Часть III. Без костров
12 июля 2025, 11:56Италия, неподалёку от порта Кальяри, 1996 г.
На ярком закате того дня Ричард Ван Хельсинг не рассчитывал брать в руки оружие. Он вообще не хотел чего-либо, связанного с работой, ибо они весёлой гурьбой вместе с детьми завалились отдыхать в своё уютное поместье в просторах солнечного материка. На каникулах, когда капитан проводил время с отпрысками, то забывал о страшных буднях войны, о своём статусе чуть ли не короля и об обязанностях лучшего монстроборца. Всё, что нужно было молодому охотнику — это бесящиеся в озорстве игры сыновья, кто любили виснуть у него на руках, чтоб проверить отцовскую силу, хотя вытянулись в росте почти ему по плечи, но детские искорки в больших глазах никуда не делись. Дочь ловца была более спокойной, предпочитала гомону с шумными салками игры в куклы, рисование или прогулки по обширным дворам близ дома. Девочка, однако совсем не прочь была провести время с родственниками, звонко смеялась, когда добрый папа усаживал её к себе на плечи, кружил за руки вокруг себя, либо водил детей на пляж или устраивал им пикник. Маленькая Эрика надеялась не нечто подобное после обеда, а пока организовала в небольшой крашенной белым беседке игрушечное действо, предварительно рассадив всех его участников: плюшевых игрушек, самодельных фигурок с куклами. Лежала на животе, не беспокоясь за недавно купленное платьице, и двумя руками водила по воздуху, имитируя траекторию полёта сжатых в ладошках крылатых то ли динозавров, то ли драконов. Братья с папой находились где-то на террасе: семилетняя девочка, которой на днях вот-вот должно было исполниться восемь, слышала непринуждённую болтовню старших. А потом свист. Наследница знаменитого рода приподняла голову и немного насторожилась услышанному, внимание мигом привлекли слегка задрожавшие столбики беседки. Младшая Ван Хельсинг перекатилась на бок и присела, с детским любопытством осматривая странное явление, пока совсем рядом в боковую плетённую стену не прилетел достаточно большой сгусток светящейся синей энергии. Половина постройки была снесена моментально, новые магические залпы из ниоткуда направились во двор. Среди шума с посыпавшимися опилками прикрывающая голову руками Эрика не сразу услышала собственный визг от испуга, только потом умудрилась выскочить на открытую местность, не на шутку напугалась. К ней тут же подскочили тринадцатилетние подростки: Люциус с Ладроном выглядели также ошарашенно, в отличие от сестры поняли опасность ситуации и признали в неведомой силе вампирскую магию. Ричард пребывал не в восторге от обстрела собственного двора, бегом направился на небольшой холмик, откуда хорошо открывалась панорама порта, где чернело высокое судно, надеялся разглядеть причину, возможно, вражьи силы прибыли туда и экипаж их успешно отражает? — Капитан, нас кто-то сдал! — ожидания мужчины рухнули с видом половины экипажа, кто крысами бежал прочь по побережью, лишь один морской волк потрудился сообщить командиру об облаве«Давно заждался старый мир
Под гнётом У́тера новой надежды
И вот король перед людьми —
Всего, что будет и что было прежде»
Перешёл с шага на бег.
Он вообще никогда не задумывался о детях. Хотя, это будет сильно сказано, учитывая то — как ему на мозги капала старшая родня о важности подобного. Потому, он не не задумывался, а скорее, не хотел иметь наследников.Ускорился.
Появление на свет сразу двух сыновей настолько сильно затронуло струны его сильно искалеченной бойнями с монстрами души, что юноша с порога родильного дома практически сразу отодвинул на второй план свою деятельность охотника и решил посвятить себя в обязанности семьянина.Сжал пальцами ствол орудия ближней стрельбы.
Дети, рождённые от любимой женщины, привнесли свет в его однообразную жизнь пустых обязанностей перед неблагодарным человечеством. Ричарду долго не разрешали жениться, что было весьма странным, учитывая желание семьи о скором продолжении рода. Те заявляли — в спутницы моряку подойдёт физически подготовленная, умная особа, желательно из знатного рода, чтобы при бракосочетании заодно скрепить узами две знаменитые семьи.Стал дышать активнее, вдыхая через нос и выдыхая через рот, чтоб сохранить дыхалку в беге.
Встречи с русой девушкой в одном из портов — случайно или попросту из-за того, что городишко был маленьким и все друг друга знали, по началу не показались для Ван Хельсинга чем-то особенным, чудесным: танцовщиц, как эта, сновало туда-сюда целая уйма и не каждая была добропорядочной, ибо так и норовила срезать с пояса денежный мешок, однако… Однако Ирма была не под стать своим соратницам из табора. Да, она не отличалась манерами, вежливостью, была остра на язык, но что-то в ней было такое, чего капитан разглядел не сразу. Парень не понимал данного, особо не хотел разбираться с амурными делами, ибо боялся перспективы наличия у себя семьи, потому что сам ещё был юнцом.Постарался сосредоточиться на дороге, ускорил бег, в сосредоточенном выражении свёл светлые брови к переносице.
Девушка не была лентяйкой или воровкой, кто рассчитывала только на гроши от уличных танцев, наоборот, мореплаватель часто видел её, работающей на улицах порта, помогающей владельцам лавок переносить какой-нибудь нетяжёлый груз или организовывать торговлю. Строгие родительские фигуры Ричарда от него и прознали про «цыганку», по началу демонстрировали свои тяжёлые характеры по несогласию в очередных упрёках сына за странное увлечение, но тот аргументировал требованиям старших, коим жительница берега полностью соответствовала: странница отлично сложена, вынослива, осведомлена о положении дел в конфликте с монстрами, многие сферы для неё не чужды. В любом случае молодому капитану было наплевать на мнение родни, если сначала он не хотел отвечать на явный флирт от незнакомки во избежание конфликтов как от его семьи, так и со стороны табора русой, то через полгода чётко знал — кто пойдёт с ним под венец. — Одну секунду, — робко перебила повествование мустангера Мэвис, — я слышала о вашей супруге совсем немного, но мнение о ней имею и оттого мой вопрос, — Дракула со стеснением немного улыбнулась, дёрнув ушком, — почему вы так тепло отзываетесь о ней даже спустя столько лет, несмотря на всё, что прошли и после того — как она с вами поступила? По немногим рассказам из уст Джонни или услышанного от ваших сыновей стало понятно — Ирма бросила вас одного с тремя детьми на руках. На негодование носферату Львиное Сердце ухмыльнулся, покачав головой: — Она стремилась вырваться из бедности и, завидев на горизонте богатое охотничье судно, сразу поняла свои возможности, — объяснял он. — Я пытался дать жене всё… Видимо, этого было недостаточно.***
Румыния, графство Дракулы, замок отеля Трансильвании, 2012 г.
Светловолосая девушка стояла на некрытом балконе, в нерешительности перебирала край белой накидки, пустым взором глядела вдаль тёмного леса. За своё долгое пребывание в отеле Трансильвания она уже давно свыклась с мыслью о том, что её похититель в любое время мог легко заявиться сюда и непринуждённо начать с ней разговор, в последнее время хозяин замка всё чаще затрагивал тему непосредственно своей сделки с пленной наёмницей. Так и сейчас фемина осталась безразличной к раздавшимся рядом тихим шагам, не повернула шеи к остановившемуся плечом к плечу с ней высокому силуэту в дорогих чёрных одеждах. — Я ни к чему тебя не принуждаю, — спокойный холодный тон мерно полился в тишину вечера, — ты взрослый человек и уже оповещена о своей роли здесь, — равнодушная мужская интонация никак не трогала невольницу: та продолжала без движения стоять и смотреть на пейзаж. Вампир немного повернул голову к ней, луна осветила, очертила своим сиянием его и без того бледное лицо. — Посуди сама: чем быстрее мы придём к соглашению, тем быстрее настанет твоя свобода и некогда капитану «Наследия», — он шутливо повёл ладонью по воздуху, обводя фигуру морячки, — откроются дороги на все четыре стороны. — Так что тебе мешает? — сухо спросила блондинка. — Мои дети не будут зачаты в страданиях и насилии, — просто объяснял вурдалак, — мне без надобности ненужная злоба со всеми вытекающими последствиями. — Я поняла, — тихо бросила собеседница, пожав плечом, явно не желала развивать данную тему, но всё же добавила, — какой-то высокомерный акт унижения с твоей стороны, но что будет — то будет. Больше она ничего не ответила. Опять диалог «недосупругов» зашёл в тупик, что совсем не нравилось графу: всегда одно и то же, ему вновь предстоит уйти из этого номера и всё? Благо, сегодня ночь обещала быть не совсем обычной, с учётом этого Дракула с улыбкой ступил к своей гостье, перевёл тему: — Кстати говоря, — без всякого стеснения он протянул руку, несильно обхватил тёмными пальцами нижнюю лицевую часть Ван Хельсинг, — по поводу твоих шрамов на глазу. От чужого жеста Эрика оцепенела, подобный выпад был слишком наглым со стороны упыря, сжавшиеся ледяные фаланги на её щеках, подбородке подбавили страха к без того напряжённому состоянию. Сглотнув, она собрала остатки достоинства, повернулась к мужчине, но серых очей на него не поднимала, отчего его ладонь приподняла голову вверх сильнее, чтобы охотница взглянула на возвышающегося Дракулу, чьи голубые радужки немного светились в тени глазниц бокового лунного освещения. Он мирно оглядывал девушку из-под полуприкрытых век, лик ничего не выражал, пленница ещё раз прокрутила в мыслях его слова по поводу её ранения, слепой глаз все дни нахождения во вражьей обители она скрывала за платиновыми локонами, приглаживая их ладонями и спуская завитые волосы на поражённую часть лица. Наивно подумала, что монстр наконец ей поведует, где можно достать хоть какую-нибудь повязку, чтоб скрыть от недругов слепоту и четвёрку застывших царапин, но следующие слова вурдалака показались особо зловещими: — Больше не смей прятать шрамы под чёлкой. Белокурая насупилась и вдохнула полной грудью, с осуждением смотрела на упыря, а тот чуть растянул тонкие губы в улыбке, водил пальцами по её линии нижней челюсти, слегка наклонял зафиксированную голову, чтоб светлые кудри спали с поцарапанной половины и на него с не меньшей серьёзностью взглянул слепой глаз пустой радужки. На милое сопение девушки граф в улыбке оголил острые клыки, огладил подушечкой указательного пальца края давно заживших изломанных линий розоватого цвета на загорелой женской коже: — Я ведь должен видеть мою причастность на своём трофее, — бархатным негромким голосом констатировал мужчина. Морячка обречённо прикрыла глаза, перевела дух, чтоб ноги не подкосились из-за ужасных нравов сумеречной твари. Почувствовала, когда холодные пальцы отпустили её лицо и она вернулась в нормальное положение, хотя со стороны то показалось покорным склонением головы. Веки открыла не сразу, ладони, с силой сжав ткань, так и остались на нижнем крае накидки, упырь больше ничего не говорил, но не отошёл от пленницы. Очень бы хотел рассказать ей о возможных скорых переменах не только для неё, но и для её увечий старых битв в положительное русло, однако решил попридержать коней. Обстановка требовала разрядки, и брюнет с лёгким сердцем подал голос: — Твоя репутация говорит о том, что ты явно бывала на крестьянских праздниках, — молвил он, делая пару шагов от фигуры в светлых одеждах и поворачиваясь к той спиной. — Забыл про шабаш в Париже что ли? — едко тихо ответила Эрика. Кровопийца усмехнулся: подобного ответа он ожидал, но это было именно то, что нужно: — Тогда для тебя не будет проблемой посетить Ночь Светлячков вместе со мной. Наёмница повела плечами, распрямляя осанку, и решительно глянула на высокого вампира: — Я бы больше никогда не сунулась на торжество нечисти в одиночку, не говоря уже о том, чтоб пойти туда с тобой. Дракула привык к яду в интонации нескрываемой неприязни Ван Хельсинг, не спешил отвечать ей тем же, давно сменив гнев на милость — так было нужно для его плана, потому вежливо продолжил: — Мне несолидно будет предстать там одному, поскольку все в окрестностях знают о наличии у меня спутницы, — с ноткой коварства ответил тот, заложил руки за спину и через плечо немного обернулся на фемину, — мне понадобится представить тебя обществу, так что моё предложение при твоём упрямстве легко может превратиться из приглашения в приказ. Охотница сжала зубы, немного скривилась пафосной угрозе неприятеля, но деваться было некуда, поэтому она без особого желания направилась за взметнувшимся чёрным плащом вглубь номера отеля, чтоб подготовиться и приодеться для ночной прохлады грядущего «праздника».«Это — злая эпоха великих людей,
Обогнавших свои времена,
Королями от Бога назвались не те,
Но кому здесь решать, как не нам?!»
Ночной дремучий лес не показался ей таким уж жутким или опасным, как она считала всю жизнь. Приняла для себя без надобности слишком вычурно наряжаться, накинув на белый костюм из кофты с широкими к концам рукавами и кюлотов шаперон серых оттенков. В большом капюшоне, поблёскивающим россыпью расшитых мелких камней, девушка чувствовала себя комфортно, ей было всё равно, что спутнику подобная закрытость может показаться невежливой: упырю было достаточно того, что Эрика без лишних споров взяла его под локоть и шла рядом. Похоже — нехитрые махинации мужчины работали, когда в эту неделю он всегда вставал рядом с ней, подходил ближе, часто брал её ладони, касался плеч, запястий, и тактильность гостьи постепенно побеждала её замкнутость с нежеланием прикосновений. Охотнице было безразлично — заведёт ли её враг в чащобу и там же убьёт или впрямь их дуэт направляется на некое событие, но по мере удаления пары в лес человек всё чаще замечала мерцающие огоньки холодных цветов. Сначала приняла их за светлячков, но они были больше и неподвижным, вскоре послышались голоса и даже смех, чему Ван Хельсинг насторожилась: твари ночи не рычали, не жрали кого-нибудь, не дрались? Странно. Граф шёл в темпе, но оттого его походка не казалась менее статной, белокурая же едва поспевала и часто смотрела себе под ноги, чтоб не запнуться о какую-нибудь корягу. Тропа вскоре расширилась — перед героиней предстала целая лесная площадь, где деревья не мешали, а являлись частью, неким декором среди каменных развалин какого-то старинного здания. « — Часовня…» — с опаской признала элементы католической архитектуры наёмница и поёжилась, не желая знать предысторию этого здания. Дракула молча жестом оповестил её, что они прибыли на место, обвёл рукой открывшееся большое пространство. Светловолосая отошла от сопровождающего, медленно шагнула вперёд, не обращая внимания на многочисленных тварей в лесу, кто уже вовсю праздновал неизвестное ей явление, взор её был прикован к огромным ветвям, переплетавшимися кронами и стремящимися вверх к звёздному небу. Синеватое небо просвечивало сквозь чёрные заросли, голубоватые огоньки мерцали то тут, то там, человек аккуратно сняла широкий капюшон с головы, приспосабливая зрение к сумеркам. Верховный вампир остался позади, не спешил присоединяться к свите, кто активно махала ему лапами или руками, чтоб он подошёл, а смотрел на невольницу. Та с тихим трепетом осматривала лесной пейзаж, едва слышно выдыхала от восхищения невиданных прежде мест и без притворства улыбалась, когда рядом пролетали светлячки или ночные мотыльки. Брюнет поймал себя на мысли, что опять любуется похищенной, но не считал это странным, ведь та должна была дать ему продолжение его фамилии, следовательно, все взгляды, где отсутствовал любой намёк на неприличие в сторону людской самки, с соблюдением субординации для аристократичной натуры мужчины последний считал уместными. Тем временем девушка даже не думала оглядываться на оставшегося позади вурдалака или составить ему компанию, неторопливо шла вперёд и среди гогота нечисти её слух уловил… Детский смех? Она оторвалась от созерцания поляны, только сейчас заметила — среди взрослых особей разных видов шныряли темноволосые дети, все были празднично одеты: белые воротнички, кружевные шейные платочки на чёрных выглаженных костюмах мальчишек или сарафанчиках девочек — тех явно подготовили к грядущей ночи. Дракула улыбнулся, заметив озадаченность гостьи, уже было ступил к ней, чтоб объяснить, когда вихрь несдерживаемой энергии, кою именовали Эйприл, едва не снёс морячку. Носферату посчитал, что юная кровопийца сама объяснит всё человеку, и молча удалился, чтоб поприветствовать собравшихся.***
Италия. Неподалёку от порта Кальяри, 1996 г.
— Нет-нет-нет… — повторял себе под нос молодой капитан, на бегу увидел силуэты, крадущиеся на берегу совсем рядом с лайнером. Свиту верховного вампира было узнать совсем не трудно, но осознание того, что эти монстры никогда не подходили столь близко к кораблю наёмника без своего главаря, пробежалось табуном мурашек по спине ловца. Ричард перепрыгнул очередную кочку и приземлился в боевой позе на одном колене, другую ногу поставив для опоры, и тут же выставил ствол пищали по направлению к массивной фигуре инфернала. Шанс того, что пуля самодельного оружия недальней стрельбы убьёт незваного гостя, мал, но возможность ранить огромную тушу Франкенштейна была. Разозлённый нападением буквально со спины в дневное время Ван Хельсинг прицелился, закрыл один глаз и поставил палец на курок, однако шелест куста рядом с вознёй заставили застопориться. — Папа? Па-ап, — протянул робкий голосок, от которого человек оторопел. — Ладрон?! Что ты здесь де… — не успел возмутиться блондин, когда из зарослей едва не выкатились все трое. — Люци, Эрика?! — почти перешёл на крик он. — Какого фига вы здесь делаете? — Мы хотим помочь! — улыбнулся Люциус, стряхивая с себя листву и гордо выпрямляясь во весь рост. Лучезарная улыбка мальчика без нескольких выпавших молочных зубов умилила бы его родителя, если б не смертельно опасная ситуация вокруг них. Ван Хельсинг потерянно оглядывал трио детей, обречённо качая головой из стороны в сторону, мол, теперь он по-настоящему влип, но лихорадочный поток мыслей прервал тонкий голосок: — Ты всегда работаешь один — это не совсем правильно, — из-за спин братьев вышла Эрика. — У-уй! — с досадой взвыл моряк, прикладывая ладони к голове, взъерошил длинные светлые волосы и запустил ладони под капитанскую фуражку. — Вы-то понятно, два раздолбая, но зачем приволокли с собой сестру?! — не выдерживал на эмоциях человек. Мальчики сжались, а девочка без всякой опаски взбушевавшегося родителя продолжила, подошла к нему и протянула ручки, сжимая в них какую-то коробочку: — Я принесла тебе патроны, а то ты так спешил, что вряд ли взял с собой запасные. Львиное Сердце вымученно тихо выдохнул, умильно простонал, не выстояв перед детской наивностью наследницы. Встал с колен, подошёл к ней и принял коробку, с грустью осматривая улыбчивую дочь, переводил потухший взгляд с неё на патроны и обратно. Он никогда не хотел никакой войны для своих детей — не сочеталась гниль бойни с миловидным обликом совсем маленькой дочки, кто с сияющими глазками и гордым видом осматривала долговязого папу снизу вверх, была искреннее рада, что помогла Ричарду.«И крепче веры силы нет —
Людей простых, неиспорченных властью»
Нежные чувства Ван Хельсинга были прерваны резким высказыванием властного голоса откуда-то издали: — Обыскать это корыто от верхушек труб до сáмого днища! Пленных не брать, командира же с его выродками за шкирки притащить сюда ко мне! Охотник дрогнул, выронил из длинных пальцев коробóк и обернулся на берег, где сновали чудища. Того, кто отдал приказ, он не увидел, но мигом узнал интонацию главного врага. Растерянно перешагнув, белокурый с решительным видом повернулся к детям и стал несильно подталкивать их вглубь пролеска: — Быстрее, скорей! Уходим отсюда, пока вас не увидели. — А как же поединок? — обиделся Ладрон, надув щёки. — Мы уходим все вчетвером? — переспросила Эрика. — Ты же не останешься тут? — Квартетом-квартетом, — процедил глава семейства, толкал детей, торопил, чтоб те начали бежать. Параллельно с этим он постоянно оглядывался, старался прислушаться и среди голосов недругов понял — те уже почуяли их присутствие где-то рядом. Охота закончилась, не начавшись, превратилась в побег: семья монстроборца на скорости пересекала чащу, мужчина замыкал свой выводок, пока те быстро переставляли ноги и огибали препятствия. Секунды растянулись в часы, в ушах ловца шумел ветер вперемешку с бешеным пульсом, он не разбирал дороги, у него была одна цель — скорее вывести своих детей в безопасное место, а следующие слова откуда-то позади оглушили гонгом: — Капитан Львиное Сердце, будьте так любезны, — протянул чуждый голос, от которого вздрогнула вся компания. — Это?.. — в нерешительности на бегу спросил Люциус. — Дракула! — пролепетал Ладрон с округлившимися от испуга и некоего торжества глазами из-за наличия столь знаменитой личности совсем рядом. — Ничего весёлого, — осадил сына моряк, по очереди подсадил детей на небольшой каменный выступ ущелья, по которому те могли выбежать к людским дорогам и не попасться монстрам. — Затаитесь! — приказал он наследникам, с активным шумным дыханием от быстрого продолжительного бега всматривался в перепуганные родные лица. — Ни звука, когда я уведу этих тварей подальше, то бегите. Бегите и не оглядывайтесь!.. Никогда не оглядывайтесь назад! — Папа? Нет, — замотал головой догадавшийся белокурый мальчик, но родитель его тут же перебил. — Люци, ты теперь за главного, — с серьёзным наставлением сказал он, — Лад у нас немножко беспечнее, чем ты, хоть и старше. — Всего на час! — запротестовал Люциус. — На целый час, — поспорил русый, толкая сиблинга локтём в бок. Их младшая сестра всё то время не сводила напуганного взора с отца и не понимала — о чём тот толкует. То есть как это — Люциус за главного, в каком плане? Неужели глава семьи… — Папочка, не надо! — из больших глазок покатились слёзы, девочка заплакала навзрыд, схватила ладонями протянутую руку отца, которую тот готовился убрать с камня. Названный на выдохе попытался улыбнуться дочери: — Ты знаешь устав, Эри, так положено. Через секунду наследники знаменитого охотника скрылись среди камней, Эрика до последнего упиралась, братья тянули её за руки, сохраняли стойкость и не плакали, а вот она не переставала рыдать. Кончилось тем, что Люциус подхватил её на руки под бурчание брата, мол, русый уже нёс ту и устал. Мальчишки побежали вперёд, младшая же через плечо Люциуса сквозь слёзы ещё видела солнечную опушку, где остался папа, всхлипывала и несильно ударяла брата по спине, чтоб тот отпустил её. Затем поняла — бесполезно, смирилась и положила голову на плечо сиблинга, заикалась от плача и болезненно прикрыла глаза.«Так пусть прольётся новый свет
На злую серость из огненной пасти»
Ричард Ван Хельсинг направился в противоположную сторону, храбро выскочил из-за стволов деревьев на открытое место, всем видом демонстрируя готовность к бою и стремясь выиграть как можно больше времени для того, чтоб его семья успела уйти на безопасное расстояние. Тишина. Подозрительная тишина. Человек полусогнулся, крадучись обошёл опушку, постепенно поворачиваясь вокруг своей оси для полного обзора, но никого не видел. Вышел почти вплотную к «Наследию», откуда давно сбежали все матросы, по пути бросили всё, что мешало побегу, потому капитан был даже рад, когда обнаружил на песке разбросанные стрелковые орудия. Торопливо неуклюже собрал всё в одну кучу, обернул снятым с себя белоснежным кителем, чтоб ничего не вывалилось, взял в охапку и стремительно побежал к наспех скинутому трапу, по которому можно было взбежать на борт, а потом хоть как-нибудь попытаться отразить нападение нечисти. Не учёл монстроборец лишь одного — при спешке теряется бдительность, так что при быстром беге он не заметил движение откуда-то сбоку и когда пробегал мимо ящиков прежней разгрузки судна, то моментально выставленное горизонтальное нечто сшибло человека с ног. Он сильно ударился лицом, отлетел назад, в моменте не успел даже выставить руки во избежание травматического приземления, потому жёстко упал на спину. Все собранные ранее пищали вновь были раскинуты по песку. — Так-так-так, — деловито подала хриплый голос высокая женщина, кто выставила свой посох, об который и приложился со всего маху моряк, — его величество — «недокороль-недокапитан» Львиное Сердце, — едко констатировала тёмная баронесса, неторопливо вышла из-за поставленных друг на друга ящиков и с озорством осматривала распластавшегося. В глазах у белокурого рябило после удара, он тряхнул головой и прищурился, чтоб разглядеть чёрное размывчатое пятно перед собой. — Кто-то явно спешил переехать с этой лодочки, — сказала другая тварь из графской свиты, пока отплёвывающийся ловец шатко вставал на ноги. Ричард перевёл дух, сфокусировал зрение и распрямился, смело оглядывая толпу, окружившую его со всех сторон. Все как на подбор: пара оборотней, несколько инферналов, мумии, даже некто желеобразный зелёной консистенции. Блондин прищурился, голова всё ещё кружилась после урона посохом, признал всех неприятелей и их самок, не хватало только… — Не вмешивайся, сестра, — громкий голос явно был обращён к Лидии Дракуле, кто не побрезговала сорвать младшему родственнику нападение, — не порть мне охоту.Румыния. Трансильвания, графство Дракулы, 2012 г.
Молодожёны замерли на своих местах от рассказа человека. Оружейник сделал паузу, воспоминания ему явно не нравились, но такова была его жизнь, хоть сейчас белокурый думал — почему вообще решил поведать о своём прошлом путникам, видимо, хотелось поболтать с Джонном, выросшим из некогда веснушчатого мальчишки в энергичного юношу: — Если вам безрадостно продолжать, то не напрягайтесь, — тихо оповестила темноволосая девушка, на которую мустангер практически не поднимал красноватых от недосыпа глаз, — мне не хочется слышать о выходках своего отца. После секундной паузы охотник прочистил горло: — Как ты сказала? Граф — твой отец? Мэвис шумно выдохнула через нос, немного отвернулась, скучающе рассматривая паутину на соседней стене, и пожала плечиками: — Да, я знаю — дочка Дракулы. Все сперва пугаются. — Дракулы?! Лорэн поспешил успокоить ставшей вмиг вулканической ситуацию: — Всё-ё нормально, всё прекра-асно-о-о, — проблеял он, торопливо встал с низкой табуретки и обратился к знакомому, — Ричард, я ж вас совсем не представил. Супруга перебила его: — А кого кому представлять?! — она была до сих пор зла из-за стычки, когда незнакомец попытался напасть на рыжего. — Этот человек пытался убить сначала тебя, а потом и меня, Джонни! — Понятно – чего ты тогда вертелась около могилы графини-Любви, — процедил блондин, откидываясь на деревянном хлипком стуле и положив локоть на спинку. — Выбирай выражения! — сверкнула на него глазами серьёзная носферату. — Ты выставил против нас сначала автомат, а потом и нож! — Пф, чисто ради того, чтоб припугнуть, — скривился человек, — мне не выдают пуль или лезвий драгоценных металлов: таковых здесь не водится, потому я не смог бы навредить тебе, принцесса ночи. Выстрелы повредили бы максимум шкурку рыжего, благо — узнал я его раньше. — То есть… Ты без серебряных пуль? — неверяще зыркнула из-под чёлки девушка. — И без стальных кинжалов в наличии, — кивнул ловец, — иначе давным-давно перерезал бы ими глотку твоего папаши! — он подался телом чуть вперёд, изображая оттопыренным большим пальцем у своей шеи характерный жест. — Чай-то отменный, — повысил голос бывший король, пытаясь обратить на себя внимание и не допустить ссоры. — Твоя пассия может оставить чашку себе, мне не возвращать, ибо уже отпила из неё, — провоцировал мужчина. — Кстати говоря, Ричард, вы должны бы узнать про… — мужа мигом осадила прыткая Дракула, кто с силой наступила ногой на ботинок парня так, что тот аж подскочил, болезненно громко ойкнув. Охотник не понял сказанного юношей, не увидел метод затыкания от Мэвис под столом, но приметил — выражение у обоих стало отчего-то грустным, и вряд ли причиной была угроза оружейнику в адрес альфы монстров. Пара переглянулась, оба поняли друг друга без слов, а Лорэн мысленно хлопнул себя по лбу, потому что едва не проболтался об участи Эрики и её предательстве собственными братьями: — Нам… Очень жаль, — едва слышно обратилась к оружейнику брюнетка, избегала зрительного контакта с ним и извинялась отнюдь не за прошедший минутный спор, — мы постараемся помочь. — Помочь? Мне? — ухмыльнулся Ван Хельсинг. — Дети, опомнитесь: помогите для начала себе, поскольку ваше положение не лучше моего. — Мы говорим не о твоём положении, приятель, — сжал губы от осознания неблагоприятности складывающейся серой ситуации Джонатан.***
Эрика Ван Хельсинг немного привыкла к непрекращающейся болтовне дочери Аида с Прозенпиной. Юная вурдалак сегодня не отличалась никаким нарядом — всё тот же сверкающий короткий топ с длинной юбкой в разрезе, даже кед на туфли не сменила, а длинные чёрные волосы, кажется, были растрёпаны ещё сильнее, чем обычно: — Прежде, чем ты начнёшь голосить мне в ухо, — спокойно не без улыбки сказала белокурая, — позволь узнать — что вообще здесь происходит? — Ты про весь наш отель или именно про эту полянку? — во все острые зубы широко улыбнулась Эйприл, с деловым видом всезнайки поставила ладони на выделяющиеся из-под массивного ремня кости таза, обтянутые бледной кожей. На изогнутую светлую бровь гостьи и её ухмылку, мол, давай выкладывай, брюнетка хохотнула. — Короче говоря, добро пожаловать, миссис Ван Дракула, на ежегодный Праздник Светлячков! — вампир на одной ноге крутанулась вокруг себя, радостно разводя руками вокруг и не обращая внимания на недобро сверкнувшие глаза человека при упоминании её новой фамилии. — А конкретнее? — спросила хмурая фемина. — Видишь этих деток? — указала пальцами с длинными чёрными коготками на весёлую толпу кровопийца, приобняв другой невольницу за лопатки, а та за всё недолгое время знакомства с девчонкой привыкла к её желанию вечных обнимашек. — По достижении пятидесяти лун каждый вампирёнок демонстрирует — чему он научился у своей семьи либо в летнем лагере, который тут неподалёку. — Летний лагерь? — иронично прыснула морячка. — Серьёзно? — Ага, ты чего? Знаменитый лагерь Виннипакáка, где в детстве бывал сам граф Дракула, — в восхищённом вдохе рассказывала девушка, — ни один человек не нашёл это место за тысячу лет! Располагается он в недрах древней горы и… — темноволосая запнулась на полуслове, явно поняла, что сболтнула много лишнего, неловко завела руку за голову, почёсывая затылок и кривовато улыбаясь. Наёмница сложила руки на груди и с превосходством оглядывала новую знакомую, в шутливой укоризне качала головой: — М-да уж, в партизаны тебе явно идти не стоит, — пленница задумалась, отвела взгляд, что-то припоминая, — где-то я такое уже слышала… Похоже на город Рьюкан в Норвегии — он тоже выстроен в узкой долине, куда практически не проникает солнечный свет. Новости судачили, что в грядущем году на горном хребте установят три огромных зеркала для отражения солнечных лучей к дополнительному освещению города. — О, может быть, там откроют новый корпус для вампирят? — с горящими глазами поинтересовалась Эйприл. — Ага, на «радость» местных жителей, — саркастично ответила Ван Хельсинг и прошла мимо самки дальше. — Так во-от, — с энтузиазмом продолжила фемина, догоняя пленницу и активно жестикулируя, — сегодня дети нашего племени демонстрируют навыки в магии. Видишь синеватые огоньки повсюду? Это их силы, они сами сотворили освещение нужного участка леса. — А в чём проблема зажечь обычные факелы? — без нотки заинтересованности задала вопрос блондинка, чинно шагая дальше, боролась с желанием вновь накинуть капюшон во избежание недоброжелательных взглядов отовсюду. Однако вид резвящихся детёнышей монстров, клыкастые представители которых ворожили в бледных ладошках магию разных цветов холодного спектра, на мгновение показался ей милым. Молодая кровопийца ответить не успела, поскольку за неё это сделал мужчина, кто возник по другую сторону от охотницы: — Никакого огня на территории моего отеля, — отчеканил граф, на его появление рядом гостья не отреагировала, продолжала неспешно идти дальше, упырь выровнял шаг рядом с ней и спокойнее разъяснил, — костры во мраке ночи без надобности, поэтому мы обходимся без них. Эйприл задержалась на секунду, не зная — то ли следовать за парой, то ли остаться тут. Альфа никаких знаков или жестов ей не подавал, потому брюнетка любопытной личностью пошагала за дуэтом, хотя делала вид, что ей абсолютно неинтересны темы разговоров теневого правителя и его спутницы. Тем временем на дальнем краю из тёмных простор в свете одного из мелких огоньков, разведённого детёнышем, показалась фигура в многослойных чёрных одеждах: — Ричард, мистер Ричард! — позвали сидевшие на бревне дети, активно замахав человеку лапами или ручонками. — Идите сюда, садитесь к нам. Названный неторопливо прошёл мимо важной походкой, проследил за улыбчивыми созданиями, а те не могли увидеть выражения его лица, поскольку на глаза надеты прозрачные очки сплошной формы, от которых отсвечивалось синеватое пламя, а вплоть до них повязан тёмный лицевой платок. В толпе Ван Хельсинг признал Винни с несколькими её братьями. Маленькая волчица похлопывала лапкой по соседнему месту рядом с собой почти в середине, детёныши по соседству дружно отодвинулись, чтоб оружейник сел с ними. Некоторые держали палочки, у кого-то были корзинки с маршмэллоу и мустангер понял — почему мелочь скучковалась у импровизированного магического костёрчика, не мог отказать дочери оборотней и сел вместе с детьми.Нет спасенья от удушья
В королевстве лжи и слёз
Что ж, тогда в леса пойду я —
Драный и голодный пёс
Кто-то из нечисти завыл громкую песню на всю округу, которую мигом подхватил весь лесной народ. Четверостишье было хорошо знакомо каждому местному, потому толпа активно потянулась к центральным большим сгусткам светящейся энергии, которую успели на начало ночи создать обученные вампирчики. Некоторые были готовы пуститься в пляс от любимой песни. Под свист свиты граф согласился выступить вперёд, увеличивающейся громкостью продолжив стих:В тех краях суровые вóйны,
Острая боль в деревянной ноге,
Верховный вампир подмигнул столпившимся рядом маленьким носферату, которые едва не визжали от вида правителя столь близко, являясь верными поклонниками альфы:Но не падай духом, разбойник,
Робин из Лóксли в помощь тебе!
Граф был полон энергии для праздника Светлячков: эти самые «светлячки» в лице детёнышей его расы радостно запищали озорству взрослого кровопийцы, готовы были закружить вокруг него хороводы, некоторые — кто умел, — превращались в летучих мышек, чтоб поглазеть на главного среди монстров с высоты и заодно показать своим родичам навыки полёта. Улыбчивый Дракула был рад настрою гостей, с гордостью смотрел на детские старания и направился по всему широченному пространству поляны:Сколько не моли, священник,
Вслух о нас не вспоминать:
Только блеск огней вечерних
Крыш коснётся, как опять…
Упырь не мог не воспользоваться ситуацией, где торжество посетил Львиное Сердце, хотя он и его юная «компания» находились очень далеко от центра действа, но Дракула мигом оказался там, намеревался строчками подразнить недруга. Пока детёныши вокруг магического большого огонька с восхищением взирали снизу вверх на брюнета и то — как эффектно он взмахивал полами плаща в изящных движениях под ритм музыки, тот намерено обратился к блондину. Последний сидел, сгорбившись, над языками «пламени», закинул ногу на ногу, поставив локоть на колено, с безучастным видом держал над магической энергией наколотую на ветку зефирку. При приближении врага он сморщился, но под надетым лицевым платком негативной реакции не было видно, а высокомерный монстр пропел:…Словно детям в назиданье
Старый крестьянин ведёт рассказ
О разбойничьих злодеяньях,
В тайне мечтая быть среди нас
С этими словами граф со смехом хлопнул безучастного ловца по чёрной шляпе, отчего головной убор скатился на глаза отпрянувшему оружейнику, а дети вокруг засмеялись, даже Винни не смогла скрыть улыбки, прижала ушки и прикрыла ладошкой-лапкой мордашку. Под хохот одобрения соратников Дракула в активных движениях, схожих с неким танцем, вернулся на основную площадку поляны, зазывая к себе других празднующих, чтоб толпа раскачалась и его песня продолжалась:Мы — смутьяны — вечно в моде,
И пока кричат при всех:
Бейте дьявола отродье,
С белых рук смывайте грех!
Конечно же, он не смог оставить без внимания свою новую гостью, кто стояла в противоположной стороне под сводами развалин часовни, особо в стихи не вслушивалась. Настроение наёмницы явно упало,Дама благородной крови,
Сделав безразличный вид,
Ночью твоё имя, разбойник,
Словно молитву по-вто-рит…
Девушка от наглости альфы пару раз моргнула и с силой толкнула того в грудь, чтоб оказаться на расстоянии от столь разошедшегося на объятия упыря. Импровизация всегда давалась морячке без труда — так и теперь она умело придумала рифмованные строчки на ходу, чтоб дать ответ Дракуле и одновременно не нарушить музыкальной атмосферы празднующих:Никто не хотел
Оказаться на этой войне,
Но я не могу лгать себе при луне:
Кто ищет свет — неизменно блуждает во тьме…
Интонация грустна, слова лились очень тихо, но сразу подхватились в мелодии музыкантами-скелетами. Сама же белокурая не желала боле оставаться в центре внимания, где все видят её, видят её зависимость от хозяина проклятого отеля, видят её безоружность, видят её уязвимость, видят её шрамы… Со жгучим чувством в груди растерянная невольница сжала кулаки и, напоследок стрельнув глазами на главного врага, резво развернулась и пошла обратно в тени деревьев от света магического освещения. Граф на пару мгновений принял серьёзное выражение, смотрел вслед удаляющейся спутнице и одними губами зарифмовал её стихи:…Кто ищет свет —
Непременно блуждает во тьме
Ночь и любовь на одной стороне
Нельзя было, чтобы монстры кругом видели притихшее состояние мужчины, которого только что «отшила» людская самка, так что верховный вампир мигом вернул себе весёлый улыбчивый вид и обратился к публике. Ощущение лёгкого разочарования в том, что Эрика не составила ему компанию в танце, вурдалак тут же зарыл глубокого внутри, громко стал завершать песню:И покуда на свободе
Жить нам лучше, чем в тюрьме —
Мы в старинный лес уходим,
Строить новый мир себе
Брюнет быстро повернулся вокруг своей оси, чуть присел, из-за чего его чёрный плащ эффектно взметнулся воздух, затем выпрямил осанку, победно рассмеялся и повторял громче. Поймал руками одного из рядом летавших светлячков, немного разомкнул длинные худые пальцы, делая нечто наподобие клетки, где мерцало, билось крылышками бедное насекомое, а носферату со злобным оскалом торжественно закончил пение:И потонет в яростной битве
Имя великого короля!
Коль на нашу землю вступил ты,
Гость незваный, — пеняй на себя!
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!