君臣有義

Город дождей и туманов рождал оборотней. Крепость — монетный двор, арсенал, тюрьма и сейчас, наконец, музей — открыла перед Ишвари пасть, и он шагнул внутрь. Снаружи кружили вороны: чуяли, верно, что сокровища, хранящиеся внутри, смердят кровью. Ишвари интересовало одно — камень, трижды украденный и заключённый в чужую корону. Он не боялся: ничего уже не боялся с тех пор, как его привязали к пушке и “дьявольским ветром” развеяли над Гвалиором. Ишвари достал из кармана шкатулку, открыл её, и собратья-бхуты вырвались наконец наружу. Сам он — оскалился, чувствуя, как удлинняются зубы, как размывается взятое взаймы тело… Пришла пора танцевать: Осколок Пустоты должен вернуться к истинному Владыке.

***

Законы Шестигранного Леса были безумны, но Лес соблюдал их неукоснительно. Однако… Если бы не присяга, Леовик бы уже повернул назад. Такое себе удовольствие — каждое убийство сопровождать ритуалом! Даже если ты муравья раздавил! Угх. У растений, к счастью, душ не было — в практическом, чароресурсном смысле. Можно было и обрывать малиновые кусты, и жарить себе подберёзовики на палке, и на ходу чистить шишки… Леовик не успел испугаться, когда споткнулся, — или разглядеть, как тонкие белёсые нити оплели его ногу. Просто — упал, и тут же призрачно-серый мицелий пробил ему череп. Грибы готовы были вручить Лесному владыке нового данника — и надеялись получить кусочек-другой как удобрение.

***

Юй Цянлин появилась в усадьбе хоу Жэня, когда молодой госпоже шёл шестой год. Девочка тосковала без матери; отец подарил ей котёнка и новую няньку. Жэнь Жуйли и сама была как котёнок: маленькие кошачьи лапки, лукавый взгляд… Юй Цянлин четыре года собирала должные доказательства: хоу сговорился с Вэнь-ваном и готовит переворот. Подавая отчёт, она знала, что будет — истребление девяти родственных связей, единственное соразмерное наказание, — но не колебалась. Её преданность Сыну Неба была безгранична. После она вернулась — закончить начатое — и отыскала в опустошённой усадьбе последнего жителя. Кошачья шея хрустнула у Цянлин под пальцами… А потом она распустила волосы и повесилась на притолоке.