Глава VI — Шаг вперёд

— Эй, постой. Как там тебя? — спросил Драко, стоя в грязном туалете Министерства. — Малькольм, сэр. Малькольм Адамс, — остановился у выхода и ответил немного напуганный юноша. Малфой, если и удивился такому уважительному обращению парнишки, никак это не выдал. — Откуда ты знаешь моё имя, Малькольм Адамс? — слизеринец решил задержаться, что-то ему подсказывало, что Адамс может быть ему полезен. К тому же, он прервал его разговор с гриффиндоркой самым отвратительным способом. Драко прислонился к раковине, к которой минуту назад прижимал Грейнджер, скрестив ноги, он принял расслабленную позу и взглянул исподлобья на Адамса. Докатился: ведёт беседы в вонючей, не видевшей ремонта лет сто, уборной. Хотя, если подумать, это меньшее из всех неприятностей, что сегодня с ним случились. — Любишь читать жёлтые газетёнки? — Что вы, мистер Малфой. Но конечно, я знаю, что о вас пишут в Ежедневном пророке, но я бы не сказал, что мне доставляет это огромное удовольствие. Я вообще подумываю отказаться от рассылки газеты, пять кнатов ежедневно — бьют по моего кошельку. Раньше было лучше, жаль, что теперь приходится платить не только за доставку. Вы только не подумайте, что я жалуюсь, просто если посчитать, в месяц выходит приличная сумма. А я лишь стажёр, — начал тараторить Малькольм, сцепив руки в замок и покачиваясь на каблуках. Он заметно нервничал, но почему? Боится? Потому что говорит с бывшим Пожирателем? Или ещё не отошёл от сцены, которую бесстыдно подслушал? Нужно возвращать его в нужное русло. — Малькольм, опустим арифметику и несправедливый рост цен, ближе к делу, — его нисколько не волнуют эти гроши. — Да-да, простите. Мой отец знаком с вашим. С вашей семьёй, — продолжил тот, а Драко подтвердил свою догадку: парень боится. Конечно, кому его семья не причинила вред? — Вот как? Никогда не слышал о нём. Ты учился на…? — вопросительно приподнял бровь слизеринец, но был уверен — перед ним пуффендуец. — Пуффендуй, сэр, — десять очков слизерин. Драко усмехнулся своим мыслям, — Но вы скорее и не могли слышать о нём. Он работал с вашим отцом, когда вам было примерно пять лет, — почему-то, с ноткой гордости заявил юноша, а потом слегла рассмеялся своим словам и добавил, — ну, «работал» будет громко сказано. Мой отец — Генри Адамс, магозоолог. Он помогал мистеру Малфою подобрать подходящих животных и других существ для ваших лесов и озёр, а также создать для них благоприятную среду обитания. Конечно, помимо обычных диких пони, двупалых тритонов и летающих морских коньков, они искали редкие экземпляры, таких как: единороги, ругару и даже драконов… — уже шёпотом сказал парень и осёкся, видимо посчитав, что сболтнул лишнего. Он оторвал свой взгляд от пола и проверил реакцию Драко. Тот, в свою очередь, хотел лишь зевнуть, уж слишком его утомляла эта информация. К тому же, болтовня Пуффендуйца смахивала на лекцию профессора Граббли-Дёрг, ну или на худой конец — Хагрида. А урок Ухода за магическими существами не входил в список любимых Драко. Можно сказать, ему приходилось интересоваться им только потому, что он тесно связан с Зельеварением. А уж эта учебная дисциплина была страстью слизеринца. — Ну… Вы же наверняка знаете, в вашем владении огромное количество земель и ваш отец не хотел, чтобы они пустовали, — наконец закончил Адамс. Блондин усмехнулся, отец скорее хотел, чтобы всё нужное всегда было под рукой. Ну и само собой, чтобы потешить своё эго. — Верно, Малькольм, — Малфой уже хотел сворачивать разговор. Он выяснил, что хотел, да и чутьё слизеринца в том, что обычный стажёр может быть ему полезен, видимо, подвело, а стоять в помещении с ужасной вонью не очень то и хотелось. У этого Отдела вообще есть деньги хоть на что-то? Ладно, ремонт, но они уже не в состоянии оплатить уборщика? Но тут стажёр снова заговорил. — На самом деле, Мистер Малфой очень помог нашей семье. — Да неужели? — брови Драко взлетели вверх. Такое вообще возможно? — Да, он спас мне жизнь. В детстве я серьёзно заболел драконьей оспой, а у вашего отца, как раз таки нашлись все необходимые ингредиенты для противодраконьей сыворотки, — улыбнулся Адамс и с восхищением посмотрел на собеседника. Будто именно блондин избавил того от заразы, которая, кстати, погубила деда Драко. — Я до конца жизни буду ему благодарен! — Ну, я рад… Что с тобой всё в порядке, — что ещё он мог сказать? Например: «Да, это в стиле моего папочки» или «Конечно, Малфои всегда к вашим услугам.»? Не часто приходилось слышать что-то хорошее о Люциусе, поэтому Драко растерялся. Стоп. Услуга. Это же всё меняет, правда? — осенило слизеринца. Всё же интуиция его не подвела. Малькольм Адамс ещё может ему сгодиться. — Малькольм, а не мог бы ты оказать мне любезность и помочь в одном важном деле? — хитро, но прямо спросил блондин. Некогда разглагольствовать. — Я — пуффендуец, а мы, самые надёжные и верные, — вскинув подбородок, ответил Адамс, а Драко с трудом удалось не закатить глаза, — Я буду рад послужить вам. Малфой одарил его фирменной ухмылкой. — Скажи мне, Малькольм, что ты знаешь о Гермионе Грейнджер?

***

Когда сегодня Драко проснулся с диким похмельем, он никак не ожидал того, что заведет себе нового друга в лице Малькольма Адамса. Но сейчас не о верном пуффендуйце. Вернёмся в раннее утро четверга, совсем обычного и ничем не примечательного. Блондин разлепил веки и уставился на полог кровати. Голова жутко разрывалась от вчерашнего огневиски. Он всё ещё был в одежде, которая пропиталась дымом сигарет и алкоголем. Противно. Драко с трудом повернул голову к окну. Солнце пробиралось через полупрозрачный тюль и лучи отчётливо выдавали мелкие частички пыли, что летали в воздухе. В комнате было душно, хотелось встать и впустить свежий воздух, но желания шевелиться полностью отсутствовало. И это не было продиктовано головной болью. Просто, а какой вообще смысл? Какой смысл вставать с постели, принимать душ, завтракать, да и вообще что-то делать, если он всё равно умрёт? Грейнджер не ответила на письмо? Да и пошла она к чёрту! Отец будет продолжать его терроризировать? К чёрту! Его род умрёт? Да и чёрт с ним! Плевать на всё. Драко планировал посвятить последние мгновения жизни крепкому алкоголю. Он перевёл взгляд на пол, где ещё должна была быть недопитая бутылка, но наткнулся на разбросанные разбитые фигурки шахмат и острые носы лакированных, женских туфель. — Мама? — слизеринец приподнялся на локтях и увидел серьёзное лицо матери. Нарцисса сидела в его кресле и оглядывала бардак, который вчера оставил сын. — Я думала, что только Люциус делает всё, чтобы я ни в коем случае не расслаблялась и не прожила положенного, — начала она, не глядя на сына, затем встала и сделала несколько шагов. Под ее подошвой неприятно захрустели осколки. — Ма-а-ам, — протянул парень. Не совсем подходящее время для воспитания, когда его мозг пульсирует от боли, а во рту образовалась пустыня. Но Нарцисса остановила его, резко взмахнув ладонью и продолжила: — Но потом я вспомнила, что ты тоже Малфой и все вопросы отпали, — женщина остановилась у окна, устремив взгляд на свой сад. — Мам, прекрати. Я сейчас не готов выслушивать очередные… — Встань, когда разговариваешь с матерью! И приведи себя в порядок! — наконец обернувшись к сыну, заорала миссис Малфой, что у Драко явно лопнуло пару сосудов в голове. Но он послушно и быстро поднялся с постели, судорожно начал поправлять одежду и приглаживать волосы. За всю свою жизнь он помнил лишь пару раз, когда мать поднимала на него голос и, если Нарцисса Малфой позволила себе кричать на него, значит это очень и очень серьезно. Он в полной заднице. Её взгляд мог сейчас метать молнии, было так страшно, что Тёмный Лорд бы позавидовал этой леди. Поэтому Малфой стоял ровно и неподвижно, ожидая следующих приказаний. — Немедленно убери это и сядь, — женщина указала на беспорядок. — Ск… — только он хотел позвать своего домовика, как мать снова рявкнула. — Сам! Что сделал Драко? Конечно он послушался! Да, взрослый парень, можно сказать мужчина, послушно убирал то, что вчера же сам и раскидал, потому что ему об этом сказала мама. Нет, а чего вы ожидали? Видели бы вы эту женщину в ярости, он бы посмотрел на вас. Выполнив указания, слизеринец сел в кресло, мать опустилась напротив, предварительно открыв окно. Свежий воздух наполнил комнату. Может хотя бы это остудит её гнев? Ну или по крайней мере, его услышат, когда она начнет его убивать. — Что случилось на этот раз? Или всё до банального просто: дело в мисс Грейнджер? — уже спокойно, но строго спросила мать, приподняв одну бровь. — Что… О чём ты говоришь? Причём здесь Грейнджер? — осторожно ответил Драко, хотя на его лице всё было написано и конечно миссис Малфой это прочитала. — Разбитый стол викторианской эпохи, сожжённая кровать в твоей спальне во Франции, сразу после брачной ночи, — загибала изящные пальцы Нарцисса, — Сервиз моей матери. Ты знаешь, что ни одно Репаро не вернуло ему былой вид? А сейчас — шахматы твоего прадеда. Драко опустил голову, смотря на свои руки. — Сначала я не понимала. Да и ты не горел желанием объяснить. Но после того, как Люциус показал мне письмо, которое отобрал у тебя, — она закатила глаза, — твои действия оказались такими очевидными. Поход в совятню, следовательно, день-два твоя замкнутость, затем — разгром фамильного имущества, алкоголь и недели заточения в спальне и твоё нежелание с кем-либо общаться. Так я спрашиваю тебя, Драко, всё дело в мисс Грейнджер? — Ослепительная наблюдательность. Может тебе стоит подать заявку в Аврорат? — набрался смелости и ответил Драко. — Драко, я не твой отец. Я родила тебя и мне не понадобится заключать с тобой Непреложный обет, чтобы лишить тебя жизни. Поэтому придержи свою язвительность, — она говорила не серьёзно, но Драко всё равно было жутко такое слышать. Видимо, нервы матери сдали. Конечно, как можно оставаться спокойной, когда почти на протяжении всей твоей жизни приходится бороться с собственным мужем и его больной одержимостью психом-пулукровкой? А теперь, когда всё наконец-то закончилось и вроде бы можно жить дальше, судьба вновь преподносит тебе сюрпризы. Ну или не судьба, а всё тот же любимый муж. Драко никогда не задумывался, какого быть Нарциссой Малфой? Возможно, потому, что его участь в этой семье была не лучше. А может, просто потому, что был слишком мал, чтобы поразмыслить о таком. Он точно знал, что она сильная женщина. Чертовски сильная и смелая. Жаль, что Драко не унаследовал эту черту. Она обманула самого Волдеморта и глазом не моргнув. Она стойко выдержала войну и при этом ни то, что не убила, она и пальцем никого не тронула. Ей даже удалось избежать получения Метки — единственной из круга приближённых Темного Лорда. Но был один, кому она не никогда не могла противостоять — верному супругу, отцу её ребенка и главе семьи Малфой. Не могла противостоять? Разве? А если это касалось тебя? — спросил внутренний голос. И Драко вернулся в тот злополучный день, в гостиную Малфой-мэнора, на полу которой лежало обессиленное от круциатуса тело юной девушки. Она уже не кричала. Может потому, что больше не могла. Или потому, что наконец слизеринец избавил её от своей психопатки родственницы. Малфой вырубил тётю со спины и нисколько об этом не жалел. Беллатриса не ожидала. Конечно она не ожидала. Она чувствовала себя в безопасности в доме сестры и не подумала бы, что кто-то из родных решит напасть на неё. Но и Люциус Малфой тоже не ожидал этого. — Что ты творишь, Драко?! — взревел отец, непонимающе переводя взгляд с сына на тело Лестрейндж, которую отбросило в другую сторону комнаты сильнейшим Ступефай Триа. А парень молчал. Он не знал, что ответить. Он кончился. Он думал только о том, как прекратить эту пытку для Грейнджер, а что делать дальше — не знал. Зато Нарцисса Малфой знала. Она мгновенно обездвижила отца и изменила его воспоминания. Драко уже говорил, насколько она гениальна? А Драко просто стоял и пялился в одну точку. Вызвала своего личного эльфа и приказала принести какие-то зелья и выпустить из темницы недостающую часть Трио. Как только домовик выполнил просьбу, она опустившись на колени перед гриффиндоркой, аккуратно приподняла её голову и влила целых три флакона. Всё это, Нарцисса делала быстро и абсолютно молча. Она ни разу не задала вопросов, она просто устраняла проблему, которую её дорогой сын устроил. Ну а дальше, дальше вы знаете. Жаль только то, что тётя Белла очнулась раньше, чем совершенно ошарашенные происходящим гриффиндорцы покинули поместье. В тот момент, Малфой не знал, что Добби задело, да и если честно, не смог бы проникнуться сочувствием. Он всё ещё находился в шоке. И Дамблдору нужно было нахваливать вовсе не Драко за проявленную храбрость. Всё сделала мама. Его невероятная и сильная мама. А значит ей, он может рассказать всё. — Отвечая на твой вопрос: да, всё дело в Грейнджер, мама. В чёртовой Грейнджер, — Драко с силой сжал кулаки и встретился с родными, голубыми и такими красивыми глазами, взглядом. Миссис Малфой глубоко вздохнула и тепло улыбнулась. Нужно было лишь сказать правду, чтобы материнское сердце смягчилось?

***

— Почему ты не рассказал мне? Беседа изменила свой тон. Драко успел принять душ и теперь они сидели за чашкой горячего чая и самыми любимыми пирожными парня. Вероятно, мать собиралась вытрясти из него всё, по-другому не объяснить такое количество бисквита на кофейном столике. — А что я мог рассказать? И как? — Разве я не показала тебе, что всегда на твоей стороне, дорогой? И что значит «что»? Например то, что ты влюблён совсем в другую девушку и не хочешь жениться на Астории. Мне бы этой причины было достаточно, чтобы отправить Гринграссов восвояси, — ответила Нарцисса и сделала глоток чая, поглядывая на реакцию сына из-за фарфоровой чашки. — Я не влюблён в неё, мама! — Драко бросил ложку, которой размешивал свой напиток. Та, с громким стуком, приземлилась на стеклянную поверхность. Он попытался построить окклюменционные стены. — Твоя реакция лишь доказывает обратное, — усмехнулась женщина, — И ты растерял навыки окклюменции, всё написано на твоём лице. — Я. я не влюблён в неё. Она мне просто нравится… — сдался парень. — Мерлин! — рассмеялась миссис Малфой, а Драко покраснел, — какой ты ещё оказывается юный, дорогой. Я думала никогда не доживу до этого момента. Приведу тебе пример: на пятом курсе за мной ухаживали два парня, оба хороши собой и довольно умны, — на этом слове она хмыкнула, — и оба мне нравились. Но с одним из них я делала домашние задания и обсуждала книги, и трусила нарушить существующую дистанцию, а с другим целовалась до посиневших губ в чулане для мётел. И плевать мне было на чистокровные правила будущих невест. Так вот, про первого я иногда с теплотой вспоминаю — уж очень он красиво ухаживал, а за второго я вышла замуж. — Очень мило. Но можно было без подробностей, как вы с отцом зажимались по углам, — скривился блондин. А сам по-настоящему завидовал родителям — у него не было школьной влюблённости. Было несколько девушек к которым он проявлял симпатию и с которыми он спал, но не более. Миссис Малфой рассмеялась ещё больше. — Ну, я же слушала о том, как ты целовался с мисс Грейнджер под звёздами. Почему я не могу рассказать о нас с Люциусом? — О, да она издевается! — Ты силой выбила из меня это признание и теперь ещё смеёшься надо мной? Ну, спасибо, мама! И твой пример про влюблённость в папу ничего мне не дал и я до сих пор уверен, что не влюблён в Грейнджер. Уверен на все двести процентов! — Ну что ты, дорогой. Ни в коем случае я не смеюсь над тобой, влюблённость это прекрасно! — улыбалась женщина, а затем улыбка резко покинула её губы, — Драко, как бы я хотела говорить с тобой на такие чудесные темы и с удовольствием поддержала бы твой выбор, но сейчас у нас есть более важные вещи. Я уверена в твоей искренности - в чувствах к этой девушке. Но ты мой единственный ребёнок, единственный сын и я не могу доверить твою жизнь Гермионе Грейнджер. Я не могу рассчитывать на то, что она однажды полюбит тебя, — серьёзно проговорила Нарцисса и взяла сына за руку. Драко хмыкнул. Конечно. Конечно! Как ей можно доверить своё сердце? Даже если обернуть его подарочной упаковкой и вложить прямо в руки, она либо не заметит его, либо просто выкинет! Стоп, что? Сердце? Руки? Что он несёт? Что за сопливая ересь? Салазар, он что правда влюблён в неё? Поэтому он не забывает о ней спустя столько времени? Поэтому его так бесит её безразличие? Он влюблён? Правда влюблён? Чёрт! Чёрт! Чёрт! Драко уже не слушал, что мать рассказывала о том, что ездила в их маленькое поместье в глуши Шотландии, в котором сейчас живёт их старый друг семьи. Что вместе с этим другом они ищут другой способ разрыва проклятья. Что от Драко требуется его кровь, и в большем количестве, для экспериментов, а также кровь Пруэттов, но её Нарцисса уже где-то достала и парню не нужно беспокоиться об этом. Мать лишь попросила его не натворить дел, до того момента, пока они не решат проблему. Но парень же не слушал, он был в небывалом шоке от такого грандиозного открытия, как влюблённость в Гермиону Грейнджер. Миссис Малфой покинула его комнату, поцеловав сына в щёку и похлопав по плечу. Как только дверь за её спиной закрылась, хлопнув громче, чем было нужно от сквозняка, Драко пришёл в себя. Почему-то сейчас у него было такое странное состояние… счастья? Или... он не знал, как точно выразить, но было так легко! Что первым его решением, стало посещение Министерства. Да, мама скорее всего не ожидала, что разговор подействует на него таким образом, ведь она дала ясно понять, что против методов отца, но парню было всё равно. Он уже был готов завоёвывать сердце гриффиндорки. Драко Малфой влюблён в Гермиону Грейнджер! Подумать только! Очаровательно! Прелестно! Восхитительно!

***

Но Рон Уизли нарушил его планы и немного поубавил пыл. Когда Драко уже повернул в коридор отдела гриффиндорки и до встречи с ней оставалось каких-то десять шагов, он заметил рыжую копну волос, которая скрылась за дверью её кабинета. Сначала слизеринец хотел развернуться и уйти, но потом подумал: с чего ради? Рыжий придурок никак ему не помешает. К чёрту святость и достоинства Уизли, пусть Драко и уступает ему в героизме и праведности, но он не остановится. Теперь он не остановится. Он же, мать его, влюблён! С твёрдой решительностью Малфой направился к девушке. Только он повернул ручку, легко толкнув дверь, он услышал крик Грейнджер. Драко замер, оставив небольшую щель в проёме и прислушался. Ох, то как орёт Грейнджер на Уизли — услада для ушей. По-видимому идиот снова облажался, а блондину даже ничего не придётся предпринимать, Уизли сделает это сам. Да, он подслушал и что такого? Да парень даже не старался, потому что эти двое не заботились о том, что их могут услышать. Драко провёл под дверью достаточно долгое время и не мог выбрать момент, когда ему стоит ворваться. Хотелось узнать больше об отношениях сладкой парочки. Но когда он услышал громкий стук, будто что-то упало, а после и бешеный рёв рыжего придурка, Драко не выдержал. — Снова проблемы в раю? — блондин постарался, как можно более небрежно задать свой вопрос. Гриффиндорцы стояли близко друг к другу, Уизли нависал над девушкой, а та... плакала? Почему ты плачешь, Грейнджер? Но Драко не задал свой вопрос вслух, а она быстро вытерла щёки, будто думала, что он не заметил её покрасневшие глаза. — Какого чёрта ты тут делаешь? — грубо и резко спросил рыжеволосый. Пришёл отбить у тебя девушку, кретин. — Дверь была не заперта. — Малфой, Пэнси сейчас нет, можешь зайти… — подала голос шатенка. Ох, милая, как бы я ни любил свою драгоценную подругу, но сейчас я пришёл к тебе, — ответил в своей голове слизеринец. — Не заперта, да? Да я погляжу, перед тобой сейчас все двери открыты, не правда ли? Знаменитый Драко Малфой, не успел вернуться в Англию и тут же попал в газету! — Уизли повторил когда-то сказанное самим слизеринцем. Хотелось закатить глаза. — О-у, осторожнее, Уизли, а то я могу подумать, что ты мне завидуешь или того хуже, тайно влюблён в меня? — поигрывая бровями и ухмыляясь начал Малфой, — Запомнил каждое моё слово? Хотя нет, погоди, твой мозг не способен на это, скорее ты это записал в розовый блокнотик, который хранишь под подушкой. Я угадал? — ну, давай, Король Рональд, покажи свою никчемность. Три, два, один… Рыжий не заставил себя долго ждать, он бросился к нагло улыбающемуся блондину. Схватив того за лацканы пиджака, он попытался толкнуть его к выходу. Ну уж нет, не сегодня Уизли. Мы же не на пятом курсе и, тем более, на нас смотрит Грейнджер… Я не сдвинусь с места, как бы ты не старался. Но тут, отважная гриффиндорка бросилась к парням, пытаясь влезть между ними, она схватила Рона за руку, пытаясь отцепить его от Малфоя. На что последний отреагировал мгновенно - накрыл своей ладонью её кисть и аккуратно отодвинул девушку в сторону. Глупая, глупая девчонка. Но Уизли будто и не замечал попыток Грейнджер, ослеплённый своей яростью или тупостью. Драко ещё не решил. — Рон, прекрати, это глупо! — гриффиндорка попыталась снова. Малфой одарил её таким взглядом, что она сразу же стушевалась. Даже не думай. Не вмешивайся, Грейнджер. Дай нам закончить. — Не говори, что мне делать, Гермиона! — рявкнул рыжий, — А ты, вали отсюда и не смей больше появляться на пороге её кабинета! Мерзким Пожирателям не позволено даже находиться рядом с моей девушкой. Ты меня понял, хорёк? — он дёрнул ткань его пиджака ещё раз. Моей девушкой… Моей… — почему эти слова оставляют такой неприятный осадок? Захотелось поведать рыжему о том, как он целовал «его девушку» и он бы зашёл ещё дальше, если бы был тогда чуточку смелее. — Ох, Уизли, если бы ты только знал, что мне было позволено делать… — и тут Грейнджер издала такой сдавленный не то крик, не то писк, что Драко захлопнул свой рот. Она боится? Вон как зажмурила свои красивые глазки. Блять, как бы хотелось поставить на место ублюдка, но Малфой не мог быть эгоистом. Только не сейчас. Чёрт, он что, превращается в хорошего парня? — И кто же мне запретит, а Уизли? Не ты ли? — слизеринец перевёл тему, у него ещё будет возможность утереть нос этому тупице. — Да, ты верно меня понял. Я больше не желаю тебя видеть здесь! — Так уходи, тебя никто здесь не держит, — парировал Драко и широко улыбнулся. Да, Уизли, вали. Ты уже отнял у меня слишком много времени и мне хочется вырвать твой поганый язык, только за то, что ты вновь довёл её до слёз. — Рон, отпусти его. Нам всем нужно успокоиться. — Я абсолютно спокоен, Грейнджер. Тут только малыш-Ронни, который не в состоянии справиться со своими эмоциями. По тебе плачет отделение для душевнобольных, Уизел! — на самом деле Малфой и сам с трудом сдерживался, но девушке не обязательно об этом знать. А дальше произошло то, чего Драко и добивался. Уизли, наконец, слетел с катушек и попытался его ударить, но реакция слизеринца была быстрее и он успел уклониться. Как жаль, что только Грейнджер его не послушала и стояла слишком близко. Он просто снёс её хрупкую фигурку резким толчком. А этого он, естественно и абсолютно точно, не планировал. Девушка издала протяжный звук «ммм», видимо больно ударившись о пол. — Я же сказал не вмешиваться, Грейнджер! — Малфой протянул ей руку, предлагая помощь, — ты в порядке? — он обеспокоено оглядел её с ног до головы. Блять, я не хотел. Грейнджер, я правда не хотел. Я планировал воевать за твоё сердце, а не калечить тебя. Честно. — Ты не говорил… — так глупо и обиженно поправила его Грейнджер, смотря на него снизу вверх. Что? Она серьёзно? Вот глупая! И это её-то называют умнейшей ведьмой столетия? Драко уже собирался силой поднять её с этого чёртового пола, потому что она не собиралась взять его за руку, когда Уизли его дернул на себя и врезал по лицу. Блондин просто не ожидал, но зато теперь у него было полное право ответить ему тем же. Рыжий придурок был здоровым и Малфою потребовалось немного больше сил, чтобы перевернуть ситуацию в свою пользу. Но не мог же он ударить в грязь лицом? На него, в конце концов, смотрит Грейнджер! Да, глупо. Да, по-детски. Но что он мог с собой поделать? Слизеринец наносил удар за ударом, пока рыжий прикрывался и пытался скинуть его с себя. И в какой-то момент, когда Драко слишком увлёкся, наслаждаясь происходящим, их резко отбросило в стороны. — Что я пропустила? — прокручивая палочку между пальцами, спросила Пэнси, — Ну? Мне ужасно интересно! Чёрт! Как же ты не вовремя Пэнс, — подумал блондин и только сейчас заметил, что у него разбита губа. — Ничего нового, Пэнс. Просто решил вернуть должок. Кстати, в этот раз обошлись без слизней. Теряешь сноровку, Уизли. — ну не мог он промолчать, уж слишком любил доводить рыжего. Ну и, если быть честным, надеялся на продолжение драки. Но обиженный жизнью гриффиндорец, крикнув что-то о внешности слизеринца, быстро покинул кабинет. Что тоже не могло не радовать. — Как ты, Грейнджер? — Драко заметил, что шатенка до сих пор сидит на полу и неотрывно смотрит на дверь. Уже жалеет своего неотёсанного дубину? Или всё-таки сильно ударилась? — Извини, я не хотел задеть тебя. И я же тебе сказал, чтобы ты не лезла в это. Было совсем неразумно, для такой умной головки, как у тебя… — Малфой поправлял свою одежду, осматривая себя и вдруг услышал: — Ты не говорил, — опять повторила девушка. О, Салазар, дай ему сил! — Но я посмотрел на тебя, я думал, ты поняла! — слегка возмутился блондин и остановился у её ног. — Но ты не сказал! — громче ответила Грейнджер. А Драко не знал чего хочет больше: рассмеяться от того, как обиженно звучит её голос или прижать её к себе и пожалеть? Почему он становится таким мягким? Мерлин, он превращается в Поттера и скоро побежит спасать мир? — Блять… Прости. Прости, что не сказал совершенно очевидную вещь… И прости, что ты из-за этого пострадала, — глубоко вздохнув и выдохнув, уже спокойно ответил парень. — Сильно болит? — он протянул ей руку, чтобы помочь подняться. Но Грейнджер вдруг резко подорвалась и выбежала из кабинета. — О, Великий Салазар, дай мне сил! Ты когда-нибудь доведёшь меня, Грейнджер! — вслух проговорил блондин, — О-у, ты всё ещё здесь? — Драко вскинул брови, удивлённый тем, что не заметил Пэнси. Подруга смеялась и только хотела открыть рот, как он вскинул указательный палец и пригрозил: — Заткнись, даже не смей, Паркинсон! Или я расскажу Грейнджер, как ты пробиралась в кабинет Снейпа и портила её котлы с зельем. — Ха-ха, идиот. Ты стал таким неженкой! — слизеринка продолжала веселиться, — Ох, Грейнджер, ты не ушиблась? Ох, Грейнджер, Грейнджер, Грейнджер… — Пэнси дразнила, закатывала глаза и при этом постанывала. — Стерва! — Драко скорчил рожицу и отправился вслед за беглянкой. Выслушать, как лучшая подруга насмехается над ним, он ещё успеет. Странно, что он даже не переживал, что Паркинсон обо всем догадалась.

***

Всё, что было дальше, вы уже знаете. Почему вдруг Драко так осмелел и выдал Грейнджер всё, что было на душе? Да чёрт, его знает! Возможно, окситоцин ударил в голову, а может, он просто сошёл с ума. Но факт, остаётся фактом: теперь Грейнджер знает, что он что-то чувствует к ней. И пусть теперь разбирается с этим, как хочет. Своеобразная месть за два года его душевных терзаний. Не одному же ему страдать, верно? Гриффиндорка, конечно, в своём стиле — улизнула сразу, как грёбаный Малькольм Адамс изъявил желание показаться им на глаза. Неужели не мог досидеть до конца в этой тесной кабинке? Или боялся стать невольным свидетелем плотских утех? Разумеется, Драко мечтал, фантазировал о ней и бесконечно желал, но не в уборной Министерства же? Грейнджер, это же Грейнджер… Она достойна намного, намного большего… Салазар, о чем он вообще думает? Девушка даже поговорить с ним нормально не может, а в его мыслях она уже отдалась ему, вышла замуж и нарожала кучу детей. Идиот. Сначала нужно разобраться с Уизли и его неоспоримыми правами на гриффиндорку. Как они могут быть до сих пор вместе? Он что, принимает каждый день вёдрами Феликс Фелицис? Но как? Ему бы ни за что не хватило мозгов, чтобы сварить его, а уж денег на покупку зелья тем более у него нет. А может, Уизли попросту выклянчил его у Поттера? И если взять в расчёт то, что Живая удача весьма токсичное варево, то это вполне объясняет сильную самоуверенность и отсутствие чувства самосохранения у кретина. Бред, какой же бред. Скорее рыжий придурок опоил гриффиндорку обычной Амортенцией и до сих пор продолжает это делать. Ну не мог иначе объяснить их парочку Драко! Ревность разъедала слизеринца. А ревность, видимо, побочное от влюблённости? Он по уши влип. Чтобы не мучить и не истерзать себя догадками, Малфой и притащил Адамса к себе домой. Парнишка только ответил слизеринцу, что работал под началом Грейнджер несколько месяцев и кое-что конечно, знает о ней, а Драко уже поволок его за собой. Ну не в туалете же строить планы по завоеванию? Стажёр немного упирался, поговаривая о том, что его могут уволить, если он покинет отдел в самый разгар рабочего дня, но слизеринцу удалось убедить его, пообещав открыть тому хоть собственный бизнес, если он пойдёт с ним. Оказалось, что пуффендуйцы падки на деньги, если дело касается их профессии. Поэтому сейчас он шёл вслед за Драко и открыв рот, оглядывал территорию поместья. У входа в дом, Малфой взмахнул палочкой и парни вошли внутрь, пройдя немного прямо, слизеринец толкнул дверь справа. Люциус Малфой сидел за своим письменным столом и поднял взгляд, уставившись на сына. — Привет, папочка. Это мой новый друг — Малькольм. Теперь он часто будет у нас в гостях, — непринуждённо сказал Драко, похлопав бедного парнишку по плечу, — ну, ладно, мы пойдем, — он потянул побледневшего Пуффендуйца к лестнице на второй этаж, но потом решил вернуться. Просунув только голову в проём и постукивая пальцами по косяку, добавил, — Разберись с неким мистером Барнсом, он доставляет проблемы Грейнджер. Нет, ну а что? Отец тоже заинтересованное лицо, пусть пошевелится. Он же сам недавно хвастался своими умениями. Как всё-таки удачно, что Драко внимательно слушал ссору Грейнджер с Уизли! В приподнятом настроении и с диким воодушевлением, Малфой отправился с гостем в свою спальню. А Люциус Малфой так и продолжил сидеть с каменным лицом. Может быть, только его правый глаз слегка дёргался.

***

— Мистер Малфой, я не думаю, что смогу вам помочь. Я не так много знаю о мисс Грейнджер, — начал Адамс, как только они зашли в комнату и Драко усадил его в кресло. Парень всё ещё приходил в себя после сцены с отцом. — Не страшно! Ты расскажешь мне всё, что тебе известно, а остальное выяснишь позже, — ответил блондин, безумно улыбаясь. — Но… Как я это выясню? — В любом коллективе есть крысы. А уж в Министерстве и подавно. Скажи, есть ли у тебя на примете какая-нибудь сплетница или сплетник? — Драко выжидающе посмотрел на гостя. Он уже начал сомневаться в этом юноше, потому что в туалете, в том было больше энтузиазма. — Ну, я не общаюсь... в общем, у меня совершенно иной круг общения, — Драко только цокнул и закатил глаза, после этого, Малькольм исправился, — но да, кажется, я знаю такую девушку. — Ну? И кто она? Она хороша в этом? — не выдержал слизеринец. Он подошёл к креслу пуффендуйца, положив руки на подлокотники по обе стороны от парня, чем ещё больше напугал его. — Трикки Вулпес — координатор нашего отдела. Она давно работает, кажется, лет десять уже. Она всё про всех знает, потому что ведёт личные дела сотрудников, организовывает рабочие поездки и праздники, — протараторил Адамс и выдохнул, будто сам обрадовался, что действительно знает такого человека. — Отлично, включим это в список дел на сегодня: обработать Трикки Вулпес, — ликовал Малфой. — Сегодня? — сдавленно переспросил парень, втянув голову в плечи. — Конечно сегодня, чёрт возьми! Я ждал этого два года! Два года! Без возможности получить о ней хоть крупицу информации! — взорвался Драко, но он не злился на парня, скорее был просто раздражён. Малфой достал из кармана портсигар и закурил. Ходя по комнате и размахивая рукой с сигаретой, он начал перечислять: — Мне нужно знать всё: что у неё с Уизли, собираются ли они под венец, какие цветы она любит, как проводит выходные, что ест на завтрак, какую музыку слушает, с кем дружит и с кем спит! — Я-я понял. — Малькольм, можно задать вопрос? — Конечно, сэр, — растерялся пуффендуец. — Почему ты всё ещё здесь? — Драко остановился и, приподняв одну бровь, посмотрел на Адамса. — Я, я понял. И парень вылетел из спальни, а уже к вечеру у слизеринца был готовый список ответов.