Глава М. «Одна во кнѧжеском тѣреме»

      Боль от утраты ушедшего Ратмира продолжала разъедать сердца всех, кто находился в Заполье. Он ушел в самый нужный момент, когда на границу повадились монголы безобразничать. Это означало только одно: вторжение супостатов близится. Вопрос о приемнике не стоял открытым. Княжеский престол унаследовал Радислав, первенец покойного владыки. В тот же день, когда его отец с двумя младшими братьями был захоронен, тот стал править Запольем. На празднестве его становления присутствовали все важные лица. Одна лишь я оставалась в своих хороминах и продолжала лить слезы по усопшему.       Марфа добровольно сложила с себя владычествующие полномочия в пользу старшего отпрыска и осталась жить при дворе. Потеряв мужа, она хотя бы надеялась сберечь последнего от князя сына. Ее единственные дочери, старшая Людмила и младшенькая Рогнеда, стали придворными девками, так как по тамошним законам не имели права наследовать землю, хоть и относились к высшему сословию. Теперь их удел — прислуживать своему брату, занявшего первое место в Заполье.       В это время мне стало страшно, как никогда раньше. Даже когда Ратмир захватывал меня, я и то не испытывала такого таинственного страха за свою судьбу, как сейчас. Как новый князь отнесется ко мне, кто до конца дней его батюшки оставалась верной рабой своего хозяина? По сути я, несмотря на отношение ко мне со стороны ушедшего в иной мир Ратмира, оставалась бесправной басурманкой по-прежнему, всего лишь собственностью более сильного мужчины.       Неясность не только пугала, но и угнетала меня с каждым днем моего пребывания в заполецких хоромах, гложа исстрадавшуюся душу.

* * *

      Мои дни протекали скучно, серо и однообразно. Люду и Гнеду я почти не видела, а если и видела, не иначе как с печальными выражениями на девичьих лицах. Зато чуть ли не каждый день Радислав кутил, закатывая роскошные пиры, главным блюдом на которых была осетрина, и куда он зазывал огромное количество славянских ратников и дружинников.       Святополк, столичный посадник, стал доверенным лицом княжествующего племянника. Только благодаря родственным связям он сохранил свой чин. А вот воеводу Рогволода Радислав произвёл в тысяцкого, учитывая его военные заслуги перед родиной и некогда тесные дружеские отношения с почившим Ратмиром.       Простой люд втайне роптал на нового владыку, чувствуя, насколько слабее тот в сравнении с собственным отцом. Тем более возможное вторжение татар не давала покоя обывателям, далеких от дел в управлении княжеством. А сам Радислав оказался настолько властолюбивым и самовлюбленным правителем, что чхать хотел на интересы населения. Поэтому запольчан постепенно охватывали народные волнения, которые власть сверху не замечала.