Глава 9. Рейнира III/Арья IV

Рейнира

Рейнира почти не спала, ворочаясь в своей большой кровати, мысли о том, что сделал Деймон, кружились в её голове. Рейнира была уверена, что всё её тело было покрыто несходящим румянцем. Раньше она и не знала о таких вещах, не говоря уже о том, что есть мужчины, способные их сделать. Но Деймон с радостью сделал это, — прошептал её разум, когда она почувствовала желание познать это снова. И Деймон дал обещания об их первой брачной ночи… Рейнира громко вздохнула, изо всех сил желая, чтобы отец позволил им пожениться. Но таковы были желания наивной принцессы, которой Рейнира не была. Она была наследницей, и она знала, что потребуется гораздо больше, чем её мольбы, чтобы отец согласился поженить их. Деймон теперь пользовался благосклонностью отца, но у него была очень раздражающая привычка доводить брата до белого каления. Теперь, когда Рея сошла с её пути, — боги, она радовалась смерти женщины, которую даже никогда не встречала, — Деймон снова был волен жениться по окончании траура. Рейнира должна была убедиться, что её любящий, но иногда глупый отец не отдаст её дядю какой-то никчёмной женщине, хотя, по мнению Рейниры, любая женщина, кроме неё самой, была никчёмной. Она задремала, размышляя о том, как уберечь своего Деймона от неприятностей, и проснулась от очень знакомого рёва. Оказалось, это кузина Рейнис прибыла в гостях, и, если Рейнире повезло, она привезла с собой своих детей. Она быстро позвала служанку, чтобы та помогла ей одеться и заплести волосы в простую, но элегантную косу. Как всегда, ожерелье дяди гордо висело у неё на шее. Она открыла дверь и обнаружила, что сир Эррик ждет её. — Доброе утро, принцесса, я должен быстро сопроводить вас к расписному столу в зале, чтобы затем поприветствовать компанию Веларионов. — Рейнира кивнула ему, и они вдвоём направились в комнату с расписным столом. Поприветствовав сира Вестерлинга у двери, сир Эррик коротко поклонился, прежде чем поспешил по коридору, направляясь встречать гостей. Похоже, Рейнира прибыла последней. Она увидела, как её дядя разговаривал с отцом. Просто вид его спины напомнил ей о событиях прошлой ночи, и она заставила себя отвести взгляд, пока ее румянец не стал слишком сильным. Она взглянула на Арью, которая шепталась с Джоном. Очевидно, румянец ещё не сошел, потому что Арья взглянула на неё, затем на Деймона и снова на неё с понимающей улыбкой на лице. Рейнира почувствовала, как румянец стекает по её шее, и заставила себя подумать о том, что придал бы ей нормальный вид. Воспоминание о вое Алисенты, когда на свет появился Эймонд, привело к тому, что её кожа приобрела нормальный оттенок. — Моя дорогая, — обратился к ней отец, и Рейнира подошла к нему, взяв его раскрытую ладонь. — Прибыла моя кузина с Лейной и Лейнором. Как только они доберутся до этой комнаты, я был бы очень признателен, если бы ты составила компанию своим кузенам в саду. Им пока не стоит всё это видеть. Рейнира услышала в его словах намёк, что и ей стоит держаться подальше. — Я сделаю, как ты просишь, отец, — ответила она, и он вздохнул, но затем Рейнира продолжила: — только если ты спросишь Рейнис, может ли Лейна стать моей придворной после празнования победы на Ступенях. Леди Стронг прекрасны и высокородны, но я хочу, чтобы рядом со мной была моя лучшая подруга. В родословной Лейна их даже превосходит. Отец казался задумчивым, но она знала, что он уже согласился. Отец никогда не отказал бы ей в большинстве вещей, если не считать спора за разрешение выйти замуж за Деймона. — Очень хорошо, моя дорогая, будет здорово, если бы в Красном Замке будет жить больше членов нашей семьи, и леди Лейна занимает самое высокое положение. Однако хочу предупредить. Перед тем, как Джон и Арья... появились, я получил письмо от лорда Масси. У него есть дочь подходящего возраста, и он просил оказать ей честь стать ещё одной фрейлиной. Даже если Рейнис не согласна, — уверен, она согласится, — перебил он, видя, что Рейнис открыла рот, чтобы ответить, — я бы хотел, чтобы ты рассмотрела эту юную леди. Лорд Масси — хороший человек, и, без сомнения, хорошо воспитал свою дочь. Рейнира обдумала его предложение. Она ничего не знала об этой девушке Масси, но дом, из которого она происходила, сражался на стороне её предка Эйгона I, во время завоевания.  — Очень хорошо, отец, я согласна. Взамен ты должен уговорить кузину Рейнис, — взмолилась Рейнира, и отец улыбнулся. — Обязательно, моя дорогая. Должен сказать, я горжусь тем, что ты сумела выудить выгоду для себя. Так поступают хорошие правители. — Рейнира не могла не выпрямиться при словах своего отца и просияла ему. Он улыбнулся в ответ и сжал её руку. Мгновением позже сир Вестерлинг открыл дверь семье Веларионов. Принцесса Рейнис вошла первой, а за ней были двое её детей, Лейна и Лейнор. Рейнира почувствовала, как радость зарождается в её груди. Хотя они обменивались письмами каждую неделю, прошли годы с тех пор, как они видели друг друга лично. Лейна, всегда самая выразительная из детей Веларионов, немедленно оживилась, встретившись с ней взглядом. Лейна, всегда такая легкомысленная в своих словах, сделала довольно грубый комментарий своему брату на высоком валирийском, вероятно, предположив, что Арья и Джон её не поймут. Рейнире пришлось побороть подступивший к горлу смех, когда Арья ответила на её комментарий, отчего оба Велариона ахнули. Кузина Рейнис была такой же спокойной, как всегда, и Рейнира восхищалась её способностью выглядеть так, словно ничто не могло вывести её из себя. Этому навыку ей нужно было научиться. Как и планировалось, ее отец вежливо, но твёрдо отпустил троих младших Таргариенов, на что кузина Рейнис разрешила кивком головы. Рейнира быстро поцеловала отца в щёку и подошла к почти дрожащей Лейне. Как только она оказалась на расстоянии вытянутой руки, Лейна схватила её, говоря слишком быстро, чтобы можно было разобрать. Трое молодых людей быстро направились в сад, сир Эррик в нескольких шагах позади. Рейнира подвела их к солнечному участку травы, и Лейна почти рухнула на него. — Моя дорогая Рейнира, какая радость снова видеть твоё прекрасное лицо, да ещё в такой чудесный день, — заговорила Лейна, и Рейнира не смогла удержаться от хихиканья. — Нет большей радости, чем видеть твоё ещё более прекрасное лицо, моя дорогая Лейна, — ответила она. Взглянув на Лейнора, она быстро добавила: — и, конечно же я не могу забыть нашего дорогого Лейнора, самого прекрасного из нас троих! При этих словах Веларионы рассмеялись, и Рейнира к ним присоединилась. Она не могла вспомнить, когда в последний раз так много и непринуждённо могла смеяться. Время, проведённое с Деймоном, было замечательным, но не совсем таким, как время, проведённое с дорогими друзьями, такими как Лейна и Лейнор. Через некоторое время все трое нашли, где устроиться. Рейнира положила голову Лейны себе на колени, а Лейнор обвил её ноги.  — Я пообещала своему отцу отвлечь вас от разговоров взрослых, чтобы взамен тебя пустили ко двору, — тихо сказала она. Лейна подпрыгнула и обняла Рейниру, заставив Лейнора взвизгнуть и скатиться с её ног. — Правда? О, моя замечательная кровожадная кузина, спасибо тебе! Я люблю Высокий Приливы, но я хочу увидеть новых людей, испытать больше интриг! — Лейна говорила с драматическим размахом; широко раскинув руки, словно обращаясь к аудитории. — Не говоря уже обо всех высоких лордах, посещающих столицу. Боюсь, если я и дальше останусь в Высоком Приливе, мой отец заставит меня жениться на каком-нибудь выскочке из Эссоса или, того хуже, на Лейноре. Лейнор сделал вид, что почувствовал себя оскорблённым, но затем быстро развеселился. — Я люблю тебя, моя дорогая сестра, но жениться на тебе не горю желанием. Полагаю, ты не можешь попросить своего отца сделать и меня фрейлиной, а, Рейнира? — спросил он в шутку. Рейнира громко вздохнула для драматизмп. — По правде говоря, я хотела попросить его убедить твою мать разрешить тебе остаться в столице, возможно, в качестве оруженосца моего дяди теперь, когда он вернулся, но сомневаюсь, что лорд Корлис отпустит своего наслденика. Выражение лица Лейнора стало задумчивым. — Думаю, ты права. Теперь, когда он выиграл свою войну, отец сосредоточит всё своё внимание на том, чтобы сделать из меня наследника, которого он желает. Его не остановит даже то, что никогда не получит желаемого. — Он нахмурился ещё сильнее, и Рейнира взяла его за руку, чтобы утешить. Он коротко улыбнулся ей. — Наверное, это даже к лучшему. Если бы я остался в столице, отец, настоял бы на нашей помолвке, чтобы, наконец, увидеть кровь Веларионов на троне. В группе воцарилось напряжённое молчание. Лейна, как всегда нетерпеливая, разрядила обстановку.  — Очень жаль, брат, потому что я сама намерена потребовать руки нашего дорогого наследника! — Лейнор расхохотался, и Рейнира не могла не присоединиться. Её дорогая кузина всегда знала, что сказать, чтобы нарушить любое молчание. В глазах Лейны появился лукавый блеск. — Но, несмотря на мою вечную любовь и обещание полной преданности, я осмелюсь сказать, что всегда буду на втором месте, особенно теперь, когда некий порочный принц овдовел. Черт бы побрал этот румянец, — выругалась Рейнира про себя, почувствовав, как он стекает по её шее, почти подтверждая поддразнивание Лейны.  — Ага! — торжествующе воскликнула она. — Как продвигается план по захвату порочного принца? — дерзко спросила Лейна, и Рейнира вздохнула. — Проблема не в захвате, nyke kostagon kīviō ao bona (Уж поверь мне), — вторую половину она произнесла мягко. Лейнору не пришлось долго гадать, чтобы разгадать её смысл. — Ao qringaomio! Skoros se sīkude jorrāelagon Hightower iotāpagon bē bona (Ты согрешила! Что об этом подумает семилюбка Хайтауэр)? — поддразнил он. Рейнира просто пожала плечами. — Skoros gīmigon daor ōdragon issa daor (Как говорится, счастье в неведении), — ответила она, и Лейнор громко рассмеялся. — Ты хитрая кузина, и я искренне тебе аплодирую, — произнёс он, заходя так далеко, что поклонился ей, всё ещё сидя. Лейна, которая, наконец, уловила двойной смысл сказанного, согласилась со своим братом. Все трое продолжали разговаривать на лёгкие темы, и Рейнира чувствовала себя немного виноватой каждый раз, когда уводила разговор от Арьи и Джона. Но она знала, что это к лучшему, поскольку она не была уверена, что обсуждалось в зале раскрашенного стола, и это никому не принесло бы пользы, если бы у двух групп были разные версии их истории. Её размышления были прерваны вбежавшим в сад драконьим стражем. Молодые люди одновременно сели, и сир Эррик подошёл и встал рядом с Рейнирой, положив руку на эфес своего меча. Стражник остановился всего в нескольких футах от них. — Dārilaros (Принцесса), — выдохнул он, всё ещё запыхавшийся после бега. — Ziry Syrax, (Ваша Сиракс), — продолжил он, и Рейнира почувствовала, как ужас собирается у неё в животе. — Skoros massitas? Iksos issa qeldlie riñnykeā ȳgha? ( Что случилось? Моя золотая леди в порядке?) — На это хранитель драконов улыбнулся и покачал головой. — Ziry issa mazumbillot! (Она гнездится!) — Страх Рейниры сразу же сменился восторгом. Рядом с ней Лейна завизжала от восторга. Она почувствовала, как рука Лейнора похлопала её по плечу. У ее золотой леди была первая кладка! У Рейниры было предчувствие, кто был отцом, но ей нужно было подтверждение от стража. — Qilōni iksos se kepa (Кто отец?) — спросила она с растущим волнением. Страж улыбнулся. — Caraxes, dārilaros (Караксес, принцесса). — Похоже, их драконы решили помочь Рейнире выйти замуж за её дядю. — В конце концов, — подумала она про себя, — драконы могут завести себе пару на всю жизнь.

Арья

К счастью для всех участников, король Визерис быстро пришёл в себя. Он боролся с настойчивостью принца Деймона призвать принцессу Рейниру.  — Всё в порядке Деймон, правда. Пусть дети наслаждаются покоем, в ближайшие недели у них его будет немного. — На этом принц смягчился, настояв только на том, чтобы помочь своему брату сесть на стул подальше от края стола. Опасаясь повторения приступа, группа из пяти человек вместо этого собралась у очага, окруженная мягкими, потенциально спасительными пышными коврами. Как только король достаточно успокоился, он попросил принцессу Рейнис повторить то, что она сказала раньше. Как только она повторила, король попросил своего брата взять его кинжал и подержать лезвие в огне. Принц Деймон сделал, как ему сказали, и группа наблюдала, как в жару стал виден Высокий валирийский. Король прочитал светящуюся надпись, одними губами произнося слова про себя.  — Как дедушка мог это упустить? Как я мог это упустить? — спросил он вслух, хотя второй вопрос, казалось, прозвучал случайно. — Это довольно специфичное слово. Когда-то отец называл меня dārilaros, хоть я и не была принцем. До сегодняшнего дня я и надписи не видела. Я знаю, что мой отец узнал о значении этого слова от своего отца. Дедушка говорил тебе "принц", да, кузен? Не наследник, принц? — спросила она, и король кивнул. — Почему он сказал моему отцу одно, а тебе другое? Разве он не знал, что бывает, когда коверкают перевод? — Мужчины всегда боялись женщин у власти. Вот почему они так упорно тянут нас вниз, — прокомментировала Арья, и группа повернулась к ней лицом. — До меня доходили слухи о том, как Старый король обращался со своей женой и дочерьми. Возможно, он стал недоверчив к женщинам. Разве его десница был септоном? — спросила Арья, и Визерис кивнул в знак согласия. — Я могу представить, как септон мог повлиять на короля, заставив его поверить, что женщины ниже его, даже если они его родная кровь. — Королева Алисанна десятилетиями была советницей нашего деда, — слабо возразил король, но у Арьи нашёлся ответ и на это. — Разве Добрая Королева не провела последние десять или около того лет своей жизни в одиночестве на Драконьем Камне? Мне кажется, отсутствие жены рядом, выходки дочерей и слова септона подготовили идеальную бурю, чтобы перевернуть мышление короля с ног на голову. — Она посмотрела прямо на короля. — Простите, что спрашиваю, но почему вы назвали имя королевы Эйммы? Почему вы просили прощения? Арья знала, что, возможно, переходит черту, но она никогда не была из тех, кто отступает от неприятной темы. Принц Деймон уставился на неё и открыл рот, но король опередил его. — Нет, Деймон, я скажу. Это мой позор, с которым я буду жить до последнего вздоха. — Король глубоко вздохнул. — Когда королева Эймма рожала Бейлона, он не хотел выходить. Мейстер сказал мне, что он расположился тазом вперёд. Он рассказал мне о методе, который можно было бы использовать для спасения ребёнка, ценой жизни матери. Я по глупости поверил, что Бейлон был наследником, который был обещан, и дал мейстеру своё согласие. Я держал свою жену за руку, когда они... когда они вскрывали ей живот, чтобы спасти ребёнка. Арья вскинулась, заметив, что покраснела.  — Вы убил свою жену из-за ребёнка? — потребовала она ответа и не отступила, даже когда Деймон вскочил, оказавшись с ней лицом к лицу. — Принцесса знает? Она знает, что ты выпотрошил её мать как свинью?  Арья почувствовала, как две руки обхватили её за плечи. Джон прижался губами к её уху. — Спокойно, сестрица, ты должна успокоиться. Посмотри на короля. Думаешь, он не жалеет об этом? — тихо спросил он, но, похоже, Визерис услышал его вопрос. — Я действительно жалею об этом. Я пожалел об этом в тот же миг. Как только я услышал её крики, я должен был остановить их, но я этого не сделал. Каждую ночь мне снится Эймма. Сон всегда приятно начинается с нашей маленькой семьи из трёх человек, но всегда заканчивается тем, что её удерживают, а я держу нож. Я буду сожалеть о своём решении каждую минуту, наяву или во сне, всю оставшуюся жизнь. — Он повернулся к брату и снял перчатку с его руки, показав два отсутствующих пальца. — Я оказался покалечен троном на следующий день, и раны загноились. Это мое наказание, и я смирился с ним. Арья мгновенно успокоилась, как только почувствовала присутствие Джона рядом с собой, но гнев никуда не делся. Даже не видя ран Визериса, она успокоила усмирила свой гнев. Это пройдёт, как и всякий гнев, но Арья никогда этого не забудет.  — Я рада видеть, что вы понимаете серьёзность того, что сотворили, но я спрошу снова: принцесса знает? — Я скажу ей, клянусь. Она... она заслуживает знать, как я предал её. Арья не почувствовала никакой лжи в его заявлении и просто кивнула. Принцесса Рейнис, явно готовая перейти к другой, более продуктивной теме разговора, хлопнула в ладоши.  — Вы говоришь, что вы из будущего, что вы видели Долгую ночь. Как именно это произошло? *** Принцесса выслушала их историю, не проявив никаких эмоций или реакции, лишь задав несколько уточняющих вопросов. Как только она услышала о притязаниях Джона на Морока и их плане пожениться, она несколько минут молчала, обдумывая всё, что услышала до сих пор. Она обошла вокруг расписного стола, водя пальцами по краю, пока не сделала полный круг, возвращаясь обратно к камину. Она упёрла руки в бока и обратилась непосредственно к Арье и Джону, её длинные чёрные волосы мягко развевались у неё за спиной.  — Я считаю, что вам обоим следует пожениться, — сказала она, и Арья приподняла бровь. Она продолжила: — По валирийскому обряду. Свадьбы в присутствии старых богов едва ли уважаются на юге. Валирийские обряды уважаются больше только из-за правления нашей семьи. И, поскольку ты член нашей семьи, твой брак в традиционной манере Таргариенов придаст ещё больше уверенности твоим притязаниям, или, скорее, отсутствию притязаний. — Когда вы предлагаете нам это сделать? — спросил Джон, и принцесса Рейнис ухмыльнулась им. — Время дорого, так почему бы не сегодня вечером? — Арья недоверчиво фыркнула. Принцесса Рейнис продолжила, будто не услышала её: — Вы не найдете лучших свидетелей вашей свадьбы, чем те, что собрались на этом острове, за исключением, возможно, лорда Старка, но я считаю, что это совершенно иная ситуация. Арья обдумала свои слова. Это было правдой, в присутствии короля и королевской семьи, не считая стороны Хайтауэров, о лучших свидетелях можно было и не мечтать. И если бы они не просто выдавали себя за мужа и жену, а действительно поженились, ни много ни мало, по валирийскому обряду, это придало бы ещё больше доверия притязаниям Джона на имя Таргариен. — ...в этом что-то есть, — произнёс Джон у неё за спиной, и она подняла глаза, чтобы увидеть задумчивое выражение на его лице. Он посмотрел на неё сверху вниз и развернул так, чтобы она была прямо к нему лицом. — Знаю, я уже принял твоё предложение, но выйдешь ли ты за меня замуж сегодня вечером, Арья Старк? — спросил он. К своему растущему ужасу, она почувствовала, как по её лицу разливается румянец. Джон ободряюще улыбнулся ей, и Арья вспомнила, что они не одни. Она внутренне собралась с духом, прежде чем ответить: — Да, я выйду за тебя сегодня вечером, Джон Сноу, — ответила она, и позади них раздался громкий визг. Обернувшись, они обнаружили перед собой принцессу Рейниру, леди Лейну и сира Лейнора. Принцесса Рейнира выглядела восторженной, и леди Лейна, несмотря на то, что не знала никого из них, должно быть, была той, кто визжал, поскольку тон был выше, чем у принцессы. Сир Лейнор выглядел смущённым. Принцесса Рейнис заговорила снова: — Дети мои, познакомьтесь с Джоном Сноу и его женой леди Арьей. — Арья заметила, что принцесса намеренно не назвала её фамилию. — Джон — ваш дядя. Он незаконнорожденный сын моего деда, и он явился присягнуть на верность принцессе Рейнире. Он смог доказать своё происхождение, оседлав Морока, ранее известного как Каннибал. — При этих словах сир Лейнор ахнул, и оба Велариона посмотрели на Джона с изумлением в глазах. — Мы с Джоном поженились у сердце-дерева на Севере, но когда мы приехали на юг, чтобы встретиться с его семьей, принести клятву верности и отказаться от любых притязаний на Железный Трон, принцесса Рейнис посоветовала нам пожениться по валирийскому обычаю. С разрешения короля мы поженимся сегодня вечером. — Она многозначительно посмотрела в глаза королю. — Да, да, я хотел бы увидеть, как эти двое поженятся по обычаям наших предков! Я полагаю, что последняя валирийская свадьба была между моими матерью и отцом. Вы и лорд Корлис поженились по обряду Семерых, верно, кузина? — спросил Визерис принцессу Рейнис. В ответ она кивнула. — Полагаю, здесь, на Драконьем Камне, найдутся как мантии, так и валирийские жрецы. — Он позвал сира Вестерлинга, который вошёл во всё ещё открытую дверь. — Сир Вестерлинг, пожалуйста, прикажите кастеляну найти валирийские свадебные одежды и вызвать валирийского жреца. — Рыцарь кивнул и ушёл, чтобы выполнить приказ. Сир Эррик занял его место у открытой двери. — Мы должны готовиться к свадьбе. Деймон, ты знаешь этот замок лучше всех нас, ты наверняка знаешь, где они хранят древние свечи и свитки? — Принц кивнул своему брату и удалился, успев как-то дьявольски улыбнуться своей племяннице. — Моя дорогая кузина, дочь и леди Лейна, прошу вас помочь подготовить нашу невесту к этому вечеру. Как только Деймон вернётся, он присоединится ко мне и сиру Лейнору и поможет Джону. Мы вновь соберемся на закате. Арья почувствовала, как её тащит за собой очень энергичная леди Лейна, которая говорила так быстро, что Арье пришлось попросить её притормозить.  — Каково это жить на Севере? Как ты познакомилась с Джоном? Каково было жениться перед сердце-деревом? Как Джон заявил заполучил Каннибала? — Её вопросы были непрерывными, но она говорила с серьезностью, присущей самой Арье в детстве, задавая каждый вопрос, который приходил ей в голову. Вспоминая своё обучение у безликих, она отвечала на кадый вопрос неугомонной девушки: — Север суров и холоден, холоднее, чем может выдержать любой южанин, но в этой суровости есть своя красота. Восход солнца на ледяных равнинах не поддается сравнению, как и яркость звёзд ночью. Я знаю Джона всю свою жизнь. Я не могу вспомнить время, когда я его не знала. Это была правда, но теперь Арье пришлось бы солгать. Она вспомнила слова своего отца. «В этом есть первозданность, свадьба перед сердце-деревом, — как-то сказал ей отец. — Не нужно прятаться за причудливыми статуями или песнями. Есть только ты, твой суженый и боги».  Она повторила слова своего отца как свою собственную правду. — Как Джон усмирил Морока, я не знаю, поскольку не принадлежу к драконьей крови, но уверена, ему есть, что рассказать. Она мысленно извинилась перед Джоном, зная, что леди Лейна начнёт донимать его при первой возможности. Вчетвером они добрались до комнаты, которую она делила с Джоном, и усадили её перед туалетным столиком. Принцесса Рейнис начала расчёсывать волосы, и Арья закрыла глаза от этого ощущения. Щётка резко остановилась.  — Я делаю вам больно, леди Арья? — спросила принцесса Рейнис, и Арья, открыв глаза, обнаружила, что плачет. — Вовсе нет, принцесса. Последним человеком, который расчёсывал мне волосы, была моя мать, и она умерла много лет назад. Это... это вернуло меня в детство. Моя мама не часто расчёсывала мои волосы, так как они обычно были спутанными и полными узлов, но когда она это делала, то делала это с любовью, как ты сейчас. Женщины вокруг понимающе кивнули, хотя Арья говорила неправду. Последний, кто расчёсывал ей волосы, действительно была её мать, но не совсем. Леди Стоунхарт провела костлявыми пальцами, по волосам, пока Арья плакала у неё на коленях, одновременно ликуя и в то же время отчаявшись из-за того, во что превратилась её мать. Сейчас об этом лучше было не думать. — Я сожалею о твоей матери. Мне продолжать? — спросила принцесса, и Арья согласилась.  Успокаивающее движение началось снова, и Арья снова закрыла глаза, но на этот раз ее щеки остались сухими. Вскоре раздался стук в дверь. Вошёл слуга с тем, что могло быть только валирийским свадебным одеянием. Он осторожно положил его на кровать, и принцесса с леди Лейной собрались вокруг, перешёптываясь над стежками на ткани на приглушённом валирийском. Принцесса Рейнис вкратце прояснила про драконье стекло и символы, заверив Арью, что Джон также будет проинформирован. Принцесса Рейнис сказала, что её волосы достаточно длинные, чтобы заплести их в короткую косу, если Арья захочет. Арья согласилась, вспомнив, что королеву Висению никогда не видели без заплетённых волос. Довольно скоро пришло время встретиться с Джоном и участниками церемонии. Все три женщины Таргариен помогли ей надеть мантию, каждая медленно и деликатно обращалась с состаренной тканью. Заметив несколько завистливый взгляд в глазах обеих молодых женщин, Арья мягко обратилась к ним: — Достаточно скоро в это наденет одна из вас, а вслед за ней и другая, я полагаю. — Обе девушки улыбнулись при этих словах. Как только она оделась и прикрепила головной убор, принцесса Рейнис вывела ее из комнаты и повела по коридору. Несколько слуг остановились и с благоговением смотрели, как Арью сопровождают женщины из королевской семьи. Выйдя наружу, Арья увидела, что солнце только что село за вершину самой высокой башни Драконьего камня. Принцесса Рейнис проводила ее до утесов. Завернув за угол, она встретилась с королём, принцем, сиром Лейнором, мейстером, валирийским священником, и её Джоном, одетым в те же одежды, что и она, но без головного убора. Принцесса Рейнис сразу же остановилась и повернулась к ней лицом.  — В нашей культуре женщины ходят одни, чтобы показать силу, которую они привносят в союз. Отсюда вы идёте одна, чтобы поприветствовать своего мужа. — Принцесса Рейнис успокаивающе похлопала её по плечу, а затем отошла вместе с принцессой и леди Лейной. Все трое присоединились к другим Таргариенам и мейстеру. Арья глубоко вздохнула и направилась к Джону. Она выбросила из головы всё, кроме мужчины перед ней. Прогулка показалась одновременно вечной и мгновенной. Наконец, она добралась до своего суженого и священника. Она открыла рот, но не произнесла ни слова. Что стоит говорить перед тем, как выйти замуж за человека, которого ты всё детство считала своим братом? — Разные дороги действительно привели нас к одному и тому же замку, но я и подумать не мог, каким он окажется, — сказал Джон, и Арья рассмеялась, напряжение постепенно покидало её. В отличие от свадьбы в септе, валирийская свадьба прошла быстро и по существу, что Арья очень оценила. Валирийский священник начал говорить, и Джону вручили чашу. — Hen lantoti ānogar, va sȳndroti vāedroma (Кровь двоих соединяется в одну), — заговорил священник, и Арья тихо перевела Джону себе под нос. — Mēro perzot gīhoti, Elēdroma iārza sīr (Призрачное пламя и песнь теней). — При этих словах Джон порезал ей губу и протянул ей лезвие. Она повторила за ним. — Izulī ampā perzī, Prūmī lanti sēteski (Два сердца как тлеющие угли, выкованные в четырнадцати языках пламени). — Джон изобразил символ огня у неё на лбу, а она нарисовала символ крови у него на лбу. — Hen jenȳ māzīlarion, Qēlossa ozūndesi (Будущее, обещанное в стекле, звёзды тому свидетели). — Арья отпила из кубка, в котором была их кровь, и Джон повторил за ней, как только она передала ему кубок. — Sȳndoro ōñō jēdo, rȳ kīvia mazvestraksi (Клятвы произнесены сквозь время, тьму и свет). — Джон коротко взглянул на неё, чтобы убедиться, что она не против того, что должно быть дальше, и она слегка кивнула. Сразу же его губы коснулись её губ, и он поцеловал его в ответ. С этого момента они стали мужем и женой.