Глава 3. Полночь.

Расписанные по углам золотыми вкраплениями стены приветливо встречают мирно вплывающую во дворец Кейт. Благодаря умиротворённой композиции на фоне, а также прекрасному аромату роскоши она теряет последние крупицы бдительности и проходит вглубь здания. В сердцевине помещения поставлен прямоугольный стол из тёмного дуба. Точно всего вышеперечисленного было мало, в противоположном конце стола сидит мужчина, нижняя половина лица коего скрыто белой маской. Девушка удивлённо выдыхает, оглядывается вокруг себя и садится напротив него, смущённо заправляя свои рыжие локоны. Она молча складывает руки на колени, отводя взгляд чутка вбок; дабы не смотреть в сторону человека, что в данную секунду так откровенно рассматривает её, опираясь на скрещённые пальцы. Между ними повисает неловкое молчание, ведь никто из присутствующих не осмеливается начать диалог в период ожидания яств. Прервать неловкую тишину первой решает Кейт, стараясь начать беседу незамысловатым способом – поздоровавшись. Отчаянно краснея, всё же произносит слова приветствия, после чего спрашивает о положении дел мужчины. Тот лишь тяжело вздыхает, откидываясь на спинку стула, кладя руки на подлокотник и закидывая ногу на ногу. Только он опёрся скулой на кулак, как услыхал на кухне затишье возни. Поняв, что скоро им принесут съестное, не стал продолжать разговор, введя собеседницу в ступор следующей фразой: -Думал я, что не задаёт таких поверхностных столь проницательная, как мне казалось, особа. Уж я научу вас манерам, мадмуазель. Ни привета, ни ответа; ещё и глазами недобро сверкает из-под чёлки. Сейчас Кейт желает провалиться под землю от настолько искреннего упрёка и двусмысленности фразы. Прямолинейность его весьма удручает, но она не успевает огорчиться, так как видит слуг, несущих в руках металлические подносы со съестным и напитками. На них стояли тарелки с относительно малым количеством еды. Судя по всему, Каин не желает откормить зазнобу, хоть и оставлять её без пищи было бы слишком негуманно, вот и придерживается золотой середины, хмурясь и отгоняя непрошенные мысли ладонью. Часть кремовой массы неизвестного десерта плавно отлипает от целого куска, и дева захватывает губами чайную ложку. Повертев сладость на языке, чувствует необычный, но до боли знакомый вкус, узнаёт любимое лакомство детства и причмокивает от удовольствия. Она так увлечена качеством, что даже не замечает запачканный уголок губ, продолжая наслаждаться изысканным угощением. Мужчина встаёт со своего места и, словно плывя по воздуху, идёт к соседнему краю стола, где сидит Кейт; берёт её двумя пальцами за подбородок, аккуратно разворачивая лицом к себе. Она, прервав трапезу, недоумённо смотрит в бездонные радужки, заполненные туманом. Их обладатель ухмыляется, склоняясь чуть ниже, а затем снимает маску и слегка отпускает нижнюю челюсть, обнажая свои белоснежные клыки. Поняв намёк, девушка решительно придвинулась к нему навстречу, хихикнув как-то по-детски. Сомкнувшись губами с возлюбленной, Каин начал постепенно вырывать инициативу, оставляя волю над поцелуем себе. Язык буквально успел пройтись по каждому ряду зубов, чуть ли не заползая в глотку, от чего Кейт прикусила его, поперхнувшись. Мужчина оказался не из робких и в ответ прокусил губу девы до крови, слизывая выступившую каплю. Пришлось ей запустить свою элегантную ручку в его взъерошенные волосы и оттянуть голову нерадивого властителя, немного вскрикнув от боли. Он полностью успокоился, томно глянув на объект обожания: прокушенная губа вся в крови, сбитое дыхание, от чего изо рта чуть ли не пар клубом бежит, полуопущенные веки, да всё это вкупе с начавшим свой эффект снотворным. Причиной малого количества еды стал усыпляющий препарат: внутри странного десерта его было до такой степени много, что даже небольшая доза могла вырубить человека мгновенно, но Каин прекрасно осведомлён о слабой чувствительности девушки к различным медикаментам, поэтому приказал поварам забыть об осторожности, добавив столько, сколько понадобилось для усыпления здорового коня. Дабы ослабить бдительность Кейт мужчина подготовил парочку второстепенных блюд, спокойную мелодию и неизведанную для молодой девы тему. Близость с человеком противоположного пола являлась для неё не таким знакомым аспектом жизни, как могло показаться изначально. Она хотела лишь позабавиться, «сблизившись» с состоятельным красавчиком. К сожалению или к счастью – данное намерение обернулось ей же боком. Сейчас она еле стоит перед расплывшимся в лисьей улыбке человеком, что раскрыл свои объятия, подхватив бессознательное тело возлюбленной. Единственной речью его после случившегося был тихий-тихий шёпот: «Милая. Не отпущу». Накрыв её покрывалом, которое принёс дворецкий, да чмокнув в рыжую макушку, Каин понёс Кейт в неизвестном направлении. В тишине коридора отчётливо слышны строгие и размеренные шаги. Вокруг, помимо кромешной тьмы, не виднелось ничего. Факела тускло освещали дорогу вперёд, потухая сразу после возгорания следующего. Ни единой живой душе сюда не пробраться, ни ветру не дунуть, ни воде не проскользнуть сквозь плотно уложенную кирпичную кладку. Грызунам же тут предъявлялась специально отведённая комната, где могли они бегать, прыгать и пищать, скребя своими маленькими коготками по кафелю. Крысы были в этом месте как символ, олицетворяющий мрачные углы, в которых покрывались пылью навеки прикованные к стене скелеты, бывшие когда-то живыми людьми. Души здесь не ценят, зато уважают изящность и миловидность. Никто из былых жертв не сумел выжить или подчиниться властителю дворца. Неизвестен возраст, место рождения, да и происхождение в целом. Поговаривают, он из потустороннего мира явился, чтобы распутных девиц покарать, однако истина неясна и по сей день. Сможет ли остаться в живых в этом влажном аду дерзкая принцесса с огненными волосами и не погаснет ли её жаркое сердце в морозных, снежных закромах?