Глава 3. Рана

Вайсс поняла, что что-то не так, ещё до того, как увидела его. Когда она пришла, в шахте было пусто. Адам никогда не опаздывал, особенно учитывая, что завтра она уезжает. Девочка расхаживала взад-вперед, раздумывая, стоит ли спускаться и искать его, когда навстречу ей загрохотали шаги. Она уже собиралась заключить паренька в объятия, когда увидела его глаза, застыв на месте. Его глаза были опухшими и красными, а правая рука безвольно повисла рядом. Радостное предвкушение, которое Вайсс испытывала по поводу этой ночи, исчезло без следа. — Адам, что случилось? — спросила, боясь даже протянуть руку, чтобы обнять его — она впервые видела его таким. — У меня был плохой день, — пробормотал он, глядя себе под ноги. — Я не хочу говорить об этом... это стыдно. Когда у неё бывал плохой день, Винтер всегда знала, что сказать, чтобы ей стало легче. Но Вайсс не была Винтер. Она не знала волшебных слов, которые заставили б Адама снова улыбнуться. — Ты принесла ещё торт, — взглянул он на контейнеры с едой в её руках. — Ты всё ещё хочешь есть? — Сказала Вайсс единственное, что пришло ей на ум. — Еда сейчас звучит неплохо. Она села на то же место, что и вчера, заметив, что ему требуется больше времени, нежели обычно, чтобы опуститься рядом с ней. Он резко вдохнул, когда его правая лопатка коснулась острой стены, застонал, зажмурив глаза и наклонился вперёд, чтобы спина ни к чему не прикасалась. — Ты поранился. — В её нутре завязался болезненный узел. — Что случилось... — Ничего! Буря за окном завывала, словно привидение, яростно крутя в воздухе сотни снежинок. — Мне очень жаль... — сказал Адам более мягким голосом. — Я не думаю, что смогу играть сегодня. — Всё в порядке. Я не против. Она открыла пластиковую крышку и протянула ему еду. Вайсс беспомощно наблюдала, как он ковыряется в своем ужине. Он так и сидел, сгорбившись, чтобы не удариться спиной о стену. Даже толстый кусок шоколадного торта не улучшил ситуацию. Ветер на улице усилился, нагоняя холодные сугробы на то место, где они сидели. Вайсс дрожала, несмотря на то что сидела плечом к плечу с Адамом. — Кем ты хочешь стать, когда вырастешь? — спросил он, закончив есть. — Я хочу помогать Винтер управлять семейным бизнесом. — ...Ты хочешь работать в ПКШ? — Его ответ был настолько тихим, что звук почти затмила метель за окном. — Это то, чего ожидает отец. Я не против, ведь все члены моей семьи тоже там работают. — Но что хочешь делать ты? — Я не могу делать всё, что желаю. Отец... — Представь, что твоего отца не существует. Если бы ты могла заниматься чем угодно на свете, что бы ты делала? Мир, где отца не существует... был ли вообще возможен такой мир? Кто бы управлял ПКШ, если бы отца там не было? Мама не заинтересована в управлении бизнесом. Неужели Винтер пришлось бы взять всё на себя, хоть она и не совершеннолетняя? Как бы она ни старалась, представить мир без него было невозможно. Это всё равно что представить себе Атлас без снега. — Я не могу себе этого представить, Адам, — разочарованно призналась Вайсс. — А что на счёт тебя? — Я хочу быть героем, — без обиняков заявил Адам. — Я хочу избивать плохих парней, которым нравится причинять другим боль без причины. — Я думаю, ты был бы великим героем. — Улыбнулась она. Супергерои, которых Вайсс видела по телевизору, всегда были очень добрыми. Она не сомневалась, что Адам идеально впишется в эту роль. — Может быть, когда я стану взрослым... я смогу выбраться отсюда и увидеть мир, — добавил он. — Ты хочешь отправиться в отпуск по собственному... Где-то в глубине пещеры раздались тяжелые шаги. Её сердце упало, когда хруст становился всё громче и громче. Как кто-то догадался, что они здесь? Они даже не разговаривали громко. — Уходи, — прошептал Адам. — А как же ты? — Со мной всё будет в порядке, но у тебя будут неприятности, если тебя увидят. Шаги загрохотали по наклонной дорожке, ведущей к ним, заставив её замолчать на долю секунды. Она прошептала извинения, схватила свои вещи и поспешила наружу. Вайсс прижалась спиной к пасти шахты, закрыв рот руками, чтобы скрыть тяжелое дыхание. Она выглянула из своего укрытия, и её сердце бешено забилось, когда из горла пещеры вышел высокий мужчина. Всё в этом человеке напоминало ей Адама. Начиная с пижамы и заканчивая красивыми голубыми глазами, он был похож на взрослую версию Адама. Единственным существенным отличием были его беспорядочные светлые волосы, которые частично скрывали черные рога. — Хэй, шкет, тебя мама искала. — Мужчина улыбнулся и опустился на место, где раньше сидела Вайсс. — Прости, папа... я хотел побыть один, — пробормотал Адам, двигая правой рукой. Сердце Вайсс заколотилось при упоминании об отце. Она не понимала, почему Адам не старается перебороть свою боль. Разве он не боялся, что отец рассердится? — Такими темпами ты простудишься, — сказал отец Адама, ни разу не повысив голос. Неужели он пытался обманом заставить Адама признаться в правде? Она закусила губу, размышляя, как предупредить Адама о ложном чувстве безопасности. — Здесь не так уж и холодно. Отец Адама уже собирался что-то сказать, но остановился и с любопытством понюхал воздух. — Эй, сынок, чувствуешь запах... шоколада? — Нет. — Опустил глаза Адам. Отец Адама продолжал принюхиваться, его взгляд метался по шахте, пока не остановился на Вайсс. Она прикусила язык и отступила за стену. Долгое время она слышала лишь стук своего сердца. — Часто ты сюда приходишь, Адам? — Его отец ничуть не рассердился. — Только иногда. Здесь хорошо. — Хорошо? — Наступила пауза. — Тебе весело здесь? — Да. Мне очень весело... но не сегодня. — Полагаю, твоя спина всё ещё болит? — Пап, а она будет болеть всегда? — Нет. Через пару дней станет лучше. И тогда ты снова будешь как новенький. — Я бы хотел, чтобы сейчас стало лучше. — Я тоже, шкет. Давай, отведем тебя к маме. Ты отдохнёшь, и тебе станет лучше. Затаив дыхание, Вайсс высунула голову наружу и увидела, как отец Адама уходит с ним на руках. Она не сдвинулась с места, даже когда они оказались слишком далеко в пещере, чтобы рассмотреть их. Её глаза были прикованы к тому месту, где сидели Адам с отцом, и она думала о том, каково это — когда отец вот так несет тебя на руках.