Глава #4. какую форму может принять вода?

При дрожащем свете свечей звучал голос Агафьи. Ласковый, скрипучий, как деревянные половицы, спокойный и в меру тихий. — знаешь ли ты легенду о «живой воде»? Скараманде поднял взгляд со своего дневника на старуху, задумчиво присматриваясь к ее довольному прищуру. — ты про необычный элексир, который может оживить кого угодно и вылечить самые тяжёлые раны? Агафья отрицательно покачала головой. — не-ет, не бывает этой воды… либо я никогда не встречала, быть может тебе повезёт больше. — мгновенье непривычной тишины, и она продолжила: — существует поверье, что сотню лет назад в нашей деревне пропадали молодые девушки. Мувэ прикрыл веки. В голове стали вырисовываться образы. Старуха продолжила свой рассказ, пока в мыслях появлялись сказочные картинки. «О, говорят, топились девки друг за другом после дурманящих напитков. Не правда это, не верь тем россказням, одна я знаю истину.» — откуда ты можешь ее знать? — поднял он удивленный взгляд на неё. — я молодой была, все своими глазами видела. — после этих слов пальцы заледенели от одной внезапной мысли. — сколько тебе лет? — Скараманде знал, что Агафья необычная старуха, что ведьмой она была настоящей, что душу продала кому-то за свои способности. Но кому и когда, при каких условиях? Агафья по-доброму улыбнулась. — слушай дальше… — лекарь послушно закрыл глаза. Ходили мы тогда с подругами на берег вечерком, чтоб погадать по водным кругам. День тогда ещё был жарким, солнце светило без единого облачка. Сидим мы, общаемся, и вдруг вижу: вода начала жизнью своей жить, восстала и потянулась ко мне. Девки испугались, завизжали и разбежались, но я уже тогда умела колдовать и смогла их прогнать. — как ты их прогнала? — не открывая глаз спросил лекарь. — огнём, — как бы к слову сказала она. — водяные, так их звать, боятся исчезнуть и единственная их уязвимость это огонь. Испаряются быстро, шипят, орут, но спастись от этого не могут. — я читал что-то в столичной библиотеке, что водяные также боятся Иирру. Огонь не убьёт их, а только обезвредит. Они могли бы стать союзниками или они сами по себе? — уж не знаю я этого, Скараманде. Силой они не обделены и могли бы быть очень полезны в бою, но согласятся ли они на это? *** Доджер стоят один среди пустых вод. Здесь так тихо, что невозможно было даже предположить, что только что из воды явились какие-то мракобесы и унесли Скараманде с собой в лес. Ёр замер от ужаса. Никогда раньше ему не приходилось являться свидетелем сверхъестественного и необъяснимого. Он бы предпочёл как следует обдумать то, что сейчас произошло, но к сожалению, времени на это не было. Граф опомнился, но не успел ничего сказать, только выкрикнул какую-то неуверенную угрозу и выбежал из воды также быстро, как и забежал в неё. Серые глаза внимательно высматривали прозрачные силуэты. Босые ноги ступали по песку и траве, но так было даже удобнее: теперь он мог контролировать землю под собой. Внимательный вор заметил, что на слегка примятой траве остались капли воды. «Быть может это роса?» — вдруг подумал он. Но вскоре пришло осознание: «солнце сегодня очень жаркое, да и время уже за полдень перевалило, здесь не может быть роса.» Тропинка вела в другую сторону. Ёр, не думая о том, что заблудится и не найдёт дорогу обратно, уже пролезал по этим непроходимым дебрям. Ветки, сухие иглы и разбросанные шишки больно впивались в графские ножки, но он не разрешал себе обращать на это внимание. За елью мелькнул что-то тёмное, совсем непохожее на «живую воду», опасное и молчаливое. Доджер остановился, полностью потеряв след, и пригляделся сквозь стволы, выискивая там нечто, что может подвергнуть его опасности. Но было тихо, настолько, что казалось, что лес вымер давно и больше не дышит. И Ёр вместе с лесом задержал дыхание, в попытке услышать хоть малейший шорох и отыскать Скараманде. Но все было четно. А мысль о том, что он не знает как вернутся в деревню, заставила все внутри похолодеть. Бледный лже-бог озирался по сторонам, как беспомощный котёнок, и только хруст сухих игл под его же ногами слышался во всем этом диапазоне. Но в один момент он услышал отдаленный треск, который не совпал с его шагами. Доджер замер, не решаясь обернуться. Но сзади он точно уловил тяжелое дыхание с рычанием. Донёсся запах смолы и мокрой шерсти. Рыжик повернул голову и перед ним возвышался неестественно большой волк. Шерсть грубая, черная, кусками грязная, клочки спутанные, уродливые, с пасти капает горячая слюна, на носу много морщинок, клыки острые кривые, а глаза чёрные-чёрные и смотрят куда-то глубже, чем в душу. Доджер рядом с ним казался совсем маленьким и не достигал по росту даже до морды этого адского пса. — вот же захухря чумазая… — тонким напуганным голосочком озвучил мысли плут. Рядом с его лицом щелкнули гигантские зубы, но Ёр успел отскочить и спасти свой графский лик от шрамов. — на правду не обижаются! — протараторил он эти слова на одном выдохе и принялся убегать, позабыв о лекаре. Волк одним прыжком нагонял убегающего Доджера, но тот не останавливался и продолжал скрываться в деревьях. Минутой позже выяснилось, что это был не единственный угольный волк, который рассчитывал сегодня пообедать им. «Так, это точно такая же погоня, как от дворцовой стражи. Только в лесу и.. наказанием будет не тюрьма, а смерть.» — плут ловко скакал и перепрыгивал через корни деревьев, однако, приспешники Иирру не отставали. В какой-то момент Доджер в полную меру ощутил как сбилось дыхание, как сильно стучало сердце в груди и какой ужасной судорогой сводило ноги от этого бега. Он на ходу додумал крайне небезопасный план и принялся к его исполнению. Доджер уцепился взглядом за самое высокое и крепкое дерево и через миг уже забирался по его стволу. *** Все покрывало невесомой липкой пеленой, вода попадала в глаза и не давала наблюдать куда несёт это течение. Скараманде пытался сопротивляться, но через время конечности совершенно перестали слушаться. Кажется, на краткий миг он потерял сознание, ведь очнулся он уже будучи находясь на каком-то своеобразном троне. Лианы и лоза крепко связывали его тело, он не мог выбраться из этого плена, какую силу бы он не вложил. Все попытки хотя б шевельнуться вызывали только порцию отрезвляющей боли. Оставалось лишь ждать чего-то. Смерти или, быть может, спасения. С каждой одинокой минутой становилось все скучнее находится здесь без собеседника, поэтому Мувэ принялся внимательно рассматривать все вокруг. Только сейчас он понял, что находится далеко не в том мире, откуда прибыл. Здесь все было совсем по-другому: небо неестественно фиолетовым, как в зимние сумерки, ещё не изученные им растения, множество кристаллов, которые росли и тут и там, куда ни глянь. Мувэ ощутил, как голову что-то сдавливает. «Корона? Как примитивно.» — хмыкнул лекарь, осознавая для себя ещё одну не самую приятную новость: водяные посчитали его достойным…девушкой, чтоб совершить ритуал. Скараманде всегда было любопытно побеседовать с этими существами, разобраться в их природе, узнать, откуда они черпают свои силы, для чего крали девушек, и как защищаются от Иирру. Но столкнувшись с этими мракобесами лицом к лицу, лекарь не смог найти с ними общего языка. *** Доджер сидел на высокой ветке, крепко держась за неё ладонями. Ноги свисали вниз, но, с каждым щелчком зубов, плут сгибал их в коленях, чтоб оказаться как можно дальше от опасных зверей. Он отгонял от себя мысли, что на земле его ждёт неизбежная гибель и взглядом пытался зацепиться хоть за какое-то спасение. Лес был таким разным и глубоким, но на глаза ничего не попадалось. Казалось, что он может просидеть здесь вплоть до следующего утра. Однако, стоило волку лапами толкнуть ствол, как Ёр соскользнул с дерева, и только руками смог зацепиться за спасительную ветку, сдирая ладони в кровь. Но лицо его озарила улыбка: он наконец увидел неподалёку что-то напоминающее скрытый вход в старый храм. Это, конечно, никак бы не смогло спасти плута от голодных тварей, но зато теперь у него есть хотя бы одна догадка, где можно искать Скараманде. По виску скатилась капля холодного пота. Вор, стиснув зубы от ужаса и дискомфорта, вскарабкался чуть выше. Оказавшись в более безопасном месте, Доджер оторвал от штанины кусок ткани, порвал его напополам и туго перевязал свои ладони. Граф похлопал руками по карманам, но ничего кроме краденого из церкви крохотного уголька у него не нашлось. «А ведь если бы я смог его зажечь, то хотя б время выиграл себе.» — вдруг подумал он, рассматривая небольшой чёрный камушек, с какой-то надеждой и мольбой во взгляде. Лже-бог чувствовал, как ярость заполнила его мысли. Сейчас он был так беспомощен и бесполезен, и все его умения оказались вмиг крайне бестолковыми. Но вот он почувствовал покалывающее тепло, исходящее от угля. Он покрылся темно-фиолетовыми трещинами, и то тепло вскоре превратилось в жар. Невероятным образом ворованный и некогда бесполезный камень оказался раскалённым и единственным оружием. Удивительно было и то, что Ёр чувствовал как горяч предмет в его пальцах, но как таковой боли или ожогов не ощущал. Он метко прицепился, ведь попытка была только одна, и с размаху швырнул уголёк в траву так, чтоб она загорелась вокруг этих тварей и задержала их хоть на какое-то время. Как известно, огнём этих существ не возьмёшь, сама их стихия и есть пламя. Огонь вспыхнул фиолетовой стеной, выглядело то до ужаса неестественно и зловеще. Опасная стихия захватывала все больше территории, зверь истошно завыл, испугавшись такого явления, ведь это был совсем необычный и привычный ему огонь. Граф с ужасом прижал ладони к груди, не находя объяснения этому явлению. Но думать об этом он будет точно не сейчас! Второй волк скрылся в стволах деревьев, и это был отличный шанс добраться скорей до того необыкновенного сооружения, которое незадолго до этого увидел граф. Пришлось очень сильно поторопиться. *** Внутри все оказалось совсем по-другому. Храм уходил вниз под землю, перестраиваясь в лабиринт. На стенах висели факела. Доджер нахмурился: стоит ли ему вообще так рисковать и идти «вслепую», не зная куда. Но с другой стороны, найти выход отсюда было более вероятнее, чем бегать по опасному лесу в одиночку до тех пор, пока его не загрызут волки или не зарежут разбойники. Здесь было ощутимо прохладней, чем наверху, пахло сыростью, каменные стены были мокрыми и откуда-то сверху капала вода, громко разбиваясь о твёрдую поверхность. Босые ноги осторожно ступали вперёд; привередливый граф морщился от брезгливости и отвращения, а ещё немного от холода, исходящего от сырых камней. Время истязало и хихикало, Ёр не мог найти себе места от понимания, что возможно Скараманде давно нет в живых и он зря геройствует. Лже-бог долго петлял по незнакомым тоннелям, не находя ни выхода, ни входа. Хотелось уже просто смиренно лечь наземь и перестать вдыхать этот сырой тяжелый воздух. И стоило ему подумать об этом, как вдруг очутился у каменной лестницы, ведущей наверх. Страшно было появляться там, где его не ждали, но ещё страшнее было подняться туда, откуда пришёл. Доджер осторожно выглянул наружу, но не узнал в этом невероятном месте тот лес, где был не так давно. Рядом не было ни души. В глазах вора блеснуло отражение сверкающих драгоценных камней и кристаллов. Он тут же позабыл, зачем пробирался сюда. Намного выгоднее было украсть сейчас чуть-чуть этих богатств и сбежать из ужасной деревни, от этого вечно-сердитого лекаря. Но дохлая совесть смогла подчинить графа. «Он меня просто так спас два раза.» — повторял он эту фразу у себя в голове, стараясь избежать взглядов на провокационные кристаллы. *** Мир этот был не менее чудесным, чем их собственный. Но наверняка он был также опасен, не бывает добра без зла. Доджер так никого не повстречал, пока не добрел до аллеи, где у самого ее начала переливались сгустки воды. Водяные статно и молчаливо охраняли вход в самое сердце мира. Ёр очень сомневался в том, что эти «лужи»настолько сильны, как об этом заявлял лекарь. Плут выжидающе поглядывал из-за ствола дерева, подбирая наиболее привлекательный план действий. Вариантов было немного: либо как-то незаметно прокрасться, либо отвлечь хитростью, либо лезть через силу. Доджер задумчиво нахмурил бровки, немного прикусив щеку. На земле соблазнительно поблёскивали небольшие камушки. Ёр схватил один из них и метнул в одного из стражника. Вода живописно разбилась, расплескалась по сторонам и стала ничем, обычным ручьём. Плут хмыкнул такой удаче, но не тут то было: нечесть вернулась в свой прежний облик, быстро собираясь капля за каплей. Ёр разочарованно фыркнул, но вскоре разочарованно понял: «было бы слишком просто, если б они так легко помирали..» С другой стороны, ни один из охраняющих не стал искать Доджера с целью уничтожить. Возможно с ними даже можно договориться! Граф поправил складочки на рубахе и шагнул к ним с мыслью: «Ай, да будь что будет!» Но стоило ему показаться рядом со входом в злосчастную аллею, как эти мракобесы закружились рядом и внезапно схватили его. *** Скараманде скучающе глядел по сторонам. Парочка водяных всё-таки охраняли его, но близко не приближались. В какой-то момент к ним вышли двое сущностей, а с ними был Доджер, который продолжал обессилено сопротивляться. — да пфф… вы сами привели меня туда куда надо! Я так-то сам сюда шёл. — измотанным голосом бурчал граф. Но как только взгляд его серых глаз наткнулся на невредимого Мувэ, он тут же оживился. — барышня, я пришёл за вами! — на это смелое заявление лекарь только закатил глаза. Стражники небрежно подтолкнули плута вперёд, все внимание этих существ было приковано к нему. Ёр прочистил горло и уверенно начал свой импровизированный монолог. — ха…я бы на вашем месте хорошенько бы подумал ещё раз. — напряжение в воздухе стало постепенно растворяться. — вы вообще видели её нос? А фигуру? Мерзость! Мувэ обречённо выдохнул, мыслено спрашивая у бога: «да зачем же ты пришёл, шельма!». Ожившая вода перестала глядеть на Скараманде, лоза слегка ослабла, это позволило ему одной рукой дотянуться до кармана своих штанов и достать оттуда складной ножик, которым незаметно перерезал сплетения колючих стеблей и лиан. Доджер отлично отвлёк водяных. Вряд ли они до конца верили тому что он говорил и понимали его речь, но никто так и не заметил, как лоза упала в ноги Скараманде и он с отвращением сбросил корону наземь. И только тогда, когда эти мракобесы потеряли интерес к этому лжецу, они наконец сплочённо решили избавиться от ненужного объекта. Ёр медленно пятился назад, пока угроза захлебнуться медленно подползала к его ногам. Сгусток энергии метнулся в рыжую голову, но Доджер ловко увернулся. Сзади послышался глухой удар, граф обернулся и увидел поваленное магией дерево. Спокойное выражение лица лекаря не отображало всех тех негативных чувств, что испытывал он в этот момент. Решение пришло сразу, Скараманде немедленно схватил свой нож и полоснул лезвием по своей ладони. Живая горячая кровь потекла по руке, оставляя алые следы на рубашке. Шёпот Мувэ разносился по всему диаметру, внедряясь в волшебную землю и траву. Показалось, что ветер усилился в этот момент. Чёрные волосы чернокнижника выбились и лезли в глаза, но он за эти годы натренировался игнорировать весь мир и концентрироваться на колдовстве. Скараманде вспомнил вдруг слова Агафьи о том, что водяные уязвимы только перед Иирру и огнём. Сложив пальцы в специальном пасе, Мувэ обратился к огню, который сгорал на факелах повсюду. Пламя подчинилось, он направил его в сторону Доджера, хрипло крикнув: — поберегись! Плут успел увернуться, склонившись к самой земле. Над головой послышался взрыв и шум воды, а позже испарения. Ёр огляделся по сторонам и никого больше не заметил, кроме своего трижды спасителя. Тот, сжимая окровавленную ладонь в кулак, быстрей подобрался к графу, но прошёл мимо, сердито кинув напоследок: — уходим, ведьма, сейчас сюда приплывут остальные, мы со всеми не справимся. Лже-бог вскочил с земли и даже не обратил внимание на надоедливую кличку из уст врача. Он быстрым шагом нагнал чернокнижника, который сейчас выглядел ещё более бледным и хмурым, чем обычно. Доджер заметил кровь на ладони лекаря. Брезгливо поведя носом, вор перекинул чужую руку через своё плечо, заметив как много сил он потратил на это заклинание. Плут постоянно оборачивался назад, но никого не встретил. Облегчение оттого, что погони не следовало, тут же открыло второе дыхание и они зашагали ещё быстрее. Но как бы не так! Перед ними быстрой рекой выстроился полк прозрачных существ. Доджер и Мувэ остановились. В небе нависла опасная туча, где-то в дали прозвучал шум грома. Ёр глянул на спутника с какой-то мольбой, но было ясно: колдовать сейчас Скараманде не мог. Граф сделал осторожный шаг вперёд, закрывая рукой чернокнижника. Внутри все бушевало от ужаса, он сам себя спрашивал: «что я творю?!». Но слова, неосторожно брошенные им, уже прозвучали. — разбежались все в ужасе! Я великий бог огня, и если вы сейчас же не дадите нам уйти, я все ваше царство превращу в болото! — еле-заметная рябь прошла по воде, но ничего больше не случилось. Ёр нервно закусил губу, но не обернулся назад, гордо закрывая собой лекаря. Мувэ потянул вора за рукав и кивнул в сторону горящего факела. Доджер подло улыбнулся и резким движением схватил его. Он был один против целой толпы этих мракобесов! Граф взял за руку лекаря, шепнув ему: — не будем сражаться, пробежим! И через мгновение они уже рвались на встречу с ожившей рекой. Водяные обходили их так, будто вокруг оказался огромный щит. Изредка мокрые прозрачные щупальца тянулись за плечи и спины, но через секунду, будто обжигаясь, отстранялись с шипящим звуком. Ситуация развеселила плута, он улыбался, чего не сказать о плетущимся за ним Скараманде. Обойдя строй нечисти, мужчины принялись бежать к лабиринту. Но у самого входа в храм Ёр притормозил. Он опустился к земле и стал жадно собирать всякие драгоценности. — ты что делаешь? Одурел чтоли?! — с ужасом воскликнул лекарь. — да-да, сейчас, иду… — Доджер набивал горсти кристаллов и камней себе в карманы, но никак не мог остановиться. Глаза безумца, поехавшего на деньгах, бесстыже глядели на эти богатства, которые он не мог тут бросить. Мувэ огляделся и осознал, что в случае чего, защититься будет нечем! Факела вдруг погасли, а совсем скоро стали видны очертания водяных. Лекарь больно стукнул вора по макушке и тот наконец оторвался от этого поганого дела. Потирая ушиб одной рукой, Ёр обиженно насупился, но все равно шагнул вместе с чернокнижником к храму. Они оказались внутри. Мувэ принялся закрывать вход большими камнями, но не успел: рядом с его лицом пролетел очередной сгусток энергии и с жутким грохотом врезался в стену. С потолка посыпались мелкие камушки и пыль. Доджер отмахнулся от неё и потащил Скараманде к первому попавшемуся пути. Шли они торопливо и наугад. Когда лекарь вдруг заметил непривычную тишину, он остановился и, будто потеряв все силы, прислонился к мокрой стене спиной. Доджер оперся ладонями о колени, поглядывая на врача снизу вверх. — откуда ты про них знаешь? Уже встречался с ними раньше? — вдруг раздался голос графа. — давай выход сначала найдём, а потом обсудим все. — строго сказал Мувэ. — нет, ну скажи ты сейчас, что это за черти такие и как ты понял, как их обойти? Скараманде обречено выдохнул тяжелый воздух. — огонь - не самое страшное, что может их напугать. Так мы только время выиграли, но скоро они возродятся вновь. Мстить они, конечно, не собираются, но нам туда лучше не соваться лишний раз. — а что их может убить тогда? — с ноткой ужаса спросил лже-бог. — слушай, ведьма, ты угомонишься? Доджер отрицательно покачал головой. Очень быстро, одними сухими фактами, лекарь объяснил ему, что есть на этом свете только два бессмертных существа. — да, знаю я про Этирету и Иирру. Тебе, кстати, не кажется, что это подозрительно, что только они оба бессмертны? — давай без обоснованных обвинений. И не перебивай меня. — рыжик кратко кивнул, готовый слушать дальше. Этот и другие миры создал правитель Этирету, но спустя года из ниоткуда явился ужасный монстр. Ее прозвали Иирру. Его ничем нельзя убить - бессмертен он. Никакие оружия и магия перед ним не властны. Монстр этот не убивает, но ужасно мучает других, пока те сами не сойдут с ума и не начнут умолять Иирру их уничтожить. Он может лишить жизни кого угодно, но только если его об этом попросят. — ты серьезно мне сейчас рассказал вымышленную легенду? Ее барды в тавернах распевают налево и направо. — скептично высказал Доджер. — в водяных ты, кажется, тоже раньше не верил. — этот аргумент заставил плута замокнуть. — все, нам возвращаться пора, посох и сумку мы на берегу оставили. Не дай бог я сейчас приду туда и что-то исчезнет. *** Выбравшись из лабиринта, они, под шум бесконечных монологов и вопросов Ёра, дошли до озера. Все было на месте. Граф глянул на кривую длинную ветку темного цвета с нереальными для этого мира синими полосами на основании, будто сделаны они из смолы, но другого цвета. На закрученном во внутрь кончике этого приспособления был шар, кажется, стеклянный. Он подсвечивался желто-оранжевым цветом изнутри. — откуда у тебя этот посох? — граф потянулся руками к нему, но Скараманде не позволит коснуться артефакта. — Агафью помнишь? Она мне подарила его как-то, ещё перед тем, как я смог пользоваться им. Сказала, что в видении был предназначен мне этот дар. — посох удобно лёг в руку лекаря. Он был хорошим товарищем и помощником во многих его делах. Лже-бог убрал ладони в карманы, что-то насвистывая, а потом резко вспомнил одно не озвученное событие этого дня. — о, кстати! Я, наверное, должен тебе рассказать кое-что. — Мувэ внимательно слушал и не перебивал своего подопечного. — сегодня так вышло, что я… эм… кажется, наколдовал огонь? Уголь был у меня тогда. Я его поджег будто силой мысли! Только огонь был странным. — странным? Что ты имеешь ввиду? — до этого скучающий, Скараманде вдруг оживился и вступил в диалог. — горел он темно-фиолетовым пламенем.