Глава 18, часть II

Не судите слишком строго тех, кто хотел вас защитить.

The Uchpochmack — Lightbulbs Гарри ходил кругами по комнате и бесконечно говорил о подарках, которые получил на Рождество. Но больше всего он говорил о своей новой мантии-невидимке. Мэрри, уставившись в стену, пыталась, действительно пыталась, вникать во все то, что он говорил, но мысли каждый раз расползались в разные стороны, и, кажется, она уже потеряла суть его монолога. — Представляешь, сколько всего мы можем сделать с помощью этой штуки, Мэрри? Она машинально кивнула. Крис. — Мы можем пробраться в Запретную секцию в библиотеке и остаться абсолютно незамеченными, да? Она потерла ладони друг об друга и сглотнула, не забыв снова кивнуть. Кажется… Гарри задал вопрос? Крис. Крис. Крис. — Чертова мадам Пинс. Чертов Снейп. Теперь он вряд ли снимет с нас еще хоть раз баллы. Мэрри медленно качала головой. «Дорогая Мэрри, Моя мама умерла. Если сможешь приехать на похороны, буду очень рада. Спасибо. Твоя Крис». Она сглотнула и взглянула на своего брата. Мэрри еще не сказала ему. Возможно, и не стоило говорить. Гарри начнет беспокоиться, а это было бы лишним. — Ты так и не открыла свои подарки. Тут миссис Уизли и тебе наверняка связала свитер. И печенья от Гермионы. И от Филиппа что-то, — Гарри перебирал коробочки в обертках. На всех было ее имя. Как и на подарке от Крис. Как только Мэрри открыла коробочку и увидела ее содержимое, то тут же вскочила и уже подошла к телефону, чтобы позвонить, как в окно влетел филин и принес письмо. Это злополучное письмо. Мэрри перечитала его несколько раз. Родители уже подошли и начали задавать вопросы, а Гарри и Сьюзи потянулись посмотреть, что же там написано. Но она просто ушла к себе. Хотя не стоило уходить. Следовало сказать Арчи и Эллен и начать собирать вещи. До конца дня она должна быть в Америке. — Гарри, — она окликнула брата и поднялась с кровати. — Мне нужно переодеться. — Мэрри, все хорошо? — он повернулся к ней с явным беспокойством во взгляде. — Да. — Хорошо, — неуверенно протянул он. — Я буду внизу. Дверь закрылась с характерным щелчком. Облизнув губы, Мэрри подошла к своему шкафу и достала из него спортивную сумку.

***

— Ты никуда не поедешь. Джоселин смотрела на нее свысока. Мэрри не успела задать вопрос, как тут же услышала отказ. Благо сумку она еще держала в руках, и ее сжатых от досады кулаков не было видно. — Я не могу не поехать, Джоселин. У нее умерла мама, я должна быть рядом. — Многое в жизни бывает. Не реагировать же тебе на каждое дуновение ветерка. — Это не… — Нет. Джоселин говорила… С тем самым тоном, который только внешне напоминал спокойствие. Она резала им все надежды своей внучки. Миссис Поттер была непоколебима. Филипп, опершись о барную стойку, смотрел куда-то в сторону. Скорее всего, он уже предпринял некоторые попытки и получил свой отказ. — Ты можешь объяснить, почему отказываешь? Я не собираюсь туда навсегда, — Мэрри выпустила из рук сумку и шагнула к Джоселин. — Потому что самое гуманное, что ты получишь, переступив порог Миллеров, — смерть. Надеюсь, ты меня услышала. — Это абсурд, — Мэрри усмехнулась, помотав головой. — Ты бредишь, Джоселин. Угнетающее молчание — все, что она получила в ответ. Джоселин и бровью не повела на обвинения Мэрри. Она смотрела на нее так, будто перед ней был кто-то другой. Тот, кто ей абсолютно безразличен, а его просьбы — не больше, чем галдеж непоседливых детишек у лавки с игрушками. — Фрэнк. — Слушаю, миссис Поттер, — с мягким хлопком дворецкий возник прямо у правого плеча Джоселин. — Наложи дополнительные защитные чары на двери и окна. И предупреди эльфов, что мистера Эллингтона и мисс Поттер не следует выпускать из поместья. Погода совсем испортилась. — Что?! Мэрри и шагу не успела сделать, как Джоселин подняла ладонь, тут же затыкая ее. Фрэнк уже орудовал своей волшебной палочкой, накладывая заклинание на главный вход. Поттер переводила взгляд то на него, то на спину уходящей Джоселин. — Ты не можешь запереть нас здесь! Джоселин! Но фигура ее бабушки уже исчезла. Мэрри сжала челюсти и взглянула на Филиппа. Он так и не двинулся с места. Просто теперь опустил голову. Ее вспыхнувший гнев сменился на отчаяние. Если уж Филипп молчал и не пытался что-либо предпринять, то это действительно была безвыходная ситуация. Мэрри подошла к двери и начала дергать ручки изо всех сил. Фрэнк стоял рядом и упрашивал ее не делать этого. Поттер продолжала тянуть на себя двери и в конце концов сдалась, со всей силы ударив ладонями по, видимо, бронированному стеклу. — Мне очень жаль, мисс, — проговорил Фрэнк, взмахивая своей палочкой и призывая к себе какой-то пузырек. — Позвольте мне обработать ваши руки. Мэрри нахмурилась, не понимая, о чем он говорил. В следующую секунду ей уже не требовались объяснения. Боль уже пронеслась по нейронам, доходя прямо до мозга и чуть ли не оглушая его. Кисти ее рук, покрытые ожогами, неистово дрожали. Сцепив зубы, Мэрри сжала кулаки. Ногти впились в еще не лопнувшие волдыри, и жидкость тут же потекла вниз, капая на пол. Ее ослепила эта вспышка жгучей, режущей боли. Зажмурив глаза, она сжала кулаки еще сильнее. — Мэрри, — Филипп дотронулся до ее плеча. Она вздрогнула и разжала пальцы. Некоторые раны теперь кровоточили. Мэрри уткнулась Филиппу в плечо, но слезы отказывались литься из ее глаз. Отказывались помогать ей утешить свое отчаяние. Потому что оно ей не принадлежало. Вся эта боль была не ее, а Крис. — Я должна быть рядом с ней, — шептала она брату в шею. — Меня никогда нет рядом, когда я нужна ей. Она всегда одна. — Давай сюда, Фрэнк. Спасибо, — услышала она его тихий голос. — Давай присядем, рыжик. Филипп усадил ее на мягкий диван и положил к себе на колени ее истерзанные конечности. Он очистил их с помощью магии и начал аккуратно, едва касаясь, втирать заживляющее зелье. — В следующий раз, когда Джоселин усилит запирающее на дверях и окнах, не прикасайся к ним, — предупредил он, параллельно дуя на ее кожу, успокаивая жжение от зелья. Мэрри, казалось, не слышала его. Все так же, утыкаясь в его шею, она бормотала о том, что должна быть уже рядом с Крис. Филипп поставил бутылек на кофейный столик и притянул сестру ближе, усаживая к себе на колени. Водя руками по ее волосам и спине, он дышал с ней в такт. — Нам нужно что-то делать, Фил, — шептала она, вцепившись в его плечи. Он не отвечал. — У тебя есть идеи? — Мэрри отстранилась и взглянула ему прямо в глаза. — Филипп? — она насторожилась. — Почему ты молчишь? Он был будто обездушен ко всему. Ничего не имело значения в его пустом взгляде. Любая вспышка эмоций, вылетающая из души, врезалась в этот барьер и потухала, так и не увидев света. Она встала с его колен и взглянула на Фрэнка, который так и не ушел. Наверное, боялся, что она опять метнется к двери и постарается ее выбить, раз уж Алохомора не действовала. — Ты так и будешь просто пялиться в никуда, Фил? — Мэрри дергала кожицу у ногтя, дожидаясь хоть какой-то его реакции. — Тебе не стоит туда ехать, Мэрри, — произнес он. Она нервно усмехнулась и развела руками. Обойдя диван, Поттер подошла к раковине и набрала воды в стакан. — Какого черта вы решаете за меня? Я пришла сюда лишь потому, что на карете Джоселин добраться до Америки быстрее, чем на самолете. Ну, ничего, — она сделала глоток, — придется лететь обычными способами. — Ты никуда не поедешь и уж тем более не полетишь, — Филипп встал с дивана и повернулся к ней. Мэрри сжала стакан в руке и все же поставила его на столешницу. Видит Бог, ей хотелось швырнуть по одному такому Джоселин и Филиппу в солнечные сплетения. Чтобы разбудить в них эмоции. Стереть это непоколебимое выражение лица. Ее колотило изнутри, бросало то в жар, то в холод. Но они… В их взглядах не было абсолютно ничего. Крис. Все ее мысли заполонила она. Била по вискам, вызывая дрожь. Мэрри не могла ясно мыслить все это время. А в груди, где-то у сердца, уже закипал ее личный паразит. То, что она думала, уже затихло, вновь растило свои черные щупальца. Совсем скоро они могут проявиться на коже. — Я не собираюсь бросать Крис! — Там слишком опасно для тебя, — продолжал ее брат, в точности повторяя интонации Джоселин. — А для нее нет? — она повысила голос. — Для Крис там нет опасности?! Да, может, она уже тоже мертва! Мэрри сбросила стакан. Сотни осколков разлетелись по всему полу, мешаясь с водой. — Иди на хрен, Филипп, — она сглотнула, отступая к лестнице. — Мы бы могли быть уже там. Возможно, нам бы удалось не дать чему-то страшному случиться. Но теперь живи с мыслью, что ты тоже виновен. Мэрри поспешила наверх. Добравшись до своей комнаты, она захлопнула дверь и заперла ее. Поттер подошла к окнам и начала дергать их. Всего пара секунд — и кожу вновь сильно жгло. — Черт! — она пнула стекло ногой и направилась в ванную. Бесполезно. Все окна были заперты. Ей даже не нужно было пробовать открыть их магией. Тщетно. Все это было просто тратой времени. Мэрри подошла к письменному столу и достала из ящика лист пергамента. Разорвав его на несколько небольших квадратиков, она написала Крис. Взмах палочкой — и записка отправилась к ней. Шанс, что Крис ответит, был теперь немного выше. Раньше все записки Мэрри она оставляла без ответа и обходилась лишь практически одинаковыми письмами. Крис подбирала другие слова, меняла предложения местами, но суть все равно оставалась той же. Мэрри пробегалась глазами по ним вновь и вновь, пытаясь зацепиться хоть за что-то и найти в них правду. Потому что все, что в них было написано, было больше похоже на какие-то банальные шаблоны. Поттер прошлась глазами по комнате. Свою сумку с вещами она оставила внизу. Спускаться в ближайшее время она точно не будет, так что осталась без вещей. — Идиотка, — пробурчала она. Мэрри подошла к стеллажу с книгами и начала рассматривать их корешки. Читать что-то художественное она явно не смогла бы. В ее голове было слишком много скачущих по кругу догадок. Хуже было лишь то, что среди них были и картинки, нарисованные ее измученным ожиданием воображением. Мэрри отгоняла от себя их как могла, но они то и дело прорывались сквозь всю остальную пелену. Льюиса Миллера она видела лишь раз в жизни, но этого уже было достаточно, чтобы сейчас ее мучали кошмары с ним и Крис. Как ее подруга лежала в крови и умоляла своего отца прекратить издеваться над ней. Как Крис запирала двери и подпирала их всем, что было в комнате, когда он начинал ломиться к ней. Мэрри зажмурилась и мотнула головой. В ней теплилась вера, что Крис не стала бы молчать о таком. Что она обязательно написала бы ей, если бы ее отец делал с ней что-то настолько ужасное. Вместе с надеждой в сердце голос разума кричал ей, что Крис бы молчала до последнего. Она бы не сказала. Крис никогда не жаловалась. Никогда не говорила, если произошло что-то плохое. Она говорила, что все хорошо и что за нее не нужно волноваться. Она в порядке. Всегда была и будет. Ложь. Такая ясная ложь. Мэрри чувствовала ее на языке, когда читала письма от нее. Ложь показывала себя во всей красе, выделялась среди других слов и строк. У нее были другие интонации, другой почерк. Она была робкой, но быстрой. Если ее немного, то она была незаметной. Но ложь Крис перестала быть такой. Она стала особенной. С особенным тоном, подтекстом. Выученной и отшлифованной. Она скользила между строк, плясала в них и пыталась затеряться, стать своей. Но Поттер видела ее и подчеркивала, выделяла и запоминала. «Со мной все хорошо» — ложь. «Мама приболела, и мы с отцом заботимся о ней» — ложь. «Я хорошо провожу каникулы» — ложь. Поттер выдернула книгу с полки, не смотря на название, и бросила ее на кровать. Ответа от Крис не было. Мэрри была бессильна, но все равно отправила еще одну бумажку. Смесь чувств от страха до ярости кипела в ней. А оно росло. Если она снимет свитер и приподнимает топ, то снова увидит эти черные линии. Они снились ей в кошмарах, но прекратили появляться в реальности. Мэрри удавалось держать себя в руках, но сейчас вся ее выдержка трескалась и осыпалась на пушистый ковер под ногами. Возможно, совсем скоро этот ковер станет лишь грудой пепла, а вся остальная комната покроется копотью — следами ее безнадежности. Зато предательство Джоселин и Филиппа не будет так бить по ребрам, как сейчас. Мэрри горько усмехнулась. Ведь если это произойдет, то, вполне вероятно, она больше вообще не сможет чувствовать что-либо. Свернувшись на кровати калачиком, она плотно закуталась в одеяло и закрыла глаза. Мысли о Крис были неизбежны, и Мэрри лишь заменила их надеждой, что сейчас та тоже была под теплым одеялом и не испытывала страха. Что ложь на самом деле была правдой и всё было хорошо. Как же много было в ней надежды. Джоселин как-то обмолвилась, что только глупцы полагаются на такие чувства. Потому что, надеясь, они перестают действовать. Вот и Мэрри пополнила список этих глупцов.

***

Tom Odell — The End Ее разбудили чьи-то руки на плече и громкий шепот. Уже стемнело. И, кажется, было далеко за полночь. Повернув голову, она тут же вскочила и села на кровати. Прямо перед ней был Филипп. — Ну наконец-то, — он улыбнулся ей. Его зеленые глаза как-то заговорчески сияли в свете луны. — Пойдешь со мной? — шепнул он, протягивая руку. Мэрри нахмурилась, не решаясь. — Просто подумал, что ты вряд ли откажешься от того, чтобы помочь Крис, — он наклонил голову и коснулся ее пальцев. Мэрри сразу же взяла его за руку и спустилась с кровати. С глаз еще не сошла сонная пелена, но это не помешало ей быстро обуться и схватить с подушки палочку. — Серьезно? Но как? — Идем. Только тихо. Они вышли из ее комнаты в еле как освещенный коридор. Особняк погрузился в темноту. Все спало мертвым сном, кроме тусклых свечей на стенах, которые и освещали им путь. Филипп повел ее не вниз, к главному входу, а наверх. — На крышу, — шепнул он ей. Мэрри еще не доводилось там быть, и дороги она не знала, поэтому крепко держала брата за руку, пока он вел ее по коридорам и лестничным пролетам. Выход на крышу находился в южном крыле. — Лестницы нет, так что я подстрахую, рыжик. Филипп пригнулся и сложил ладони вместе. Мэрри поставила ногу на импровизированную ступеньку, и он поднял ее. Зацепившись за рамку люка, она подтянулась и вылезла на черепичную кладку. Филиппу ее помощь явно не требовалась. Через пару секунд он уже был рядом с ней. — Ну а сейчас прыгаем, — он подвел ее к самому краю. — Что?! — ее взгляд метался от брата к обрыву. До земли им лететь метров пятнадцать. — Ты рехнулся, Фил? Она шокировано смотрела на него, пока он, кажется, немного забавлялся от ее реакции. — Доверишься мне? — он облизнул губы и сам глянул вниз. Что-то сумасшедшее плескалось в его зрачках. — Если выживем, исполню любое желание. — Хорошо придумал, — она нервно фыркнула. — А если не выживем? — Ну тогда уже самому Богу или Мерлину свое желание загадаешь. Мэрри понимала, что времени у них было не так много. Филипп торопился, постоянно поглядывал на свои наручные часы. И сейчас вновь посмотрел на них. Он не мог свихнуться. И шутить тоже не мог. Не сейчас и не при этих обстоятельствах. Выдохнув, она вновь схватила его за руку. Филипп в мгновение стал серьезнее. Кивнув, он отошел вместе с ней на несколько шагов назад, чтобы было удобнее разбежаться. Мэрри следила за его пальцами, которые он раскрывал из сжатого кулака под счет. Один. Два. Три. Господи… Они ринулись к обрыву и будто нырнули в эту пустоту. Холодный ветер хлестал по всему телу. Сжавшись, Мэрри ожидала столкновения и хруста своих костей. Но этого не произошло. Она открыла глаза, когда поняла, что они перестали падать и теперь парили в паре сантиметров от земли. Она судорожно оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, правдой ли это было. Их будто просто держали в воздухе с помощью левитирующего заклинания. Выпрямившись, они встали на ноги. Мэрри смотрела на сугробы, не веря. — Ты знал! — она ударила его по груди. — Ты мог бы сказать! Что это за хрень вообще? — Защита от суицидников, — просто пожал плечами он. Она, кажется, немного опешила от его ответа. Филипп ухмыльнулся ей. — Да я шучу. Эти чары Джоселин поставила, когда в девять лет я решил сигануть с крыши на метле. Ну, — он почесал затылок, — чтобы проверить, как сильно разгонюсь и смогу ли вырулить. — Ну и? Смог? — Мэрри скрестила руки на груди и вздохнула, немного расслабляясь. — Неа, — его улыбка стала еще шире. — Как-нибудь покажу тебе шрамы, которые остались от тех переломов. — Ты серьезно? — он весело кивнул. Что ж, ему и вправду было смешно. — Сколько костей ты сломал? — Ну там сотрясение, перелом правой руки со смещением, левую будто вообще раскрошило, ну и колени выбило, — он посмеивался, вспоминая. Мэрри сглотнула. Она не могла перестать осматривать его с ног до головы. Непроизвольно в ее голове уже вырисовывались образы с полностью перебинтованным и окровавленным братом. — Эй, рыжик, — Филипп перестал улыбаться, видимо, заметив ее взволнованный взгляд. — Это вообще не смешно! Ты идиот, Филипп! — вскрикнула она, толкая его. — А если бы ты не выжил? — Ну выжил ведь. — Ты и вправду рехнулся, Филипп, — она покачала головой. Филипп затянул ее в свои теплые объятия. — Ладно, пусть будет так, — протянул он. — Кстати, рыжик, мы и сейчас выжили, — Мэрри пихнула его и закатила глаза, — нет, я про желание. Что загадаешь? — Не прыгай больше с крыш, Фил. Всегда можно с кем-то поговорить, — прошептала она, отстраняясь. Филипп рассеянно смотрел на нее. Мэрри докопалась до сути слишком быстро. Ей не нужна была его история и воспоминания, чтобы понять. Он держал ее руки в своих, не зная, что сказать в ответ.

***

Моя дорогая — Моя дорогая Постоянно оглядываясь и проверяя, не следят ли за ними, Мэрри и Филипп вышли за пределы поместья. Ворота за ними закрылись, и Мэрри повернулась. Карета, запряженная фестралами, уже была готова для них. — Но… откуда? Ответ на ее вопрос уже выходил из кареты. Парень возраста Филиппа. Мэрри не могла разглядеть его из-за темноты вокруг, но, кажется, он был высоким и со светлыми волосами. — Фил, я все понимаю, приятели и так далее, но ты время видел вообще? — незнакомец подошел к ее брату и снял шляпу. Тут он, кажется, и заметил Мэрри. — Здравствуй? — он наклонил голову и протянул ей руку. — Прости, не знаю твоего имени. — Мэрри. — Погоди… Ты Мэрри Поттер? — он коснулся губами ее костяшек и заглянул прямо в глаза. — Ну да. — Класс, — усмехнулся он. — Кэмерон Диаз. Для друзей Кэм. — А мы друзья, Кэмерон? — она вытащила руку из его легкой хватки и улыбнулась. — Учитывая, чем я жертвую ради вас двоих, то да. Мы определенно друзья, Мэрри Поттер. — Тогда и для тебя я просто Мэрри, Кэм. Что ж, теперь, когда он подошел так близко, она могла разглядеть и его светлые глаза, и очерченную линию челюсти. Кэмерон был очень привлекательным. — Может, хватит уже любезничать и займемся делом? — резко произнес Филипп. — Да без проблем, — Кэм указал рукой на карету. — Прыгайте и говорите, куда летим. — Мичиган, Кентвуд. Они забрались в карету и закрыли двери. — Окей, — Кэмерон выглянул в окно и пересказал адрес кучеру. — Откуда ты знаешь ее адрес? — спросила Мэрри тихо. — Пришлось повозиться немного, — Филипп пожал плечами и устроился поудобнее на мягком сиденье. — Поспи пока. Я разбужу, как будем близко, — он привстал и начал что-то искать за спинкой сиденья. Сев обратно, он укрыл ее шерстяным пледом. Мэрри, конечно, закуталась в плед поплотнее, согревая онемевшие руки и ноги, но уснуть даже не надеялась. Слишком много тревоги дергало внутри нее за маленькие ниточки. Все это время ей удавалось как-то отвлечься. Некий страх и предвкушение от их побега из закрытого дома помогали ей. Но сейчас, в этой тишине, мысли о Крис снова начали сгущаться в одном месте. Огромный шар, который ее мозг трепетно перебирал и подкидывал в топку для размышления именно те ниточки, которые ей хотелось видеть меньше всего на свете. Кэмерон и Филипп о чем-то шептались. Тихо, почти неслышно. Наверняка, чтобы не беспокоить ее. Но ей нужно было отвлечься. Мэрри подтянула ноги к груди и оперлась лбом о нагретое стекло. Они так быстро неслись по небу, что она не могла толком разглядеть что-либо. Возможно, бушевала метель. А возможно, и нет. Она не могла сказать точно, потому что толком-то и не обращала на все это внимание. Мэрри коснулась горла свитера и залезла под одежду, нащупывая тонкую цепочку. Граненый красный камушек уже стал теплым от контакта с ее кожей и одеждой. Этот камушек обвивала серебряная веточка. Мэрри уже видела эту подвеску когда-то давно на Крис. Та носила ее лет с пяти, потому что Ева передала ей это украшение как некую реликвию. Понять, почему же Крис подарила ей эту цепочку на Рождество, Мэрри не могла. Хочу, чтобы у тебя осталась еще одна маленькая частичка меня. Все, что было написано на бумажке, вложенной в маленькую коробочку от украшения. Мэрри тут же поняла, что что-то случилось и уже встала, чтобы подбежать к телефону и позвонить подруге, как в окно влетел филин с тем самым письмом. Все медленно встало на свои места с каждой строчкой из него. Увиливания Крис, редкие письма, странные слова. Все это приобрело иной смысл. Вот только легче от этого не стало. Мэрри знала, как Крис была близка со своей мамой. Жизнь подарила им не самые лучшие условия, а судьба не раскошелилась на удачные обстоятельства, но, несмотря на это все, в их семье все равно была любовь и забота. В их маленькой семье, где были только они вдвоем. И хватило лишь мимолетного взгляда, чтобы понять, что Льюис был разрушителем их счастья. Приходя, он забирал радость и оставлял только грусть. Крис всегда менялась, когда он возвращался. Мэрри опять же знала слишком мало, но ей удалось пару раз услышать, что говорил про мистера Миллера ее папа. И говорил он на повышенных, непривычных для ее слуха, тонах. Папа редко злился. А еще реже показывал свою злость. Но когда дело доходило до семьи Крис, он менялся. Они часто с Эллен уходили в дальнюю комнату, где их почти не было слышно и долго разговаривали. Чаще говорил Арчи. А когда он начинал говорить громче, то Мэрри, которая в это время пыталась как можно сильнее приложиться ухом к двери, слышала приближающиеся шаги Эллен и ее предупреждающий шепот. — Милый, дети же спят! — Да, прости. Я просто не понимаю, какого… — Арчибальд! Дверь начинала тихо приоткрываться, и Мэрри быстро убегала со своего места. Поттер выдохнула, наблюдая, как стекло запотевало. Она повернулась и увидела, что Филипп и Кэмерон так и продолжали о чем-то переговариваться. Мэрри отстранилась от окна и села. — О чем болтаете? — поинтересовалась она. Светло-зеленые. Именно такими были глаза Кэмерона Диаза. Светлые блондинистые волосы и зеленые глаза. Мэрри ненадолго застыла, смотря в них. Сердце ощутимо сжалось, и потом вновь сделало толчок. Она поджала губы и отвела взгляд. — Да тут Кэм рассказывал, как карету нам выбирал, — Фил подвинулся к ней ближе, просунул руку под ее плед и обхватил ее пальцы. Они немного подрагивали. — В смысле? — отозвалась она. — У отца хобби разводить фестралов. Он говорит, что у нас это в крови, потому что наши корни где-то там затесались в кельтских народах, — Кэмерон откинулся на спинку и расслабился. — Ты видишь фестралов, Мэрри? Мне показалось, что да. — Да, вижу. Мне уже рассказали, почему кто-то их видит, кто-то — нет. — Моя мама не видит. Это явно лучше. — Но ты же видишь? — она прищурилась. — Да, — он глухо усмехнулся. Что-то в его голосе изменилось. Мэрри не могла говорить точно, но, возможно, французский акцент? Она опустила взгляд на свои укутанные коленки и сжала ладонь Филиппа. Зря они завели эту тему. Фестралов видели только те, кто видел смерть и осознал ее суть. Она видела этих коней, больше похожих на скелетов, обтянутых шелком. А вот Гарри — нет. Когда они смотрели вслед улетающей карете Джоселин в день возвращения Мэрри, он прямо предположил, что карета, возможно, была как-то зачарована. Мэрри же могла только предполагать, какой именно момент ее жизни сделал ее взгляд восприимчивым к этим животным. — Ты убила того мужчину, Мэрри. Скорее всего, ее подсознание всегда знало о том, что она сделала той ночью. Просто слова Джоселин заставили его наконец перестать прятать эту информацию. Филипп тоже видел этих крылатых коней. Они ему нравились, и он часто ходил кормить их. Мэрри как-то попыталась узнать у него, что же произошло. Но он быстро распознавал ее окольные пути и тут же уводил разговор в другие стороны. Больше Мэрри не возобновляла свои попытки. А что насчет Кэмерона? Сегодня ей явно было не до чужих историй.

***

The cinematic orchestra — To build a home Они плавно подпрыгнули на своих местах и начали снижаться. — Ну вот и прибыли почти. Если что, тут только семь вечера, — сообщил Кэм, смотря в окно. Мэрри сбросила с себя плед и начала быстро обуваться. Мурашки бежали по всему ее телу. Она пробовала сосредоточиться и побороть бесконечное волнение, тянущееся всю дорогу и дни до этого, но выходило из рук вон плохо. Когда они приземлились, Поттер схватила палочку и, спрятав ее в рукаве, выпрыгнула из кареты, пропуская все ступеньки. — Эй, тише-тише, — Фил взял ее за руку. — Какой из этих домов ее? — она оглядывалась по сторонам. Вдоль всей улицы стояли полностью одинаковые дома. Возможно, они хоть чем-то и отличались, но для ее запутавшегося мозга они были идентичны. — Третий, — Филипп смотрел по сторонам. — Ну, скорее всего, это вот этот с деревом… Мэрри уже не слышала окончание фразы Кэмерона. Вырвав свою руку, она побежала прямо к дому Крис. К единственному, во дворе которого стояло дерево. Все остальные дворы были очищены от лишней растительности. — Мэрри, нет! Она подбежала к калитке и дернула ее на себя. Та не поддавалась. — Черт! — Что ж вы так ломитесь, — мимо Мэрри прошла какая-то ворчливая старушка и покосилась на нее. Поттер не обратила на нее внимания и достала палочку. — Алохомора! Послышался скрип петель. Мэрри потянула калитку и да, та открылась. — А ну стой! — Филипп возник прямо за ней и дернул ее назад. — Нет! — закричала она. — Там… — он закрыл ей рот рукой. — Какого хрена, Мэрри! — он оттащил ее еще на шаг. Кэмерон тоже стоял рядом. — Успокойся, — он развернул ее к себе. — Я уберу руку только если ты не будешь кричать и начнешь рационально мыслить, хорошо? Мэрри судорожно замотала головой, пытаясь отбросить его руку с лица. Ноги рвались с места и спешили в дом. Каждая мысль в голове кричала о Крис. Слова Филиппа летели сквозь них и вылетали. Темнота в окнах дома настораживала ее еще больше. Мэрри вцепилась рукой в металлическую дверцу, но Фил обхватил ее за живот и притянул обратно. Ногти противно царапнули по металлу. Дрожь разнеслась по и так еле стоящему телу. — Мэрри, посмотри на меня, пожалуйста, — Фил развернул ее за плечи и встряхнул. Она, наконец, смогла вздохнуть. — Это слишком опасно, — шепнул он. — Там Крис, Фил, — Мэрри сжала его предплечья. Филипп метался. Мэрри знала, что он не меньше нее рвался в дом. Знала, что беспокойство за Крис у них обоих зашкаливало одинаково. Но вот только его что-то останавливало. Что-то не давало ему отпустить ее и войти во двор. — Мэрри… — Мы зайдем тихо, Фил, — умоляюще шептала она, бегая взглядом от его лица до окон. — Просто проверим Крис. Давай же. Он закусил щеку и сглотнул. — Будешь тихой и идти за моей спиной, ладно? Ни слова и никаких резких движений, хорошо, Мэрри? — его выдержка рушилась. Он смотрел то на нее, то на Кэма, то на дом. Сомнения подбивали его, а беспокойство начинало брать верх. Она быстро закивала. Филипп завел ее за спину. Они с Кэмероном вошли первые, Мэрри за ними, чуть ли не наступая им на пятки. Тишина убивала. На дом точно были поставлены какие-то чары, потому что за его пределами улица гудела разговорами людей и шумом мимо проезжающих машин, но внутри было тихо. Слишком тихо. Они обошли дом и заглянули в окна. Ничего. Казалось, что дом пустовал, ни одной живой души ни внутри, ни снаружи. Обойдя перед домом и сбоку, они подошли к заднему двору. Мэрри сделала несколько шагов к огромному дереву. Единственному, что было в этом дворе. Шаг. Еще один. Снег немного поскрипывал под ногами, когда она осмелилась сделать еще пару шагов. Мэрри сглотнула. До дерева и до конца самого участка было еще около пятидесяти метров. Она вгляделась и поняла, что теперь она видела перед собой еще что-то. Темные очертания, похожие на большой камень. Она сглотнула и приблизилась, слыша шаги Филиппа и Кэмерона за собой. Только ей было совсем не до них. Ей оставалось еще совсем немного, но ноги отказывались продолжать идти. Перед Мэрри было два каменных надгробия и низкие холмики недавно закопанных ям. Снег еще не успел накрыть их своим одеялом.

Миллер Ева

05.05.1959 — 17.09.1993 гг.

Миллер Кристина

24.11.1980 — 25.12.1993 гг.

И после страха приходит смерть.