Непредвиденные обстоятельства

      Малышка Маомао была на удивление весьма спокойным ребенком. Из-за этого первые месяца её родители стояли над ней практически всю ночь. Девочка не шевелилась толком во сне и лежала в той позе в которой её положила мать. Порой утром Фэнсянь даже боялась подходить к дочери, думая что та могла умереть уже. Она стояла так в сторонке и выглядывала, пытаясь рассмотреть как там этот котенок. – Боже, Лакан, пойди проверь её. Мне кажется она не дышит и умерла.       Уставший и заспанный ещё мужчина всегда спокойно подходил к Маомао и тормошил её рукой, пока та не просыпалась и не начинала отбиваться. Только потом уже Фэнсянь шла к дочери и сама. Несмотря на то, что её не раз убеждали что с её дочерью всё хорошо и она здоровая, несмотря на крошечный размер, мать била тревогу по поводу всего.       Маомао спокойно и сама засыпала, без особых криков и плача. Потому звуки колыбельных были просто, как должное. Пока Фэнсянь качала и напевала для Маомао, на кровати лежал Лакан наблюдая за этой картиной, но вскоре сам засыпал первый под песню. Фэнсянь вздыхала на это и порой закатывала глаза. – Мне уже кажется, что не тебя надо укладывать спать, малышка. Вон, не успела строчку запеть толком, а он спит без задних ног. Может ты с ним и соской поделишься? – Я всё слышу... – сквозь сон ответил мужчина укладываясь поудобнее.       Фэнсянь ничего не отвечала на это и возвращала всё своё внимание к Маомао. Порой она говорила, что будто живет с двумя детьми, но это было не всерьёз. Девочка внешне похожа была на свою мать. Коротенькие зеленые волосы укрыли голову малышки. А вот свои синие глубокие глаза она взяла от отца. Впрочем, в остальных мелких деталях её поведения можно была увидеть Лакана. Когда мужчина вечерами подменял жену и сидел с дочерью, то можно было увидеть даже, как эти двое лежат одинаково.

***

      Как только девочка научилась ходить, а следом и бегать, то Фэнсянь начала прятать свою косметику и кисточки куда выше, чтобы Маомао не могла достать этого из любопытства. И то, она додумалась это сделать только после того, как малышка разукрасила своё лицо румянами и едва не довела до инфаркта мать. Зато отец знатно посмеялся с этой картинки и называл дочь уже не котёнком, а маленьким монстриком.       Вечерами девочка чаще всего играла на полу, пока Фэнсянь с Лаканом вернулись к старому занятию – играм в Го и Сёги. Только теперь их взгляды отвлекались на ребенка. Не понятно было что творилось в голове малышки и во что она там играла со своими игрушками, но главное что ей было интересно. Даже если это похоже было на какое-то вскрытие. – Маомао, распотрошишь ещё раз этого тигра – зашивать не буду. – прозвучал голос Фэнсянь, прежде чем она поставила камень Го на доску. – Не ворчи, милая. Тебе это не идет. – Так серьезно. Я уже раза три зашивала его. Она всё время одно и то же место разрывает. Зачем? – Ходи уже. Пускай играется.       Фэнсянь отвлеклась на разговор и упустила из виду, что Лакан сделал свой ход, которого она не заметила. Она в замешательстве смотрела на доску и искала где появился новый камень. Женщина растеряла внимание и не запомнила ничего, потому вздохнув сделала ход и обернулась к дочери, которая уже уверенно шла к ним. Точнее к отцу. Маленькая ручка вцепилась в подол кимоно, а нога уже следом начала дергаться и искать опору, дабы забраться. – Ты посмотри на неё. Иди сюда. – мужчина отложил камень в сторону, сбившись с хода и взял дочь на руки, сажа на колени. Затем он вернулся к игре и собирался завершить ход, как Маомао, прячась за рукавом отца, стащила с доски черный камень, который принадлежал её матери. Этого никто толком не заметил. Зато девочка нашла чем себя занять на какое-то время.       Фэнсянь продолжала растеряно смотреть на доску. Она то жмурилась, то по сторонам смотрела. Женщина не понимала что не так было. Вроде не слепая, с ума не сошла же. – Что такое? – спросил мужчина держа одной рукой дочь. – Я же делала ход вон там... Ладно, – она ставит в другое место свой камень, – ходи.       Маомао на протяжении игры стащила ещё к себе несколько камней матери и сложила на ноги, после чего пыталась их как-то сложить или построить башенку. Фэнсянь же начала скрипеть зубами ибо мухлёж со стороны мужа она не видела, но у неё пропадали камни с доски. Уже ближе к концу игры она свернула это на то, что возможно хочет спать или её отвлекает ребенок. – Я выиграл, дорогая. – Да иди к черту. – Тихо, тут же...Погоди. – Лакан наконец-то посмотрел на Маомао, на ногах которой были пропавшие камни. – Ха-ха, так у меня тут поддельник оказывается.       Мужчина отобрал у девочки всё и выложил на стол. Фэнсянь возмущенно посмотрела на обоих. Игра оказалась нечестной и она не сошла с ума. Всё было так, как она помнила. Просто её надули. Она заявила, что игра с результатами аннулируется. Лакан молча кивнул на это с улыбкой.

***

– Мама, ну не надо! – девичий голос раздался на весь особняк. Она уже час пыталась избежать "мучения" от своей матери и не давалась ей. – Успокойся, это просто макияж, я лишь немного подведу тебе глаза. – женщина крепко держала дочь и пыталась накрасить её, пока та всё время вертела голову. – Да кому надо мои глаза? Это простой экзамен для придворных дам! Там знания оценивают, а не то, как я буду разукрашена. Я и так дала тебе ногти мне накрасить. – Мао, не выводи меня. Ты должна выглядеть прилично.       Девушка вздохнула и сдалась наконец-то. Она не любила эти все макияжи, прически, дорогие одежды и тому подобное. Мать практически силой иногда заставляла Маомао приводить себя в презентабельный вид достойный для дочери главы клана Ла. Тем более что сама Фэнсянь жила долго с такими порядками и пыталась приучить и дочь к такому же. Женщина порой ругала и дочь и мужа за их внешний вид. Они оба порой небрежно относились к этому и были неряшливы. Потому вечерами она гоняла их в ванную, дабы Лакан выбрился, а Маомао смыла с себя запахи лекарств и яда.       Лоумень переодически встречался со своей внучкой и заинтересовал её своим делом. Потому Маомао была неплохо обучена лекарскому делу, пускай и не так глубоко как хотелось бы. Но такие знание были весьма полезны, пускай Фэнсянь и часто ругала и гоняла девочку прочь от ядов и экспериментов. Как-то раз Маомао даже умудрилась притащить в дом самую настоящую живую змею. Фэнсянь едва сердечный приступ не поймала, когда увидела эту тварь ползающую по дому. Бедная охрипла аж от криков и вычитывала дочь ещё долго за это.       Идея впихнуть Маомао в императорский дворец принадлежала Лакану. Он хотел, чтобы его дочь демонстрировала свои умения и знания в выгодном ему месте. Тем более мужчина всегда мог присмотреть за своей дочерью. Единственное что ему не нравилось так это то, что к ней могут клеится какие-то мужчины. Не смотря даже на её уже не малый возраст, Лакан не собирался выдавать замуж Маомао в ближайшее время. Она была единственным и драгоценным для него ребенком за которую он готов был убить любого, не смотря ни на что.       Мужчина сам лично занялся обучением и подготовкой Маомао к экзамену для придворных дам. Он так и стоял над душой несколько часов, пока девочка не заучит материал. В то время, как Маомао не любила учить весь тот бред, что требовали. Ей просто не было интересно. Кому вообще нужно в работе знать бредовые сопливые стихотворения? Ладно ещё грамота с историей и этикет, но стихи это было слишком для неё. Этот этап экзамена был слабым звеном Маомао и она была готова к тому, что провалит их. Всё же копирование сутр с матерью было более приятным для неё, нежели это. Она даже мысленно жалела, что тогда жаловалась на оттачивание вычурных иероглифов. Фэнсянь писала прекрасные иероглифы. Её рука плавно и блестяще выводила каждый символ. Всё же женщина была куртизанкой ранее, а для них красивый почерк у женщины это было одним из главных умений, чтобы понравится мужчине. Чего говорить уж о стандартах внешности. Уж лучше всё это, нежели классическая поэзия.       Экзамены для придворных дам были регулярными. Это была великая честь для дочерей чиновников, когда их дочь попадала на эту должность. Зачастую большинство дам приходило туда в поисках мужа и стать потенциальной невестой. Для Маомао это была просто работа и служба во благо страны. Она не спешила рассматривать замужество и выгодные браки с влиятельными мужчинами.       Экзамен проводился в северной части столицы. После долгих недель подготовки и зубрежке материала, Маомао пришла на этот чертов экзамен. Ещё и утренний марафет от матери вовсе её добил. Там присутствовало около сотни, как бы не больше, молодых девушек. И все как на подбор прихарашенные. " – Вот уж, как сороки."       Экзамен прошел для Маомао весьма быстро. Она была уверенна во всём, кроме проклятой классической поэзии. Им там что, развлекать мужчин стихами во дворце, как в квартале удовольствий? Девушка до сих пор не понимала этого. Она надеялась на то, что получит проходной бал и больше не будет с этим сталкиваться ибо ещё одной такой подготовки Маомао не выдержит. Лишь бы отец не вмешался в это и она смогла пройти собственными заслугами.

***

      Сероволосый высокий парень занимался разбором списков прошедших экзамен девицами и распределял кого куда отправить на службу. Шеньвей был сосредоточен на своей работе и был очень серьёзен к своему делу. Управляющий внутренним дворцом и прекрасный евнух, который никогда не интересовался ни придворными дамами ни служанками, но имел популярность среди них. Эта работа ему нравилась куда больше, чем то что его ожидало будь он дальше при своем титуле. Единственный человек что способный был потревожить его покой была Лингвей, которая только и приходила что обсудить какие-то сплетни да отвлечь на отдых младшего брата. Именно эта девушка и дала ему это новое имя для его новой личности.       Стоило двери в кабинет распахнуться, Шеньвей не поднимая даже глаз уже догадывался кого к нему принесло. – Иди донимай Юэ лучше. Я занят тут вообще-то и не хочу отвлекаться. – С утра сидишь тут над распределение этих придвоных дам. Я вообще пришла посмотреть, какой новый любящий папаша запихнул к нам свою дочь в поисках зятя. Не более того. – Любопытная ты моя, посмотришь потом на всех в живую.       Принцесса пожала плечами и подошла ближе к рабочему столу Шеньвея. Она склонилась над список с именами девушек и повернула голову так, чтобы было удобнее читать. Красные глаза забегали по строчкам вчитываясь в каждое имя. – Какого? Он и сюда влез, ну черт его подери. – девушка вздохнула и заныла увидев там фамилию Ла. Во дворце никто не любил эксцентрика и обходил его десятой дорогой. Лингвей была из тех же людей. Её передергивало от одного упоминания этого чудака и особенно если ей нужно иметь было хоть какое-то малейшее дело с ним. – Ты о дочери Лакана? Да, она хорошо справилась с экзаменом. Я оставил её напоследок всего распределения ибо не знаю куда отправить лучше, чтобы потом мне не составляли длительную компанию тут. – Сплавь её куда-то подальше от меня, прошу. Я слышала, что она та ещё копия отца. Мне не хочется иметь дела с обоими.       Шеньвей тихо посмеялся с неё. На самом деле он планировал действительно отправить Маомао поближе к Лингвей в качестве мести за постоянные её надоедливые прически ему и глупый символ на лбу. Она аргументировала это как "я рисую и у тебя будет". Хотя может это жестоко будет, но кто сказал, что это причинит ей какой-то вред? – Вот не смей. – Лингвей посмотрела с-под лба на парня и была не в лучшем тоне разговора. – Она тебе мешать не будет. Толковая девушка должна быть. – Она не будет, а отец её – да. Зуб даю, он будет контролировать каждый её шаг и доставать меня за неё.       Спорили они так весьма долго. Из-за этого Шеньвей знатно отбился снова от графика работы из-за чего всё же отправил Маомао именно к сестре. Лингвей усыпала его знатными прокленами за это, но изменить всё равно бы ничего не удалось. Ей придется работать с этой девчонкой.       Лингвей удалось добиться для себя небольшой должности, дабы её не выпихнули замуж за какого-то чиновника. Она мало хотела этого. Большой важности работы она бы не получила, поскольку была женщиной, но добраться к судебному делу и помогать с документами могла. Да, она не выдавала приговоры и приказы великого значения, но присутствовала на собраниях, писала примитивные документы и носилась с ними. Эта работа соответствовала её титулу, который дала Вдовствующая Императрица – Небесный Порядок. Все трое наследники клана Ка получили титулы соответствующие небесным явлениям. Так во дворце были Лунный Принц, Укротитель Звёзд и Небесный Порядок.       Со смертью Прошлого Императора на престол взошел его старший сын Кёю, взяв себе в жены и сделав Императрицей свою первую Наложницу Леди Аадуо. Как и обещал много лет назад, он сделал её Матерью Нации. Помимо этого, как и следовало он взял себе ещё троих наложниц: Леди Гёкуё – Благородная супруга Нефритового дворца, Леди Лихуа – Способная супруга Хрустального дворца и юная Леди Лишу – Добродетельная супруга Алмазного дворца.       Леди Лишу была наложницей Прошлого Императора и после его смерти отправлена в монастырь. Но дабы спасти девочку на какое-то время от плохой участи снова, Император Кёю с Императрицей Аадуо приняли решение забрать её снова во дворец и сделать наложницей, где ей будет безопаснее в разы. Мужчина не стал бы никогда в жизни прикасаться к юной наложнице. Он презирал действия отца и влечение к малым девочкам. Это не подлежало никаким объяснениям.       Бывшая же Способная Супруга Лайлинь была отправлена в отдельный выделенный для неё Особняк вместе со своими служанками. Женщина смогла обойти все свои проблемы, наладить контакт с дочерью и вылезти с того состояния, в которое была загнана много лет ранее.

***

      С оглашением результатов экзамена Маомао была удивлена что всё таки справилась и прошла его. Она до последнего не верила в это, через ненавистный этап. Теперь она должна была, как и все другие придворные дамы, перебраться во внешний дворец. Лакана и Фэнсянь это мало радовало. Ибо они ещё не были до конца уверены, справится ли без небольшого присмотра их дочь. Но выбора особо у них не было.       Фэнсянь помогала собирать необходимые вещи для Маомао. Среди них были и различного рода шпильки для волос, которые хоть каждый день меняй, косметика, которой, разумеется, она не планировала особо пользоваться и ужасное количество нарядов. – Мама, это не показ мод и я не мужа себе иду искать там, а работать. Зачем мне всё это? – Языка прикуси за слова о муже, пока отец не услышал. Сейчас снова лекции устроит тебе. Пускай будет всё. На всякий случай, милая.       Маомао вздохнула глядя на всё это. Она планировала перед выходом всё это запихнуть в шкаф назад. Но зная Фэнсянь, то она через Лакана вернет всё назад ей. Девочке пришлось смиряться с этим всем. К тому же она была уверена, что её маникюр мать ещё освежит вечером. Девушку хоть порой и доставали родители иногда своими причудами, но она искренне их любила и не сильно то отличалась от них.

***

      Закончив сборы дочери, Фэнсянь вернулась в спальню и села к мужу на диван. Она была немного уставшей. Женщина склонила голову на плече Лакана, прикрыв глаза. Он нежно обнял её за плечи притягивая к себе. – Переживаешь? – первое, что спросил мужчина. Пускай другие не могли этого увидеть, но Лакан хорошо замечал, когда с его супругой было что-то не так. – Немного. Это будет чужое ей место и чужие люди. Ещё и женский коллектив – змеиный притом. – Ну может и да, только наша Маомао не хуже их и справится со всем. Ты её знаешь. – Знаю, потому и переживаю. Сейчас как скажет кому-то лишнего или всунет свой нос куда не следует и жди беды. – Не настолько она глупая. Я постараюсь присмотреть, чтобы она не навлекла на себя беду. В крайнем случае я знаю под чьим она руководством. Уж эта особь точно не допустит подобного.       Лакан погладил жену по голове, перебирая её волосы в своих пальцах. Он старался заверить её, что ничего страшного не случиться и успокоить от лишних волнений. Фэнсянь опекала единственную и желанную дочь, как могла. Лакан прекрасно помнил и знал, как она горела желанием стать матерью и как она не выпускала Маомао с рук толком от момента её рождения, не доверяя абсолютно никому. За это он и любил её. Она была прекрасной, умной и очень заботливой, несмотря на гордый и холодный вид, которым себя зарекомендовала.