Глава #2. сколько стоит дружба и как научиться брать ответственность за чужие поступки?

Со стороны воды веяло чем-то морозным, ночью это место казалось жутким и небезопасным, отсюда хотелось поскорей уйти и закрыться где-то, где есть топящая печь и пара тёплых покрывал. Создавалось впечатление, будто сзади кто-то осторожно наблюдал за интересной картиной. Скараманде одним лишь беглым визуальным осмотром смог определить, что некого чужеземца подрали бандиты. Очевидно, движение оружия было четким и не таким инстинктивным как у опасных зверей, а в здешних лесах помимо них есть только чудовища похуже - разбойники. Опустив взгляд темно-еловых глаз на руки пострадавшего, лекарь отметил про себя, что они были в крови. Вероятно он пытался остановить течение из раны, закрывая ее ладонями. Помимо очевидных травм, на лице были видны ссадины, дорогая одежда в каких-то местах была порвана, а графская рубашка и вовсе безобразно испорчена. В первую очередь чернокнижник решил убедиться: жив ли незнакомец вообще или нет смысла тратить на него время и лекарства? Наклонившись поближе, Скараманде приложил холодные пальцы к коже на шее, ощупывая пульс. — живой ещё, шельма. — чуть устало и раздраженно прошипел Мувэ. — ты слышишь меня? Мой голос? Руку мою сожми, если да. А если не можешь этого сделать, то попробуй глаза открыть. Но ничего не произошло даже спустя несколько секунд. Внутренняя борьба между тем, чтоб оставить без присмотра незнакомца и метнуться за самыми необходимыми медикаментами и тем, чтоб попытаться дотащить раненого в дом и гарантированно покалечить этим ещё сильнее, заставила Скараманде призадуматься. Но терять время было уже просто нельзя, поэтому ему пришлось сделать выбор. Лекарь опустился на одно колено и весьма смело подхватил бессознательного мужчину на руки, прижимая холодное тело к своему. В такой тьме было плохо видно все масштабы ушибов, поэтому лекарь решил отнести пациента в церковь. Но нахохлилась она на другом конце деревни, а это ох какая потеря времени! Скараманде повернул по донельзя знакомой дорожке и зашагал в сторону своего дома. Там тоже находились медикаменты и все необходимые ему ресурсы для уверенного восстановления, так что это значительно облегчило задачу. Вот только раньше он никогда не приводил к себе своих пациентов в гости, не было таковой необходимости. Доджер считал себя сильным парнем, но всё геройство растворялось на задворках сознания, а боль, что так безжалостно его мучала, внезапно исчезла вместе со светом. Сначала он подумал, что умер. Но мог ли? Во мраке притяжение было странным, казалось, будто физики здесь вообще не существовало. Вечное падение во тьму совершенно не ощущалось, но Ёр отчего-то знал, что он находится в нигде, что здесь есть целое ничего, что тут ходят никто, и что если пойдёт куда-то, то придет в никуда. Поток черноты только сильней потемнел и полностью сменив гравитацию, вор смог домыслить, что падает наверх. В каком-то бреду стали являться нечеткие сны. Там был человек, вокруг которого было продолжение той темноты, в которой погружён раненый плут. Эмоции отключились вмиг, страх ускользнул от него, остались лишь интерес и глупое любопытство. Ёр выглянул, немного приподнимая голову, но разглядеть чужого лица не смог: какой-то намеренный издевательский источник света хранил интригу и падал прямо между ними. Бывший граф все не мог понять, куда он попал, и собирался спросить об этом незнакомца, но голос не поддавался. Кажется, Ёр чувствовал как болят мышцы и горло от попыток заговорить, но слова безжалостно тонули в тишине. В его власти были только собственные глаза, которыми он пытался что-то рассмотреть, но кроме контраста кошмарных теней и невероятного света между ними - ничего не было. Казалось, будто в деревне не осталось ни одной души. Обычно в такой тьме на небе можно было посмотреть на россыпь белых звёзд, но сегодня мрачные тучи закрыли обзор на этот прелестный вид. Лето ещё не успело начаться, ветер казался холодным врагом, а не тем необходимым товарищем в жаркий день. Он запутывал чёрные волосы и заставлял резко откидывать голову, чтоб смахнуть мешающие пряди. Теперь уж Мувэ не будет забывать, что свои длинные космы надо заплетать. Разговаривая сам с собой, Скараманде обращался к рыжеволосому. — ну чего ж ты в «Лихо» не убежал? Совсем рядом ведь. — лекарь взял его покрепче, кряхтя от тяжести ноши. — нет, надо было тебе сюда идти, чтоб я лишнюю смену отрабатывал. — продолжал сердито жаловаться вслух Мувэ. — хотя, знаешь, тебе повезло, что ты здесь. В другой деревне давно лекаря нет, да и если бы был, все равно я лучший в королевстве. Печь все ещё топилась, тёплый воздух заботливо встретил мужчин в привычной полутьме. Воск стремительнее таял и смешивался с соседними свечами, запах трав и лекарств был уже привычен, но проветрить бы не помешало. Чернокнижник прошел чуть глубже и бережно усадил пострадавшего на некое подобие кровати. Пятно крови на чужой рубашке выглядело устрашающе. Скараманде предполагал возможное лечение для этого рыжего незнакомца. Он, стараясь сильнее не навредить, расстегнул пуговицы дорогих одеяний графа и спустил ткань с плеч и торса; он отложил испорченную рубаху в сторону, чтоб не мешалась. Мувэ для себя отметил, что попробует упросить Аманду, что бы та попыталась восстановить чужую одежду. Кровавые разводы необходимо было стереть, рану обеззаразить, перебинтовать, а самому пациенту влить что-то для более быстрого восстановления. Мувэ отошёл к полкам, где лежат все заготовленные отвары. Перебирая скляночки, он шёпотом читал название пробирок, и вскоре нашёл необходимые медикаменты. По пути забрал небольшую стопку качественных бинтов и сухое полотенце. Чужеземец был неподвижен, и это был шанс получше разглядеть его хоть при каком-то свете. Волосы оказались рыжими, а не карими, как показалось сначала. «Ведьма» — хмыкнул лекарь, улыбаясь тому, какую забавную кличку он выдумал для незнакомого человека. Пришлось проделать много работы и использовать свой незаменимый посох, чтоб рана хоть немного затянулась. Для окончания его замечательного исцеления осталось только влить в организм рыжей «ведьмы» регенерирующее зелье. Отвар переливался алым и бордовым цветом. Было жаль тратить такие ценные ресурсы на того, кого возможно никогда даже в глаза не видел. Хотя отчего-то внешность чужеземца казалась ему смутно знакомой, но за двадцать семь лет в памяти Скараманде все смешалось и он не мог вспомнить ни одного знакомого с такими же светлыми веснушками на вздёрнутом носе, рыжими ресницами и густыми грозными бровками. Когда работа была окончена, Мувэ убрал все скляночки на места и полотенцем вытер свои руки, падая на скамью напротив чужеземца. Он устал. Но пойти спать не давала навязчивая идея дождаться пробуждения рыжеволосого. Чернокнижник устроился поудобнее, но это только создало условия для хорошего сна. Все в обстановке умиротворяло: приглушённый треск поленьев в печи, редкий дождь фоном, сладковатый запах намистака*. В какой-то момент Скараманде вовсе потерял счёт времени и бестолково сверлил точку в незнакомце. Но стоило пациенту пошевелиться, как фокусировка резко прервалась и лекарь наконец обратил внимание на происходящее. Чернокнижник нехотя поднялся с жёсткой скамьи и нетерпеливо взглянул на рыжеволосого мужчину. Тот попытался приподняться на локтях, но вышло ужасно, слабость в руках не дала сделать этого и ему пришлось снова лечь. Лекарь подавил в себе желание самодовольно улыбнуться: задача была выполнена на ура. — поболтаем? — Мувэ взял табуретку и сел рядом с этим подобием постели, горделиво выпрямив спину. — как же тебя, ведьма, к нам принесло? Доджер слегка задумался, поморщив носик от головной боли. Воспоминания недавнего вечера нахлынули болезненным уколом. — ха, я могущественный бог огня, пришёл на ваши земли, чтоб даровать вам спасение от страшных пауков размером с человека. — заговорщическим шепотом начал ведать очередную ложь, выдумав и бога огня, и монстров на ходу. Мувэ скептично выгнул бровь, ожидая услышать хоть что-то более интересное. — в таком случае, с бога возьму плату побольше. — Скараманде сразу для себя определил, что если пациент шутит, значит он в полном порядке и можно особо не заморачиваться. Ёр перестал улыбаться, в этот момент силы вернулись к нему и он смог даже самостоятельно присесть. — мое помилование недостойная оплата? И где вообще мои подношения? Жертвы, в конце концов? Плут начал осматриваться по сторонам, он не мог узнать ни места, где находился, ни молодого человека, который безразлично записывал что-то в книге, обмотанной грубой обложкой. Скараманде представил, как бы яро рвалась Агафья на диалог с этим лже-богом, и даже позволил себе небольшую секундную улыбку. Не отвечая больше ничего чужеземцу, лекарь захлопнул дневник и повернулся к печи, заглянул в котелок со своим чудо-супом. Знахарь перелил ужин в деревянную посуду и подошёл к рыжеволосому. И делал он это не потому что «бог огня жаждал подношений». Незнакомец действительно нуждался в какой-то еде, чтоб организм скорее восстановился и он быстрее убежал обратно в мир богов, подальше отсюда. Мувэ взял чужую руку и приподнял, проверяя, насколько сейчас слаб Ёр. Кивнув каким-то своим мыслям, чернокнижник принялся двигать чужие ноги, чтоб усесться самому. Зачерпнув немного супа, Скараманде подставил ложку к чужим губам. Лже-бог послушно поглотил ее содержимое, несмотря на специфичный странный вкус. — как зовут это божество? — меж тем спросил лекарь. — перед тобою сам Доджер Ёр! Великий наследник графской семьи. — он мечтательно закатил глаза и улыбнулся ярче прежнего, затем снова съел ложечку супа. Мувэ был настроен на более серьезный диалог, но с этим рыжим чужеземцем все было не так: он не знал его и поэтому относился иначе, не уважал, как местные сельчане, юлил и лгал, при этом был слишком весел. И, кажется, такое настроение передалось лекарю. — так все же бог или граф? — усталый голосок был тих и спокоен, тем самым он сильно контрастировал рядом с таким энергичным и громким Доджером. — быть может я божественный граф. — смог выкрутиться Доджер, переводя свой взор с полупустой тарелки на лицо черноволосого. От него веяло донельзя знакомым холодком. В его черепушку пришла мысль, что спаситель ощущался как некто из его сна. — а как тебя зовут, смертный? — Скараманде Мувэ. — лекарь был не многословен, но все же решил спросить кое-что ещё. — кто так напал на тебя? Разбойники? — да я их сам отметелил, ух! Ты бы видел! — под строгим взглядом Скараманде, явно не воодушевленным этой историей, рыжий плут немножко стушевался и виновато улыбнулся. — ам… ну их было достаточно много, — не закончил он мысль, как его перебили. — насколько много? — он при первом взгляде на рану определил почерк разбойников, но впервые за долгое время ему пришлось снова столкнуться с их жертвами, и это, увы, значило кое-что очень неприятное. Ёр помедлил, скривив лицо как от головной боли. — не помню. — только и смог выдавить из себя бесполезный свидетель. — а что такое? — любопытно мне. — Он в последний раз поднёс ложку с ужином и на этом ушёл от чужеземца, больше не узнав ничего об этом обманщике. Время близилось к утру, а значит, что пора собираться в церковь. Чернокнижник стал складывать нужные медикаменты в свою сумку, не обращая внимание на Доджера Очередная бессонная ночь прошла слишком быстро. Свечи потухли, но их вовремя заменило восходящее солнце, покрывая все нежно-сиреневым и золотистым блеском. Ёр скучающие рассматривал стены, завешанные сухими травами, а затем вновь попытался построить диалог с единственным живим существом в этом помещении, не считая мертвой мыши на чердаке. — а куда ты собираешься? — по-детски невинно спросил Ёр, растягиваясь на мягкой поверхности одеял. — в церковь. — кратко ответил Скараманде, запихивая свой дневник в сумку на случай, если придёт какая-то гениальная мысль или ему захочется поразмышлять по поводу прихода в «Олово» этого недо-бога. Лекарь прошёл к большому деревянному сундуку и выудил оттуда первую попавшуюся зелёную рубаху с большим вырезом на груди, по краям которого имелись завязки, чтоб скрыть этот срам от посторонних глаз. Вскоре в руках наглого лжеца оказалась чужая вещь, все же это было лучше, чем совсем ничего, поэтому бесстыжий врун беспрекословно накинул на себя чужую рубашку. Она была свободнее, чем казалась, но все равно сидела на божественном теле идеально. Доджер практически не чувствовал никакой боли, умелый лекарь отлично справился со своей работой. Даже усталости как таковой не было, будто все произошедшее этой ночью - очередная выдуманая история Ёра. Доджер встал на ноги, потягиваясь и зевая. — надо же в такую рань переться куда-то. Пациенты твои никак до обеда не могут подождать? — плут посмотрел через чужое плечо на какое-то чудотворное средство, которое намешивал спаситель. — что это? А мне такую можно? — бесстыжий вор потянулся ручкой за отваром, но не успел его выхватить, как мувэ уже за раз выпил все содержимое. — не дорос ещё. — сухо отрезал лекарь, допивая ободряющий отвар до дна. — ой, ну и не нужно. — Доджер попытался сделать вид что глубоко обижен, но через секунду подскочил поближе, нарушая личное пространство лекаря. — ты больше не спросил обо мне ничего. — указал на грешную ошибку рыжеволосый, пока лекарь собирал свои вещички для работки. Ёр рассматривал все, к чему прикасались грубоватые тонкие пальчики Скараманде, не прекращая говорить, — я ещё много что могу рассказать, между прочим. Бармен в столице мне за это даже платил — гордо поднял голову рыжий и пакостно растянул губы в улыбке. — я самый желаемый бард, между прочим. — сказав это, он подошёл к столу и ловко взобрался на него. Сидя на деревянной поверхности прямо напротив скараманде, Доджер не испытал никакого стыда! Он игриво мотал ножками и весело щурился. — а сколько тебе лет? — спросил Ёр, предполагая, что лекарь настоящий призрак или мертвец, потому что выглядел как труп, но в то же время все ещё молодо. Но лекарь лишь скептически посмотрел на вора и промолчал. — а-а-а, — с вызовом потянул Доджер, — я так и понял. Неприличный вопрос? Сборы длились недолго, а не выключаемое «передвижное радио» в какой-то момент затихло, и это напрягло Скараманде, который уже успел привыкнуть к бесконечному жужжанию над ухом. Обернувшись на Доджера, он заметил, как задумчиво выглядел Ёр. Когда рыжий граф почувствовал этот пристальный взгляд, он наконец опомнился и с наигранной уверенностью наконец заговорил. — ты вот помог мне просто так… — ну так если бы не спас, меня бы наказали. Совсем необразованный чтоли? — издевательски ухмыльнувшись, перебил Мувэ такой трогательный монолог. — да замолчи ты, скряга, момент портишь! — было видно, как слова лекаря ослабили самоуверенность в рыжеволосом, но тот не перестал говорить и улыбаться так, будто он держит все под контролем. — я же все-таки справедливый и невероятный бог. — плут наклонился к своему сапогу и достал оттуда что-то, протер о штаны, и наконец, протянул лекарю. — в общем, бери. — в руке переливался красным украденный рубин, который стоил ему жизни. Вот он и решил заплатить достойную цену за спасение. — У меня полно таких, а ты, наверное, никогда даже не видел драгоценности. — насмешливо врал тот, делая момент не таким неловким. Лекарь отказываться не стал, но на его лице даже на секунду не мелькнуло восхищение, будто ему было все равно. Знал б он, что принимает украденные подарки, не решился бы брать. — как скромно. — ответил Скараманде, и неясно про что он: про поведение Доджера, или про подарок. Ёр смешно фыркнул, но больше ничего не сказал. А вот чернокнижник решился обратиться к вору. — я рад, что тебя не ждёт могила, но гостей я не люблю, так что можешь возвращаться оттуда, откуда ты прибыл, дорогой бог огня. Граф мгновенно посерьёзнел и в удивлении приподнял брови. — вот так просто выгонишь меня? К тем бандитам, да? — на меня твои манипуляции не действуют. — Скамаранде, а..- — Скараманде. — поправил он невнимательного лжеца, ведь не любил, когда его имя так гадостно коверкали. — неважно, — отмахнулся вор, — а можно… — нельзя. — на этом диалог был завершён. Мувэ схватил посох и пошёл в сторону выхода, бросив напоследок: — я ухожу, тебе тоже пора. — рыжеволосый в порыве дернулся в сторону лекаря, но тут же мысленно стукнул себя. Он сделал мигом незаинтересованный вид и послушано покинул чужой дом с гордо выпрямленной спиной. Скараманде сначала удивился, но через мгновение решил вовсе позабыть о существовании некого графа. Утро в деревне выглядело намного симпатичнее, чем в столице: густой туман засел небольшими кусочками облаков в самых низинах, утренняя прохлада и влажный воздух придавали большей мотивации вставать по утрам, в полях качались колоски, а тонкие пластичные стволы ив закрывали идущих от чужих глаз. Пусть Доджер и ушёл из дома чернокнижника, он не собирался так скоро покидать деревню, тем более, что идти было просто некуда. Сбегать в соседское село не давала навязчивая мысль о том, что он снова встретит бандитов, а единственное, что было у него ценное - он отдал какому-то Скараманде. Небольшое село находилось в очень интересной местности рядом с горами и холмами. Ёр смог рассмотреть каждый дворик, придумывая каждому хозяину дома подходящую фамилию и смешную историю жизни. Доджер собирался спуститься вниз, чтоб как-то повеселиться и развлечься, но мокрая после ночного дождя трава заставила плута поскользнуться и скатиться к самому низу, прямиком во двор к старухе Агафье. Пролетев пару метров по сырой земле и собирая новые мелкие царапины, Ёр опрокинул корыто с чистым бельём, разил воду и уничтожил под собой любимые бабкой пионы. Старая ведьма оказалась над ним как гроза средь бела дня. Сегодня весь день Скараманде шёл не по плану. Из-за очередной бессонной ночи все валилось из рук, и даже ободряющее зелье не особо помогало ему стоять на ногах. Лекарь провёл очередной осмотр, выписал пару лекарств, побеседовал с пациентами, и, собственно, вот смена и закончилась. Людей сегодня практически не было, церковь пустовала, и только служащие сновали туда-сюда. Скараманде сидел на пустой кровати и снова что-то записывал в свой дневник. В какой-то момент он заметил, что в священном месте становилось все меньше и меньше людей. Один за другим выходили и, как показалось Мувэ, шли в одну сторону, подозрительно перешёптываясь. Лекарь не заметил, как день начал подходить к концу, но когда он вышел на улицу, то понял, что солнце уже садится. Проходя по главной улице, чернокнижник вдруг увидел столпотворение. Сельчане негодовали, голоса смешивались и было не разобрать, что здесь происходит. Мувэ подошёл ближе, его взору представился его новый знакомый рыжий граф. Правда, был он привязан к столбу, во рту была какая-то тряпка, а вокруг него был ещё не подожженный костёр. Староста Михаил стоял ближе всех. У него в руке был горящий факел, и он был готов вот-вот зажечь им ветки у ног Доджера. Лекарь удивлённо вскинул брови: какого черта тут происходит? Он что, зря пол ночи возился с этим мракобесом, чтоб сегодня его вот так взяли и сожгли? Черноволосый подобрался к Михаилу и встал на защиту рыжей «ведьмы». — ну-ка объясните мне, что случилось? Из толпы вышел следователь Станислав. Он всегда выглядел таким холодным и строгим, но справедливым. В одной руке он держал курительную трубку, в другой какой-то документ. — здравствуй, Скараманде. А ты не слышал? — Станислав обернулся к напуганному плуту. Лицо провинившегося выглядело жалко, он побледнел от ужаса, ожидая смертной казни. — этот мракобес появился из ниоткуда, находится здесь меньше суток, а уже успел натворить дел. Мувэ строго посмотрел на Доджера, но все равно подошёл к столбу и молча стал развязывать. — что за глупости, что он мог сделать за пару часов? — он смог каким-то чудом разозлить Агафью, ограбил Михаила, «случайно» выпустил всех овец, разбил окно в чужом доме. Мне продолжить? — следователь был явно против действий лекаря, но помешать ему побоялся. Хоть Скараманде и промолчал, оппонент все равно настоятельно продолжил перечислять «преступления» плута. — он домогался до девок, подрался с Рудольфом и украл из заброшенного храма золото. Удивительно даже для самого себя, лекарь продолжил диалог, даже не оборачиваясь на следователя. — ну так, а что ж храм-то заброшенный никто не охраняет? Это же твоя работа следить за порядком. Чего не уследил? — ты сейчас оправдываешь преступника. Мне в соучастники тебя записать? — нет. Просто отпускаешь его и все мирно расходимся. — а ежели он снова что-то натворит? Опять его безнаказанным оставлять, да? — в диалог влез староста, огорченный таким милосердным решением лекаря. — а вот пускай он за него ручается и тогда посмотрим, как он запоет. — едко выплюнув этот приговор, Станислав развернулся и ушёл, разгоняя по пути толпу. Все равно огненное шоу отменяется. Когда чернокнижник наконец справился с причудливыми узелками, которые связывали руки рыжеволосого, он несильно стукнул плута по его пустой черепушке. — ты совсем одурел? — но Доджер молчал, все пытаясь отойти от шока. Он присел на землю, пялясь в одну точку перед собой, а в мыслях крутилось только два слова: «я живой». Люди уже все разошлись по своим делам, Мувэ присел рядом. — ладно, баломошка проклятая, поживешь пока у меня. Но будешь мне каждый день полы мыть, это понятно? И от меня ни на шаг не отойдёшь, паразит. — Ёр радостно кивнул, молча глядя благодарным взглядом на Скараманде, его дважды спасителя. Намистак* волшебные травы, которые тоже собирает Скараманде и использует в качестве обезболивающего. В сухом виде очень пахнет спиртом.