Глава 2. Мечта о весне

Джон Сноу Глубоко в горных лесах, в одной из малоизвестных деревень на западе, неподалёку от Ледового залива, жил Джон Сноу. Эта деревня располагалась примерно в одной луне пути от Стены, и здесь он решил поселиться вместе с полусотней вольных людей. Когда-то здесь была обитаемая деревня, давным-давно, ещё до того, как все её жители были перебиты мертвецами. Тормунд Великанья Смерть жил на главной площади вместе со своими сородичами, и жители деревни признавали его своим лидером. Дорога до ближайшего поселения занимала больше суток, но путь был суров, через бесконечные тундровые долины и безымянный горный перевал. В этом укромном местечке в глубине Истинного Севера только Тормунд и его семья знали, кем на самом деле являлся Джон, и за это он был им благодарен. Почти три года назад, когда они только приехали, после того как главная площадь и хижины деревни были отстроены и стали пригодными для жилья, Тормунд и его сыновья помогли Джону построить дом, скрытый от посторонних глаз, чуть выше в горах. Из него открывался вид на море на западе и немного на деревню. Он не был грандиозным, но был прочным, построенным из брёвен серебристой берёзы, растущей в окрестном лесу, что служили естественной защитой от холода. Тропинка к дому извивалась как змея от деревни у подножия горы, но была скрыта от глаз соснами, берёзами, кипарисами и ивами. Копейщицы соткали для него грубый, но уютный шерстяной ковёр на пол в спальне, гобелены на стены и портьеры на окна. Мужчины помогли ему построить очаги в каждой комнате и небольшую конюшню для лошадей. Семена из Хайгардена и Простора присылал его друг Сэмвелл Тарли, а его бывший стюард Атлас нашёл время, чтобы посеять в саду цветы и рассаду овощей. Каждые несколько лун из Королевской Гавани через Чёрный Замок прибывали посылки с богатыми дарами от короля: затейливые гобелены, арборское золотое вино, книги, свечи из пчелиного воска, пергамент, чернила, мёд, постельное бельё и практичные предметы обихода. За годы, прожитые здесь, Джон начал обустраивать свой дом по мере того, как затягивались старые раны. Он изо всех сил старался жить честным человеком, свободным от политики, пророчеств и предательства. Каждый день он всегда находил себе занятие, что могло бы отвлечь его от мрачных мыслей о смерти, драконах и отчаянии. Он охотился вместе с мужчинами и женщинами, быстро разобрался, как лучше снимать шкуры с животных, чтобы меха были пригодны для использования в холодное время года. От старших он слушал песни и истории о Первых людях, детях леса и легенды о Землях вечной зимы. Он научился готовить блюда вольного народа, что побудило его экспериментировать и пытаться понять, как приготовить еду из собственного детства. Почти каждый день он тренировался, чтобы не размякнуть и не забыть, как сражаться, в одиночку или с другими. Он также ежедневно ухаживал за своим садом, стараясь следовать инструкциям Сэма о том, как сохранить все культуры и растения. Раз в две недели он учил детей читать и считать, чтобы в один прекрасный день они могли представлять свою деревню, ведь торговля постепенно расширялась даже в такой дали от остального мира. Он не отказывал в обучении и взрослым, чтобы они могли учить вместо него, помогая тем самым селянам стать более самостоятельными. Раз в луну он отправлялся в соседние поселения, чтобы узнать новости, обменять товары, отправить или получить ворона или посылку от своего кузена Брана и друга Сэма через бывшего стюарда Атласа, всё ещё жившего в Чёрном Замке. До сих пор о ней не было никаких вестей. Той, кто ему дорог, его сердце. Арья Старк. В отличие от ран, полученных от насмерть заколовших его предателей в Чёрном Замке, эта так и не зажила, продолжая гноиться. Каждый раз, когда он думал о ней, он чувствовал это. Где бы он ни находился, на рынках вольного народа, обмениваясь всякой мелочёвкой, чтобы обустроить её покои, которые он специально устроил в своём доме, в моменты, когда он сидел у окна, глядя на закат на море, он думал, где она и что делает, в безопасности ли она, в тепле ли, скучает ли по нему также. Он никогда не сможет забыть, как в последний раз видел её в гавани Королевской Гавани, когда его отправили на Стену, а она собиралась отправиться в плавание по Закатному морю. В её глазах стояли слёзы, и в конце концов он едва смог на неё взглянуть, так ужасна была их разлука. У него было разбито сердце, и он знал, что у неё тоже. Из всех, по кому он мог скучать в этом мире, Джон больше всего скучал по ней. *** Сейчас была весна. Даже за пределами ледяной Стены, что медленно таяла, превращаясь в реки и ручьи, климат начал меняться за последние годы, и ветра больше не были холодными и жестокими, а стали более лёгкими и освежающими. За его домом, в лесу и горах, расцвели полевые цветы всех мастей. Каждый раз, глядя на них, Джона навевало давно забытыми воспоминаниями. Его маленькая сестрица любила цветы с самого детства, когда была всего лишь худенькой девочкой в грязном платье, со спутанными волосами и зубастой ухмылкой. Она любила собирать их для отца. Она бы с удовольствием посмотрела на дикие цветы, растущие к северу от Стены, на те, что она никогда не видела. Джон возвращался домой из поездки, чтобы навестить сына Манса Налётчика, маленького принца Эймона Стилсонга. Мальчику было уже почти семь лет, но силой и удалью он уже напоминал отца. У него было много учителей, наставлявших его с момента возвращения из Цитадели в качестве подопечного Сэма Тарли, как и его младшего брата Сэма, который сейчас воспитывался и обучался в Хайгардене. Эймона Стилсонга учили владеть оружием и ездить верхом, а также давали уроки чтения и сложения. Когда-нибудь его обучат и правлению, чтобы он мог вести дела с королевствам Юга, поскольку впервые был заключен союз между вольным народом, Севером и Шестью королевствами — всем континентом Вестерос. Мальчик часто напоминал ему его собственного дикого младшего брата Рикона, которого они навсегда потеряли, как и Робба. Он ушёл слишком рано и навсегда остался ребёнком. Чтобы помочь мальчику, Джон Сноу, Сэм Тарли и Тормунд Великанья Смерть стали его советниками, а его тётя, Королева-регент-за-Стеной Вэль, вместе с её боевым товарищем и по совместительству консортом правили до тех пор, пока юный Эйемон не станет достаточно взрослым, чтобы принять бразды правления. Под ним уверенно шагал его верный чёрный гаррон Тень, знавший тайную тропу в горах, ведущую обратно в деревню. Впереди бесшумно шёл его лютоволк-альбинос Призрак. Красные глаза с любопытством обнюхивали окрестности. Джон нахмурился, но продолжал путь. Когда Призрак внезапно остановился и с тихим рычанием показал свои острые зубы, Джон тоже остановился, а его рука тут же схватилась за рукоять Длинного Когтя. Джон огляделся вокруг: деревья и солнечный свет, падающий на их листья с высоты, полевые цветы, источающие сладкий аромат, и, наконец, у него заныло в затылке — он почувствовал, что за ним наблюдают. Сузив глаза, он подумал, что видит сотни глаз, наблюдающих за ним издалека, но не почувствовал угрозы. Возможно, это были дикие звери, что должно было заставить Призрака насторожиться, но этого не произошло. Внезапно с западных морей за горой подул прохладный ветер, от которого на землю посыпались лепестки бледных древесных цветов. Призрак поднял морду вверх, красные глаза закрылись, а челюсти широко раскрылись, словно он хотел завыть так громко, как только мог — хоть и не смог. И тут... У Джона перехватило дыхание, а сердцебиение участилось, когда он услышал громкое эхо воя сотни волков по всей горе, словно в ответ на безмолвный вой Призрака. Это было обещание стаи для его верного волка, а в сердце Джона зародилась тоска по собственной. Где ты, маленькая сестрица?