Часть 186

Глава 186

Когда поезд прибыл на станцию, лица Суны и компании были обклеены бумажными полосками — наказание для проигравших. Меньше всего их оказалось, как ни странно, у Рона, следом шел Теодор. Рекордсменом стала Дафна; если бы она не менялась с Асторией, полосок было бы еще больше. Сойдя на платформу, компания неохотно разошлась. Суна нашла Тома и Джерри и последовала за Рольфом. — И как нам добираться дальше? — Суна достала ковер-самолет — лучший транспорт для путешествий. — Вообще-то, профессор Суна, это не понадобится, — Рольф указал пальцем в сторону. Суна проследила за его жестом и увидела Тесеуса, который стоял, засунув руки в карманы, и молча наблюдал за ними. О Мерлин, их встречают! Суна была польщена. Она запихнула ковер обратно в свой «супервместительный рюкзачок» и повела своих подопечных навстречу Тесеусу. Тесеус поприветствовал Суну объятием. — Давно не виделись! — Давно не виделись, мистер Скамандер. Не ожидала, что вы придете. Тесеус приобнял Рольфа и рассмеялся: — Ты не представляешь, что там творится. Тина и остальные сбились с ног, Ньют нервничает так, что места себе не находит. Когда я спросил, как ты доберешься, они все застыли, а потом началась новая волна паники. Я подумал, что ты можешь приехать с Рольфом, поэтому решил покараулить здесь. — Твоя интуиция, как всегда, на высоте. Но не стоило так беспокоиться, мне даже неловко. — Пустяки. В Долине Гром-птицы давно не было гостей. — Долина Гром-птицы? — переспросила Суна, держа Тома за лапу и следуя за Тесеусом. — Ньют и Тина вместе придумали название. Говорят, оно имеет памятное значение, — Тесеус сморщил нос, видимо, от переизбытка сентиментальности их любви. Суна же склонялась к мысли, что решение принимала Тина — у Ньюта вряд ли хватило бы романтической жилки. Через ближайший камин они переместились прямо в дом Ньюта. Хозяева ждали у очага, и, увидев вспышку пламени, заметно оживились. Приземлившись, Суна увидела группу пожилых людей, уставившихся на неё, что было довольно... своеобразно. — Привет... Тина была одета в простой темный кардиган, на груди красовался значок почетного пенсионера МАКУСА. Её седые волосы были аккуратно собраны в низкий хвост, а глаза сияли живостью и добротой. Она подошла и мягко обняла Суну: — Добро пожаловать, Суна. Мы рады тебя видеть. — Спасибо, как же здорово встретиться с вами. Тина тепло улыбнулась и представила остальных: — Это Куинни, моя сестра. Куинни была в цветастом платье магловского фасона и с крупными блестящими серьгами. Её золотые локоны стали мягкого белого цвета, но оставались такими же пышными и красивыми, украшенными винтажной заколкой. Её улыбка была всё такой же сладкой, но когда она поняла, что не может прочесть мысли Суны, в её глазах мелькнуло любопытство. Суна подмигнула ей, словно прося сохранить секрет. — Здравствуй. — Привет. Затем Тина указала на тихо стоящую в стороне Банти. Она была в просторной мантии, поверх которой был надет фартук, карманы которого топорщились от корма для магических существ. Седые волосы были небрежно собраны в пучок, а взгляд, устремленный на Тома и остальных питомцев, был полон нежности. — Добро пожаловать. — Спасибо. После знакомства Тина проводила Суну к дивану и разлила всем заранее приготовленный чай. Ньют, держа на руках Тома (который, в свою очередь, держал Джерри и Шоколадную лягушку), молча следовал за женой. Тесеус взял за руку совершенно забытого всеми Рольфа и сел с ним на край дивана. Суна вручила всем приготовленные подарки. Для Тины и Куинни она привезла точную модель школы Ильверморни. Увидев миниатюрный замок, Куинни ахнула и едва не закружилась от восторга. Тина была сдержаннее, но по тому, как бережно она касалась модели, было видно, что подарок пришелся ей по душе. — Суна, твой подарок попал прямо в сердце. Я так скучаю по тем временам. Куинни смотрела на модель с ностальгией — школьные годы всегда кажутся прекрасными. — В каком году ты выпустилась? — спросила она. Суна прикинула на пальцах: — В восемьдесят третьем. — О... в восемьдесят третьем, — Куинни задумалась. — Как быстро летит время. А профессор Маргарет, она всё еще?.. — Когда я выпускалась, она как раз ушла на пенсию. Остальные были просто счастливы, — лицо Суны выражало сложную гамму чувств. Профессор Маргарет преподавала Заклинания, была невероятно старомодной и педантичной, требуя от студентов невозможного. Из-за одной ошибки она могла читать нотации пол-урока, а то и поймать после занятий. Куинни рассмеялась, и даже Тина прищурилась, вспоминая свои учебные годы. — Помню, на её уроках мне приходилось несладко. Но сейчас я понимаю, что она была достойным уважения профессором. — Это точно. — Вдруг захотелось снова услышать её ворчание, — Куинни откинулась на спинку дивана с мечтательным взглядом. Старость часто тянет людей в воспоминания. — Эм... если вы хотите, это можно устроить. — Что? — Куинни выпрямилась, и даже Тина с любопытством подалась вперед. Суна порылась в своем бездонном рюкзачке, нахмурилась, а затем, под пристальными взглядами, нырнула в него наполовину. — Минутку, мне нужно найти. Вещь была старая, поиски требовали времени. — На самом деле... не стоит так спешить, — Тина занесла руку над Суной, не решаясь коснуться торчащей из рюкзака половины гостьи, и выглядела немного растерянной. Куинни же с большим интересом рассматривала сам рюкзак, сравнивая его с чемоданом Ньюта. — Фух, нашла, — Суна вынырнула из рюкзака. Несколько прядей волос выбились из прически, и Куинни любезно заколола их своей собственной заколкой. — Спасибо. Смотрите, это поможет нам вернуться на урок профессора Маргарет. Суна достала маленький граммофон с виниловой пластинкой, на которой было девять круглых дорожек. Присмотревшись, она опустила иглу на четвертую. Пластинка медленно закрутилась, и из динамика раздался старый, строгий голос, мгновенно перенесший всех в классную комнату: «Заклинание "Петрификус Тоталус" должно произноситься на классической латыни, ударение падает на второй слог! "Totalus" нельзя растягивать, конечное "us" должно звучать как четкий свистящий звук, не глотайте окончания... При наложении заклятия запястье должно быть поднято под углом 15 градусов, погрешность ±2. Траектория палочки должна строго следовать обратной S-образной кривой...» — О, Мерлин... — тихо пробормотал Ньют. Он украдкой взглянул на завороженных ведьм, обменялся взглядом с Тесеусом, и мужчины, прихватив Тома и компанию, поспешили ретироваться. Банти слушала с удовольствием, даже постукивая по чашке в такт интонациям Маргарет. Куинни и Тина слушали очень внимательно, с улыбками на лицах, полностью погрузившись в атмосферу прошлого.