6

— Куда дальше? — спросил Доктор у старшего лейтенанта, когда они с Джейн освободили стол от грязных тарелок. — Ожидайте приказа, — отчеканил Шоу, глядя строго перед собой. Он так и простоял над ними весь завтрак, но хотя бы не пошел следом, когда Доктор и Джейн относили посуду обратно на раздачу: "Его что-то беспокоит", — шепнула Джейн спутнику, якобы не нарочно нагнувшись к нему, чтобы положить ложку в ящик для грязной посуды. "Ты невероятно проницательна", — поддел в ответ Доктор также тихо. — "На этой военной базе словно все друг друга ненавидят". "Или боятся". Он кивнул и напоследок вздохнул: "Скучаю по Кастре. Ты была образцовым тоталитарным лидером". Джейн пихнула его локтем под ребра и вернулась к столику, прежде чем солдат заподозрил неладное. Ей пока не удалось передать Доктору звуковую отвертку. Теперь они бесцельно просиживали драгоценное время на жестких стульях. В пределах получаса столовая окончательно опустела. Повара скрылись на кухне, приглушенно переговариваясь о своем, сотрудники разошлись по делам, а Шоу продолжал изображать статую. Безделье не тяготило Джейн – она умела ждать. Чего не скажешь о Докторе, который успел извертеться на все триста шестьдесят, десять раз случайно пнуть Джейн под столом, пятнадцать извиниться и пробубнить под нос половину учебника по ядерной астрофизике образца двадцать третьего века. Примерно на главе о томографическом анализе нуклеосинтеза куполов нейтронных звезд Шоу внезапно спросил: — Вы правда можете это остановить? Доктор моментально прервал спонтанную лекцию. — Остановить что? Солдат оглянулся на выход, затем на камеры под потолком и, низко склонив голову, произнес: — Массовые убийства. Повелители Времени подождали, но продолжения не последовало. В душе Джейн поднялась волна раздражения: раз мальчишка решился, стоило рассказать все прямо, а не стоять с таинственным видом! — Сможем, — заверил Доктор, очевидно, более опытный в общении с подобными сомневающимися. — Только если ты дашь нам информацию. "Он запуган", — поняла Джейн, замечая, как он вцепился в края кителя. — "Полон ненависти, но вынужден подчиняться". — Базу построили за пять месяцев, — быстро сказал Шоу полушепотом. — Нам обещали карьерный взлет и большие деньги, потому что работа опасная: мы должны были следить за ходом эксперимента по управлению сознанием. — Кто инициатор? — тут же спросил Доктор. — Мне не положено знать. — Юнит? Торчвуд? — Юнит распался, — перебила Джейн. — Знает только полковник и... — симпатичное лицо лейтенанта на миг исказила гримаса отвращения, — старший научный сотрудник, Говард. На кухне что-то громко обрушилось, и все трое вздрогнули. — Они что-то сделали с искусственным солнцем, — торопливо продолжил Шоу. — Его излучение должно было повлиять на мозг испытуемых и заставить их подчиняться... тому, кто наверху. — Наверху? — Они не остановятся, — теперь Шоу шептал так быстро, что им едва удавалось разбирать слова. — Говард проговорился, что цель – единовременное покорение целой планеты. — Но Таурус уже... — Не этой! Старой Земли. — Опять?! — зашипел Доктор, и настала очередь Джейн пинать его по ногам. — Наблюдателю важно... Черт! — за дверьми столовой отчетливо раздались шаги, и Шоу протараторил на одном дыхании: — Что-то в их ДНК мутирует! Не дайте себя укусить! — и выпрямился, как струна, снова глядя в пустоту перед собой. Створки распахнулись, ударившись о стены. Широким, уверенным шагом Роберт Говард вошел в сопровождении пятерых солдат. — Шоу! — он на ходу развернул к нему экран телефона, на котором отчетливо виднелось происходящее за столом. — Я же предупреждал тебя. Щеки и уши лейтенанта вспыхнули, от стыда или гнева – неясно. Говард остановил видео, шедшее в реальном времени. Солдаты же замерли позади него полукругом. — Ты испортил сюрприз, Шоу! Я как раз собирался все детально рассказать нашим новым ведущим научным сотрудникам! — Говард возвел очи горе. — Как теперь они оценят по достоинству наши достижения? У тебя мозга меньше, чем у морской свинки, Шоу. Дважды наступить на одни и те же грабли? — ученый рассмеялся. — Быть таким недалеким – настоящее искусство! Джейн показалось, что лейтенант бросится на него с кулаками, однако тот продолжал молча сносить словесные побои. Доктор поднялся из-за стола. — Достаточно. Если ты и твой полковник хотите, чтобы я вам помог разгрести бардак, то переходи к сути. Тот с готовностью кивнул. — Я здесь именно для этого, Доктор! Пройдемте в лаборатории, там вам предоставят абсолютно всю информацию! Его воодушевление подородило у Джейн нехорошее предчувствие. — Прошу, скорее! — нетерпеливо махнул мужчина. — Наш босс с нетерпением ждет встречи с вами после того, как вы поможете нам с одним досадным сбоем. — Он желает встретиться лично? — удивился Доктор и пояснил для Джейн: — Обычно они прячутся до последнего. Солдаты расступились, пропуская его к выходу, а перед Джейн снова сомкнули ряды. По стеклам очков Роберта скользнул резкий блик. — Ваша спутница присоединится к вам попозже. — Я не уйду без нее! — отрезал Доктор, порываясь вернуться, но сразу двое преградили ему путь. — Я разлучу вас всего на пятнадцать минут, — заверил Говард. — Уверяю, она поделится всем, чему станет свидетелем, и это будет быстрее, чем прочтение сорока восьми страниц скучнейшего отчета. Полагаю, вы хотите уйти отсюда как можно скорее? — не дожидаясь ответа, он подал знак военным. — Вас проводят. А я покажу мисс Смит кое-что любопытное и сразу приведу обратно. Шоу, ты с нами. Джейн ободряюще улыбнулась Доктору. Справиться с субтильным Говардом и морально дестабилизированным солдатом ей труда не составит. Доктору ее план явно пришелся не по вкусу, но он позволил увести себя прочь. Оставшись с Инженером почти наедине, Говард шагнул ближе, чем следовало и подчеркнуто вежливо предложил ей свою руку, которую она снова проигнорировала. — Вы так холодны, мисс, — казалось, он ничуть не обиделся. — Вы разбиваете мне сердце отказом! А я всего лишь хотел проявить вежливость напоследок. Неторопливо он потянулся к ее шее, стремясь отвести растрепанные волосы за плечо, и Джейн, не церемонясь, ударила его по предплечью. — Тронешь меня и будешь блевать собственными кишками. Улыбка Говарда из насмешливой превратилась в алчную. Он потер пострадавшее место, на котором скоро расцветет синяк. — Как грубо! Что ж, тогда поторопимся. Снаружи ожидала еще пара военных в тяжелом обмундировании, и по спине Джейн побежал противный холодок. Говард уверенно привел процессию к лифту, затем они поднялись на целых шесть уровней, почти на поверхность. Глянув на наручные часы, ученый предупредил всех об окне в семь с половиной минут и стремительно направился к железным дверям в конце коридора. — Семь минут на что? — спросила Джейн, чувствуя нарастающую тревогу. Солдаты ей не ответили, даже Шоу, который теперь избегал ее взгляда. — До следующей вспышки, — пояснил Говард. — Мы как раз управимся. Пискнул электронный замок, и он первым вошел в просторное помещение, уставленное стеклянными клетками, в которых корчились люди. За ними с датчиками наблюдало несколько человек в белом. Еще ряд пустующих металлических клеток теснился у стен. Очевидно, раньше их тоже использовали, но потом предпочли непроницаемые. — Господа! — голос Говарда эхом отразился от голых стен. — Просьба отойти в зеленую зону, сейчас будет небольшая демонстрация. Ученые немедленно сбежали в защищенный бокс в дальнем конце лаборатории. Внезапно Джейн обнаружила, что стоит перед клетками одна. Говард с охраной переместились к выходу, спокойно взирая на нее. А Шоу... Парень не сводил глаз с одной из подопытных в центральной клетке. На ней еще висел целый медицинский халат, тогда как серая форма местами порвалась и покрылась следами крови и жизнедеятельности. Не обращая на окружающих внимания, она обгладывала собственные пальцы. Еще четверо человек – каждый в своем стеклянном кубе – то бросались на наблюдателей снаружи, то принимались царапать, кусать самих себя, вырывать волосы. У самого крайнего тело деформировалось: суставы выгнулись, спина скрючилась под неестественным углом. Он не мог встать, но продолжал хрипеть и клацать зубами, отчетливо видными за обрывками губ и щек. — Впечатляет, правда? — произнес Говард, но к его воодушевлению примешалась брезгливость. — Это одна из пяти контрольных групп. Нейтринные потоки должны были превратить их в послушных марионеток, а получились уродцы, у которых одно желание: жрать все вокруг. Более того, в их гипоталамусе, помимо необходимого нам процесса, произошла мутация, которая позволяет им заражать других при близком контакте. Это Доктору и необходимо исправить. У Джейн дыхание перехватило от осознания масштабов катастрофы. Проще ударить по планете сотней ядерных боеголовок, чем пытаться справиться с тем, что наворотили эти идиоты! На что только надеялись? — Даже у Доктора на подобные исследования уйдут месяцы! — А мы его поторопим, — выплюнул ученый и подал знак. Тотчас в Джейн уперлись два автоматных дула. Она инстинктивно отступила, ища путь к спасению, но вдруг позади нее раздался щелчок. Стеклянная дверь ударила ее по спине, едва не сбивая с ног. Нечеловеческий хрип пробрал до костей, и нечто повалило Джейн на пол, впечатывая ее голову в бетон. Она со всей силы отстранила существо на расстояние вытянутых рук и с ужасом узнала ту девушку. Когда-то та была красивой... А теперь ее лицо стало месивом. Скрюченные, обкусанные до костей пальцы чуть не впились Джейн в глаза, и та дернулась, пытаясь пнуть, скинуть с себя обезумевшего мутанта. Секунда потери контроля – и мертвец вонзился зубами Джейн в плечо совсем рядом с шеей. Ослепительная, дикая, словно огонь, боль пронзила Инженера насквозь. Прогремела автоматная очередь, и воцарилась тишина, в которой раздавалось только загнанное дыхание Джейн, срывающееся на стоны. Ей казалось, что она ослепла, оглохла, парализована, почти убита. Безжалостный свет ламп прорезал темноту, за ним вернулся остальной мир. Кто-то встал над ней – Роберт Говард, задумчиво разглядывавший результат. — Ты же не умрешь прямо сейчас от шока? — казалось, он тревожился о ее состоянии, даже пощелкал пальцами перед лицом. И Джейн рванулась вверх, мечтая переломать каждый! Но позорно промахнулась. — А, все в порядке! — облегченно выдохнул мерзавец. — Ты меня немного напугала. Поднимите ее! У нас осталось полторы минуты. В паре футов валялось тело. То, что ее атаковало. Окончательно мертвое. Солдаты вздернули Джейн, крепко удерживая подмышки, и ту снова прострелила еще более адская боль, почти оглушая, лишая сил. Она поняла, что висит на чужих руках и засучила ногами, силясь встать. Говард же стоял прямо перед отвернувшимся старшим лейтенантом. — Почему не смортишь? Я думал, ты будешь рад увидеть свою сестру. Ты столько умолял меня отпустить ее! А когда я так и поступил после твоего смехотворного саботажа, ты снова остался недоволен. — Ты вышвырнул ее из бункера под то проклятое солнце! Говард ничуть не смутился. — Я сделал ровно так, как ты просил: выпустил ее. Она могла идти на все четыре стороны! А ты потом снова умолял меня забрать ее и найти лекарство. И я ищу, разве нет? Не моя проблема, что она до него не дожила. — Он развернулся к Шоу спиной, и вот сейчас – Джейн была уверена – тот его пристрелит! Но солдат не сделал ничего. Только бросил на искалеченный труп потухший взгляд и вышел вслед за ученым. Джейн плохо запомнила обратный путь: ее куда-то волокли по коридорам и лифтам. Плечо продолжало пылать, от него по венам стекал жар, и это был очень страшный симптом! Придись укус ниже, Джейн без раздумий отрезала бы себе руку! Ее втолкнули куда-то, и без опоры она попросту рухнула, едва не распластавшись на полу. Холодный кафель, стерильный запах... Раздался звон битого стекла. Затем ставший ненавистным голос: — Аккуратнее с реактивами, их немного. Мои подчиненные уже должны были ввести тебя в курс дела, так что можешь приступать. До необратимых повреждений мозга обычно от четырех до шести часов. Как видишь, я человек слова: прошло ровно пятнадцать минут. Очередной щелчок закрывшейся двери и писк заблокированного замка. Усилившийся шум вентиляции. Джейн скорее почувствовала, чем узнала перед собой стоявшего на коленях Доктора. — Джейн, что они... Глаза обожгло, и Инженер моргнула. Тотчас картинка стала четкой. Доктор провел большим пальцем по ее щеке, стирая холодный след. Неужели она плакала? Снова? Он бережно спрятал ее в объятьях, и Джейн навалилась на него всем весом, не в силах больше выносить этот ужас в одиночку.

***

Безымянные звезды! Все квазары Кастерборуса! Великие Пифии! — мысленно Доктор взывал к каждой, чтобы происходящее перестало быть правдой. За стеклом изолированной лаборатории за ним неотрывно следил Роберт Говард. Позднее присоединился полковник. Для себя Доктор решил: эти существа, недостойные называться людьми, не увидят рассвет. Первым делом он смел с одного из столов абсолютно все, включая дорогое, но бесполезное сейчас оборудование. С той стороны стекла разразились возмущениями, только вмешаться не посмели. Доктор аккуратно уложил на стол Джейн. Она дрожала – от страха, боли, распространяющейся инфекции. Почти стучала зубами и избегала смотреть ему в глаза. Глупая! Кому избегать взгляда, так ему! За то, что позволил этому случиться с ней! С последним Повелителем Времени, невероятной, хрупкой, словно ядро атомной бомбы, женщиной. Его руки мелко тряслись, когда он резал ножницами ворот ее кофты. Рана выглядела ужасно. За почти тысячу лет Доктор видел слишком многое, и будь на месте Инженера кто-то другой, он, возможно, не стал бы бороться. — Все плохо? — выдохнула она, читая его, как раскрытую книгу. — Ты будешь в порядке, — солгал он. — Сейчас я промою рану, а потом займусь... — Это моя последняя регенерация. Он не сразу осознал услышанное. Три полных секунды – драгоценных секунды! – Доктор смотрел на нее с непониманием. Джейн виновато улыбнулась уголком губ. — Вот так, герой. Лучше уходи. Куда ему теперь идти? На какой край Вселенной? В какую эпоху? Даже если стереть память, сердца будут помнить, потому что все зашло слишком далеко. — Ты не умрешь, — пообещал он. — Не здесь, — и прижался губами к горячему лбу Джейн – все, что он мог себе позволить. Она закрыла глаза. И открыла лишь после того, как он закончил с перевязкой. — Постарайся не двигаться, — велел Доктор и вплотную занялся исследованием дряни, которая пожирала Инженера заживо. Она не послушала, как всегда! Доктора раздражала эта ее черта: действовать без оглядки на собственную жизнь, быть настолько преданной и бесстрашной, что перехватывало дыхание. Ее неподчинение, свободолюбие, вера и самоотдача – как же он сходил с ума, когда Инженер вперед него мчалась навстречу опасности, защищая тех, кто доверил ей свои жизни! Потому что это он – Он! – должен был встречать врага лицом к лицу и первым пасть, чтобы другие могли спастись. Чтобы она могла спастись. Ему на плечо легла узкая, почти невесомая ладонь. — Ты разбил отличные приборы. У меня на уцелевшие запчасти кое-какие планы, справишься с вакциной сам? — Планы?! — он оторвался от микроскопа. — Какие могут быть планы, кроме спасения твоей жизни? — Например, свалить отсюда, — прошептала она и с тяжелым вздохом уткнулась лбом ему в плечо. — Я верю в тебя, герой. Вопреки, черт возьми, всему. Он со щелчком сменил объектив на более мощный. На предметном стекле растеклась капля крови безымянного подопытного. Кровь Джейн Доктор тоже, разумеется, взял сразу и планировал брать каждый час, чтобы отслеживать динамику. Но вслепую извлекать вирус из без того сложной галлифрейской ДНК было так же глупо, как пытаться рыболовной сетью вычерпать микропластик из океана: теоретически возможно, но времени уйдет несоизмеримо больше. Поэтому он решил сначала понять, с чем имеет дело, раз мальчишка-солдат дал ему подсказку. И спустя сорок пять минут ему это удалось. Только... — Это не вирус, — Доктор потрясенно обернулся к мирно сидящей за столом Джейн. Она закончила пайку тоненького проводка с помощью звуковой отвертки и приподняла голову. По ее щее уже ползли фиолетовые вены, а кожа вокруг закрытой повязкой раны отекла и покраснела. — Бактерия? — предположила она, часто моргая от яркого света. — Прион. Ее бледные сухие губы сложились в аккуратное "о". — Уверен? — Абсолютно. — Доктор указал ей на новое предметное стекло под микроскопом. — Я сопоставил два образца от одного донора: до и после заражения. Отчетливо выделился мутировавший белок – скорее всего поврежденный излучением – и по цепной реакции мгновенно перестроил нормальный белок в себе подобный. На экране, — он указал на ноутбук, — запущу повтор. Посмотришь? Она качнула головой и вернулась к своему занятию. — Это просто неправильно сложенный кусок вещества, — продолжил говорить Доктор в пустоту, — который бесконтрольно повреждает соседние. Но как они заразили тебя? Наша клеточная структура во много раз более устойчива. — Значит, есть что-то еще. Мутаген, ты же слышал. Доктора ее равнодушие внезапно вывело из себя. — Тебе совсем плевать на свою жизнь?! С твоим опытом дело ускорится в разы! Она зажала плоскогубцами металлическую скобу у основания прозрачной колбы. — Во-первых, я биохакер, а не вирусолог. Во-вторых, в таком состоянии не смогу делать два дела одновременно. Это, — она показала на груду металла, пластика, стекла и проводов на столе перед собой, — тоже охренительно важно. — Дай мне отвертку, — Доктор нетерпеливо протянул раскрытую ладонь. — Мне нужно быстро понять, с чем я имею дело, а этот хлам выдает по анализу в час. Джейн посмотрела на свой браслет, и Доктор моментально понял ход ее мыслей, а потому мгновенно оказался у ее стола и обхватил запястье Инженера. — Даже не думай тратить артронную энергию. Сейчас именно она помогает твоему телу бороться. Джейн высвободилась, затем все же отдала ему звуковую отвертку. Стоило ему отвернуться, как она сгорбилась над столом, закрыв лицо.

***

Снова звон, скрип сопротивляющегося металла, треск пластика: Доктор пересобирал детали анализаторов, безжалостно выпотрошив их до нутра. Джейн искоса наблюдала за ним, почти забыв про груду деталей и проводов перед собой. Движения дерганные, нетерпеливые, вздувшиеся вены на шее и виске, закатанные до локтей рукава, напрягшиеся мышцы под кожей, когда он с силой вырвал аккумулятор из гнезда, а затем погрузил руки по локоть в корпус стерилизатора. Джейн понимала где-то в подсознании, что реагирует неадекватно, но прионы действовали безжалостно. Ее начал охватывать голод.

***

В консольной ТАРДИС царил полумрак, когда машина времени перешла в режим ожидания. Марта намотала по ней не один километр, не выпуская из рук наручные часы, которыми изредка колотила по ладони. Поначалу она запиналась об устроенный Доктором бардак и ругалась, не стесняясь в выражениях, потом распихала механизмы и коробки по углам. Под защитой от смертоносного солнца она быстро восстановилась не без помощи пары капельниц, запаса шоколадных батончиков и четырех литров воды. Ей пришлось вспомнить каждый прочитанный учебник, чтобы привести себя в более-менее работоспособное состояние. Она гордилась собой, потому что изначальные показатели выглядели настолько плохо, что на Земле ее бы ввели в искусственную кому. К счастью, во время путешествий с Доктором Марта постоянно училась, наблюдала, записывала и запоминала каждую деталь, которая могла бы помочь ей вытащить с того света подстреленного стрелой, отравленного, проткнутого викторианским ножом для писем Повелителя Времени. Какое-то время на особенно навороченном оборудовании из сто-какого-то века в медотсеке даже висели разноцветные стикеры с краткими характеристиками. Доктора ее потуги поначалу забавляли, а потом он проникся и принялся увлеченно объяснять особо сложные процессы. — Роза никогда таким не интересовалась, — сказал он однажды между делом, и Марта чуть не ляпнула в ответ: "Значит, я лучше Розы?". Разумеется, за жалкие месяцы она не стала экспертом в инопланетных технологиях, но сегодня упорство и кропотливый труд спасли ей жизнь. Сделав очередной круг по залу, Марта посмотрела на часы. Секундная стрелка неслась вперед, приближая к неизбежному. Последние пять минут Марта простояла у дверей, молясь, чтобы те распахнулись и впустили улыбающегося – или хмурого, озадаченного, изумленного, да какого угодно! – Доктора. И Джейн, разумеется. Марта искренне считала ее своим другом. Она уже достаточно выросла, чтобы не делить с кем-то мужчину, как игрушку в песочнице. В конце концов Доктор тоже взрослый мальчик, пусть и инопланетянин, и раз за время их головокружительных приключений увидел в Марте только верного товарища, она сможет это принять. Может быть, ей пора остановиться? У нее на Земле осталась семья, и будет несправедливо по отношению к ним бесследно исчезнуть в космосе на годы и вернуться как ни в чем не бывало изменившейся до неузнаваемости, когда для них прошла всего пара дней. Это Доктор – почти бессмертный – мог позволить себе играть со временем. У Марты не было подобной привилегии. Она снова посмотрела на часы и поняла, что пора. У ее ног лежала сумка с первой помощью, пакетами глюкозы, стерильными шприцами, пистолетом для Джейн с дополнительным магазином и мелочью, которая могла бы пригодиться в случае побега: шокер, кусачки, транквилизаторы, газовый баллончик, три компактные кислородные маски из инопланетной Атлантиды, протеиновые батончики и бутылка воды. Прежде чем вернуться к консоли, где Доктор так и не стер надпись с ротора, она неслышно приоткрыла дверь и выглянула наружу. Не бегут ли к ТАРДИС опаздывающие Повелители Времени? Слепящий свет ударил по глазам, несколько бесцельно бродящих мертвецов развернулись и неуверенно качнулись в ее сторону. Марта тотчас захлопнула дверь и бегом бросилась к кнопке. "Найти Доктора" – гласил яркий стикер, подписанный его рукой. — Держитесь! Я иду на помощь! Марта вдавила кнопку до упора, и ТАРДИС ожила, заворчала, вспыхнула огнями и плюнула в Марту искрами. Та не успела удивиться столь теплому приему, как машина времени переместилась. Не раздумывая, Марта бросилась к выходу, распахнула обе створки разом и... потрясенно застыла. Знакомая улица, прохладный пасмурный день, красный в полоску соседский Мини с ретро фарами, шокированный ребенок на самокате. И ее, Марты, дом. Не веря глазам, она обошла ТАРДИС кругом и вернулась внутрь, затем снова вышла и... осела прямо на влажный после лондонского дождя асфальт. Он ее обманул.

***

"Мы опоздали", — подумал Доктор. — "Зато Марта теперь в безопасности". Только что его новый аппарат закончил серию тестов, но не пришел ни к чему. Три с лишним часа оказались выброшены впустую. Данные по контрольным образцам и крови Джейн противоречили друг другу. Сколько бы он ни пропускал нити ДНК через мембрану, результат выходил абсолютно нелогичный: количество атипичных генов у Инженера кратно превышало схожие у людей. И дело было не в ее происхождении. Как бы Доктор ни бился, он не мог понять, что не так с молекулами! Нуклеотидные цепочки словно пересобирались, более того, один и тот же образец в пробирке менялся со временем! Это была чистая мутация в реальном времени, как и предупреждал Шоу. Но откуда?! Повелитель Времени прошипел под нос ругательство и выбросил испорченные образцы в мусорку. В центрифуге оставался еще один подготовленный для анализа. Имел ли он смысл теперь? — Все грустно? — раздалось позади. Джейн продолжала паять, раздобыв допотопный аппарат, и в замкнутом пространстве уже довольно давно воняло припоем, канифолью и жженой резиной. А еще спиртом, ацетоном и реагентами. Под рукавом на локте Джейн выделялось уплотнение: повязка в месте, откуда Доктор в последний раз сцедил пробирку вязкой бурой крови. — Что, во имя Безымянной звезды, ты делаешь? — потерял он терпение. — Может, поможешь спасти тебя? — Нет. — Джейн... — Нет. — Отрезала она жестче. И призналась: — Я не могу. Уже не могу. Ее безжизненный, выцветший тон заставил таймер в голове зазвучать еще громче. Джейн бледнела на глазах, роняла голову на сгиб локтя, пока остывал припой и шли настройки ее изобретения. Говард сказал, от четырех до шести часов. Наступал рубеж, а Доктор не был к нему готов! — Что ты чувствуешь? Тебе больно? Он уже спрашивал, и каждый раз ответы становились все короче. — Нормально. Вернись к работе. Не в силах больше выносить это, измученный напряжением и беспокойством, Доктор приблизился к Джейн, намереваясь предложить ей сменить повязку на плече или хотя бы попить воды, но она внезапно махнула раскаленным паяльником, не позволяя ему подойти. — Не приближайся! Паяльник ходил ходуном. Джейн, словно пьяная, тяжело дышала сквозь зубы и прожигала Доктора взглядом исподлобья. — Не представляешь, как я хочу... — она оскалилась, не сводя глаз с его беззащитного горла, — оторвать от тебя кусок. Этот голод... как пытка. Удушье. Как муравьи во внутренностях. Мой мозг... вопит о том, что я должна тебя сожрать. И тогда, — она втянула воздух, будто бы сквозь химикаты могла почувствовать его запах, — наступит настоящее облегчение. Некоторое время Доктор хранил молчание. Параллельно его разум просчитывал варианты, искал лазейку, причину, следствие. Будь у него ТАРДИС, он бы запустил сложные симуляции, на которые не способны предоставленные ему компьютеры. Джейн вернулась к своему изобретению. Теперь она присоединяла к громоздкому монстру камеру высокого давления. Ее поведение вызвало волну возбужденния у наблюдателей по ту сторону стекла. Ученые налипли на него, будто любопытные дети, впервые увидевшие шимпанзе, и строчили что-то в планшетниках, воодушевленно переговаривались и активно жестикулировали. Доктор взял из центрифуги помутневшую пробирку. Еще три с "сырой" кровью оставались в холодильнике. Раз идея с расшифровкой ДНК провалилась, он хотел заглянуть глубже. Возможно, ответ скрывался не в самом микропластике, а в его атомах. Тогда ему понадобится масс-спектрометр, который Марта вместе с сумкой забрала в ТАРДИС! Оставалось электричество. Он осмотрелся, выискивая наиболее подходящий для основы прибор. И вновь ему пришлось в кратчайшие сроки изобретать велосипед. Запихнув пробирку в подвевший его прибор, Доктор выпотрошил рентген-анализатор, скотчем примотал к нему секвенатор для чтения кусков гена, размером с пачку печенья. ПЦР-бокс лишился нагревательного элемента, от него Доктору нужна была только флуорисцентная камера с сенсорами. Туда же отправился лазер, определяющий массу атомов. Последним – про что Доктор едва не забыл – встал термостат. Удовлетворенно оглядев творение, напоминавшее упорядоченный хаос, он подключил его к компьютеру, настроил программу и подал ток. Файервол попытался возмутиться, однако звуковая отвертка бесцеремонно снесла его и перекодировала нужные данные. С нарастающим волнением Доктор поместил внутрь аппарата контрольный образец и запустил. Теперь у него было тридцать пять свободных минут на то, чтобы поразмыслить, на какую хрень он только что потратил последние три четверти часа. В наступившей тишине он не сразу осознал, что не слышит Джейн. Словно очнувшись он кинулся к неподвижно сгорбившейся спутнице. — Джейн, ты со мной? Она не моргала, почти не дышала, пялилась вперед, и когда Доктор проследил за ее взглядом, то его окатило ужасом. Голой ладонью она сжимала раскаленный паяльник. — Вколи мне обезболивающее, — прохрипела Джейн. — Самое... сильное. Доктор кинулся к шкафу с медикаментами, разворошил полки, сметая ненужное прямо на пол, и услышал тяжелый удар, за ним стук: Джейн лежала на ледяном кафеле, рядом валялся блок питания паяльника, утянутый за шнур вместе с ней. Она даже не прикрыла голову во время падения. Словно безжизненная кукла, но каждая ее мышца напряглась до предела. Доктор бросился к ней с нужным лекарством и прощупал вену на предплечье. — Тебе нужно расслабиться, иначе я не смогу ввести препарат. Она замотала головой. — Джейн, прошу, — Доктор успокаивающе коснулся ее щеки, хотя у самого внутри все сворачивалось узлом. Из ее горла вырвался полурык-полувсхлип. — Мне больно! Как же больно! — закричала она и ударилась затылком об пол. — Больно!! Второй удар пришелся на руку Доктора, которую тот успел подставить. Ему ничего не оставалось, как вколоть ей весь шприц прямо в шею. — Сейчас будет легче. Борись. Пожалуйста, борись, Джейн, я умоляю тебя! Он в отчаянии посмотрел на таймер, и тот показал еще тридцать минут. Доктор прижал к себе бьющуюся в припадке Джейн, а та продолжала молотить ногами и руками. Паяльник отлетел куда-то вместе с куском кожи, и теперь на всем, куда попадала раненая ладонь, оставалась темная кровь. Почуяв ее, Джейн заскулила и вонзилась в губу с такой силой, что моментально прокусила насквозь. Доктор тут же сжал ее челюсть, не позволяя раскрыть рот и снова грызть себя. Он подумал, что так выглядит его персональный ад. Хуже всего: что бы он ни предпринял, их обоих с большой вероятностью скоро убьют. Доктор с ненавистью посмотрел на невозмутивного полковника за пределами лаборатории. А время, насмехаясь, вовсе остановилось.

***

Джейн пошевелилась, и Доктор чуть ослабил хватку. Она успокоилась восемь минут назад и просто лежала, прижимаясь щекой к его груди. Доктор не рисковал двигаться, так и оставшись сидеть на полу спиной к холодильнику. Даже не перебинтовал ее раненую ладонь. Два пустых шприца с седативным валялись сбоку. Когда они выберутся... Если они выберутся. Доктор запрется в ТАРДИС на месяц и будет спать. Джейн постелит рядом, чтобы не сбежала. Просто спать. Есть. Снова спать. Возможно, выпивать трофейное вино. А, у него же еще есть бассейн! Тогда можно прерываться на плавание. И снова спать. — Вы изучали мимиков? — спросил он в ее макушку. Инженер дернулась. — Зачем тебе? — голос стал едва слышным, но хотя бы перестал срываться. — В их генах было что-то необычное? — Скрытые ретротранспозоны в ДНК, — с трудом выговорила она, подумав. — Я нашла записи в одном из файлов... своих файлов. — Прыгающие гены? Она кивнула. Запищал медицинский франкенштейн. — Прости, мне нужно глянуть на результат, — Доктор поцеловал ее спутанные волосы и аккуратно опустил Джейн на пол. Пока он просматривал отчет на компьютере, Инженер села и оперлась на ту же дверь холодильника. — Удалось найти что-то? Доктор неопределенно промычал пару общих фраз, хотя на самом деле его окатило парализующей волной понимания. Теперь все сегменты головоломки встали на места: и мутации, и агрессивные прионы, и атипичные сегменты в геноме! Прионы появились не из-за нейтронной бомбардировки! Всему виной оказалась неправильная иРНК, которая пересобирала белок с ошибками из-за ключевого, едва заметного на приборах изменения: место азота в ней занимал селен. Доктор свернул файл. Как ему за жалкий час обратить этот процесс вспять? Как?! Во имя всей Вселенной, что ему делать?! Позади раздался сухой смешок. Джейн тихо посмеивалась, прикрыв здоровой рукой ту половину лица, по которой змеились вздутые сосуды. — Все плохо, да? Не отвечай. От тебя фонит отчаянием. — Я спасу тебя. — Отстань, — она убрала руку, обращая на него налитый кровью глаз. — Пообещай, что сделаешь, как я скажу. — Время еще есть. — Тебе приказывает Лорд-Президент. — Веселье покинуло ее. Осталась только неподъемная усталость. — Запустишь ту штуку, и она притянет к тебе ТАРДИС. Работает на том же принципе, что и... А, спойлер... В общем, притянет. Я настроила ее на улавливание артронной энергии. — Я не брошу тебя. — Помолчи. Еще одно. — Она перевела дыхание, собираясь с силами. — Я знаю, ты не хочешь спасать мою дочь. — Джейн... — Я не прошу тебя это делать! — крикнула она, и голос надломился. Ее душили слезы. — Просто узнай ее имя. И похорони. Где-нибудь в спокойном месте.

***

Сколько может выдержать человек? А Повелитель Времени? Доктор всегда считал себя сильнее других живых существ, но теперь его разрывала изнутри невыносимая, судорожная боль. Два образца лежали в мусорке с остальными разбитыми вдребезги пробирками. Оставался последний. Джейн тихо напевала галлифрейскую колыбельную, повторяя ее снова и снова, как бесконечный цикл, уроборос, слияние начала и конца.

Будет мирной и спокойной ночь,

Все тревоги пусть уходят прочь.

В иной ситуации песня давно бы вывела Доктора из себя, однако сейчас, пока она звучала, Джейн оставалась в сознании.

Звезды охраняют нас сейчас,

Кутаются в облачный атлас.

Шел шестой час с момента ее заражения. Все могло полететь в пропасть в любую секунду.

Ты не бойся, милый, засыпай,

Я буду с тобою...

Баю-бай. Центрифуга остановилась, и Доктор вытащил пробирку с разделившимся на две фазы содержимым. Оставалось капнуть верхний компонент на предметное стекло с кровью Джейн и наблюдать за реакцией. Мысленно вознося молитвы, Доктор приник к окуляру. И в первые секунды процесс пошел успешно! Но всего через несколько мгновений прионы с яростью вонзились в здоровые вакцинированные клетки и выпотрошили их. Доктор схватил микроскоп и швырнул в наблюдателей снаружи. Закаленное стекло выдержало без единой трещины. Полковник разочарованно покачал головой и сказал что-то Говарду. "Подождите немного", — прочитал Доктор по его губам. — "Она еще жива, а у него есть заготовки. Пристрелить всегда успеем". Заготовки. Вдруг все дело в исходном материале? Доктор схватил резиновый жгут и перетянул плечо выше локтя. Песня прервалась. — Что ты..? Он предупреждающе рыкнул, зубами удерживая конец жгута, и свободной рукой вонзил длинную иглу в вену. Шприц быстро наполнялся кровью Повелителя Времени. Закончив, Доктор согнул руку в локте, не заботясь о перевязке, и бросился к своему аппарату. Ему всего лишь нужно было выделить некоторые отличительные для его расы цепи, запрограммировать белки и надеяться. — Я говорил, что мне нравится твой голос? Без шуток. — Не дождавшись ответа, он позвал, не оборачиваясь: — Джейн? Пой, пожалуйста. Развлекай меня, пока я спасаю тебе жизнь. Снова ничего. "Тридцать пять минут" — показал таймер, который Доктор возненавидел всей душой. Закончив, он обернулся и немедленно бросился к ней. Джейн снова лежала на полу, одержимая мелкой дрожью. Упав на колени, Доктор притянул ее к себе. — Еще немного... Я должен был раньше сделать это, прости, прости, прости... Укачивая, как маленького ребенка, он все шептал ей на галлифрейском. Рукав пропитывался кровью, но ему было все равно. "Двадцать пять минут". Обратные отсчеты! Он терпеть их не мог! А еще возомнивших о себе безмозглых существ, заигравшихся в Бога. Если бы можно было навсегда искоренить зло, он бы стер половину Вселенной, а потом самого себя, потому что чувствовать эту вину становилось невыносимо! Он не спас Галлифрей, множество других планет и целых звездных систем, Розу, мальчишку из Кастры, Феликса. Не спас Таурус. Не спас Джейн. "Двадцать минут". Она забилась в его объятьях, с рычанием вырываясь и отпихивая изо всех сил. — Беги! — заорала она. — Дурак, убирайся!! "Девятнадцать минут". — Я не хочу... причинить тебе... вред... И он понял, что это конец. Настоящий конец. Джейн свалилась на пол, до треска сжимая одежду в кулаках. И тут Доктор заметил браслет на ее запястье. Разбираться с замком не было времени, и он сломал его отверткой, затем нацепил на себя. Длины не хватило, чтобы замкнуть его, а Доктор слишком смутно представлял, как работала эта авторская технология! Поэтому он попросту приплавил края к коже направленным звуковым импульсом. Чудовищная боль дезориентировала, но она была ничем по сравнению с той, что испытывала Джейн. Доктор направил трясущуюся руку с браслетом на гудящую машину и коснулся его кончиком отвертки. Таймер замер, а потом цифры принялись сменяться с немыслимой скоростью. За эту пару мгновений Доктору казалось, что через него прошла вся Временная Воронка, распотрошив его на лоскуты. Глядя сквозь черную пелену на таймер, он дождался нуля и сорвал браслет. Оборудование искрило и дымилось. Вокруг мерцали искры свободной артронной энергии. Доктор едва не повалился на лабораторный стол, но смог собраться и вытащить пробирку. Схватив первый попавшийся шприц, он набрал в него содержимое в направился к Джейн. Та, увидев его, взвилась на ноги, будто не было наполненных агонией часов, и с ревом кинулась. Доктор поймал ее и крепко прижал к себе, со сводящим внутренности удовлетворением чувствуя зубы на своей шее, затем вогнал шприц в основание ее черепа и впрыснул все до капли. Джейн одеревенела. А потом потеряла сознание. Придержав ее под спину, Доктор нажал кнопку на устройстве призыва ТАРДИС, а потом бережно поднял Инженера на руки. Двери лаборатории распахнулись, впуская солдат с оружием наготове. — Убейте их, — велел Говард. — Все данные изъять с жестких дисков. Опасная усмешка исказила красивое лицо Доктора. На них с Джейн обрушился град пуль, но ни одна не достигла цели – силовое поле ТАРДИС уже окружило их, хотя сам корабль лишь готовился появиться. — Ваш хозяин не сказал вам одну важную вещь, — произнес он в наступившей тишине. — Я не просто последний Повелитель Времени. Я тот, кто уничтожил множество миров, включая собственный. И я не прощаю посягательств на жизнь дорогих мне людей. — Стреляйте! — рявкнул полковник. Было поздно: синие стены ТАРДИС материализовались вокруг Доктора и Джейн. А потом машина времени исчезла вместе с ними.

***

Прошло несколько часов, за которые Марта успела понажимать на все кнопки, подергать рычаги, попинать консоль и поуговаривать затихшую ТАРДИС. Теперь она сидела на ступенях и думала, что сделает с обманщиком, когда его встретит. То, что она достанет Доктора из под земли, Марта не сомневалась. Даже если ей придется караулить его драгоценную машину времени всю жизнь! Кто-то постучал, вырывая ее из размышлений. "Полиция?" — испугалась Марта и тут же одернула себя. Когда это она боялась полиции? Тем более, в полицейской будке. Решительно распахнув дверь, она увидела приятного улыбчивого мужчину, который после паузы спросил: — Джейн? — Ты знаком с Джейн? — воскликнула Марта. Незнакомец прищурился, но обворожительно улыбаться не перестал. — Виделись пару раз. Я друг Доктора, капитан Джек Харкнесс. Марта окинула его оценивающим взглядом. — Точно друг? — Лучший! — Почему тогда я о тебе не слышала? Джек замялся. — У Доктора... странные представления о дружбе. — Это правда. Еще сомневаясь, Марта вышла из ТАРДИС и плотно закрыла за собой дверь, чтобы случайно не вошел даже самый лучший друг. Ключ как обычно покоился у нее на шее под майкой. — Марта Джонс. — Очень приятно, Марта, — Джек пожал ей руку. — А где Доктор? Она помрачнела. — Долгая история. Мы случайно оказались на планете с искусственным солнцем, но оно плавило мозги, и Доктор велел мне оставаться в ТАРДИС, которая в какой-то момент просто перенесла меня сюда. — Надо же! — удивился Джек и подал кому-то знак. — Я в последний раз видел его вместе с Джейн. Насторожившись, Марта заглянула за угол ТАРДИС и заорала на отшатнувшегося от неожиданности Джека: — Ты военных сюда притащил?! Имей в виду, — она стремительно отступала к двери, — я никому не позволю войти! — Ты все не так поняла! Да опустите же оружие! — велел Джек четверке солдат, на которых уже пялились со всех сторон зеваки. — Мы из Торчвуда и... Фонарь на крыше ТАРДИС вспыхнул, и та со скрежетом, мигнув, растворилась в воздухе. Миг Марта пялилась на то место с раскрытым ртом, затем развернулась к разочарованному капитану. — Из-за тебя я упустила Доктора. Если с ним что-то случится, ты пожалеешь. Говори, как вы отследили его корабль! Джек приглашающе указал на припаркованный у обочины черный джип.

***

Доктор взирал на военную базу через мониторы в консольной. ТАРДИС зависла на высоте восьми километров среди перистых облаков. "Открытие замков приведет к снятию протоколов безопасности. Подтвердите приказ". Доктор коснулся всплывшего окошка. Несколько секунд – столько понадобилось, чтобы через распахнувшиеся ворота хлынула толпа мутирующих обезумевших. Повелитель Времени наблюдал, как обрываются тросы лифтов под натиском тел, и те падают в шахты, постепенно заполняя собой коридоры. Распахнулись все клетки, все до единой двери. Он дождался, пока не умрет последний человек на базе – им стал Роберт Говард, забравшийся в вентиляцию. Но и его настигла смерть: не рассчитанная на такой вес железная труба обрушилась прямо на толпу мертвецов, и визжащего от страха Говарда разорвали заживо. Прервав трансляцию с камер, Доктор увел корабль в войд. На панели высветилось предупреждение о движении в медотсеке, куда он немедленно направился. Там, подключенная к аппаратам жизнеобеспечения, спала Джейн. Предстояло провести еще много тестов, но прямо сейчас Доктор мог с уверенностью сказать, что эту ночь она проведет спокойно. А о последующих он позаботится. Оставался еще загадочный организатор экспериментов, чье вмешательство и повредило искусственное солнце. За ним стояли мимики. — Милая, не бойся, засыпай, — тихо напел Доктор, присаживаясь на край постели Джейн. Ее пальцы оказались ледяными, и он согрел их дыханием. — Я буду с тобою. Баю-бай.