Часть 180

Глава 180

1 апреля 1994 года. Сильный ветер. Том потянулся и, видя, что Суна ещё не встала, по привычке открыл окно, чтобы проветрить комнату. Но стоило ему распахнуть створки, как ворвавшийся ураганный ветер тут же сделал ему новую укладку, заодно «прибрался» в комнате, сдул с кроватей нескольких лежебок и с воем унесся прочь. — ... Суна сидела на полу, с гнездом Тома на голове, и её мозг всё ещё отказывался воспринимать реальность. — Это... моя комната?! М-да, день обещал быть необычным. Узнав, что на улице штормовой ветер, маленькие волшебники выглядели крайне удрученными, особенно те, у кого был Уход за магическими существами. Они всерьез размышляли, как бы их самих не унесло ветром. Конечно, помимо ветра, ученикам предстояло столкнуться с ещё одной трудностью — сегодня было Первое апреля. Студенты в шутку называли этот день «Днем радости Пивза», потому что сегодня можно было легально устраивать розыгрыши. В замке царила атмосфера тайного возбуждения и ожидания. Даже персонажи на картинах перешептывались и настороженно оглядывались, боясь стать жертвами чьей-то шутки. — Джордж, ты уверен, что эта штука сработает? — шепотом спросил Фред. Они с Джорджем притаились за углом лестницы в башне Гриффиндора, осторожно настраивая маленькое устройство, наполненное цветным порошком. Джордж широко ухмыльнулся: — Конечно сработает! Мы вчера протестировали его на портрете Полной Дамы, у неё до сих пор зелёные розовые! — Я нашла вас, негодники! Полная Дама появилась на портрете позади них, оттеснив в сторону какого-то поэта, и сердито указала на свои зеленые кудри: — Посмотрите, что вы наделали! Я всё расскажу профессору МакГонагалл! — С Первым апреля, дорогая леди! — хором крикнули близнецы и тут же дали деру, оставив Полную Даму в ярости размахивать платочком. — Вам двоим запрещено возвращаться в гостиную! — Вообще-то я и не собирался возвращаться. — Мы будем гулять весь день! Близнецы стукнулись бедрами, крепче прижали коробки к груди и быстрым шагом направились в Большой зал. За завтраком было необычайно шумно. Гермиона съела ложку овсянки, потянулась за тостом, но хлеб в её руке превратился в резиновую лягушку и попытался ускакать. — О, опять! — Гермиона закатила глаза, а Рон рядом уже покатывался со смеху. — Посмотри на свои волосы, Гермиона! — Гарри указал на её шевелюру, которая внезапно стала ярко-розовой. — Что? — Гермиона подтянула прядь к глазам. Этот кукольно-розовый цвет точь-в-точь напоминал волосы её Барби. — О боже, кто это сделал? Вскоре за столами то тут, то там стали раздаваться похожие возгласы: волосы всех, кто ел овсянку, поменяли цвет. Суна с преподавательского места даже зажмурилась от ряби в глазах. — Ох... Том! — воскликнула профессор МакГонагалл. Суна посмотрела туда же: Том из благородного серо-белого британца превратился в пятнистую корову. При этом кот пребывал в блаженном неведении, хлопал себя по ляжкам и смеялся над остальными. Суна и МакГонагалл переглянулись, в их глазах читалось искреннее беспокойство за интеллект Тома. К счастью, Джерри пил молоко, поэтому остался коричневым мышонком. Гермиона достала палочку, чтобы вернуть волосам прежний вид, но не успела она произнести заклинание, как с потолка посыпались сотни искусственных пауков. Зал мгновенно наполнился визгом, даже обычно сдержанный стол Слизерина не избежал паники. Рон от страха исполнил нечто похожее на чечетку, прыгая и умоляя Гарри и Гермиону убрать с него эту гадость. — Обожаю этот праздник! — Пивз кувыркался в воздухе, наслаждаясь плодами своих трудов. — Это даже веселее, чем Рождество! За учительским столом МакГонагалл сидела с каменным лицом, но уголки её губ слегка подрагивали. Она взмахнула палочкой, убирая фальшивых пауков, но, опустив взгляд, обнаружила, что её чашка превратилась в маленькую жабу, которая теперь играла в гляделки с Шоколадной лягушкой. Дамблдор же с интересом наблюдал за происходящим. Его борода неизвестно когда окрасилась в ярко-фиолетовый цвет, хотя волосы остались седыми. — Альбус, твоя борода... — напомнила МакГонагалл. Дамблдор довольно погладил бороду, его глаза весело блестели. — О, фиолетовый! Всегда хотел попробовать этот цвет. Он отлично сочетается с моей сегодняшней мантией. Сегодня на нем была темно-синяя мантия со звездами. Суна присмотрелась: сочетанием там и не пахло, скорее полным диссонансом. Эх, видел бы Грин-де-Вальд, во что превратился его старый друг. Пока Пивз отвлекал всеобщее внимание, спрятавшиеся в тени близнецы радостно дали друг другу пять: — С Первым апреля! После чего отправились к следующему месту для шалостей — движущимся лестницам. Под воздействием их заклинаний лестницы мутировали. Одни ступени превратились в рыхлый слайм: стоило наступить, как нога проваливалась целиком, издавая характерный хлюпающий звук. Многие маленькие волшебники оставили там свою обувь. Потерянные ботинки Пивз собирал в кучу и заставлял танцевать вальс. Другие лестницы превратились в упругие батуты: каждый шаг подбрасывал идущего на три фута вверх, и, если зазеваться, можно было больно удариться головой. Самым страшным было то, что лестницы периодически создавали иллюзию разрушения, пугая студентов до полусмерти — многие садились прямо на ступени и не могли встать без помощи товарищей. Суна и несколько других профессоров стояли внизу, не горя желанием испытывать эти чудо-лестницы на себе. — Готова поспорить, это работа близнецов Уизли, — сказала МакГонагалл с ноткой досады. — Если бы они направили этот талант на учебу, то ничем не уступили бы своим братьям! — Не переживайте так. В мире нет двух одинаковых цветков, именно такими они и прекрасны, — успокоила её Суна. Кошка-профессор, которую успешно погладили по шерстке, не стала восстанавливать лестницы, а вместе с остальными решила пойти в обход. Суна же решила опробовать слайм-лестницу. Ощущение было... словно наступил на гигантскую игрушку-антистресс. Джерри, который был с ними, благоразумно не стал спускаться сам, а запрыгнул на голову корове-Тому, дергая его за шерсть и понукая идти быстрее. Сначала Том шел на двух ногах, потом опустился на четыре. Из-за чудовищной липкости слайма Тому каждый раз приходилось вытягивать лапу на невероятную длину, стряхивать слизь и только потом делать следующий шаг. Суна, пожертвовав парой туфель и носков, успешно обогнала Тома. — Том, давай быстрее, а то я не буду тебя ждать! Услышав это, Том понял, что дело плохо. Он знаками показал Джерри держаться крепче, его взгляд стал острым, он выпустил когти и начал бешено разгоняться по ступеням. Под его напором слайм-ступени начали сжиматься в кучу, и когда натяжение достигло критической точки, они с громким «бдынь!» выстрелили котом и мышью вперед. Парочка приземлилась на лестницу-батут, Том начал стремительно скакать вверх-вниз и в итоге влетел прямо в объятия Суны. Суна посмотрела на двух питомцев, у которых в глазах крутились спирали, и обреченно вздохнула, понеся их дальше на руках.