые шаги. Юй Фужэнь обернулся, Тан Лицы едва слышно вздохнул. Из чащи медленно вышел человек с мечом за спиной — потрепанный Юй Цифэн, чудом избежавший гибели при взрыве в поместье Мечей. Юй Цифэн, Линь Шуаншуан и человек в черном сразу же образовали треугольник, окружив Тан Лицы и Юй Фужэня. Юй Фужэнь скривился: мимо этой троицы и мышь не проскользнет. — К оружию, — нетерпеливо бросил Тан Лицы, выравнивая дыхание. — Я уверен, что вы трое — не единственные, кто жаждет моей смерти этой ночью. — Ты же умник! — издевательски рассмеялся Линь Шуаншуан, — Скажи-ка, кто из нас, по-твоему, убьет тебя сегодня? Тан Лицы дернул бровью. — Давайте, нападайте. Каков бы ни был исход, нам останется лишь его принять. — Хорошо сказано, — хрипло пророкотал Юй Цифэн. Он смерил взглядом Юй Фужэня: — Ты тоже будешь драться со мной? Молодой воин побледнел. — Отец… мне нужно вам кое-что сказать. Юй Цифэн направил меч на Юй Фужэня, закашлялся и рявкнул: — Я приказал тебе убить его, а ты встал на его защиту! Это так ты уважаешь волю отца? Ты обманул меня, негодный сын! Дрожа от ярости, Юй Фужэнь выпалил: — Вы не понимаете!.. Это не Тан Лицы взорвал Зал Мечей и сделал вас калекой! Это была госпожа Хун! Связь с салоном Фэнлю уже разрушила вашу репутацию и теперь до конца дней превратила в их марионетку! Люди Фэнлю изуродовали вас, лишили глаза, а вы все еще не видите правды? Думаете, убийство Тан Лицы вернет вам зрение? Вернет былую славу Короля Мечей? Меч Юй Цифэна дрогнул, его острие почти коснулось земли. — Что ты вообще понимаешь, непутевый сын! Придется убить и тебя… При этих словах Тан Лицы откинул назад рукава и прикрыл глаза. Ветер прошелся по его волосам, и они мягко затрепетали. Не договорив, Юй Цифэн рванул вперед — черный меч рассек воздух и всколыхнул серебристые пряди. Эта стремительная атака напомнила о манере Куанлань Усина, но была безудержней и мощней. Одновременно человек в черном невесомо приложил ладони к спине Тан Лицы. Ранее, когда Тан Лицы назвал человека в маске Великим мастером школы Удан, таинственный незнакомец промолчал. Но его мягкое, как перышко, касание нельзя было перепутать ни с чем — это была исполненная с высочайшим мастерством техника «Легкая ладонь», передаваемая в школе Удан из поколения в поколение. Линь Шуаншуан направил серебряный меч прямо в грудь Юй Фужэня. Второй меч, готовый к атаке, повис в воздухе, но так и не нанес удар, скрывая намерения хозяина. Когда клинок и «Легкая ладонь» ударили одновременно, Тан Лицы молниеносно развернулся и ответил мощным выпадом воину в черном. Тот захлебнулся болью и отступил на полшагa. Удар Тан Лицы был предельно прост, но наполнен глубокой, необузданной силой, не оставляющей сомнений в его мастерстве. …Поэтому он успел среагировать и на замах Юй Цифэна. Едва черный меч закончил описывать широкую дугу, как Тан Лицы отразил атаку с помощью флейты. Звук от столкновения оружия эхом прокатился на сотни чжан, вызвав ощутимую ударную волну. Однако ни воин в черном, ни Юй Цифэн не были обычными противниками. Придя в себя после короткой заминки, они вновь пошли в атаку, их выпады стали стремительными и точными. Тан Лицы ловко отражал каждый удар своей бронзовой флейтой. Несмотря на битву сразу с двумя грозными соперниками, он уверенно держал оборону. Видя это, Юй Фужэнь почувствовал внезапный прилив смелости. — Прочь с дороги! — бросился он в гущу схватки, блеснув лезвием кинжала Сяо Таохун. Тень от луны сместилась к востоку. Из чащи леса за ожесточенной битвой следили десятки глаз. Спрятавшиеся среди деревьев лучники, вооруженные черными длинными луками, уже натягивали тетиву. Стрелы были направлены не только на Тан Лицы и Юй Фужэня, но и на каждый цунь прогалины, что размером не превышала двух чжан. Воздух звенел от яростных ударов — Тан Лицы оборонялся против Юй Цифэна и мастера школы Удан. Атаки бронзовой флейты и длинного меча становились все короче и отчаяннее, словно лезвие с каждой секундой приближалось к цели. Несмотря на желание прийти на помощь, Юй Фужэнь был занят схваткой с Линь Шуаншуаном — противником, который был опасен даже без части своих сил. В этот момент мастер школы Удан нанес удар ладонью, едва задев спину Тан Лицы. Тот шатнулся вперед с приглушенным стоном. Противник замер в недоумении: он ведь даже не вложил в удар всей силы, почему же Тан Лицы потерял равновесие? …Не успев разобраться в произошедшем, он услышал свист десятков черных стрел. Все они летели из чащи и целились в шатающегося Тан Лицы. Однако град стрел заставил противников обороняться от новой угрозы. В разгар хаоса Юй Фужэнь почувствовал на талии крепкую руку. Тан Лицы обхватил его и, как летящий журавль, невесомо проскользнул мимо трех врагов в направлении леса. Лучники, скрытые в чаще, уже выпустили стрелы. Им требовалось время на второй залп. Осознав заминку, воин в черном, Юй Цифэн и Линь Шуаншуан одновременно ринулись за Тан Лицы. Три меча и один удар ладони были направлены прямо в его спину — белые одежды в полумраке превращали беглеца в очевидную цель. Юй Фужэнь побледнел — как тут уцелеть? Продолжительная битва может закончиться как угодно, но попытка бегства грозит неизбежной гибелью! Не успел он додумать мысль, как перед врагами взметнулась широкая алая лента. Гладкая, словно шелк, и упругая — крепче всех известных материй — она легко поглотила удар. Длинные полосы ткани скрывались под белоснежным одеянием Тан Лицы, распахнувшимся в момент атаки. Неуязвимые для клинков и наполненные мощной внутренней энергией, ленты полностью закрыли обзор нападавшим, словно пара огромных алых крыльев за спиной. Воин в черном быстро отдернул ладони, а двойные мечи Линь Шуаншуана не оставили на ткани ни малейшего следа. Даже Юй Цифэн, сделав мощнейший выпад, смог пробить в ленте лишь отверстие размером с орех. Поняв бессмысленность своих усилий, трое бойцов поспешно отступили, а алое полотно, взмыв в воздух, исчезло вместе с Тан Лицы в глубине леса. — Что это такое? — воскликнул Линь Шуаншуан, потрясенный увиденным. Воин в черном лишь молча покачал головой. — Ха-ха! Кто бы мог подумать, что у Тан Лицы есть такое сокровище, — прокашлявшись, усмехнулся Юй Цифэн. — Неудивительно, что он так уверен в себе. Под защитой этой ткани клинки ему не страшны. Чтобы одолеть его, придется отказаться от мечей и перейти к рукопашному бою. — Это полотно не похоже на броню, — нахмурился Линь Шуаншуан. — Оно слишком длинное и широкое. Напоминает простой кусок ткани. Юй Цифэн, прекрасно понимая ход мыслей собеседника, холодно произнес: — Именно. И из этой ткани можно выкроить не менее двух бесценных комплектов брони. В глазах Линь Шуаншуана промелькнула жадность.

* * *

Тан Лицы мчался сквозь лесную чащу, а красная лента развевалась позади него. Плавным движением он несколько раз обернул ее вокруг тела, скрыв белое одеяние. Юй Фужэнь, которого попутчик крепко удерживал на весу, терзался догадками. Когда Тан Лицы успел заметить засаду лучников? Откуда у него взялась уверенность, что он выдержит атаку сразу трех противников? И что это за алая ткань внезапно раскрылась за его спиной? — Это Шелк красного шелкопряда, редчайшая ткань с уникальными свойствами, — объяснил Тан Лицы, угадав его мысли. И чуть тише добавил: — она неуязвима для клинков. Лишь меч Юй Цифэна оставил на ней след. Юй Фужэнь похлопал его по руке, давая понять, что его ранения незначительны, и он может идти сам. Тан Лицы разжал хватку, и дальше они помчались бок о бок. — Значит, вы все продумали заранее, — подытожил Юй Фужэнь. — Удивительно, как этот Шелк красного шелкопряда смог поглотить удар «Легкой ладони» и рассеять энергию парных мечей! — Секрет в длине: под воздействием моей энергии ткань растянулась на десять чжан. Сила «Легкой ладони» не проникает через воздушное пространство — с такого расстояния ни она, ни парные мечи не могут меня достать. Тан Лицы сказал правду: задействовав силу Шелка, он мгновенно отбросил себя и Юй Фужэня почти на десять чжан вперед. Ткань закрыла обзор противникам и заставила их промахнуться — а ведь этот маневр мог бы положить начало новой легенде в мире боевых искусств. — Вы просто рискуете и испытываете удачу, — вздохнул Юй Фужэнь. — Ты прав, — улыбнулся Тан Лицы. — А что, если бы это не сработало? Если бы алая лента не остановила их? — Я рискую, но всегда готов сражаться до конца, — тихо ответил Тан Лицы. Сражаться до конца? Они мчались вперед, а в голове Юй Фужэня всё крутилась назойливая мысль: неужели Тан Лицы и вправду готов пройти сквозь огонь и воду и ради благородной цели пожертвовать собой?