12. Психически неуравновешенный психолог.

      Варахиэль так загорелся идеей разузнать обо всём у архангелов, что казалось, будто ответы больше нужны были не Рагуэлю, а ему самому. Благодаря его энтузиазму архангелы быстро оказались у самого симметричного, но самого заурядного отдела третьего неба. При взгляде на него Рагуэль был хмур, а Варахиэль сильно нервничал.              — Дай сюда, — он отнял у Рагуэля корзину и повесил на плечо. Для смелости закинул пару ягод в рот. И вместе с Рагуэлем зашёл в офис.              Варахиэль проходил по отделу и не оглядывался. Он наизусть знал эти полупустые замкнутые коридоры, в дверях которых ангелы не смели и пикнуть: либо оттого, что были погружены в работу, либо от страха перед своими архангелами. Рагуэль был задумчив и его нисколько не интересовало происходящее вокруг. Единственное, что он видел – двери в кабинет, из–за которых слышались знакомые голоса.              Когда Рагуэль притаился у кабинета, Варахиэль нерешительно толкнул входную дверь.              Зал заполняли отблески воды, которой играл свет между множества разноразмерных аквариумов. Внутри этих колб находились «люди», от отдельных частей до почти готовых моделей. Составляющие были функционирующие, отчего Варахиэль отчётливо видел, как в одной ёмкости стучит «сердце», а в другой движутся извилины «мозга».              Собранные прототипы «людей» были живые, но спали внутри сосудов, пусть некоторые из них более не обладали жабрами. Их подпитывала внутренняя среда сосудов, содержание которой оставалось для архангела культуры неведомым. Рядом с аквариумом, внутри которого читалось наиболее законченное существо, стояли Габриэль и Михаэль.              Так как «люди» были самой сложной частью проекта (не по мнению Небес, а самого Рагуэля: такая мерзость требует огромного мастерства), Михаэль был ответственен за биологическую часть, а Габриэль – за духовную. Зачем в таком случае в их троице нужен был Варахиэль, даже сам Варахиэль не понимал. Габриэль и Михаэль составляли такой самодостаточный дуэт, что даже при большом желании Варахиэль не смог бы вставить подходящей идеи в их рабочий процесс.              Так и сейчас архангелы ни то что не пригласили, а даже не заметили своего коллегу по «людям». Новые идеи полностью занимали их внимание. От возбуждения они не сидели, а стояли за большим столом, над которым плавали бумаги и чертежи. Их слова буквально отскакивали от зубов и ложились письменными фразами на кружащий свиток.              В колбе позади Габриэля и Михаэля располагался финальный прототип «человека». К удивлению Варахиэля, полностью укомплектованный и обшитый.              Архангел культуры огорчился тому, что в процесс сборки его не посчитали нужным включить. Пока Габриэль и Михаэль были увлечены работой, он по–тихой начал поедать плоды из корзины. Так тихо, что Рагуэль из–за закрытых дверей слышал, как он жуёт. И даже речь архангелов не могла заглушить его.              — У людей будет большая нервная система, контролируемая мозговым отделом, — увлечённо говорил Михаэль.              — И помимо обеспечения безопасности организма, нервная система будет влиять на когнитивные способности, — ударно продолжал Габриэль.              — При высоком уровне психоэмоционального напряжения нервная система будет изменять гормональный фон, вызывая защитные реакции.              — Одной из таких будет гиперфагическая, от которой «люди» будут ощущать неутолимый голод.       — Слабые духом будут поглощать больше дозволенного, чтобы потешить себя и заглушить гормоны.              — Из–за большого количества калорий, превышающих норму, они будут становится крупнее, всё более и более ненасытными.              — А это – грех чревоугодия!              Габриэль и Михаэль повернулись на звук чавканья. Варахиэль набил рот до отвала и жевал, но остановился, заметив на себе взгляды архангелов. Он покраснел и проглотил пищу.              — По какому поводу ты здесь? — спросил Габриэль, натягивая вежливую улыбку.              Варахиэль попытался вернуть себе представительный вид: поправил нимб, выпрямился, но вытереть рот позабыл.              — Кхм-кхм… — он начал громко и чётко: — Я здесь, чтобы посоветоваться с вами, уважаемые. По прошествии некоторого времени после ключевых обновлений проекта «Земля», мне стало ведомо, что дела в моём отделе продвигаются с подозрительной неторопливостью даже в условиях скорой сдачи. В том нет моей вины, коллеги – я провёл собственное расследование! Прояснились детали о том, что в рядах моих ангелов не достаёт пара… Несколько… Множество специалистов, славных и надёжных (пусть и не таких, каким являюсь я). По причине этого ко мне направили стажёров, которые замедляют работу оставшихся, кое–как состоявшихся ангелов.              — Меня же никто не предупредил ни о замене специалистов, ни о замысле этого решения, — продолжал Варахиэль. — В связи с этим мне вспомнилось о случае, когда нас не уведомили о дальнейшей судьбе «Земли». Всех нас удивила весть, что проект будет столь недолговечен. И я хочу поинтересоваться лично у вас, достопочтенные архангелы, как мне стоит поступить в ситуации, подобной этой.              Дослушав Варахиэля, Габриэль и Михаэль переглянулись.              — Сокращения прошли по всем отделам? — взволновался Михаэль.              Варахиэль закивал.              — До меня долетели слухи, что специалисты Уриэля, Саракаэля и Яремиэля тоже пропадают без вести. Уж не знаю, чем могли провиниться их ангелы, однако я заметил, что у меня пропадают самые востребованные. Один мой, скажем так, чуть более амбициозный ангел решил немного посамовольничать. Конечно, если бы я знал, я бы не позволил этому случиться. Но так уж сложилось, что после того, как этот ангел в самоволку отстроил грандиозное строение, что вскоре рухнуло и прогремело на всё небо… Он исчез. И, может быть, не по своей воле.       Рагуэль прислушивался к тишине, наполненной мыслями.              — Пожалуй, к этому могут быть причастны лишь высшие чины, — наконец сказал Михаэль.              — Не говори мне, что сомневаешься в Высшей воле, — сдержано уточнил Габриэль. Ему было трудно держать улыбку.              — Отнюдь. Однако в свете последних событий не подозревать их в неких не самых светлых помыслах стало… Всё ещё трудно, но ныне не так спокойно.              Габриэль долго молчал, прежде чем заговорить.              — Вынужден признать: мы не знаем как нам себя вести. Страшно подумать, сколько ещё вещей утаивает от нас первый круг. И даже нам с Михаэлем неведомо, чем это может обернуться.              Их мысли показались Рагуэлю неожиданно здравыми. Оттого он не сразу понял, о ком они заговорили дальше.              — Но для меня очевидно одно, — продолжал Габриэль. — Вспомните наш последний сбор. Уж очень сомнительно, от кого именно мы узнали о происходящем.              — Его оправдание, что ему рассказал обо всём мимо пролетавший херувим, выглядело совершенно неубедительно, — подтвердил Михаэль.              — Неужели вы полагаете, — в недоумении протянул Варахиэль, — что в беспорядках проекта виновен Рагуэль?              В наступающем возмущении Рагуэль замер и навострил слух, чтобы услышать ответ.              — Всем давно известно, что архангел астрофизики взял в привычку носиться по соседним отделам. Абсолютно несвойственное ему поведение, — произнёс Габриэль.              — И вы считаете, что из–за него начались подозрения первого круга в нашу сторону? — осторожно продолжал Варахиэль.              — Не совсем так, — сказал Михаэль. — Он и впрямь излишне интересуется проектом. Но я думаю, он просто сильнее всех обеспокоен происходящим, поэтому и…              — Ты не можешь утверждать, обеспокоен ли я, так же как не можешь оценить его, — по Габриэлю и впрямь было тяжело понять, что он чувствует. — От банального любопытства никто не станет нарушать свой рабочий график. Тем более кто–то вроде Рагуэля.              — Они перестали доверять нам из–за его действий, — заявил Габриэль. — Он ведёт себя, выведывает что–то очевидно не потому, что просто хочет получить объяснений. Это глупость. Он слишком безалаберно относится к своим обязанностям и должности как для того, кого не готовы поймать в объятия Снизу.              Варахиэль охнул.              — Хотите сказать, что подозреваете Рагуэля в..?              — Именно. Потому Сверху дали распоряжение не распространять информацию о проекте, из–за его действий к нам применили санкции… Всё потому, что они наверняка подозревают его в информаторстве. Рагуэль тайно сотрудничает с Преисподней.              Михаэль обдумал его слова и, вздыхая, согласился. Варахиэль открыл рот, чтобы поддакнуть им обоим… Но оглянулся на двери.              Речи долетали за закрытые двери кабинета, за которыми притаился Рагуэль. Но архангел перестал их слышать – настолько его разум застелила злость.              Он с грохотом распахнул двери, запуская в зал свои тёмные тучи. Взгляды архангелов были устремлены на него, когда он закричал:              — То есть, ЭТО Я ВО ВСЁМ ВИНОВАТ?!              Габриэль из удивлённого быстро превратился в мрачного.              — Ах, теперь ясно, — произнёс он понятливо, зыркая на Варахиэля. — И с нас пришёл трясти информацию.              — Вы сами пришли к здравой мысли, но споткнулись – и обо что? Почему вы делаете меня крайним? — напористо говорил Рагуэль, подходя к архангелам. — Да о саде Эдема там, Внизу, всё знают с самого начала!              Габриэль недобро улыбнулся.              — И от кого же тебе об этом известно?              Рагуэль стиснул зубы, поняв, что подтверждает домыслы Габриэля.              — Тем, что ты решил подслушать, а не выйти с нами на прямой диалог, ты не сделал себе погоды, — завил Михаэль.              — Поддерживаю! — Варахиэль стал рядом с Габриэлем и Михаэлем. Кажется, желание подлизаться к ним превалировало над весом его собственных мыслей.              — Да как с вами полюбезничать, когда на любой мой вопрос вы реагируете вот так? — словно в демонстрации, Рагуэль бил по полу разрядами молний, которые срывались с его мантии.              — Нам не о чем с тобой говорить, — произнёс Габриэль тоном, явно подразумевающим скорейшее окончание разговора. Но Рагуэль не унимался, отчего в офисе разразился шторм.              — Значит, вы признаёте проблему, но продолжаете сидеть здесь? Почему вы не честны в своих мыслях хотя бы сами с собой? О чём вы там вообще думаете? Что эта проблема иссякнет так же внезапно, как появилась?! Что начальство просто возьмёт и заново начнёт вам доверять?!              Вокруг Габриэля сгущались тучи. Он явно ответил на все эти вопросы у себя в голове, но произносить что–либо вслух был не намерен. Рагуэль расценил молчание архангелов как согласие.              — Раз вы такие умные, — продолжал астрофизик, перекрикивая шум бури, — почему за всё это время, что я летаю по отделам, вы даже не пропустили мысль о том, чтобы помочь мне? Объединиться со мной и своими глазами увидеть, как вы ошибаетесь на мой счёт?!              Габриэль выступил к Рагуэлю, теряя самообладание.              — Спокойнее, Габриэль, — вмешался Михаэль. — Вдохни глубже…              Но Габриэль не слушал. Он почти кричал Рагуэлю:              — Примкнуть к тебе – сродни приковать себя к валуну, который сбросят в самые недра Преисподней. Рано или поздно ты доиграешься.              — Так для вас это всё – только игра? — Рагуэль рассвирепел с новой силой. — А исчезновение третьего круга для вас тоже игра? Вы там с Боссом в шахматную партию рубитесь?!              — Ты никогда этого не признаешь. Но мы – всего лишь фигуры для осуществления Его Высшего замысла.              — ДА ПОСКОРЕЕ БЫ НЕБЕСА ИЗБАВИЛИСЬ ОТ ТАКИХ ПЕШЕК КАК ВЫ!              Долетев до архангелов, эти слова отразились, будто эхо: ударная волна вытолкнула Рагуэля из кабинета. Из–за плотных туч архангел даже не увидел, как двери отдела с грохотом захлопнулись перед ним.