Часть 5

Когда за его внезапными гостями закрылась дверь кабинета, Ралан Марнаван откинулся на спинку своего удобного кресла и задумчиво поднёс пальцы к губам, размышляя о том, что случилось всего за два суматошных дня. Ситуация вокруг него накалялась так стремительно, что, по сути, почти не оставляла другого выхода, кроме как действовать жёстко, а главное, быстро, пока он ещё хоть что-то контролировал. С самого прихода к власти, Ралан чувствовал как шатается под ним кресло Председателя Высшего Совета Ганеи. Его отец, передавший ему этот титул по наследству, как было заведено в их мире уже не одну сотню лет, слыл более изощрённым политиком, интригуя и играя тонко, чтобы остаться у власти и преумножить своё влияние на другие Дома. Ралан же предпочитал позицию силы не только в постели и считал, что оружие способно более прямолинейно донести мысль до несогласных. Эта уверенность стала причиной многих их разногласий, но, в конце концов, старик сдался - других официальных наследников кроме сына у него не было, а упускать власть из рук Дома Марнаванов не было в планах ни у отца, ни у сына. Только заняв свой пост несколько лет назад, Ралан быстро понял что имел ввиду отец, говоря, что тактика запугивания будет работать не слишком долго. Большая часть его внимания уходила на то, чтобы отслеживать настроения народа и подавлять бунты, постоянно вспыхивающие в разных частях Ганеи из-за происков других Домов, считавших его недостойным занимаемой должности. Появление лантийцев и последовавший за этим союз с людьми, обладавшими невероятными знаниями, обещавшими Ганее существенный прорыв, немного укрепили позиции Дома Марнаванов и подарили Ралану, как лидеру, несколько очков преимущества. Размолвка с Элизабет, как с представительницей своего народа, на фоне неспокойного неба над головой, была неприемлемой, но Ралан гордился тем, что умел держать своих женщин в узде и считал, что ему по силам укротить жену-чужестранку и заставить её уважать его интересы. Но после своего возвращения из Атлантиды Ралан выяснил, что неудержимо теряет контроль не только над своим браком и удовлетворение от одержанной победы над Шеппардом, как над бывшим любовником Элизабет, продлилось недолго. Слухи о его сексуальных предпочтениях ходили давно, но долгое время Ралану и его доверенным лицам удавалось сохранять его авторитет непоколебимым в глазах народа. Но, слишком уязвлённый неотзывчивостью Элизабет, он был неосторожен и совершил ошибку, снова выбрав не ту женщину для своих утех. Человеческая жадность оказалась сильнее страха - одна из новых любовниц воспользовалась его отсутствием в столице, чтобы дать сенсационное интервью прессе и получить немалые деньги и убежище от Дома Парвилов - главных оппонентов Марнаванов в извечной борьбе за власть. Чуть больше суток понадобилось столице Ганеи, чтобы превратиться в растревоженный улей и по возвращении Ралан обнаружил себя в центре громкого и некрасивого скандала, грозившего отнять у него власть и влияние. Очаги вспыхнувшего среди народа недовольства им как лидером, множились с немыслимой скоростью и тревожные донесения об обстановке внутри других Домов требовали пристального внимания и немедленного решения. Ралан, нормально не спавший уже два дня, всё сильнее уставал от нервного напряжения, и его уже с трудом контролируемое раздражение грозило обернуться ещё большими неприятностями от необдуманных толком поступков. Не помогали его самообладанию распри и недомолвки внутри его собственной семьи. Как оказалось, Элизабет действительно отравилась фруктом фоди. Трис шипела как разъярённая бауп, втолковывая растерянной паре, что, если она говорит, что что-то нельзя, значит на то есть веская причина и в том, что сейчас Элизабет едва стоит на ногах, виноваты только сам Ралан и его идиотка-жена. Он не привык к такому поведению сестры и с самого начала проблем со здоровьем Элизабет Ралану казалось, что она, как врач, чего-то ему не договаривает. Это был не первый его ребёнок и, неофициально следя за всеми его последствиями неосторожности в сексе, Трис никогда раньше не закатывала ему таких истеричных скандалов по поводу здоровья его женщин, как с начала срока Элизабет. Отчитанный как нашкодивший мальчишка и раздираемый подозрениями и ревностью, Ралан потерял терпение и потребовал от Трис и Элизабет ответов, что не так с этой проклятой беременностью - ему не нужен был больной наследник или мёртвая лантийка на руках в преддверии гражданской войны. Ссора с Трис и новый виток напряжения между ним и Элизабет стали очередным пунктом в списке проблем, выматывавших его последние два дня. Доклады его советников о волнениях в столице и растущем недовольстве внутри Высшего Совета заставляли Ралана нервничать и без того, чтобы лантийцы добавляли ему сейчас забот. Думая о том, как ему остаться у власти и справиться с последствиями сокрушительной волны негатива, выплеснувшейся на улицы городов, Ралан рассчитывал заключить с Элизабет новую сделку, заручаясь поддержкой её людей и их технологий в предстоящем конфликте, но эта возможность рухнула несколько часов назад, когда Ричард Вулси появился на пороге дворца вместе со своим главным врачом и количеством охраны достаточным, чтобы намекнуть, что это не совсем дружеский визит. Их только что закончившаяся беседа была короткой и Ралан остро чувствовал изменения в поведении и риторике Вулси, который соблюдал дипломатический этикет лишь чисто формально. Глава Атлантиды требовал встречи с Высшим Советом, не став скрывать что темы, которые он хотел обсудить, будут не слишком приятными для Дома Марнаванов в целом и для самого Ралана в частности. В почти ультимативной форме Вулси дал ему 3 часа на организацию этой встречи, а сам был намерен отправиться в квартал, где разместили его людей, работавших над совместными проектами с учёными Ганеи в рамках соглашения о сотрудничестве. Вулси не сказал этого прямо, пока нет, но Ралан был уверен, что в его неожиданном визите и вспыхнувшем напряжении виновата Элизабет. Сейчас она была занята беседой с главным врачом Атлантиды и Ралан сгорал от подозрений, узнав, что до этого Келлер общалась и с Трис. Он знал, что Элизабет будет держать язык за зубами о том, что происходило между ними в постели, в первую очередь из-за собственной гордости, хотя на фоне публичных откровений его любовницы это уже не имело особого значения. Но Ралана не могло не беспокоить то, что Келлер не захотела беседовать ни с одной, ни с другой в его присутствии. Все эти события просто не оставляли Ралану возможности выкрутиться из сложившейся ситуации мирным путём. Если лантийцы отвернутся от его Дома, Ралану не удастся ни предотвратить войну, ни остаться у власти. Но с другой стороны, ультиматум Вулси мог сыграть ему на руку. Ралан хмыкнул и удовлетворённо улыбнулся, принимая, пожалуй, самое важное решение в своей жизни. Его отец этого бы не одобрил, но сейчас он и его политика уже просто история прошлого, а Ралан - творец будущего. И он был твёрдо намерен войти в это самое будущее победителем, даже если для этого придётся силой сломать устоявшиеся веками правила игры. ~////~ Верная своему слову, Дженнифер Келлер уже через сутки появилась во дворце с новостями и самыми серьёзными намерениями. Элизабет солгала, если бы сказала, что не готовилась к неудобным вопросам с того момента, как увидела выражение лица своего врача после осмотра накануне утром. Устраиваясь в одной из беседок в саду для этого неловкого разговора, Элизабет с иронией подумала о том, что, наверное, стоило поблагодарить Дженнифер за то, что её сопровождали только Вулси и несколько охранников, а не Джон и тяжеловооруженный взвод морпехов. Когда Дженнифер достала из кармана небольшой цилиндр, поставила его на стол и нажала кнопку, Элизабет поняла что от неё ждут откровенности. Лиловое свечение устройства обеспечивало приватность их разговору и обещало, что ничего из сказанного в увитой цветами беседке не будет никем и никак подслушано. Это пощадило остатки её гордости, но не избавило от необходимости отвечать правду ради собственного здоровья и жизни своего малыша. Келлер начала с того, что подтвердила слова Трис Гарот о генетической несовместимости народов Земли и Ганеи, что и повлияло на состояние Элизабет в первые месяцы беременности. Её организм менялся, подстраиваясь под вынашивание новой жизни, это ослабило иммунитет и открыло дорогу многим проблемам с едой и местными лекарствами. Затем лёгкая часть закончилась и началась ожидаемая Вейр игра в 20 вопросов. - Элизабет, мы обе понимаем, что я здесь сейчас не только для того, чтобы рассказать тебе курс биологии, не так ли? - Дженнифер внимательно смотрела ей в лицо и Элизабет как никогда захотелось избежать дальнейших расспросов, но она послушно кивнула, поджимая губы в перенятой у Джона привычке. - Я спрошу как врач, а не как твоя подруга, потому что на кону жизнь твоего малыша. Поэтому, пожалуйста, будь честна со мной! Твой муж отец твоего ребёнка? Элизабет едва удержала нервный смешок от деликатности такой формулировки со стороны Джен. Она понимала, что этот вопрос обязательно прозвучит после всех слов о биологии и генетике - Дженнифер Келлер не просто так являлась главным врачом Атлантиды. Но сердце всё равно ушло в пятки от проницательности взгляда сидящей напротив женщины. Элизабет нервно бросила взгляд сначала на стоящий на столе цилиндр глушилки, потом на Ронона, в нескольких метрах от беседки общавшегося с одним из охранников дворца, а потом снова на Дженнифер, терпеливо ожидавшую ответа на свой вопрос. - Нет. - наконец выдавила она из себя. Вейр опустила глаза, чувствуя себя иррационально виноватой, будто её подловили на измене, хотя на самом деле, во всём случившемся не было её вины, только чужой холодный расчёт. Ей просто невероятным образом повезло с личностью донора спермы, вот и всё. Дженнифер кивнула каким-то своим мыслям, но при этом оставалась решительно настроенной выяснить всё до конца. - Ты знаешь что я увидела, когда осматривала тебя? - её нежный голос звучал негромко, но каждое слово заставляло Элизабет вздрагивать. - Догадываюсь. - она потянулась за стаканом с водой и сделала щедрый глоток, пряча глаза и пылающее от унижения лицо. - Ты забеременела после изнасилования? - Дженнифер продолжала свои осторожные расспросы и с тем же успехом Элизабет могла уже покончить с этой моральной пыткой. - Нет. Изнасилование случилось уже после. - найдя в себе остатки храбрости, она встретилась лицом к лицу с Келлер и её подозрениями. - До этого Ралан был просто жесток. Но в ту ночь он выпил больше обычного и не принял "нет" в качестве ответа. - Элизабет не оправдывала мужа в чужих глазах, просто говорила правду. - После этого Трис Гарот запретила ему приближаться ко мне до рождения ребёнка. Пока это работает. Она непринуждённо пожала плечами, будто рассказывала о чём-то неважном, а не о насилии над собой на протяжении нескольких месяцев и маска профессионализма Дженнифер с треском лопнула. - Боже, Элизабет! - она поставила локти на стол и зарылась пальцами в волосы, пытаясь осознать, через что пришлось пройти сидящей перед ней сильной женщине. - Почему тебе просто не уйти от него?! Это был первый вопрос, с которым Элизабет просыпалась и последний, с которым засыпала с тех пор, как истинная природа человека, которому она доверилась, вышла наружу. Сейчас свет в конце туннеля для неё забрезжил со всем этим разгоревшимся вокруг Ралана скандалом, но ответ по-прежнему оставался неизменным. - Потому что я не могу. - покачала головой Элизабет. - Это уже политика, а не чувства, Джен. - Мистер Вулси так и предположил. - кивнула Келлер. - Вулси знает? - это не должно было её удивлять, но Элизабет почувствовала себя ещё более униженной. - Я должна была ему доложить, - оправдывалась Дженнифер. - После того, что с тобой случилось, не только ты жаждала ответов. И увидев то, что увидела, я просто не могла своим молчанием оставить тебя и твоего ребёнка в руках человека, который мог бы причинить вам боль! - Я... я понимаю, Джен. - Элизабет сделала глубокий вдох, унимая приступ паники. Она действительно не осуждала решение Келлер, потому что сама хотела бы знать, если бы что-то угрожало её людям. - Просто скажи, что об этом знаете только ты и Вулси! Виновато потупившийся взгляд Дженнифер и её нервно сжавшиеся ладони заставили сердце Элизабет пропустить несколько ударов, а кровь застыть в венах. Боже, нет... - И Джон? - её губы едва шевелились от сковавшего тело ужаса. - И Джон. - со вздохом согласилась Келлер, опуская глаза. - Господи, Джен, зачем?! Последние слова были больше рыданием, чем вопросом и Элизабет зажмурилась, зарываясь дрожащими пальцами в волосы и сжимая пряди, будто боль могла отвлечь от мрачных мыслей. - Мы не планировали ему говорить, - вздохнула Келлер и гневно поджала губы, - но проклятому упрямцу просто необходимо было пойти, взломать мой чёртов компьютер и прочесть заключение в твоём файле! Вейр истерически фыркнула и покачала головой, признавая, что это было вполне в духе Джона Шеппарда - сделать всё по-своему. Но по щекам уже потекли непрошенные слёзы, Элизабет быстро стёрла их и некрасиво шмыгнула носом. Какой-то частью себя она находила извращённое удовлетворение в том, что для Джона больше не было секретом её главное унижение. Если он захочет её после такого, это будет честная игра с обеих сторон. - Странно, что он ещё не здесь. - пробормотала она, слишком расстроенная чтобы понять что сказала это вслух до тех пор, пока не увидела, как поморщилась Дженнифер. - Да, говоря об этом... - Келлер неловко заёрзала и снова виновато поджала губы. - Он пытался и мы... Скажем так, нам пришлось действовать непопулярными методами, чтобы остановить его и сейчас для полковника мы с Вулси не самые любимые его люди в Атлантиде. Элизабет растерянно моргнула. - Что ты сделала? - внутри поднялась неожиданная волна злости на то, что Джону пришлось столкнуться не только с новостями о насилии над ней. - Джен, что ты сделала?! - Ударила его успокоительным. - Дженнифер выглядела очень неуютно под взглядом Элизабет и неудивительно, что принялась оправдываться. - Он был слишком перевозбуждён в тот момент, нам бы не удалось остановить его и всё могло бы закончиться новой дракой! Когда мы уезжали, Вулси пришлось приказать Лорну не спускать с полковника глаз. Драка всё равно будет, Дженнифер и Вулси ещё просто не понимали этого, устало подумала Элизабет. Несмотря на раздражение, она была благодарна за небольшую отсрочку и возможность быть готовой встретиться лицом к лицу с бурей, когда Джон найдёт способ добраться до неё, но самое главное, до Ралана. Возможно, и так было бы гораздо предпочтительнее, ей удастся вернуться в Атлантиду раньше, чем Джон оттуда выберется. Её не волновало происходящее в Ганее, все эти начавшиеся перешёптывания за спиной и косые взгляды после разразившегося скандала, и ещё меньше Элизабет беспокоила судьба политической карьеры Ралана. Но она не хотела чтобы Джон прикасался к этому дерьму, он и без того оказался такой же жертвой интриг Дома Марнаванов, как и она сама. Потирая виски в попытке унять зарождающуюся головную боль, Элизабет впервые с момента откровения Трис думала о том, что носила ребёнка, о котором Джон не просил. Его использовали без согласия и в их мире это называлось таким же насилием как и то, что Ралан делал с ней в постели. И Элизабет не могла не опасаться, что Джон может оказаться не готов к правде и этому ребёнку, несмотря на всего его слова и заверения. Это была холодная и полная одиночества мысль, но Элизабет запретила себе сейчас об этом думать. В конце концов, Джон может вообще никогда не узнать, что стал невольным отцом её малыша, если так будет лучше для него. Сейчас гораздо важнее было уберечь его от лишних неприятностей. Она должна была вернуться в Атлантиду как можно скорее. Это не было пустым бахвальством с её стороны, Элизабет просто знала, что была одной из тех, кто мог встать на пути ярости Шеппарда и при этом не пострадать. - Элизабет, - голос Дженнифер вернул её к реальности из круговорота тяжёлых и тёмных мыслей, - может мой вопрос прозвучит глупо, но ты знаешь кто отец твоего ребёнка? Вейр чуть не рассмеялась тому, как чётко, будто могла видеть о чём она думала в этот момент, Келлер попала в яблочко обуревавшей её тревоги. - Да. - не стала скрывать Элизабет. - Не то, чтобы у меня было много любовников за последнее время. Дженнифер покраснела от смущения и прикусила губы, потирая нервные пальцы. - Прости, я не хотела показаться бестактной, - пробормотала она, - просто это очень важно, учитывая обстоятельства. Если он из местных, твоя беременность под угрозой не только от внешних факторов... - Нет, Джен, он не из местных. - оборвала дальнейшие рассуждения Элизабет и невесело усмехнулась. - Веришь или нет, но Трис Гарот разобралась в ситуации с резистентностью моей репродуктивной системы гораздо раньше и позаботилась об этом. Келлер озадаченно моргнула и даже не сразу нашлась с вопросом. - Что ты имеешь ввиду? - Я не хочу сейчас и здесь об этом говорить. - покачала головой Элизабет, чувствуя себя вымотанной до предела переживаниями и дурными мыслями. Ей хотелось, чтобы вся эта суета вокруг поскорее закончилась и её вместе с её ребёнком просто оставили в покое. - Я понимаю, ты переживаешь за моё здоровье, и можешь взять у меня анализы, чтобы убедиться, что я не лгу, но, пожалуйста, не спрашивай о том, что я ещё не готова обсуждать! - Хорошо, если ты уверена, мне достаточно твоих слов. - быстро пошла на попятную Келлер. Он облизала губы, готовясь задать последний важный вопрос. - Элизабет, ты бы хотела вернуться с нами в Атлантиду? Чёрт возьми, это было единственное её неоспоримое желание в этот момент! - Да. - кивнула Вейр и устало потёрла лоб. - Если бы я только могла... Ей показалось или Дженнифер вздохнула с облегчением? - Что происходит, Джен? - нахмурилась Элизабет. - Тебе лучше собраться заранее, потому что мы здесь именно для того, чтобы вернуть тебя домой. - Келлер была предельно серьёзна и сердце Элизабет забилось быстрее от волнения. - Полковник прав в том, что в Атлантиде ты будешь в безопасности не только от вирусов и аллергенов Ганеи, и у мистера Вулси есть план, как прижать к ногтю твоего мужа. Но мы оба опасались, что ты можешь не захотеть поехать с нами. - Не захотеть? - Элизабет презрительно усмехнулась. - Джен, я мечтаю об этом почти с тех самых пор как переехала сюда! - её взгляд зажегся робкой надеждой. - У Вулси действительно есть план? - Я не знаю подробностей, но он был чертовски зол, когда узнал о тебе. Но в отличие от ярости полковника, мистер Вулси решил подойти к твоей проблеме с практической точки зрения. Элизабет присутствовала при разговоре Вулси и Ралана и слышала требование главы Атлантиды созвать Высший Совет. Это не слишком понравилось Ралану, но она не задумалась надолго над причинами такой необходимости. Возможно, её люди знали больше о ситуации вокруг Дома Марнаванов, чем доходило слухов до самой Элизабет здесь, в золотой клетке дворца Ганеи. Неожиданно для самой себя, она впервые за пять последних месяцев почувствовала прилив сил и оптимизма. Сейчас внимание Ралана рвали на части десятки проблем внутри его страны и его Дома, она могла воспользоваться этим, чтобы избавиться если не от ярма его жены, то хотя бы от неофициального статуса политической заложницы. В конце концов, она тоже знала немало. Мысли и идеи начали стремительно приходить к ней и Элизабет задохнулась под натиском вскипевшей решительности. Ей нужно встретиться с Ричардом как можно скорее и узнать, что у него есть. Как правильно однажды заметил Джон - вместе, они непременно найдут лазейку. А потом... Потом она вернётся домой! Она выпрямилась и Дженнифер встретила с улыбкой развернувшиеся плечи и гордо вскинутую голову. Вот теперь эта женщина действительно была похожа на ту Элизабет Вейр, которую она знала. ~////~ Элизабет не находила себе места с тех пор, как оказалась пленницей в собственной спальне. Устав стучаться в закрытые двери и ждать новостей, она ходила из угла в угол, больше сжигая нервную энергию, чем думая над происходящим, когда хлопнула входная дверь. Элизабет резко обернулась и увидела Ралана на пороге своей комнаты. Гнев, подогреваемый беспокойством и неизвестностью, вспыхнул в ней как спичка. - Отпусти моих людей! - приказала она, стремительно приближаясь к замершему в дверях мужчине. Он только отмахнулся от её требования и с любопытством огляделся. - Я смотрю, ты уже собралась, - его взгляд скользнул по плотно набитому рюкзаку и небольшой сумке, лежащим на диванчике у окна. - Ты собиралась сбежать от меня, Элизабет? - Ралан смотрел на неё, склонив голову, а голубые глаза светились холодом. Элизабет замерла в нескольких шагах от мужа и нервно сглотнула. Сквозь горячий гнев и беспокойство к ней пробились первые лучики страха, потому что сейчас она была беззащитна и наедине с очень опасным человеком. Ей следовало бы быть осторожнее с тем, что она говорила и как себя вела с этим мужчиной, если хотела выбраться из его ловушки невредимой. Всё случилось несколько часов назад так стремительно и масштабно, что никто ничего не успел предпринять. Государственный переворот. За свою карьеру Элизабет видела их слишком много, чтобы не понимать как сейчас выглядела Ганея. Не только столица, практически все провинции материка напоминали поле битвы со стрельбой, беспорядками и человеческими жертвами. Элизабет была вынуждена признать, что они все оказались слишком самодовольны и недооценили желание Ралана остаться у власти. Марнаван воспользовался требованием Ричарда Вулси созвать Высший Совет в свою пользу и уже там, неожиданно для всех, объявил о его роспуске и введении военного положения на всей территории Ганеи. Теперь, когда в его руках оказалась вся верхушка четырёх Домов, Ралан не пощадил никого. Его войска взяли столицу в кольцо, квартал за кварталом зачищая её от неугодных Дому Марнаванов людей, в то время как на местах лояльные Ралану генералы захватывали власть в обезглавленных провинциях. И посреди воцарившегося хаоса Элизабет и её люди оказались в ловушке. Она действительно собрала вещи, твёрдо намеренная уже к вечеру вернуться в Атлантиду вместе с Вулси, Келлер и несколькими оставшимися в их квартале учёными. Но то, что Совет закончился совсем не так, как они планировали, Элизабет поняла только когда на её глазах охрана дворца напала на Ронона, скрутив его и утащив с собой. Её саму заперли в этой комнате, где она и провела остаток вечера, наблюдая из окна своей роскошной тюрьмы за чёрным дымом над городом и слушая грохот далёких взрывов. Местный аналог земного телевидения перестал работать несколько часов назад, а это никогда не было хорошим знаком. Оставшись одна, в полной изоляции, Элизабет сходила с ума от неизвестности и беспокойства за своих людей, думая над тем, как ей уговорить Ралана отпустить их. И вот он здесь, а она по-прежнему не знает что ему противопоставить. - Я задал тебе вопрос, Элизабет! - Ралан надвигался на неё, заставляя пятиться, и всё внутри Элизабет сжималось холодными тисками страха. - Ты собиралась бросить меня и увезти моего ребёнка? Глядя в его лицо и встречая суровый взгляд голубых глаз, она снова сглотнула и обхватила свой живот руками, защищая от опасности, которую сейчас являл собой её муж. - Тебе больше не нужны я и этот ребёнок, Ралан, - Элизабет заставила свой пропавший от страха голос вернуться. - Ты и так хозяин положения! - Ты права. - кивнул он. - Я действительно сейчас всё контролирую. Но у нас был уговор! Я думал, ты и твои люди должны играть честно, ведь вы так упорно строили из себя благородство. А тут такое коварство! - Ралан холодно улыбнулся. Широко распахнув глаза, Элизабет замерла перед ним как в ступоре и только вскрикнула от боли и неожиданности, когда хлёсткая пощёчина обожгла её скулу. - Ты должна бы уже понимать, что я никогда не отдам принадлежащее мне! Даже если больше в этом остро не нуждаюсь! Схватив её за локоть, Ралан сильно толкнул и Элизабет громко вскрикнула от ужаса, когда, споткнувшись обо что-то и потеряв равновесие, начала падать на спину. В голове звенело от оплеухи и она не сразу поняла, что рухнула спиной на кровать. Всхлипывая от боли и страха, Элизабет сжалась в комок, когда Ралан встал над ней, злость и самодовольство искажали правильные и красивые черты его лица. - Ты никуда не пойдёшь. Я меняю условия нашей сделки! Ты останешься здесь, родишь мне ребёнка и будешь играть по моим правилам! - процедил он. - Если ты надеешься на Шеппарда и своих людей, то забудь об этом. К утру они все умрут, а мои солдаты взорвут эти ваши Звёздные Врата и никто никогда не сумеет оттуда прийти на мою землю и потревожить мой народ! Элизабет захлебнулась рыданием от объявшего её ужаса и почти не контролируя себя, приподнялась на кровати и ударила Ралана в живот. - Ты ублюдок! - закричала она, а мир вокруг побелел от ярости. Ралан согнулся пополам от боли и отшатнулся, но Элизабет слишком дезориентированная болью и гневом, больше ничего не успела сделать, когда он пришёл в себя и, рыча от злости, накинулся на неё. - Ах ты сука! - выплюнул он, толкая уже вскочившую на ноги Элизабет в плечи и опрокидывая обратно на кровать. Она отчаянно брыкалась в его крепкой хватке и кричала так громко, как только могла, даже не почувствовав обжигающей боли от нового удара по лицу. - Больше никаких сделок! Ты моя жена и будешь подчиняться мне и моим желаниям, и тебе лучше захотеть этого, потому что теперь это всё, что у тебя когда-нибудь будет! Он навалился, прижимая Элизабет к покрывалам и стискивая её бёдра для того, чтобы ограничить порывистые движения её ног. Она билась под ним, как будто сражалась за свою жизнь, но в обуревавшей Элизабет ярости и огне, вспыхнувшем в её глазах, Ралан увидел долгожданную страсть и это только сильнее распаляло его. Гнев очень быстро сменился азартом и жгучей похотью. Ему всегда нравилось, когда они боролись, это делало игру интереснее, а победу слаще. - Давай, сопротивляйся! - шипел Ралан в лицо Элизабет, со стоном вожделения крепче прижимаясь к извивающемуся под ним телу. Даже упругость её беременности, упиравшаяся ему в живот, не могла заставить Марнавана обуздать своё яркое возбуждение. Наконец-то он получал от жены то, чего действительно хотел! - Я знал, что в тебе это есть. Она продолжала рыдать и выгибаться под ним, пытаясь стряхнуть с себя тяжёлое тело, почти ничего не видя перед собой от кровавой дымки боли и удушья, застилавшего зрение. Но мужчина над ней был сильнее, он схватил её за запястья, выкручивая их в болевом приёме, и заставил раскрыться под собой. Удерживая её ставшие безвольными кисти одной огромной ладонью, вторую руку Ралан использовал, чтобы рвануть лиф платья, добираясь до светлой и сочной плоти её налившейся груди, от вида которой у него потекли слюнки, а в штанах стало ещё теснее. - Да, вот так! - прошипел Ралан, когда от её судорожных движений ткань разошлась ещё сильнее, обнажая тёмные и аккуратные соски. Он обхватил тугие полукружья её груди, жадно ощупывая их пальцами и сжимая невероятно чувствительную плоть. Элизабет вскрикнула от новой волны ослепительной боли и выгнулась ещё сильнее. Этим конвульсивным движением ей почти удалось скинуть с себя насильника. Почти. Но Ралан лишь чуть сдвинулся, раздвигая коленями её бёдра и отпустил руки и грудь Элизабет только для того, чтобы ухватиться за подол её платья, и, пусть и с трудом, задрать его. Игнорируя накатывающий приступ тошноты, она тут же упёрлась ладонями в его плечи, изо всех сил стараясь отпихнуть от себя и снять давящую тяжесть возбужденного тела со своего отчаянно ноющего живота. Всё вокруг расплывалось от боли и застилающих глаза слёз, но паника настолько овладела сознанием Элизабет, что практически не отличалась от горячей ярости и первобытного желания выжить. Она воспользовалась тем, что Ралан был вынужден чуть ослабить хватку, чтобы добраться до её нижнего белья, и, скрючив пальцы, полоснула его ногтями по лицу как острыми когтями. Ралан вскрикнул от неожиданности и отшатнулся, а Элизабет в новом рывке высвободив одну из ног, резко и сильно ударила его в пах. Завыв от ослепляющей боли, Ралан скатился с неё и скрючился, ухватившись за объятую огнём промежность. Элизабет не остановилась даже ради того, чтобы протолкнуть воздух в горевшие лёгкие, когда откатывалась подальше. Она не разбирала дороги и теряла равновесие, когда отползала от звереющего от боли мужчины. Так Элизабет оказалась на полу, рухнув на спину, когда кровать внезапно кончилась под ней. Это выбило всё оставшееся дыхание из её груди и отняло драгоценные секунды преимущества. Ревя от бешенства, Ралан уже настигал её и Элизабет вскрикнула от ужаса, карабкаясь прочь и отчаянно шаря вокруг в поисках любого оружия против неотвратимо надвигающейся угрозы. Но Ралана было уже не остановить. Огонь в паху заместил похоть яростью и сейчас ему было всё равно, сдастся ли эта женщина ему или будет продолжать сопротивляться. Он жаждал наказать её за своё унижение и больше ничего не имело для него значения. Ралан ухватил Элизабет за лодыжку, рванув на себя, а второй рукой вцепился в скользкую ткань её платья, даже не слыша треска, с каким оно расходилась под его пальцами. Снова зажав колени Элизабет между своих ног, он зарычал от злости и наотмашь хлестнул её по лицу, отчего голова Элизабет резко дёрнулась, а новый крик умер на разбитых губах. Ралан уже готовился нанести сокрушительный удар ей в живот, когда неожиданная ослепляющая вспышка боли прошила тело, а резкий и сильный удар в бок буквально смёл его с обмякшей под его натиском женщины. Едва сохраняющая сознание и рассудок, Элизабет с трудом подавила приступ тошноты и захлебнулась воздухом, когда в течение секунды для неё всё изменилось и больше ничего уже не давило ей на живот и грудь. Всхлипывая от боли и страха, она перекатилась на бок, сжимаясь в комок и обхватывая свой живот дрожащими руками. Мужчина, тёмной тенью налетевший на её мучителя со спины, заставил Элизабет вздрогнуть и испугаться ещё сильнее, но светлые нашивки на серой униформе, ярким пятном мелькнувшие перед её расплывающимся зрением, показались знакомыми и несли с собой почти интуитивное облегчение. Она попыталась встряхнуться, чтобы понять что происходит в рычащем клубке тел, сцепившемся на полу в метре от неё, но ничего не вышло и Элизабет устало закрыла глаза, сдаваясь боли и онемению, всё сильнее сковывавшим тело. Уже теряя сознание, самым краешком разума она узнала своего внезапного спасителя и её сердце едва успело отозваться на это одним взволнованным ударом прежде чем мир вокруг Элизабет почернел. ~////~ Она пришла в себя от резкого лекарственного запаха у своего лица и отшатнулась от его источника. Голова отозвалась на это движение нехорошим гулом и Элизабет, едва приоткрыв глаза, снова зажмурилась от ударившего по глазам света, но успела различить над собой тёмные тени, от которых тут же попыталась отодвинуться. Тело и руки с трудом её слушались, будто налитые свинцом, и Элизабет тихо всхлипнула всё ещё не до конца пришедшая в себя, но уже снова чертовски напуганная. - Эй-эй, не надо этого делать! - мягкий голос пробился сквозь вату спутанности к её сознанию, а настойчивое, но осторожное давление на плечи не дало Элизабет свернуться в тугой комок и очень быстро превратилось в лёгкое поглаживание. - Элизабет, ты с нами? - дезориентация заставляла чувствовать себя сбитой с толку, но она узнала этот женский голос так же, как и уверенные прикосновения рук, не такие нежные, как пальцы, касавшиеся сейчас её онемевшего лица, но аккуратные, профессиональные. - Давай, Лизабет, открой для меня свои красивые глазки! - всё так же мягко уговаривал её мужчина и Элизабет почти интуитивно повиновалась этому голосу. Зрение было мутным и не в фокусе, и ей пришлось несколько раз моргнуть, чтобы, наконец, видеть лица, а не тени склонившихся над ней людей. - Чёрт возьми! - голос Джона дрогнул так же, как и его губы, прежде чем сжаться в тонкую полоску, но его пальцы по-прежнему поглаживали её по щеке, ошеломлённая, Элизабет могла чувствовать эти лёгкие, словно пёрышко, касания к горящей и саднящей коже. - Всего лишь несколько лопнувших капилляров, полковник, это пройдёт. - Дженнифер оттеснила Шеппарда в сторону, занимая его место в поле зрения Элизабет, но она проследила за Джоном взглядом как привязанная, не понимая почему его присутствие её так удивляет. - Элизабет, посмотри на меня! - Келлер мягко ухватила её за подбородок и заставила отвести глаза от встревоженного Джона, сидящего на постели рядом с ней. Новый яркий свет фонарика, ударившего по глазам, заставил Элизабет застонать и зажмуриться, а мир вспыхнуть огнём за веками. И тогда всё вернулось к ней. - Что?... - забыв про боль в избитом и измученном теле, Элизабет встрепенулась, заставив окружавших её людей отшатнуться, и проморгалась, окончательно приходя в себя. Широко распахнув глаза, она скользила ещё немного растерянным взглядом от сосредоточенного лица Дженнифер, о судьбе которой ничего не слышала с тех пор как её заперли, к Джону в полной боевой амуниции, почти прижимавшемуся бедром к её правому боку. Джон?! Боже, откуда?... - Джон! - её голос был хриплым, а в горле першило и болело от сухости и криков. - Джон, что ты здесь делаешь?! Элизабет потянулась к нему даже раньше, чем смогла сообразить что делает это. - Видишь, Джен, она рада меня видеть! - на его губах появилась знакомая мальчишеская усмешка, не достигшая тёмных глаз, оставшихся серьёзными и настороженными, когда он внимательно следил за выражением её лица. Шеппард не удержал свои руки на коленях и снова потянулся к ней, осторожно скользнув внешней стороной ладони от виска к саднящей скуле. Усмешка дрогнула, но голос звучал всё так же мягко и почти лениво. - Я на это рассчитывал. Не отводя ошеломлённый взгляд, Элизабет ухватила его за руки, как будто тонула, и Джон тут же переплёл их ладони, позволив ей цепляться за себя, пока фыркнувшая в ответ Дженнифер деловито суетилась где-то сбоку. Несмотря на обманчивую лёгкость в его голосе, Элизабет по одним только сжавшим её ладони пальцам могла чувствовать как он напряжён, бледный и небритый, с тёмными кругами под глазами. Но его сбитые в кровь костяшки, небольшая ссадина под глазом и едва заметный кровавый след у носа заставили Элизабет задохнуться от новой волны тревожных воспоминаний. Ралан! Перед тем как потерять сознание, она видела как Джон, стащив с неё озверевшего Ралана, сцепился с ним в драке. - Он... - её глаза распахнулись ещё шире от страха и взгляд заметался по комнате в поисках своего мучителя, но пальцы Джона, чуть сильнее стиснувшие её руки, вернули внимание Элизабет к нему. Всё ещё напуганная, она начала задыхаться от подступивших к горлу слёз, потянувшись к его лицу и глаза Шеппарда потемнели от беспокойства. - Ты... Джон... Он оборвал её речь, бессвязную от путавшей мысли паники, с ошеломляющей эффективностью, когда потянулся и крепко поцеловал приоткрывшиеся в неровном дыхании губы. - Дыши, Лизабет! - приказал Джон долгое мгновение спустя. Он не отстранился далеко, только отпустил её губы, Элизабет чувствовала его дыхание на своём лице и видела холодный огонь в ореховых глазах. - Он больше никогда к тебе не прикоснётся! - низкие рычащие нотки в голосе Джона звучали предупреждением, но для неё это было обещанием безопасности. Его поцелуй всё ещё горел на её губах, унимая страхи и заземляя мысли, и Элизабет кивнула, окончательно беря себя в руки. Даже не найдя его взглядом, она была уверена, Ралан не вышел из схватки с Джоном живым. - Шеппард, нам нужно уходить! - донёсся до неё голос Ронона и уже через пару секунд рослый сатедианец, сжимавший в руке пистолет, появился в поле зрения Элизабет. Она снова моргнула, возвращаясь мыслями к тому, что вообще здесь происходит и как её друзья - Джон - оказались в этой комнате. Последнее, что Элизабет знала о Рононе, это то, что его схватила охрана дворца, чтобы он не помешал запереть её. А о судьбе Дженнифер и Вулси ей вообще ничего не было известно. Но присутствие Джона здесь говорило о том, что Атлантида вмешалась в планы Марнавана расправиться с её людьми. - Ронон, Джен, вы в порядке? - Элизабет понимала, что сейчас не совсем подходящее время для любопытства, но не смогла сдержать это желание. - Как вы выбрались? - Три замаскированных прыгуна и двадцать разозлённых морских пехотинцев. Местные даже не поняли откуда им прилетело! - губы Шеппарда снова растянулись в холодной усмешке, но быстрый поцелуй, запечатлённый на её виске был тёплым. - Я разрешу тебе допросить меня с пристрастием, но позже, сейчас нам действительно нужно идти. - Ей нельзя подниматься на ноги, забудьте об этом! - строго предупредила Дженнифер, когда Элизабет, в попытке встать с кровати, приподнялась на локтях и, охнув от слабости и боли, повалилась обратно на постель. - Я понесу её, но нам нужно двигаться. Его вот-вот начнут искать, и Торик не сможет долго пудрить мозги охране! - настаивал Декс. - Дай нам секунду, - Джон скатился с кровати, пока Дженнифер, сделав Элизабет быстрый укол в плечо, начала собирать свою сумку экстренной медицинской помощи. Проследив за Шеппардом глазами, Элизабет вздрогнула, увидев, наконец, накрытое покрывалом тело за опрокинутым креслом. Безвольная рука, видневшаяся из-под небрежно накинутой и испачканной кровью ткани, принадлежала Ралану и без слов было понятно, что Марнаван мёртв. Вейр сглотнула подступившую к горлу желчь, подавляя приступ тошноты, и отвела взгляд, снова находя глазами Джона. Шеппард как раз закончил рыться в её шкафу, где осталось не так уж много и, не обращая внимания на тело, мешавшееся ему под ногами, переступил через торчащие ноги, не совсем твёрдой походкой возвращаясь к кровати с яркой тряпкой в руках. - Вот, - он поставил больное колено на кровать у её бедра и протянул платье, - давай переоденем тебя во что-то другое. Элизабет проследила за его тёмным от нехороших эмоций взглядом и смущённо покраснела, увидев в каком состоянии её одежда и бельё, разорванные Раланом в приступе похоти. Они спешили, пока охрана дворца не поднялась по тревоге, напомнила она себе и сосредоточилась только на этом. Забывая о стыде и шипя от боли, Элизабет позволила Джону и Дженнифер помочь ей с переодеванием. - Вот так. Уже лучше! - новая улыбка Шеппарда по-прежнему не касалась его глаз, но он снова погладил её по лицу и поцеловал в висок. - Я бы сам понёс тебя, милая, но Чуи прав, нам нужно идти быстро и он тебя не уронит. Всё ещё плохо соображая, Элизабет только кивнула и не сопротивлялась, когда Декс аккуратно протянул руки под плечи и колени и, тихо охнув от усилия, осторожно поднял её с кровати. Измученное тело отозвалось болью от этого движения, Элизабет удалось подавить всхлип, хотя застывшее в резких чертах выражение лица Джона давало понять, что Шеппард видит всё, что она пытается спрятать за закушенными губами и показной стойкостью. Но сейчас у них просто не было времени быть нежными и осторожными. - Шеппард! - раздался из рации голос Родни и Джон нажал кнопку ответа, хватая свой Р-90 с края постели. - Говори, Родни, - поверх плеча Ронона Элизабет видела, как он, уже заметно хромая, двинулся следом, замыкая колонну и прикрывая идущую впереди Дженнифер. Уже у самой двери Джон схватил её рюкзак с вещами, а Келлер взяла сумку, повесив её на плечо поверх своей собственной. - Элизабет пришла в себя? - спросил МакКей. - Да, мы как раз выдвигаемся. - отозвался Шеппард. - Есть новости? - Сомерсетт и его люди нашли Вулси, а группа Лорна только что закончила эвакуацию оставшихся наших из квартала. Сейчас все три прыгуна уже в воздухе и летят к Вратам. Но тихо увести первый прыгун из-под охраны им не удалось, поэтому у нас вот-вот начнутся проблемы! Что-то в словах Родни тревожным звоночком отозвалось в сознании Элизабет и она мучительно пыталась вспомнить о чём должна была предупредить их. - Хорошо. - Джон следил за ней и Элизабет, продолжая мысленно рыться в собственной дырявой памяти, встретилась с ним взглядом и рассеянно отметила хмурые морщинки на его лице, когда он наблюдал как она кусает губы. - Мы в северном крыле дворца, Ронон ведёт нас к одному из чёрных ходов. Следи за нашими маячками и посади прыгун как можно ближе к возможной точке эвакуации! Мы не слишком мобильны и будет лучше, если нам не придётся бегать на виду у вооружённых солдат больше, чем нужно. - Понял, вылетаю, - рация щёлкнула и зашипела белым шумом. - Врата! - внезапно вспомнила Элизабет и дёрнулась, заставив Ронона недовольно заворчать и крепче её перехватить. Но она не обратила на это внимания, огромными от ужаса глазами, оглянувшись на Джона. - Ралан сказал, что солдаты взорвут Врата! Шеппард чертыхнулся и, замедлив шаг, снова ухватился за рацию, когда они уже спускались по неприметной боковой лестнице. Стискивая зубы от злости, Элизабет пыталась приказать Джону бросить уже её чёртов рюкзак, потому что ему было явно неудобно тащить автомат, кучу её бесполезных вещей и цепляться за перила, сохраняя равновесие с повреждённой ногой. - Лорн, - ему всё же пришлось отпустить перила, жертвуя возможностью снять нагрузку со своей левой ноги ради необходимости держать палец на спусковом крючке Р-90. Бдительно озираясь по сторонам, Джон предсказуемо отстал, когда начал перебирать частоты, пытаясь добиться ответа. - Майор, ответь! - Ронон, пожалуйста, помедленнее, - взмолилась Элизабет, задыхаясь от беспокойства, когда они завернули за угол и она больше не могла видеть Джона. Декс оглянулся и выругался, понимая что её так тревожит. По выражению его лица и нахмуренным бровям Элизабет могла сказать, что Ронон разрывался на части от желания защитить их всех и убраться из этого проклятого места как можно быстрее. Нагнавшая их Дженнифер остановилась рядом, дожидаясь полковника и, увидев в её руке взведённый пистолет, Элизабет ещё сильнее почувствовала свою бесполезность. Они замерли, прижимаясь к стене, когда где-то совсем рядом в коридоре раздались взволнованные голоса и топот ног в тяжёлых ботинках. Элизабет ещё крепче обвила шею Ронона руками, с тревогой следя за поворотом, из-за которого они ждали появления Джона. Темнота неосвещённого лестничного пролёта скрыла их присутствие от военного патруля и солдаты промчались мимо. Но опасность быть раскрытыми оставалась очень близка. - Джен, я пойду вперёд, а ты оставайся с Шеппардом. Торик должен быть уже на полпути сюда. - принял решение Ронон и Элизабет вспомнила, что так звали молодого охранника, долгие недели ходившего за Дексом по пятам с огромными от восхищения глазами. - Он видел тебя и знает куда я пойду. Главное, не дай Шеппарду пристрелить парня, он нам ещё нужен. Дженнифер кивнула и осталась стоять на ступеньках. Никто не слушал возражений Элизабет, требовавшей дождаться Джона и идти всем вместе. Она мельком заметила Шеппарда когда они с Рононом уже почти скрылись из виду и снова прикусила губу, сдерживая навернувшиеся на глаза злые слёзы. Элизабет был незнаком путь, по которому Ронон выводил их из осаждённого дворца, она вздрагивала от каждого шороха, шагов и голосов, когда Декс замирал в тени, пережидая очередной патруль. Постоянно оглядываясь назад, Элизабет умирала от беспокойства за Джона и Дженнифер и в конце концов, когда боль и паника грозили захлестнуть её с головой, Вейр тихо всхлипнула и уткнулась лицом в плечо Ронона, заставляя себя довериться человеку, у которого было несколько месяцев на то, чтобы выучить это место и этих людей наизусть. Родни и замаскированный прыгун ждали их в поздних сумерках на северной лужайке парка, раскинувшегося вокруг дворца. Звук опускаемых сходней, когда МакКей увидел их приближение, потонул в оглушительном вое сирены, возвещавшей о том, что смерть Ралана Марнавана больше не тайна. Свет прожекторов заметался вокруг, выискивая цели, крики солдат раздавались всё ближе, когда Ронон широкими шагами пересекал поляну, а Элизабет кусала губы и глотала стоны от боли при этой тряске. Родни как раз вернулся из кабины, закончив преобразовывать маскировку в щит вокруг прыгуна, когда Декс влетел внутрь. Ронон опустил её на боковое сиденье и Элизабет вытянула голову, заглядывая за его высокую фигуру в тревожном ожидании их отставших друзей. Выстрелы и крики звучали всё ближе, солдаты сбегались к прыгуну со всех сторон и Декс рявкнул МакКею, чтобы тот возвращался в кресло пилота и был готов взлетать по первому же сигналу. Сам же Ронон, уже не скрываясь, выбежал обратно на поляну, прикрывая огнём троих спешивших к прыгуну людей, неуклюже отстреливающихся от преследователей. Забыв о собственной слабости от страха, Элизабет вскочила на ноги и, опираясь на стенку, подобралась как можно ближе к выходу, напряжённо следя за тем, как Дженнифер цепляется за плечо Джона, не давая ему упасть, а невысокий молодой парень - Торик, Элизабет узнала его по светлым вихрастым волосам - прикрывает их бегство, отстреливаясь от преследующих их солдат. Забывая дышать, Вейр молилась всем известным ей богам всю ту долгую минуту, что потребовалась, чтобы четыре пары ног застучали по сходням и прыгун наполнился людьми, криками и тяжелым дыханием. Родни тоже следивший за обстановкой, поднял их в воздух не дожидаясь приказа, а Декс хлопнул по кнопке закрытия заднего люка, пригибаясь, когда несколько выстрелов прозвучали очень близко. У ганейских солдат не было оружия, способного пробить щит прыгуна или отследить его в режиме маскировки и как только задний люк захлопнулся, все оказавшиеся внутри облегчённо вздохнули. Дженнифер буквально свалила Джона на свободное сиденье и тяжело перевела дыхание. Шеппард выглядел измученным, но черты его лица по-прежнему были жёсткими от сосредоточенности, когда он оглядывался, проверяя все ли на месте и целы. Встретившись с ним глазами, Элизабет кивнула, давая понять, что она в порядке, и с облегчением увидела, как немного расслабилась линия его плотно сжатых губ. - Ронон, - рявкнул полковник, уже снова поднимаясь на неверные ноги, - помоги мне добраться до кабины. Сатедианец тут же подхватил друга под плечо и Джон, сильно хромая, поплёлся в сторону постоянно оглядывавшегося на них Родни. - Следи за курсом, МакКей, - приказал Шеппард, неаккуратно плюхаясь в кресло второго пилота. - Я в порядке, Родни. - Дженнифер на минутку отвлеклась от своих забот, чтобы подойти к нему и положить руки на напряжённые плечи МакКея. - Спасибо, что прилетел за мной! Она чмокнула его в висок, а потом кивнула Джону и снова выскользнула из кабины, возвращаясь к Элизабет, чтобы сесть рядом и снова заняться её травмами. Путь до Врат на прыгуне не занимал много времени и уже через несколько минут Джон активировал карту, внимательно изучая обстановку. Показания говорили, что вокруг Врат чисто, но паучье чутьё Шеппарда подсказывало, что не всё так просто. - Лорн прошёл? - он обернулся к МакКею и Родни кивнул. - Ему пришлось немного припугнуть местных, отгоняя их от Врат, но все прыгуны благополучно прошли. Он был последним. Шеппард задумчиво покусал губы, снова уставившись на показания, утверждавшие, что вокруг Врат никого нет. - Давай, поменяемся местами, - решил он и Родни не стал спорить, увидев хмурое выражение его лица. Врата уже были в поле зрения, когда Джон взял управление в свои руки и приказал МакКею начать набор. Всё то же чутьё, которому Шеппард привык доверять, заставило его снизить скорость подлёта и только благодаря этому прыгун не оказался в эпицентре мощнейшего взрыва, когда Звёздные Врата Ганеи разлетелись на пылающие куски, стоило только первому шеврону зафиксироваться. - Твою мать! - Джон едва успел преобразовать маскировку в щит и дёрнул рычаги на себя, уводя прыгун в крутой вираж, чтобы максимально быстро и далеко уйти от взрывной волны. Он слышал крики, ругань и грохот позади, но заставил себя сосредоточиться на безопасности прыгуна, удирая от огня и смертоносных обломков, с которыми сотни килограмм наквады взлетели на воздух. Пришлось взлетать вверх почти в крутом пике, прежде чем опасность быть настигнутыми последствиями мощного взрыва миновала. Выравнивая прыгун в чистом воздухе, Шеппард перевёл дыхание и потрясённо уставился за окно, на море огня, растёкшееся на сотни метров под ними. - Они взорвали Врата! - приходя в себя от испуга и не веря своим глазам выкрикнул Родни. - Чёрт возьми, они взорвали Врата, Шеппард! - Я вижу, Родни! - процедил Джон, сверяя показания на дисплее с тем, что видел своими глазами. - Нет, ты не понимаешь! - МакКей обернулся к нему и в его голосе отозвались ставшие почти привычными истеричные высокие нотки. - Эти ублюдки только что уничтожили наш единственный способ вернуться в Атлантиду! - Ну, прыгун цел, - Шеппард покачал головой, изучая показания телеметрии, - так что у нас ещё есть шанс. Просто возвращение займёт дольше времени. Он принялся за ввод команд для построения маршрута, когда новый, полный злости возглас Родни разнёсся по притихшей кабине. - Шанс? - МакКей уставился на него широко распахнутыми в неверии глазами. - Ты серьёзно?! Шанс, это когда путь к Атлантиде обошёлся бы нам от 18 до 20 часов, Шеппард! А в нашем случае, полёт на прыгуне до ближайшей планеты с Вратами займёт недели! Пискнувшая консоль под руками Джона, привлекла его внимание к результатам подсчётов компьютера, соглашавшегося с МакКеем в оценке времени, необходимого прыгуну чтобы долететь до ближайших Врат. Планета, на которую приземлилась Атлантида, находилась несравнимо дальше. И это понимание заставило Шеппарда выругаться. - Это не космический корабль и даже не челнок! Жизнеобеспечение прыгуна просто не рассчитано на такой срок непрерывного использования! - поражённо подытожил Родни, озвучивая то, что все и так прекрасно знали. - Мы не сможем добраться до Атлантиды раньше, чем просто задохнёмся здесь! Шеппард устало потёр лицо ладонью, пытаясь сосредоточиться на текущих вариантах. - Так, нам нужен план... - Что нам нужно, полковник, так это возможность сесть где-нибудь, где есть вода, еда и возможность отдохнуть, - раздался голос Дженнифер у них за спинами и мужчины обернулись к ней. Келлер стояла посреди заднего отсека и на её лбу виднелась некрасивая ссадина, полученная от столкновения с переборкой, когда прыгун развернуло. Элизабет, крепко хватавшаяся за края сиденья, выглядела ещё более бледной, Ронон цеплялся за сетку на потолке, сохраняя равновесие, а молодой ганеец стоял на коленях у заднего люка, о который ударился, не удержавшись на ногах. - Забудьте о длительных путешествиях в космосе, - решительно продолжала Дженнифер, - нам нужно место, чтобы прийти в себя! - И что ты предлагаешь? - развёл руками Родни. - На нас сейчас, наверное, вся ганейская нация охотится. - Не вся. - вклинился в их разговор новый голос. Торик уже поднялся на ноги и шагнул вперёд. - Если вам нужно место, чтобы спрятаться, я могу предложить одно. Остров, откуда я родом, находится очень далеко от столицы и там безопасно, потому что ни сама земля, ни местные жители не представляют никакого интереса для властей. - Почему? - прошедший мимо него Ронон сложил руки на груди, откидываясь в кресле с обманчивой беспечностью. - Туда тяжело добраться. - сознался Торик. - Путь есть только по морю и он занимает несколько дней. Раньше на острове был большой промышленный город, принадлежавший Парвилам, но сейчас он почти пуст - все перебрались на материк в поисках лучшей жизни. Остались немногие, но моя бабушка всё ещё живёт там. Если я попрошу, она приютит всех нас. Шеппард смотрел на юношу с подозрением, с которым относился к любому ганейцу в последнее время. Не зная, можно ли ему доверять, Джон бросил взгляд на Ронона и тот едва заметно кивнул. Торику было обещано место в Атлантиде за его лояльность и помощь в организации побега из дворца, но сейчас у лантийцев не было другого варианта кроме как довериться этому ганейцу - Элизабет нуждалась в передышке и сам Джон уже чувствовал, как начинает гореть адским огнём его перетруженная нога. Дженнифер, трезво смотрящая на вещи, была абсолютно права, им нужно было прийти в себя, отдохнуть и собраться с мыслями. - Хорошо. - кивнул Джон и махнул рукой, чтобы молодой ганеец подошёл ближе. - Иди сюда, посмотри на эту карту и скажи, где находится остров твоей бабушки. ~////~ Дорога до Острова Бабушки заняла около часа и всё это время в прыгуне царило упадническое настроение - каждый не мог не думать о том, чем им грозят взорванные Врата и застревание на Ганее на неопределённый срок. Только Торик лучился сдержанным оптимизмом, даже если у него и не получилось оказаться в том необычном месте, из которого появились эти люди, выбраться из опасностей находящейся на военном положении столицы тоже дорогого стоило. Он рассказал своим новым друзьям как можно больше о том, что из себя представляет деревня в которой он вырос и у всех сложилось единое мнение об этом месте, как о глухой провинции где-то в Британии. Не такой уж и плохой вариант, если нужно спрятаться и зализать раны. Когда прыгун приземлился на указанный Ториком участок, рядом с небольшой фермой на побережье, за бортом царила глухая ночь. С высоты Джон уже оценил деревню в несколько десятков домов и всего пара светящихся окон говорила Шеппарду о том, что жителей на этой стороне острова действительно осталось очень мало. Но в нынешних обстоятельствах это было даже к лучшему - меньше ненужного внимания. Джон был серьёзно настроен пойти вместе с Ториком и Рононом, чтобы договориться о ночлеге, но Дженнифер была против, когда увидела каких усилий ему стоит не гримасничать при попытке встать на ноги. Элизабет тоже попадала под запрет на лишнее передвижение и в итоге миссия представлять интересы лантийцев выпала не слишком счастливому от этого Родни. Но нужно было отдать МакКею должное, он не стал спорить, прочитав усталость и измождённость в лицах своих друзей, и молча поплёлся следом за Рононом и их новым другом к дому, видневшемуся сквозь высокие деревья с густыми кронами. Воспользовавшись отсутствием лишних глаз, Дженнифер уложила Элизабет обратно на сиденье, чтобы закончить осмотр. Джон внимательно следил за ними из кресла пилота и кусал губы от беспокойства, наблюдая как Келлер, без стеснения задрав подол лёгкого платья, водит стетоскопом по выпуклости живота Элизабет. - Сердцебиение сильное. - наконец негромко сказала она, одёргивая одежду и поднимаясь с колен. - Без УЗИ и более полного осмотра, конечно, тяжело сказать с полной уверенностью что всё в пределах нормы, но пока я могу наблюдать у тебя повышенный тонус, и это объяснимо после того, что ты перенесла. Сейчас тебе нужен полный покой и хорошая еда, чтобы ребёнок чувствовал себя хорошо. - Спасибо, Джен, - Элизабет улыбнулась от облегчения, обхватывая свой живот, но тут же поморщилась от усилий, потребовавшихся чтобы выпрямиться и сесть. Она оглянулась на Джона, сидевшего очень тихо всё это время, и выражение его лица заставило Элизабет опустить глаза от чувства вины и смущения. Она всё ещё не совсем пришла в себя от обстоятельств их встречи и пока любой из взглядов, брошенных друг на друга, отзывался беспокойством внутри. Дженнифер, однако, ничего подобного не чувствовала, она была настолько глубоко в режиме врача, что её не смущала немного неловкая тишина и заботило только здоровье пациентов. И когда она убедилась, что больше ничего не может сделать для Элизабет, её внимание переключилось на полковника. Который, по её авторитетному мнению, ещё несколько месяцев не должен был участвовать в таких физически активных операциях. Не то, чтобы она тут не была благодарна ему и его людям за спасение от неожиданных неприятностей. - Джон, как ты себя чувствуешь? - Келлер подошла ближе, вытаскивая свой фонарик и готовясь бегло осмотреть самого строптивого пациента за всю свою медицинскую практику. - Я в порядке, Джен. - беспечно отозвался Шеппард, не желая, чтобы Элизабет, наблюдавшая за ними, волновалась ещё больше, думая чего ему стоил сегодняшний день. Но Келлер только скептически выгнула бровь и встала так, чтобы закрыть его от внимательного взгляда Вейр. - Сколько таблеток викодина ты принял чтобы продержаться без костылей столько времени? - негромко спросила она, проверив его зрачки, и, невпечатлённая результатом, пресекла любые дальнейшие попытки Джона избежать щекотливой темы или отмахнуться от её рук. Шеппард хмурился, но не мог не понимать, что изображать лихого героя и дальше у него не получится - боль в ноге уже была едва терпимой, а наркотики в крови продолжат уверенно сдавать свои позиции. Без помощи Дженнифер ему точно не обойтись. Он просто не хотел сдаваться на глазах Элизабет. - Сколько, полковник? - уже более сурово потребовала Келлер и, услышав цифру, поморщилась. Но Джон встретил её взгляд с воинственностью, предлагающей ей не читать ему бесполезные лекции, когда дело уже было сделано. Дженнифер вздохнула, думая о том, чем ей теперь лечить этого неспокойного и упрямого человека. - Да, ты почувствуешь это, когда действие викодина кончится! - Я переживу. - раздражённо ответил Джон, чувствуя себя крайне неуютно от того, что Элизабет могла слышать их разговор. Он понимал, что последствия его поступка несколько дней будут, в лучшем случае, едва выносимы, а в худшем отбросят процесс восстановления на недели, если не месяцы назад, но Джон не жалел о том, что сделал. Не было никакого шанса, чтобы он остался в стороне от ситуации, когда Элизабет грозила опасность, а его друзья, отправившиеся к Марнавану с визитом, не вышли на связь в положенное время. Он и так считал, что потерял слишком много времени, споря с Лорном за право, если не возглавить операцию по разведке, то хотя бы быть её частью. В конце концов, хромота не мешала ему пилотировать чёртов прыгун! Когда Дженнифер снова показалась в его поле зрения со шприцом в руках, Шеппард отпрянул и сузил глаза, глядя на неё с подозрением. Келлер снова выгнула бровь и холодно усмехнулась. - Это обезболивающее, полковник. Я бы не стала его применять сейчас, будь у меня выбор, но пока ты не сможешь нормально лечь и отдохнуть, мы оба должны вести себя прилично. Джон поджал губы, но закатал рукав, давая ей возможность сделать укол. Шаги и голоса возвращающихся к прыгуну людей отвлекли его от иголок и боли. Шеппард выглянул из-за плеча Дженнифер и медленно встал, когда Родни первым поднялся на борт. - Бабушка Торика оказалась милой старушкой, - лучился улыбкой приободрившийся МакКей, окидывая взглядом их троицу. - Она не только разрешила нам остановиться в доме её семьи, но и пообещала накормить нас! - Идём, - пробасил Ронон, подбирая сумки, кучей валявшиеся в углу и раздавая их свободным мужчинам. - Не знаю как вы, а я хочу поесть и выспаться! - Спасибо, Ронон, но я пойду сама. - Элизабет благодарно улыбнулась, но покачала головой, когда сатедианец потянулся, чтобы поднять её на руки. - Элизабет! - нахмурилась Дженнифер, но Вейр была непримирима. - Мне нужно размять ноги, а то спина уже начинает болеть от долгого сидения. - Мы пойдём медленно, Джен. - пообещал Шеппард, подходя к ним и протягивая руку, чтобы Элизабет могла встать, опираясь на него. Келлер окинула их скептическим взглядом, но спорить не стала. Она только подала Джону костыль, который вложил ей в руку Родни, и Шеппард с благодарностью кивнул. ~////~ - Спасибо, что пришёл за мной. - тихо сказала Элизабет. Их друзья предсказуемо быстро ушли вперёд, весело болтая в предвкушении сытного ужина. Это дало ей и Джону, медленно ковыляющим следом по покрытой росой траве, нечто похожее на уединение. В её голове роились тысячи мыслей о том, что ему сказать, но все казались неуместными в этот момент и Элизабет решила остановиться на самом главном. Джон повернул к ней голову и долгую секунду просто смотрел в зелёные глаза женщины, прижимавшейся к его боку, прежде чем потянуться и тепло поцеловать её в лоб. Им о многом предстояло поговорить, особенно сейчас, когда возвращение в Атлантиду в ближайшее время казалось маловероятным, но это могло подождать. Главное, что она свободна от Марнавана и снова в поле его зрения. И Шеппард был твёрдо намерен проследить за тем, чтобы так оставалось и в будущем. - Всегда, Элизабет. - так же негромко и только для неё одной произнёс он и ответил на её несмелую улыбку собственными приподнявшимися уголками губ. ~////~ Дом, на пороге которого в этот неурочный час их компанию ожидала невысокая старушка, был просторным и добротным, явно рассчитанным на большую семью. Но внутри царило некоторое запустение, свойственное местам, которыми не пользуются в полную силу. Комнаты, на которые им указала сонная молодая помощница по хозяйству, были немного пыльными, но к концу ужина, собранного на скорую руку, на постелях появились свежие простыни, а в ванной был обещан хороший напор горячей воды. И это главное, о чём могла думать Элизабет, чувствуя как всё сильнее наваливается на плечи усталость непростого дня. Она уже приняла быстрый душ и обработала синяки на своём лице и руках мазью, которую дала Дженнифер. От мрачного разглядывания в зеркале результата рукоприкладства Ралана отвлекла хлопнувшая снаружи дверь и звук чего-то, загремевшего по полу. Не нужно казаться МакКеем чтобы догадаться что происходит, достаточно было остаться просто Элизабет. Она не смогла удержать улыбки, подумав о том, кто ждёт её спальне, и губы дрогнули, а глаза засияли от мысли насколько сильно ей хочется его там увидеть. Элизабет посмотрела вниз, на свой живот и легонько погладила упругую выпуклость. - Похоже, наш папочка собирается присматривать за нами в оба глаза, - прошептала она, улыбнувшись своим мыслям немного шире, и, бросив последний взгляд на своё отражение, вышла из ванной. Джон сидел на краю кровати, встрёпанный и настороженный. Он встретил её возвращение, мягкую улыбку и приподнятую бровь выпрямившись и развернув плечи, но в выражении его лица Элизабет не прочла и намёка на нерешительность или опасения, что ему здесь будут не рады. - Я думала, Нания показала тебе другую комнату? Она не собиралась его прогонять, но быстрый взгляд на тактический жилет, куртку и набедренную кобуру, которые Шеппард по-хозяйски сбросил на небольшой диван рядом с её сумками, стоил беззлобного поддразнивания. - Да, но видишь ли, у тебя кровать больше и матрас лучше. - Джон звучал вызывающе самоуверенно, но выглядел очень одиноким и нуждающимся, хотя неплохо это скрывал. Выдавали его только беспокойно переплетающиеся пальцы. Элизабет окинула взглядом постель, на которой он сидел, и признала, что это была действительно впечатляющая кровать, но этого и стоило ожидать от хозяйской спальни. Джон не двигался, наблюдая за выражением её лица, и Элизабет захотелось покачать головой от ожидания, застывшего в его глазах. Он не хотел уходить и готов был сражаться с ней за это право. Им действительно следовало поговорить обо всём как можно быстрее. Но не сейчас. Сейчас им обоим нужно было отдохнуть. - Иди в душ, я оставила тебе немного горячей воды. - протянув руку, Элизабет нежно зарылась пальцами в его волосы и едва удержала смешок, когда Шеппард вскочил на ноги с неожиданным для побитого тела энтузиазмом. - Я быстро, не засыпай без меня, - пообещал он, поцеловав её в щёку, когда пробирался мимо. Элизабет посмотрела ему вслед с улыбкой и, раздевшись, забралась под прохладные простыни, устраиваясь поудобнее. Тихо вздохнув, и бросив взгляд за окно, где сквозь облака пробивался бледный лунный свет, она подумала о том, как много изменилось в её жизни за один день. Ещё утром она проснулась на шелковых простынях в роскошном дворце, будучи замужем за презираемым человеком. А сейчас лежала в чужой постели в незнакомом доме и боролась со сном в ожидании поцелуя на ночь от любимого мужчины. И несмотря на всю боль и переживания, через которые она сегодня прошла, Элизабет чувствовала тёплый прилив сил и оптимизма от мысли о новом дне. Да, возможно Атлантида была для неё ещё менее досягаема чем вчера, но это не казалось сейчас таким уж важным. Услышав как Джон прикрыл за собой дверь, возвращаясь в спальню, его тихий вздох и неровные от хромоты шаги, Элизабет не смогла удержать новой улыбки и подумала о том, что именно этого ей сейчас вполне достаточно, чтобы чувствовать комфорт, безопасность и что-то, очень близкое к счастью. Атлантида, Ганея - всё равно в каком из этих мест она будет жить в ближайшее время. Важен был только человек, рядом с которым она хотела бы просыпаться каждое утро.