IV. Прошлое и будущее

После рабочего дня Скай решила навестить родителей на конце города. Воспользоваться машиной Чейза она всё же не рискнула, хотя он дал ей полное право, поэтому оставила её в его мини-гараже и решила обойтись такси. Скай никогда не нравилось быть на месте водителя. У неё были права, и отец даже много раз предлагал ей помощь в покупке автомобиля, но Скай упрямо отказывалась и говорила, что неплохо справляется и без личного транспорта. К тому же, сейчас у неё и вовсе был Чейз — персональный водитель, причём аккуратный и не лихой. Скай себе за рулём не доверяла совершенно, хотя на права выучилась без приключений. После того, как в детстве она с отцом угодила в автомобильную аварию, у неё появилось много опасений насчёт вещей, что хоть как-либо касались дороги. Её родителей звали Мэтью и Рэйчел. Когда-то они проживали в другом городе, но два года назад переехали в новую квартиру — Скай приходилось частенько приезжать к родителям, чтобы помочь с ремонтом. Она смогла привлечь к этому событию даже Чейза, что тогда ещё смутно знал её родителей. — Отец-то где? — поинтересовалась Скай, заглядывая в комнаты квартиры. — На работе. У него график изменился. Он теперь с четырёх дня до ночи, — ответила Рэйчел, что хозяйничала на кухне. Скай лишь покачала головой и вернулась к матери. — Почему ты вдруг решила уйти в домохозяйки? — Не знаю. Захотелось, — пожала плечами женщина. — Твой отец был не против. Такое ощущение, что он даже наоборот обрадовался тому, что я теперь буду сидеть дома. Никогда ещё на своём опыте не видела мужчину, что радовался бы обузе на шее. Рэйчел прыснула от смеха. — Но ты же не обуза, — улыбнулась Скай. — Ты его любимая женщина. — Да я ж шучу, — махнула рукой мать. — Мне вовсе не скучно. За бытом слежу, за дачей приглядываю. У нас там такая красивая теплица! Несмотря на то что она сама была карьеристкой, в Скай не было и капли осуждения в сторону матери. У их семьи были взлёты и падения. Когда-то отец точно так же был ответственен за быт, пока мать пахала на двух работах — это были неудачные отцовские попытки уйти в собственный бизнес. Мэтью долго стыдился себя, хотя Рэйчел никогда не винила его за провалы. В итоге всё окупилось — отец всё же устроился в достойную компанию, стал начальником где-то в сфере сварочного производства. Потом Мэтью перенаправляли в другой город, поэтому родители раньше и проживали далеко от дочери. Но вот удача улыбнулась, и её семье позволили вернуться в мегаполис. В те самые времена кризисов Скай не хватало матери, как родителя. Это было начало подросткового возраста — все щепетильные вопросы с отцом было обсуждать сложно и неловко, она долго молчала даже о самом банальном для девочек. Тем не менее, всё было не так критично — Мэтью можно было отнести к строгим родителям, но всё же понимающим. Дочь для него всегда была на первом месте, может, даже выше любимой Рэйчел. — Рада, что тебе нравится, — прокомментировала Скай, присаживаясь за кухонный стол. — У тебя-то как дела? Звонить ты стала редко. Ну, хоть часто навещаешь, уже подарок, — завелась мать, ставя на стол блюдце с печеньем и сладостями. — Чаю? Скай кивнула на предложение. — У меня всё в порядке. Ничего нового. Работа скучать не даёт совершенно, каждый раз нечто интересное выпадает на мою долю. — Это, конечно, очень мило, что ты наслаждаешься своей работой, но всё же не переусердствуй. Мэтью никогда не нравился твой выбор в плане профессии. Совсем себя не бережёшь. — О, мам, не начинай снова. Каждый раз одно и то же, — снисходительно нахмурилась Скай, беря шоколадное печенье. — Говорю, как есть, — строже отозвалась женщина. — Ты наша единственная принцесса. Разумеется, мы за тебя волнуемся. Какой бы взрослой ты ни была, ты всегда будешь для нас нашим дитём. Скай поджала губы и покивала, лишь бы очередные нотации свелись к минимуму. — Ну, у твоей работы тоже есть свои плюсы, — всё же согласилась Рэйчел. — Если бы ты не стала детективом, то вряд ли бы встретила Чейза. Спасибо, что решила привести его в нашу семью. Очень хороший мальчик. Печенье внезапно встало комом в горле, и Скай подавилась под смешок женщины. — Мама, — возмущённо выпалила она. — Я же надеюсь, вы планируете играть свадьбу? Девушка растерянно прочистила горло и отложила печенье, осознав, что аппетит внезапно куда-то улетучился. Она не нашла достойного ответа, просто уставившись на мать. — Нет, Скай, серьёзно. Вы уже больше трёх лет вместе. Нам вообще стоит ждать внуков? — посерьёзнела Рэйчел. — Мам, — тяжело вздохнула Скай, — ты же знаешь, что это зависит не только от меня. — А что, Чейз не хочет брать нашу дочь в жёны? Ты у нас и красивая, и умная. Что его не устраивает? — Не в этом дело. — Ты с ним хоть обсуждала ваше возможное будущее? — Нет?.. — неуверенно ответила Скай, уткнувшись в стол. Её до безобразия смущал этот диалог. — Мы никогда не обсуждали подобное… серьёзно. Как-то… не выдавалось случая. — Да уж, вы — поколение тормозов, — сделала вердикт Рэйчел. — Не знаю, чего глупит Чейз. Скай подозревала, почему Чейз «глупил», но она и сама не особо углублялась в тему свадьбы и дальнейшей жизни с ним. Им пока комфортно жить в таких условиях — просто поддерживать отношения, иной раз встречаться вне работы или ночевать у неё. Её всё устраивало — пока. Она никогда особо не спешила под венец и вовсе не мечтала о роскошной свадьбе. Ладно, может, Скай себе врала: раньше мечтала, когда была намного младше, но сейчас — нет. Ей хватило одного разочарования в подростковые годы, чтобы сломать её розовые очки на всю жизнь. Она влюблялась дважды, и это была разная любовь. Скай ради Рафаэля была готова буквально из кожи вон вылезти. Она всячески пыталась ему понравиться, верила каждому слову из его уст, и предательство, так ещё и публичное, просто морально растоптало её. Над столь невинными чувствами надругались — толпой высмеяли, поставили клеймо «влюблённой дуры», напоминали об этом почти до выпуска из школы. Даже когда уже не было смысла, даже когда Скай давно перестала быть этой самой доверчивой дурой. Она «любила» Рафа так искренне и чисто, без всяких сомнений и вульгарной грязи. Самая настоящая детская любовь. Ею просто воспользовались ради забавы. С Чейзом всё было иначе. Да, она тоже заботилась о нём и беспокоилась, если он попадал в неприятности (он делал это регулярно), но делалось это всё по большей части без слов и прямых объяснений. Скай боялась ясно говорить о своих чувствах, осторожничала, относилась ко всем знакам внимания в первую очередь критично, а уже после — доброжелательно. Они редко говорили друг другу слова любви — только при необходимости. И Скай было всегда чертовски волнительно произносить банальное «я люблю тебя», смотря на Чейза. В первое время она даже не получала взаимный ответ, лишь неловкий кивок, мол, «я знаю». Только недавно Чейз научился выражать свою любовь по-своему, и Скай её чувствовала, пускай редко слышала откровенные признания. На самом деле первый год их отношений был самым сложным. Чейз только учился чувственности, а Скай везде искала признаки возможного предательства или лжи. Несколько раз она ругалась на него буквально из-за ничего, из-за своих сломленных предубеждений, на что Чейз в ответ просто уходил — оставлял её в одиночестве. Ей никогда не нравилось, когда он так делал. Он не реагировал на её крики и возмущения, даже ни разу не повысил на неё голос — он всегда молчал первые минуты конфликта, а после разворачивался и уходил. Скай понимала, что ни он, ни она тогда не были правы — никто не был прав. Они вдвоём испытывали друг друга, пока всё-таки… не прижились. Скай со временем перестала везде видеть признаки обмана или игры на её чувствах, поэтому со временем остепенилась и перестала съедать Чейза нелепыми подозрениями. Чейз тоже перестал избегать проблем и конфликтов, научился разговаривать. Поэтому теперь, если Скай вдруг заводилась, он сначала молча её выслушивал, а после совершенно спокойно высказывался — и Скай успокаивалась следом. У Чейза был скрытый талант усмирять её нрав, и она никогда не могла долго на него беситься или кричать. Может, потому что он никогда не взрывался? Скай начинала чувствовать себя глупо, когда осознавала, что явную агрессию проявляла только она одна. У них всё было хорошо — наверное. И дело правда должно уже близиться к свадьбе, но никто из них так и не додумался до предложения. Возможно, у Скай иногда мелькали мысли о том, что им пора бы уже выйти на новый уровень отношений, но у неё почему-то присутствовала уверенность, что Чейз всё ещё был не готов. Она даже понятия не имела, как у него в голове выстроено представление о семье — хотел ли он вообще себе семью. А ведь отец её предупреждал, что с Чейзом в этом вопросе будет сложно — он детдомовский. Долгое время Мэтью относился к молодому человеку своей дочери критично, вечно пытался уличить в чём-то плохом. Чейз проверку прошёл, но отец увидел в нём другую проблему. «Он будет никудышным мужем и отцом, — так сказал Скай Мэтью. — Ничего против него не имею, достойный мальчишка, но не для семьи. Подумай хорошо, пожалуйста». И Скай правда думала — мнение отца имело для неё большое значение. Поэтому «глупость» Чейза была для неё частично оправдана, вот только вместо разъяснительных разговоров она выбрала терпеливо ждать чуда. — Не торопи нас, мама, — нашла ответ Скай. — Да не тороплю я, что ты, — вздохнула Рэйчел. — При всём моём желании вы не поженитесь, пока сами того не захотите. Но вообще, на будущее, мы тут кое-что обсудили — я и Мэтью, имею в виду. Скай заинтересованно взглянула на мать. — Если вдруг когда-то случится чудо и вы поженитесь, будет лучше, если ты оставишь свою фамилию. Девушка почувствовала, что её брови подлетели вверх. На самом деле она даже никогда не задумывалась об этом так глубоко и уж точно никогда не примеряла на себе чужие фамилии. — Чейз мог бы взять… нашу фамилию, — продолжила мать, ставя перед дочерью чашку чая и садясь напротив. — Всё же у него за плечами никого нет, а мы могли бы наоборот принять его в семью. — О, мам, это такие мелочи, — ответила Скай. — Какая разница? — Как какая? Ты наша, — возмутилась Рэйчел. — И он станет нашим. У него нет семьи. Я крайне сомневаюсь, что для него имеет значение фамилия. За ней ведь ничего не стоит. Просто мне… и твоему отцу кажется, что так будет лучше. Разумеется, вы вправе сами решать. Если он захочет оставить свою фамилию — пожалуйста. Но твой отец не очень хочет, чтобы ты становилась… Митчелл. Скай даже не нашла слов, просто приоткрыв рот в изумлении. — Нет, есть, конечно, ещё вариант двойной фамилии, раз уж тебе это не нравится. Но мы очень хотим, чтобы наш будущий внук — или внучка — был под нашей фамилией. — Слушай, давай я это буду обсуждать непосредственно с самим Чейзом, если дело вдруг будет близиться к свадьбе и уж особенно к рождению ребёнка. Мы же не можем решать это без него. — Я же говорю, на будущее. А так — сами решайте, — пожала плечами Рэйчел. — Наше дело просто посоветовать. В ответ ничего не вырвалось, кроме тяжёлого вздоха. Скай заметила, что подобные разговоры её утомляли. Ей было даже страшно представить, как она будет обсуждать такое с Чейзом. До одури боялась узнать, что он не заинтересован в создании семьи. Для неё это не было главным критерием успешной жизни, но ей подумалось, что она наверняка почувствовала бы обиду, если бы узнала, что Чейз никогда не рассматривал её в роли своей жены. Это как словно он просто нашёл себе удобного человека и пользовался его добротой — по-другому Скай не могла охарактеризовать такие отношения. Наверняка же их встречи, чувства… к чему-то должны привести. К новой семье, что логично. — К слову, о тебе и Чейзе, — спохватилась Рэйчел, вставая из-за стола. — Я сейчас приду, сиди здесь. Скай проводила мать взглядом и заинтересовалась происходящим. Женщина вернулась с чем-то вязаным в руках и широко улыбнулась. Недавно Скай стала замечать в зеркале своё сильное сходство с матерью — она так же улыбалась, и лицо заострилось подобно материнскому. Что тут говорить, они буквально были копиями, разве что Скай достались от отца густые брови и курносый нос. — Что это? — Раз у меня теперь много свободного времени, я вернулась к вязанию, — начала Рэйчел, расправляя один вязаный свитер. — Решила связать что-нибудь тебе и Чейзу. Остановилась на свитерах. Это твой, малиновый. Тебе очень идёт этот цвет, ты знала? Скай поджала губы и прикоснулась к пряже свитера, внимательно рассматривая. — О, мам, ты уже начала превращаться в бабушку! — Подбирай слова, Скай! — ахнула женщина. — Как я могу быть бабушкой без внуков? Вот родишь — тогда поговорим. Тебе хоть нравится? Я старалась. — Не моё, но, думаю, носить дома в холодные дни буду, — честно ответила Скай. — Спасибо, мам. — Держи, — вручила она первый свитер дочери, расправляя второй. — А это Чейзу. У меня нет его размеров, но я ориентировалась на свой глазомер. Он у тебя стройненький, думаю, не прогадала. Скай усмехнулась при виде тёмно-синего свитера. — О, мам, полагаю, Чейз твоему подарку очень-очень обрадуется. Он эти свитера просто обожает. Одевается иногда, как дед, — прокомментировала она. — Думаю, ему подойдёт. — Не забудь ему передать, — наказала женщина. — Если будет нас тоже регулярно навещать, я ему хоть десять свитеров свяжу. — Это тебе уже Чейзу лично предъявлять нужно, — улыбнулась Скай.

***

Чейз принял из рук Молли вещь, что она принесла. Это оказалась забавная оранжевая шапка на манер тигра — даже как-то не по себе осознавать, что её хозяин бесследно пропал. Он поднёс к лицу ткань и шумно втянул носом воздух. — Митчелл, мать твою, ты что, собака? — выругался в стороне Макс. — Это выглядит чертовски странно! — Это то, что нужно? — скромно уточнила Молли. — Пот, — сделал вердикт Чейз, отстранив от себя шапку. — Если я учуял, собака и подавно справится. Холмс приблизился и вытаращился на напарника, всё ещё ошарашенный его выходкой. — Благодарю за помощь, Молли. Вы свободны, — продолжил Чейз, задумчиво вглядываясь в ближайший вольер с серой собакой. — Холмс, нам нужно к Сильвии. — К Силь… к кому? — не понял Макс. Чейз невозмутимо направился в нужную ему сторону, пока Холмс и Молли недоумённо переглянулись. — А ничего, что он его шапку утащил? — Да чёрт с этой шапкой! Новую мальчику найдём, если он сам найдётся, — махнула рукой женщина. — Полагаю, у Чейза назрела какая идея… — Зная его, это может быть что-то безумное. Рад с Вами познакомиться, Молли, но сами понимаете — долг зовёт и всё такое, — нервно усмехнулся Макс, провожая напарника взглядом. — Пойду проконтролирую его, пока он ничего не учудил. — Удачи вам, — искренне пожелала Молли. — Сами ещё мальчишки… Макс ринулся вдогонку за напарником. — Что ты задумал? — Ничего, что тебя удивит. — Ты каждый раз так говоришь, в итоге потом совершаешь нечто идиотское и действенное одновременно. — Тебе голова на что, Холмс? — фыркнул Чейз. — Или тебе от книжного детектива досталась только громкая фамилия? Напарник закатил глаза, но оскорблённо промолчал. Когда показался ещё один вольер, на этот раз с овчаркой, Макс вновь подал голос: — Судя по всему, ты хочешь что-то отыскать по запаху. — Я поражён твоими дедуктивными способностями, — саркастично отозвался Чейз. — Перестань быть таким высокомерным! — взбесился Макс. — Ты мне никогда ничего не объясняешь, но требуешь мгновенного понимания! Как я, по-твоему, должен был всё понять, видя, как ты внюхивался в вещь ребёнка, как самый последний извращуга? Чейз раздражённо повёл плечом и не удостоил напарника ответом. Он внимательно огляделся и приметил неподалёку уже знакомого охранника, что заметил их присутствие. Сильвия внезапно залилась лаем, и Макс встрепенулся от неожиданности, выдав обрывистый вздох. Сторож, словно наперёд зная ход мыслей двух следователей, направился к ним. По пути он дал знак собаке заткнуться. — К сучке? — уточнил мужчина. — Мне нужно, чтобы вы выпустили собаку, — потребовал Чейз. — Не знаю, насколько это возможно, учитывая, что сейчас время прогулки, — заметил сторож, вглядываясь в сторону детских площадок. — Она же воспитанная, верно? — украдкой поинтересовался Чейз, прищурив глаза. — Вы мне так сказали. — Да. — Тогда нечего переживать. Выпустите её, прошу. — Она точно нас не тяпнет? — тихо поинтересовался Макс. — Выглядит угрожающе. — Немецкие овчарки кидаться без ведомой на то причины не будут. Разумеется, если она научена и отсутствуют явные раздражители, — монотонно пояснил Чейз. — Мне кажется, мы — прекрасные раздражители. Всё же она нас не знает… Чейз тяжело вздохнул и смог вымолвить лишь: — Если не знаешь собак, просто заткнись и смотри. — Хватит мне хамить! То, что ты выше меня по званию, не даёт тебе право относиться ко мне, как к отребью! — вновь взорвался Макс. — Оставь свои истерики на потом, — холодно приструнил его Чейз, взглянув на мужчину. — Поможете? Сторож неловко поковырял носком обуви землю, после чего кивнул и направился к вольеру, доставая из нательной сумки ключи. Сильвия издала звук в знак одобрения и завертела чёрным хвостом. Дверь со скрипом отворилась, и первым делом собака ринулась к двум незнакомым людям. Из глубин вырвалось глухое рычанье, и Макс испуганно отпрыгнул от напарника, запнувшись о свои ноги и завалившись на бок в сырую траву. Сильвия подлетела к замершему Чейзу и стала активно обнюхивать, издавая неудовлетворённый рокот, — слышалось ещё старательное сопение. Чейз двинул рукой с шапкой, и Сильвия раздражённо гавкнула, словно угрожала вцепиться. — Нельзя! — дал команду сторож. — Сильвия, ко мне! Собака встрепенулась и тут же сориентировалась по команде, послушно заняв место возле ноги мужчины. Её чёрные глаза по-прежнему были устремлены на чужаков. — Можно её на поводок? — дрожащим голосом поинтересовался Макс, неуклюже поднимаясь и отряхиваясь от зелени. — А то вдруг кинется ещё… — Не надо, — встрял Чейз, медленно присев на корточки напротив овчарки. — Сильвия. Он аккуратно, без резких движений, вытянул свободную руку вперёд, будто приглашая собаку к знакомству. Та с интересом наклонила голову. Она настороженно двинулась в сторону руки, и Макс позади напарника словно задохнулся. Сильвия принюхалась и громко фыркнула. — Будем знакомы, — не сдержался от улыбки Чейз. — Ты красавица, правда? — Тебя переговоры даже с собаками вести учили? — шёпотом поинтересовался Холмс. Мужчина внимательно следил за поведением собаки, после чего вопросительно перевёл взгляд на двух следователей. — Она знает команду «ищи»? — поинтересовался Чейз. — Кажется, знает, не уверен. Но что вы искать собрались? — Кого. У меня есть вещь недавно пропавшего Джона Бишопа. С помощью Сильвии можно будет попытать удачу найти путь похитителя. Я крайне сомневаюсь, что дети проваливаются сквозь землю. — Звучит сомнительно, — прокомментировал мужчина. — Попытаться можно, не спорю. Просто недавно лил дождь. Даже если запахи изначально и были, они могли смыться. Само похищение произошло несколько дней назад. — Соглашусь, — ответил Чейз. — Но нужно пробовать всё. Есть большая зависимость от силы запаха и навыков собаки. Возможно, удача будет на нашей стороне. — Ну нет, Митчелл, это бред. Она не возьмёт след, — встрял Макс. — Дождь, да ещё и три дня прошло. Да и ваша Сильвия, извините, не наученная ищейка, раз вы даже сами не знаете, в курсе она существования такой команды или нет… — Я собираюсь проверить не совсем это, — пояснил Чейз. — Есть вероятность того, что Джон во время похищения мог оставить более явные следы, чем запах своего тела. — Например? — Любая форма, в которой может содержаться его запах долгое время — одежда, копна волос, может, кожа, — пожал плечами Чейз. — Да, мы не найдём самого Джона, но зато сможем отследить путь побега, если нам повезёт. — Ты это сам придумал? — скептически приподнял бровь Макс. — У меня были такие случаи, — последовал терпеливый ответ. Чейз совершенно не врал. Один случай был ещё во времена его дружбы с Джеком. Когда стало известно его желание стать в будущем детективом, Джек стал оказывать ему большую поддержку, часто делился секретами и советами, даже пару раз брал с собой в полицейский участок, где знакомил его со своими «коллегами». Чейз находился там чисто на слове Джека, как его спутник. Там его знакомили с мелочами работы следователей и давали Чейзу право задавать все его интересующие вопросы полноправным сотрудникам полиции во время обеденного перерыва. Но, разумеется, конфиденциальную информацию ему знать не позволяли — всё на поверхностном уровне. Все в участке Бухты говорили ему, что ждут его посвящения в бухтовские следователи, но его по течению жизни за особые успехи в учёбе отправили стажироваться в Нью-Стар, так как центральный участок в срочном порядке запросил новые молодые кадры, и заметили именно его. Как итог — после стажировки его официально устроили на работу в мегаполисе. Посвящение в бухтовские следователи прошло неуспешно. В один из таких дней знакомства с будущей профессией Джек представил ему одну обученную полицейскую собаку, что часто участвовала в поиске людей или вещей. Тогда погода была ветреной и дождливой, Чейз сомневался, что собака в таких условиях способна что-то найти. Но Джек продемонстрировал невероятные навыки собаки, специально сильно содрав кожу с руки об ограждение. После он попросил его товарища спустя несколько минут дать команду «ищи» с помощью берета с запахом, когда он покинет территорию участка. Это было необходимо, чтобы не отвлекать собаку своим прямым присутствием. Всё это происходило на глазах Чейза. К его удивлению, собака привела их именно к тому самому ограждению, пускай по пути несколько раз сбивалась и наматывала круги на одном месте. Но она всё-таки нашла — в дождь и ветер. Во время обучения тоже было несколько моментов, когда собаки-ищейки спустя даже несколько дней находили определённые пропавшие вещи или биологические следы людей. Поэтому где-то внутри у Чейза клубилась надежда, что Джон намеренно или случайно оставил хоть что-то во время его похищения и Сильвия сможет привести их хоть к какому-то результату. Конечно, это будет что-то из ряда фантастики, но тогда Сильвия явно покажет себя прирождённой ищейкой. — Можем попробовать, — пожал плечами сторож. — От попытки ничего не убудет. Чейз протянул Сильвии тигриную шапку, и та осторожно к ней принюхалась. — Сильвия, ищи! — скомандовал мужчина. Собака пару раз фыркнула, после чего ещё раз принюхалась к шапке и опустила голову к траве, внюхиваясь в неё. Она вновь фыркнула и помотала головой, словно намекая, что ничего не поймала. Чейз ткнул ей ткань ещё раз, и Сильвия вновь принюхалась. — Ищи, — негромко повторил Чейз. — Давай, красавица, прошу тебя. Овчарка вдруг встрепенулась и повела носом по воздуху. — Поймала, — выпалил Чейз. — Она что-то поймала. Мужчина отстранился от собаки, давая ей полную волю движений. Сильвия вдруг куда-то направилась, и Чейз подскочил, поспешно следуя за ней. — Да ладно, — выдохнул удивлённый Макс, поспевая за напарником. — Не может такого быть! Сильвия тем временем вела дальше, пока не застопорилась. Она вновь характерно фыркнула и будто почти виновато обернулась на позади стоящего Чейза. Сторож шествовал неподалёку. Чейз вновь дал собаке внюхаться в шапку. Собака несколько раз сделала круги почти на одном месте, а после резко побежала вперёд, подняв вой дворняги в очередном вольере. Они направлялись в обратную сторону от детской площадки, ближе к выходу. Там виднелось два здания-общежития, как запомнил Чейз. Именно там проживали дети. — Может, она просто наслаждается свободой? Я мало верю, что она могла поймать запах Джона, да ещё и с такого расстояния! — причитал по пути Макс. Чейз махнул рукой, словно призывал его заткнуться. Сильвия вновь остановилась и стала въедаться в траву, помогая себе разрывать землю лапами. — Что ты нашла? Позволь мне взглянуть. Сильвия неудовлетворённо рыкнула, когда Чейз к ней приблизился, но отстранилась и позволила ему вглядеться в место раскопок. Вот это да… Червонный валет. — Она нашла карту, — оповестил Чейз. Карта была размякшей, вероятно, от недавно прошедшего дождя. Чейз с осторожностью поднял её, разглядывая с двух сторон. Увиденное повергло его в шок — с обратной стороны карта была подписана: «Джон Бишоп». Такого в материалах дела ещё не было. Похититель всегда оставлял карты, но без характерных надписей. Чейз поднёс карту к носу, внюхиваясь в сторону с надписью. Имя было написано красными чернилами, что его насторожило. — Митчелл, может, твоя мать была собакой? Тебе Сильвия на что? — вновь подал голос Макс. — Ты будто впервые со мной работаешь, — пробормотал Чейз, с кривизной отстраняя карту от лица. — Как ты нюхаешь вещи — у меня происходит впервые за время работы с тобой. — Это кровь. Пахнет кровью, — поделился Митчелл. — Понюхай. Он протянул карту напарнику, на что тот скрестил руки в знак протеста. — Ну нет, спасибо. Оставлю это удовольствие для тебя. Сторож остановился неподалёку, не рискуя вмешиваться в происходящее. Чейз ещё раз принюхался, чувствуя отчётливый металлический аромат. Определённо — это кровь. Раз собака нашла эту карту, значит, есть вероятность, что кровь принадлежала Джону. Неужели… По словам Молли, похититель оставил на кровати ребёнка червонного валета и надпись. В его руках тоже был червонный валет. Что-то тут не сходится. Судя по всему, валет должен быть где-то в детдоме, но явно не в таком виде — причём, вероятно, с кровью жертвы. — Нужно будет передать эту находку судмедэкспертизе, — поделился мыслями Чейз. — Хочешь узнать, кому принадлежит кровь? — поинтересовался Макс. — Верно. — В таком случае, мне кажется, нам нужно будет скооперироваться с местным полицейским участком. Они наверняка располагают необходимыми специалистами. — Принесите какой-нибудь пакет, — обратился к охраннику Чейз, вернув карту на место. — Желательно небольшой. — Пожалуйста, — терпеливо добавил Макс, неловко улыбнувшись мужчине. Тот пожал плечами в ответ, вздохнул и принялся за выполнение просьбы. Сильвию он решил доверить следователям без лишних сомнений. — Аккуратно упакуешь улику, — обратился Чейз к Максу. — Я продолжу исследование. — Почему это я? Чейз обернулся через плечо к напарнику, скептически приподняв бровь — на его лице так и читалось безразличие к его капризам. — Хочешь работать с собакой? — Ладно, я понял, — фыркнул Холмс, потупив взгляд в землю. Сильвия тем временем топталась на одном месте в ожидании новых указаний. Чейз вновь протянул ей шапку в надежде, что она найдёт что-нибудь ещё, однако это оказалось безрезультатным — собака просто наворачивала круги и растерянно оглядывалась на него, словно он должен ей как-то помочь вновь поймать след. Чейз решил, что это глупая идея — требовать от Сильвии невозможного. Он предпочёл перестать мучить собаку и направился к двум домам. Джона похитили ночью, из его комнаты, следовательно, какой-либо след мог остаться поблизости общежитий. Он не был уверен, будет ли его во всём слушаться незнакомая овчарка, но, на удивление, она оказалась более покладистой, чем показала себя изначально. — Сильвия, ко мне, — позвал её Чейз, когда приблизился к первому дому. Собака последовала за ним, но всё ещё держала дистанцию. Чейз чувствовал её настороженность по отношению к нему. Он протянул ей шапку, и та догадливо подбежала, внюхиваясь. — Ищи. Сильвия привела его к лестнице на крышу, что была забаррикадирована непонятными ржавыми сооружениями, больше напоминающими то ли столы, то ли мангалы — Чейз так и не разобрался. Собака настырно утыкалась в них, принюхивалась к некоторым прутьям повыше. — Надо же, — выпалил Чейз, пригнувшись и прикоснувшись к одному из прутьев, что был в глубине конструкций. Он наткнулся на какую-то ткань, чему сначала испугался и брезгливо отдёрнул руку. Кажется, это был какой-то платок. Он вновь протянул свою руку и вытащил кусок ткани светло-голубого цвета. Он был испачкан. Кровью. «Вот как», — подумал Чейз, без капли отвращения разглядывая его. Кажется, платок и карта с кровавой надписью имели нечто общее. Но почему платок оказался здесь? Он мог прикинуть, что карту могло унести ветром, но вот местонахождение платка навеивало ему кое-какие предположения. Чейз задрал голову и вгляделся в лестницу. Он вцепился в ржавые прутья, оценивая прочность баррикады. Разгребать этот склад только лишняя трата времени… — Как обстоят дела? — объявился Макс. — Подержи, — вручил напарнику платок Чейз. — Что эт… Ой, фу! — взвился Макс, испуганно хватая кусок ткани за конец. — Это Сильвия нашла или ты сам уже справляешься прекрасно без чьей-либо помощи? — Очень смешно, не могу перестать смеяться. — Научи меня так же смеяться с каменным лицом, — не остался в стороне Холмс. — Думаешь, это как-то связано с картой? Потому что, судя по всему, у меня уже появилось предположение. Чейз взглянул на напарника. — Пока я там стоял и ждал любезно выпрошенный тобою пакетик, меня посетила мысль, что карта может быть помечена самим Джоном. Точнее, его кровью. И этот платок только подкрепляет мою мысль… — Думаешь, похититель заставляет детей метить карты? — Я не знаю, — цокнул языком Макс. — Серьёзно. Это всё, что мне пока пришло в голову. Может, он их вообще убивает, а потом зачем-то подписывает карты их кровью. Но смысл тогда? Честно, ничего непонятно. И мертвы ли дети на самом деле… Да и вообще найденная псиной карта отличается от остальных. Может, он вообще подростков в какой-то культ собирает, а это — обряд посвящения. Откуда мне знать, когда всё… — Стой, — остановил взволнованную тираду напарника Чейз. — Повтори. — Что? То, что я ничего не понимаю? А, ну да, опять самоутверждаешься за мой счёт? Скажи ещё, что ты уже понял, кто похититель и где все детишки, я уже ничему не удивлюсь. — Нет. Про культ. Макс уставился на напарника, как на идиота. — Ты серьёзно? Я это просто ляпнул… — Но это неплохая версия. — Ты… совсем уже рехнулся? Ты точно кровь нюхал, а не чудо-порошок какой-нибудь? — Зная Бухту Приключений, — начал Чейз, — эта версия имеет место быть. Ты сам недавно упоминал, что Бухта прославлена за счёт преступности и культов. У нас есть карта, подписанная кровью. Быть может, это визитная карточка похищенного ребёнка. Вот только куда… — Подожди… — вдруг задумался Макс, убрав платок в пакет и достав из кармана свой мини-блокнот. Он зашуршал страницами, после чего застыл на несколько секунд. — Слушай, а у каждой карты… видать, есть дубликат. Чистый дубликат. — То, что похититель оставляет после похищения не помеченные карты? Да, я тоже это заметил. — И ещё, раз мы здесь, — продолжил Макс, вновь шурша своим блокнотом, — нам нужно на крышу. У меня в заметках отмечено, что похитителя частенько замечали орудующим на крышах зданий. Хочу проверить. — Не поверишь, я тебя ждал. — В смысле? — Давай я тебя подсажу, ты легче меня, — кивнул Чейз в сторону баррикады. Макс сомнительно взглянул на него, но всё же спрятал блокнот и приблизился к напарнику. Сильвия, что бродила возле них, вдруг завелась басистым лаем. Холмс испуганно развернулся к ней и попятился назад, пока не врезался в Чейза. — Убери эту псину, — задыхаясь, выпалил он. Собака опасно приблизилась, и Чейз рявкнул: — Нельзя! Сильвия заткнулась. Чейз оттолкнул от себя зажавшегося Макса и вышел вперёд к вздыбленной собаке. — Сидеть! Его голос звучал строго, почти по-командирски. Обычно он разговаривал с собаками спокойно, но здесь лучшим решением было приложить все усилия, чтобы усмирить настороженную собаку. Сильвия показала себя хорошим охранником, но сейчас она только мешала этим качеством делу. Овчарка несколько секунд в упор смотрела на Чейза, а после резко села. — Место! — скомандовал Чейз, указав пальцем перед ней. — Это твоё место. Сильвия наклонила голову. Чейз выдохнул и отстранился от неё, наблюдая за реакцией. На удивление, собака приняла его команду к сведению. — Не провоцируй её, — строго обратился к Максу Чейз. — Собаки прекрасно чувствуют страх. Холмс не ответил, лишь нервно поправил ворот своей рубашки. — Давай, — хмыкнул Чейз, готовый уже подсаживать напарника. Сильвия послушно сидела на указанном месте, внимательно наблюдая за их действиями. Макс с кряхтением залез на плоскую поверхность конструкции. — Ты уверен, что мы не свалимся? — Не свалимся. Смотри, не проткни себе что-нибудь прутьями, — ответил Чейз. — Спасибо, утешил. Что это вообще такое? — Мне кажется, это остатки от старых столов. Макс нашёл опору и протянул руку напарнику, чтобы помочь ему взобраться следом. Дальше им повезло больше — им открылся доступ к лестнице. Что ж, осталось исследовать крышу. Вот только, успехом это не увенчалось — ничего подозрительного на крыше не нашлось. Только если Макс заметил, что люк, ведущий на крышу, не закрыт. Это Чейзу показалось некомпетентным со стороны администрации детского дома. Может, внутри самого здания детям запрещался выход на крышу. В любом случае безопаснее будет, если люк будет замкнут на ключ, иначе любопытные дети сунут сюда нос. Тогда похищение через крышу возможно — доступ-то к нему не такой уж и сложный. Но у Чейза появилось одно предположение, которое он пока решил не озвучивать. Тем временем тучи всё сгущались — грядёт гроза.

***

Скай присела на диван и разблокировала телефон — самое время чуть расслабиться. День не выдался удивительным, на работе она больше занималась документацией и изучением улик, что касались азартного подполья, с матерью лишь мило обсудила жизнь и перед возвращением домой попросила передать отцу приветствие. Первым делом она решила разобраться с сообщениями, потому что их, чему она удивилась, было много. Больше всего её насторожило число уведомлений в социальной сети. Что за внезапная востребованность общества в ней? Несколько сообщений было от коллег по работе — Зума оповестил её, что оставил архивные записи о деле у неё в столе, Маршалл кратко изложил очевидные факты для закрепления и всё в таком духе. Скай решила удостоить их сообщения реакциями и не тратить свои моральные силы на работу в её законные свободные часы. Эва 13:57 p.m. Моя дочь сегодня постоянно зовёт тебя Ты что там с ней делаешь, пока меня нет, а? Серьёзно, вообще-то я её мама! А она вечно: «Скай, хочу к Скай, поиграть со Скай» Рожай сама себе ребёнка уже Скай не сдержалась и прыснула со смеху, когда увидела разъярённые сообщения подруги.

Вы

19:34 p.m.

Я не виновата, что нравлюсь Алисе

Когда ты мне уже начнёшь платить за часы, которые я провожу в роли няньки?

Ответ не заставил себя долго ждать. Эверест зашла в сеть тут же. Эва 19:35 p.m. Да что ты говоришь? Мне казалось, тебе нравится проводить время с моей дочерью Настолько, что она вспоминает тебя чаще, чем меня Не отбирай у меня любовь ребёнка, воровка!

Вы

19:37 p.m.

Могу поделиться секретиком

Как ни странно, этому я научилась у Чейза

Эва 19:37 p.m. Ну что за секретик? Да ещё и от Чейза!

Вы

19:38 p.m.

Просто нормально разговаривать с детьми, без всяких сюсюканий и прочей белиберды

Я сначала тоже с твоей дочерью сюсюкалась

А когда Чейз с ней нянчился, он с ней разговаривал, хотя она вряд ли его понимала

На удивление, Алиса сразу успокаивалась, когда он просто спокойно разговаривал

Сейчас Алиса подросла, она даже слушается лучше, когда я её просто прошу что-то не делать

Это правда работает

По крайней мере, с твоей дочерью

И детям нравится слушать что-то интересное

Разговаривай с ней просто больше. Как с человеком в первую очередь

Эва 19:43 p.m. Мне кажется, у твоего Чейза просто нудный голос. Там все успокаиваются, когда он разговаривает. Даже я. Его слушать порой невозможно, особенно, если он уходит в какие-то свои дебри о работе Но в то же время у тебя наоборот голос противно-звонкий

Вы

19:44 p.m.

В смысле противно-звонкий? Ты обалдела?

Эва 19:45 p.m. Шучу-шучу) Ладно, прислушаюсь и попробую. Буду разговаривать с Алисой, как со взрослым человеком. Она же у меня такая большая для сюсюканий, да? Скай улыбнулась и отправила ей стикер. Тем не менее, это были не все сообщения. К её разочарованию, Чейз ей написал ровным счётом ничего, хотя она просила его отметиться при приезде в Бухту Приключений. Она открыла с ним чат и решила написать сама. Быть может, повезёт так же, как с Эверест, сразу в сети объявится.

Вы

19:51 p.m.

Ну как ты там? Всё в порядке?

Кстати, тебе моя мама свитер связала. Выглядит так, как ты любишь

Она подождала пару минут, но Чейз так и не вышел в сеть. Это было ожидаемо — Чейз не Эверест, что даже в экстремальных ситуациях способна ответить на все сообщения. Ей иногда казалось, что Эва вообще от телефона не отходила с её скоростью ответов, хотя, разумеется, это была ирония. Эверест была активной и энергичной, даже после родов восстановилась так быстро, что Скай сначала не верила своим глазам. В её восприятии роды — это титанический труд, причём тот, что просто выматывает женщин порой до изнеможения, а её лучшая подруга справилась с этим так, будто и не рожала вовсе. Скай она ещё пугала в те моменты, когда в последние месяцы беременности умудрялась бегать юлой туда-сюда, даже на работе объявлялась — вот это действительно чудо-женщина. Скай почему-то уверена, что на её месте так бы не смогла. У Эверест, видимо, был невероятно сильный и выносливый организм. За все три года она ни разу не видела, чтобы та вообще болела. Однако по рассказам самой Эвы… она чуть ли не умирала на родах от боли, поэтому Скай всегда током прошибало от её подробных рассказов. Она сразу начинала проецировать фантомную боль на себе и мысленно писала отказ рожать. Скай чертовски этого боялась. А ещё Скай боялась увидеть две полоски, когда один раз у неё сбился цикл и она панически делала тест на беременность в надежде, что это всё, что угодно, но только не будущий ребёнок. Они с Чейзом всегда предохранялись и очень внимательно к этому относились. По великому счастью, рядом с одной полоской вторая не нарисовалась, и Скай ещё никогда не испытывала такого облегчения, как в тот раз. Чейзу она об этом не сказала, посчитала ненужным и бесполезным знанием — цикл у неё вскоре восстановился сам. Скай вообще порой думалось, что она всего боялась, особенно больших перемен в жизни. Иной раз чувствовала себя глупым ребёнком в свои двадцать семь — по правде говоря, для неё собственная семья и прочие, казалось, естественные вещи в жизни являлись нечто страшным и незнакомым. И она была уверена, что у Чейза присутствовали те же самые страхи. Её отвлекло очередное уведомление, и она раздражённо переключила вкладку. Что за белиберда?.. Итогом послужило удивление, что промелькнуло на её лице. Несколько человек оставили отметки на её фотографиях. С чего это вдруг? Её аккаунт вдруг кто-то решил прорекламировать? А в честь чего? Однако она всё поняла, когда зацепилась за знакомое до боли имя. Рафаэль. Она несколько раз перечитала уведомление от него, после чего ошарашенно зашла на страницу. Это точно был он — повзрослевший и возмужавший. Как он её нашёл? И зачем?.. Скай вновь вернулась к полному списку уведомлений и стала узнавать в незнакомцах своих некоторых бывших одноклассников. Даже назойливая Кэролайн отметилась в её уведомлениях, и это поразило. Хотя она должна была взорваться от шока ещё тогда, когда увидела Рафаэля, что не пожалел своего внимания для страницы «влюблённой дуры». Что иронично, одну-единственную фотографию с участием Чейза он проигнорировал. «Ты мой хороший», — саркастично подумала Скай. Вскоре взгляд наткнулся на новый чат — её туда добавила одна из одноклассниц, что торчала у неё в друзьях ещё со школьных времён. Скай, кажется, теперь всё прекрасно поняла. Видимо, кто-то решил вспомнить о былом и созвать всех одноклассников. Да уж, её телефон ещё никогда так не разрывался от уведомлений, как сегодня вечером. Какие у неё, однако, любезные бывшие одноклассники, удостоили вниманием — особенно Рафаэль и Кэролайн. Кэролайн Освальд 20:03 p.m. Встреча в силе, дорогие друзья? Это сообщение пока висело последним в чате, и Скай почувствовала, как у неё всё внутри перевернулось.