Символизм

«Сколько дней уже так..? Он день и ночь стоит рядом с троном, наклонившись к уху короля и шепча что-то... Его Величество внимает его словам, наверное, он говорит что-то дельное... Вот бы дела в королевстве пошли в гору, тогда не стыдно будет восхвалять его, Аффогато...»

Да, я действительно сумел завоевать доверие короля... Не без труда, конечно, ведь первые пару дней слушания моих советов он неоднократно поднимал на меня руку или бросал полные презрения оскорбления в мой адрес, ведь я, якобы, недостаточно почтительно к нему отношусь и считаю его политику выселения печенек за границы Цитадели неправомерной. Мне приходилось стискивать зубы и терпеть очередные пощёчины, позволять ему обращаться со мной, как с игрушкой, ведь путь к власти всегда тернист. Ничего, настанет день, и я подсыплю этому уже отжившему свой век печенью яд в еду и сам займу место на королевском троне... Со временем мои дела пошли в гору – я смог убедить короля огородить всё королевство, помимо Цитадели, внешней стеной, пусть это и затратит много ресурсов... Должен же он что-то, в конце концов, делать? Если большинство жителей погибнет по халатности нынешнего короля, кем я править буду..? Несмотря на то, что деньги из королевской казны стремительно вливались в осуществление моего плана, меня кормили самой лучшей едой – разными ягодами, желе, пирожными... Я совсем не боялся, что мне навредят или отравят, ведь за свою долгую жизнь я успел выпить такое количество противоядий, что, наверное, моя кровь состоит из них процентов на 50%... Ха-ах... Поэтому я спокойно ел всё, что мне давали, а что оставалось – относил рабочим, трудящимся на возведение стены, и своим поклонникам, которыми успел обзавестись за своё времяпровождение у алтаря. Небольшая кучка молодых печенек, то ли из приближённых короля, то ли из просто граждан, просили меня научить их приготовлению банальных зелий, в чëм я не мог отказать – мне льстило, что спустя годы моя деятельность кого-то заинтересовала. Да и я считаю, что я хороший наставник... С каждым днём эта кучка только ширилась, и вскоре вокруг моей личности создался целый культ – эти печеньки стали копировать мой стиль и даже выучили мою ритуальную песню..! Впрочем, я и не против – каждый из них достаточно смышлёный. Им нравится учиться, а мне нравится их учить. Проводить с ними время было гораздо интереснее, чем с королём... Последнее время с Дарк Какао мы пересекались очень редко – то я был занят руководством постройки внешней стены, то он сменял меня, когда для меня появлялись другие задания... Король становился всё более и более зависимым от моих снадобий, чувство искусственного счастья и фальшивой жизненной энергии захватило его с ног до головы... К моему неимоверному счастью и великому сожалению. Мы столкнулись с Дарк Какао в коридоре дворца – я уверен, это вышло специально. Старому пню зачем-то понадобилось меня увидеть... –Аффогато. Я настолько привык к его хриплому голосу, что даже не дрогнул. Он подошёл ко мне сзади и обхватил рукой мою талию – стоит отметить, что король сильно выше и толще, чем я... Опять ударить хочет? Неужели я опять ему чем-то не угодил? –Да, Ваше Величество? Мой голос передавал лишь заинтересованность и профессионально скрывал страх.. –Аффогаточка. Никогда прежде я не слышал, чтобы моё имя так склоняли. Дарк Какао наклонился к моей шее, и я почувствовал тёплое дыхание. Захотелось сглотнуть вязкую слюну... –Ваше Величество, что вы делаете..? –Разве ты против? Безусловно, я против. Что это, вообще, такое? Почему Дарк Какао вдруг резко стал лезть ко мне, как-будто я... Кхм, девушка лёгкого поведения. Но я был вынужден молчать. Промолчи сейчас, Аффогато, чтобы в дальнейшем голос "короля" умолк навсегда... –В этом нет ничего такого. Ты выглядишь, как женщина. Дарк Какао схватил меня за бёдра и резко развернул лицом к себе. Я замер, мои глаза будто остекленели, в ужасе вглядываясь в чужие и без слов молясь, чтобы происходящее оказалось сном... Но король был непреклонен и лишь оценивающе провёл рукой вниз по моему бедру. –Ты даже одеваешься, как женщина. Никогда прежде я не чувствовал себя таким грязным, жалким и беспомощным. Я не сомневался, что власть придёт в мои руки путём ожидания и страданий, я был готов даже стоять перед лицом смерти, но не... Я должен быть сильным. Цели ничтожны, если путь к ним лёгок. Чем ближе я стану к королю, тем легче его будет устранить. Я должен притвориться, что мне это нравится... Мой взгляд смягчился; я прикрыл глаза и закинул руки ему на плечи, чтобы лишний раз не давать повода усомниться в моей верности и выгнать в беспощадные ледяные пустыни... –Ты единственный, кто проявил учтивость к моему горю, Аффогато. Ты единственный, кого заволновала жизнь печенек за стенами замка. Ты заслуживаешь награды. «Награды»? О, это значит, что он назначит меня своим первым советником? Ради такого я готов пострадать... –Вы так великодушны, мой лорд. И только я замер в сладостном ожидании новости о своём повышении, как чужие губы накрыли мои, заставив мои по обыкновению узкие зрачки округлиться в агонии ужаса... Король отстранился от меня только спустя пару минут. Я беспорядочно моргал, глядя прямо перед собой, с трудом подавляя приступ тошноты от подходящей к горлу горечи. Любой бы яд показался милостью, посланной с небес, чем то, что произошло. Так противно... Я с трудом пришел в себя, а когда вновь обрёл способность трезво мыслить, то решился задать вопрос: –Это... И есть моя награда? –Ты наглеешь. Дарк Какао скрестил руки на груди. –Как ты посмел так просто обратиться ко мне? Ах да. Я вовремя спохватился и согнулся в поклоне – долг есть долг. –Прошу прощения за дерзость, мой лорд. Это больше не повториться. Король бросил на меня удоволетворëнный взгляд: –А тебе мало, Аффогато? Ты бы хотел чего-то ещё? Хотел бы. Жаждал бы. Но не того, о чем ты думаешь, старый извращенец... Я отвёл взгляд, будто бы стыдясь, и ударил пальцем об палец: –Ваше Величество... Мне более чем достаточно вашего поцелуя, но думаю, что я осмелюсь попросить также и титулов... Высшего советника, вашей правой руки, мой лорд. Если таковые имеются... Передо мной два варианта исхода событий – либо он выгоняет меня, мы больше не видимся и мне придётся попытать удачу в другом королевстве, либо он соглашается, ведь мы оба знаем, что без моих гениальных идей, эффективных отваров и лживых льстящих речей он долго не протянет... –Хм. Мои глаза, полные обожания и преданности, смотрели на короля. Я буду его личной игрушкой, если это необходимо... Я влезу в игольное ушко и расстворюсь с водой, если этого требуют мои планы... Наконец Дарк Какао ответил: –Хорошо. Если этого желает мой дорогой Аффогато, то так тому и быть. Вот и всё. Старый полоумный король купился на мои слова. Теперь моё влияние в этом королевстве расширится ещё больше, теперь, когда король будет днями напролёт заниматься возведением внешней стены, народ будет внимать мне. Все эти печеньки привыкнут слушать меня, примут мои идеи и поймут, что Дарк Какао больше не может оставаться на престоле, ведь если бы не я, гениальный Аффогато, посланный в королевство по воле самих ведьм-создательниц, он бы уже обрёк своих подданных на верную гибель..! –Аффогато? Я не заметил, как замечтался. Нервно кашлянув, я склонился ещё ниже, чем в прошлый раз, стараясь загладить вину: –Благодарю, мой лорд, вы так щедры и великодушны. Желаю вам славы и долголетия, чтобы верой и правдой править своим народом..! Чем больше я восхваляю Дарк Какао, тем меньше сомнений у него остаётся, а мне это только на руку. Не дожидаясь его ответа, я скрылся, слившись с тенью и проскользнув в свою комнату, в которой за неделю уже успел обжиться. Плотно закрыв за собой дверь, я прошёл вглубь помещения и сел на край кровати, бездумно смотря перед собой. Я снова закашлялся и закрыл рот ладонью, на моих глазах выступили едва заметные слезинки. Что со мной происходит? Не мог же я заболеть? Когда приступ прошёл, я медленно убрал руку от своего лица, вдруг почувствовав на конечности что-то липкое – растаявший горький шоколад. Откуда он здесь взялся..? Я встал и подошёл к окну, всматриваясь в медленно чернеющее небо. В эту ночь снег не шëл, из-за чего создавалась атмосфера приближения беды. Мне ещё через многое придётся пройти, многое заслужить не даром. И какие бы трудности не вставали у меня на пути, какое бы отношение мне не пришлось к себе терпеть – я не отступлю. Я не отступлю даже перед лицом смерти, запомни мои слова, чëрное небо сгущающейся, словно яд в котле, безграничной тьмы...