Глава 30. Хейвен

Спальный вагон был построен ради комфорта: в нем стояли две двухъярусные кровати и обеденный стол, расположенный между двумя плюшевыми диванами. Большое окно выходило на проплывающий мимо пейзаж, проливая естественный свет на стол из полированного дерева. Лучшей особенностью была отдельная ванная комната, в которой также имелся душ. Если бы Вайсс не увидела новости о недавней утечке информации о корпорации, она бы уделила больше времени тому, чтобы насладиться их спальными местами. Сев на поезд и устроившись в личной спальной капсуле, она первым делом позвонила Винтер. Адам не считал, что Белый Клык несет за это ответственность, что бы там ни говорили. Вайсс считала, что узнать наверняка можно, только опросив кого-то изнутри. Винтер не брала трубку. Вайсс решила, что она занята на работе в связи с последними событиями, и оставила сообщение. Дожидаясь, пока Винтер перезвонит, она позволила Адаму принять душ первым. Её вызовы оставались без ответа. Винтер никогда раньше не игнорировала её звонки. Даже если она была занята, то всегда оставляла сообщение и сообщала Вайсс, что обязательно свяжется с ней. Нехарактерное поведение сестры заставляло её с ещё большим нетерпением ждать ответа. Если бы Адам не убедил её оторваться и принять горячий душ, она бы так и пролежала на диване всю ночь. — Есть ли какие-нибудь новости? — спросила она, выйдя из ванной. В поезде будто стало холоднее, когда она переоделась в одежду для сна. — Нет. Не думаю, что сегодня мы услышим что-то ещё, — ответил Адам, убирая свиток в карман. — Я читал, что твой старик собирается участвовать в предстоящих выборах. Вайсс подумала, что он шутит, но, когда до неё так и не дошло, в затылке запульсировала напряженная боль. — Не хочу сейчас об этом думать, — простонала она и рухнула рядом с ним за стол. Она взяла свой свиток, надеясь увидеть уведомление о пропущенном звонке от Винтер. Ничего, кроме времени, на экране не появилось. Почему она не брала трубку? Неужели с ней что-то случилось? Вайсс ещё раз набрала номер Винтер, покрутив прядь распущенных волос, когда в ухе зазвучал звонок. Звук голосовой почты Винтер заставил её с досадой отбросить свиток. Она надеялась, что Винтер приняла её новый номер за спам. Это была единственная причина, которая могла прийти ей в голову, чтобы объяснить, почему она её игнорирует. — Я уверен, что твоя сестра просто спит, — сказал Адам. — Разве в Атласе сейчас не середина ночи? — Ох, точно, — покраснела она, так как совершенно забыла о разнице часовых поясов. — Мне кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как я была там. — Тоскуешь по дому? — Нет. — Она фыркнула. — Если бы не сестра, мне было бы наплевать на Атлас. — Тем не менее, я удивлен, что ты не скучаешь по богатому образу жизни. Должно быть, это проще, чем постоянно жить в лесу. — Я бы предпочла пребывать в дикой местности, чем торчать в особняке. К тому же, приятно проводить время где-нибудь, где тепло. — Справедливо. Каждый раз, когда Сиенна заставляла меня отправиться в Атлас для выполнения задания, погода всегда была ужасная. — Она заставляла тебя вернуться туда? Не может быть, чтобы Сиенна не знала о его прошлом. Зачем ей заставлять его возвращаться в место, которое причинило его семье столько боли? — Я не был против. — Он пожал плечами, увидев выражение её лица. — Мой отец был родом из Атласа, поэтому возвращение туда напоминает мне о нем. — О-о, я не знала. Она теребила край своей ночной рубашки. Какой была жизнь его отца до ПКШ? Остались ли у него родственники в Атласе, или её семья полностью уничтожила его родственников? — Ты когда-нибудь скучал по Атласу из-за него? — мягко спросила она. — Иногда, но там трудно оставаться надолго. Хорошо, что Сиенна разрешает мне уезжать, когда я захочу. А ещё я не против побыть в Мистрале. Моя мама выросла в сельской местности Мистраля вместе со своими дальними родственниками. И хотя я обычно работаю в Вейле, время от времени я с удовольствием бываю и в Мистрале. — Ты знаешь, где остальные члены её семьи? — Я пытался их разыскать, но так никого и не нашел. Аналогичная ситуация с отцом. Я пытался искать его родню, но от них ничего не осталось. Я знаю только, что он какое-то время жил в Мантле, а потом... они забрали его и его братьев. Он на мгновение задумался, глядя на проплывающий мимо лес. — Они никогда не говорили, есть ли у нас родственники за пределами шахт, — вздохнул он. — Впрочем, я не жалуюсь. По крайней мере, я знаю, куда идти, чтобы почувствовать себя ближе к ним. Услышав всё это, она задумалась, не специально ли Сиенна попросила его работать в Атласе и Мистрале. Может, это был какой-то окольный путь, чтобы сохранить его связь с семьей? Вайсс с трудом верилось, что Сиенна может быть такой заботливой, особенно когда она без колебаний причиняет ему боль, но это казалось слишком большим совпадением. — Спасибо, что рассказал мне об этом, Адам. Я не знаю, что сказать. — Я ценю, что ты слушаешь. Обычно я много говорю о них, так что это приятное изменение темпа. — Что ж, если ты когда-нибудь захочешь рассказать больше о своей семье, я с удовольствием выслушаю. Она лишь однажды разговаривала с его матерью и видела его отца издалека, но они оба казались такими милыми. Она бы с удовольствием узнала больше о его семье и фавнах, с которыми он вырос. — Спасибо, Вайсс. Когда он положил руку ей на колено, крепко сжав его, прежде чем отпустить, её желудок сделал сальто, а сердце продолжало биться ещё долго после того, как он оставил её. Темная стена деревьев за окном расступилась, когда поезд проезжал над величественной рекой. Лунный свет танцевал на поверхности воды, мерцая звездами, которые она научилась любить во время своего долгого путешествия. Затишье в их разговоре заставило Вайсс осознать, насколько она устала. После целого дня на ногах она была готова хоть раз отрубиться на настоящей кровати. Сидеть в пижаме, пока поезд раскачивал её взад-вперед, было ничуть не легче. — Тебе нужно поспать, — предложил Адам, когда она зевнула. — Пока нет. Я хочу ещё немного посидеть, — запротестовала она, несмотря на тяжесть в глазах. Мягкость постели звучала всё более и более притягательно. — Ты выглядишь, будто наполовину уже спишь. Мы можем поговорить утром. — Но это будет наша последняя ночь в совместном путешествии. Я не хочу провести её, спя. — Моя точка зрения неизменна. Я же никуда не уезжаю. — Это не одно и то же, Адам. Ночью разговоры чувствуются по-другому. Я хочу сделать эту ночь незабываемой. — Ты невероятно сентиментальна. — Он посмотрел на неё с улыбкой. На секунду она забыла, насколько измотана. Позади него светила луна, очерчивая его фигуру неземным белым светом. Огненно-красный цвет его волос и одежды выделялся из прохладного света, требуя её полного внимания. Его нежная улыбка и яркий блеск в глазах — всё сочеталось прекрасно, не давая ей оторваться от него. Он был таким красивым. Вайсс едва не задохнулась. Его тонкое чувство моды и элегантный стиль боя всегда были для неё очевидны, но чтобы он был красив? Она никогда раньше не считала красивым ни одного из своих друзей-парней. Впрочем, она вообще дружила лишь с несколькими парнями. Она определенно перемудрила. Друзьям может нравиться внешность друг друга безо всяких странностей. Если бы Сапфир не делала таких странных замечаний по этому поводу, она бы не чувствовала себя так странно, восхищаясь его внешностью. Не её вина, что она дружит с парнем, у которого безупречный вкус в моде. — Ты пялишься, Вайсс. — Я-я? — Она с интересом уставилась на стол — ему было неприятно, что она снова пялится на него, как идиотка. — Хочешь что-то сказать? — продолжал он, звуча как никогда забавно. — Н-нет. — Она закрутила концы своих распущенных волос вокруг пальцев. — Ты ужасно не умеешь врать. — Я знаю, Вайолет уже дала мне это понять. — Она надеялась, что упоминание о Вайолет как-то сменит тему. — Что-то беспокоит твою хорошенькую головку? Вайсс притворилась, что щеки пылают от смущения, а не потому, что он назвал её хорошенькой. Это была всего лишь фигура речи. И все же какая-то часть её души задавалась вопросом, какой он видит её. Была ли она красивой в его глазах или посредственной? Будет ли он честен, если она спросит... О чем, черт возьми, она вообще думает? — Серьезно, ты в порядке? — Веселье исчезло из его голоса. — Я... я думаю, ты прав. От недостатка сна я немного зависла и... — Она потеряла ход мыслей, когда Адам поймал её за руку. В прошлом она не раз держала его за руку, но сегодня от его прикосновения по её руке пробежал электрический разряд. — Если ты заболела, я должен знать. Она сглотнула, когда он зубами стянул перчатку со своей свободной руки. Вайсс не чувствовала жара, но теперь она не была в этом уверена. Она опустила голову, когда он прижал ладонь к ее лбу — она была теплой. Тихий вздох облегчения уверил её в том, что она не больна. — Тебя что-то беспокоит? — спросил он. Тон его голоса был таким мягким, что она почувствовала вину за то, что беспокоит его. — Нет, — ответила она, устраиваясь на коленях. — Я просто сказала, что из-за недосыпания я немного отвлекаюсь. Она чувствовала, как он смотрит на неё. Вайсс понимала, что молчанием только ухудшает свое положение, но от правды лучше не становилось. Его рука убралась с её лба и прижалась к её лицу. Все мысли таяли под теплом, исходящим из груди, когда он наклонил её голову, дабы она посмотрела на него. Аквамарин. Наконец-то она определила, что напоминает ей голубой цвет его глаз. Он был таким же чистым и потрясающим, как драгоценный аквамарин. Как у кого-то может быть такой красивый цвет глаз? Её сердце билось всё быстрее и быстрее, чем дольше она находилась в плену его взгляда. Она хотела что-то сказать, чтобы прервать молчание, но один лишь его взгляд лишил её дара речи. — Ты можешь быть со мной откровенна, — сказал он совершенно серьезно. Сосновый аромат окружил её, искушая приблизиться к нему. Она не думала, что её пульс может ещё сильнее участиться, пока он не провел большим пальцем по тыльной стороне её ладони. — Я... я думаю, тебе следует больше улыбаться! — воскликнула она в панике. Её сердце упало, когда он застыл рядом с ней. О Боги, она сделала ситуацию ещё страннее. Неудачно пытаясь исправить свою ошибку, она добавила: — Дело не в том, что ты хорошо выглядишь только, когда улыбаешься. Ты и так хорош. Я просто говорю, что у тебя очень красивая улыбка. Благодаря ей ты выглядишь... т-ты выглядишь очень хорошо. Вайсс вырвалась свою ладонь, когда он ослабил хватку. С трудом оправдав себя тем, что устала, она бросилась в постель и спряталась под одеялом. Она была такой глупой. Из всех тупых вещей, которые она когда-либо совершала, эта заняла первое место. Возможно, она даже расстроила его. Она не имела права делать комплименты его внешности после того, что сделал с ним её дядя. — Если уж на то пошло, — услышала она его слова из-под защитного одеяла. — Я думаю, тебе стоит чаще оставлять волосы распущенными. В таком виде ты выглядишь прекрасно. Вайсс смущенно высунула голову из-под одеяла. Он смотрел в окно, его фигура по-прежнему была залита серебристым светом. Почувствовав себя слишком напуганной, чтобы снова приблизиться к нему, она спряталась под одеяло и притворилась спящей.

***

Вайсс проснулась первой на следующее утро. Она проверила свой свиток на предмет пропущенных вызовов, но ничего не обнаружила. Она попыталась снова позвонить Винтер, но безуспешно. Возможно, Винтер нужно было отключить свой свиток на время выполнения миссии, но Вайсс не могла успокоиться, не зная наверняка. Встав с кровати, она двинулась к обеденному столу, потащив одеяло с собой. Там она просмотрела все последние новости с Атласа, изредка прерываясь, чтобы попытаться ещё раз связаться с Винтер. — Ты рано встала, — сказал Адам, когда наконец поднялся с постели. — Просто читаю с утра пораньше, — ответила Вайсс и покраснела, когда он опустился на сиденье напротив. Его волосы были в беспорядке, а растрепанная одежда открывала голую грудь. Шрам на его лице не позволил ей надолго задержать на нем взгляд. Она прочистила горло и снова опустила взор на свой свиток. — Я просматривала новости. — Вайсс отложила свиток на стол, чтобы он мог взглянуть на то, что она читает. — Есть несколько новых проишествий. Рейд властей оказался успешным: вчера поздним вечером были спасены сотни жертв фавнов. Согласно отчетам, кто-то устроил засаду до прибытия властей, обездвижив большинство подозреваемых. Кроме того, было доказано, что те, кто это сделал, также нашли время, чтобы помочь некоторым раненым. Несмотря на это, никто не смог назвать их, поскольку они тщательно скрывали свои личности. Лица и имена всех виновных распространились по всему миру, как лесной пожар. Аудио- и видеоклипы, собранные из утечек, были легко доступны в Интернете. Журналисты по всему миру соревновались за возможность поделиться информацией из обнародованных документов. Армия Атласа пообещала немедленно начать расследование. Удивительно, что отца не затронуло это преступление. Единственной информацией об отце было его недавнее участие в политике. Она прочла половину его предвыборной кампании и остановилась, чувствуя себя слишком взволнованной, чтобы представить, как кто-то вроде него получает больше власти. — Военные Атласа считают, что к этому может быть причастен Белый Клык. — Она указала на последнюю статью на новостном сайте. — Некоторые утверждают, что все это заговор. Они считают, что «фавны-террористы» пытаются ложью разрушить авторитетные человеческие предприятия. Больше всего её беспокоили тысячи комментариев, в которых высказывалась поддержка версии о заговоре. Даже с учетом жертв и представленных доказательств, они всё равно представляли фавнов как врагов. — Не может быть, чтобы это был Белый Клык, — без колебаний опроверг Адам. — Они не стали бы тратить время на то, чтобы делиться подобной информацией. Она не знала, что и думать. Если власти Атласа утверждают, что это Белый Клык, то у них должна быть веская причина для такого вывода. Они должны знать что-то такое, чего не знает общественность. Вайсс больше всего на свете хотела, чтобы Винтер ответила на её звонки. Либо Винтер заблокировала её новый номер, либо в Атласе происходит что-то серьезное. — После этого я, пожалуй, отправлюсь в Мантл, — сказал Адам. — Мне любопытно посмотреть, что там происходит. Вайсс уставилась на свои колени, чтобы спрятать хмурый взгляд. Она знала, что им неизбежно придется обсуждать, что он будет делать дальше. Но от этого не легче было слышать о его уходе от неё. Остался бы он, если бы она попросила его об этом? — Ты уверен, что в Атласе будет безопасно? Что, если кто-то узнает тебя? — спросила она вместо этого. — Я могу о себе позаботиться. К тому же я больше не нужен тебе. — Не говори так. Ты говоришь так, будто я переросла нашу дружбу. — Она нервно теребила свой свиток. — Знаешь... ты всегда можешь остаться со мной. То, что он помог ей добраться до Мистраль-Сити, ещё не значит, что с ним нужно прощаться. — Не думаю, что это хорошая идея, Вайсс. Вряд ли блондинка это оценит. — Её зовут Янг. А лидер нашей команды, Руби, разрешила бы тебе присоединиться к нам. Как только она поймет твои обстоятельства, я уверена, что она примет тебя. — Я ценю предложение, но не думаю, что пока готов к такому, — вежливо отказал он ей. — Тусоваться с Таннером — это одно, но работать с кучей людей всё ещё кажется... странным. Она ожидала, что он скажет что-то подобное. И всё же какая-то часть её души надеялась, что он продолжит путешествовать с ней. После всего, что им пришлось пережить, расставаться так скоро было бы неправильно. Или, может быть, она была единственной, кто так считал. — Если вдруг передумаешь, ты всегда можешь присоединиться к нам. Я была бы рада, — добавила она тише, чем намеревалась. — Я обязательно буду иметь это в виду.

***

Они прибыли в пункт назначения рано вечером того же дня. Пока Адам был в ванной, она спрятала в карман его пальто дополнительную пачку денег. Видя его реакцию на дорогой подарок, она не думала, что он примет деньги просто так. Это было самое малое, что она могла сделать, чтобы хоть немного облегчить его путешествие. Они вместе покинули поезд. Вайсс не стала маскироваться, но шарф по-прежнему свободно висел на шее. — Я провожу тебя до половины пути, — предложил он, когда они вышли со станции. Вайсс с радостью согласилась. Железнодорожный вокзал находился в самом центре оживленного рыночного пространства. Фавны и люди заполонили шумный ночной рынок, толкаясь бок о бок, пока они протискивались через улицу. Несмотря на красочных торговцев и артистов, освещавших улицы, от толпы исходила необычайно напряженная энергия. Люди и фавны оглядывались через плечо, куда бы они ни шли. Несколько продавцов и родителей косились на них и других путешественников, когда они проходили мимо. Некоторые даже поднимали мечи и винтовки, когда проходили мимо фавна. Сначала она подумала, что большая толпа просто подавляет её, но когда Адам сделал аналогичное наблюдение, она не могла больше не обращать на это внимание. — Возможно, они волнуются после всей этой истории с Биконом, — предположила она. — Прошли месяцы. Они должны были уже забыть о худшем, — не согласился он. — Я поспрашиваю и сообщу тебе последние новости. Они остановились в самом центре рынка. Десятки посетителей ходили вокруг них взад-вперед, не обращая внимания на тяжелый груз в её груди. — Это не навсегда, — сказал он, словно прочитав её мысли. — Ты всегда можешь написать мне, используя свиток. Я отвечу, когда сумею. — Я знаю. Просто это тяжело после всего, — призналась она. — Ты прекрасно выжила без меня. Ты сможешь сделать это снова, — попытался он её успокоить. — Технически, ты всегда была рядом... — Даже в начале её путешествия он следовал за ней на расстоянии. — Я мало что делал в те первые пару недель. По большей части ты сама о себе позаботилась. Будь осторожна, если ввяжешься в драку с Сиенной. Ее проявление усиливает все её атаки после того, как твоя аура разрушается. — Это значит, что тебе тоже нужно быть очень бдительным. Я никогда не прощу тебя, если ты проявишь беспечность и случится что-то плохое. — Я могу о себе позаботиться. Прекрати надумыв... — Я не надумываю. Ты не неуязвим, Адам. Она однажды пробила твою ауру... кто сказал, что она не сможет сделать это снова? Если он и дальше будет путешествовать один, его некому будет прикрывать. С ним может случиться что-то плохое, и она об этом даже не узнает. — В следующий раз я буду осторожнее. — Он положил руку ей на плечо. — Если ты так беспокоишься, я могу звонить тебе каждый день. — Не нужно заходить так далеко. — Она фыркнула. — Пиши мне короткие сообщения раз в пару дней, чтобы я знала, как у тебя дела. — Договорились. — Даже если это незначительная травма, дай мне знать. Я не хочу, чтобы ты и дальше сталкивался с подобными вещами в одиночку. — Хорошо. — И если тебе в любое время понадобится помощь, позвони мне. Даже если это будет посреди ночи и тебе нужно будет просто поговорить, я не буду возражать. Если это срочно, пришли мне свои координаты. Я не обещаю, что доберусь до тебя сразу, но я найду способ...! Шум толпы стих, когда он поцеловал её в лоб. Поначалу Вайсс была уверена, что видит сон. В любую секунду она должна была проснуться и обнаружить себя всё ещё свернувшейся под одеялом в постели поезда. Но этот момент так и не наступил, даже когда он сжал её в объятиях. Вайсс закрыла глаза, обхватив его руками, и наслаждалась этим моментом, как будто он был последним. Она запомнила тепло его тела, ощущение его рук вокруг неё и свежий запах сосны, который так напоминал ей о тихих ночах, которые они проводили в лесу. — Спасибо, — прошептал Адам. — Это была моя фраза, — вздохнула она.

***

Вайсс поняла, что что-то не так, когда в поле зрения появилась Академия Хейвен. Группа молодых охотников и охотниц сражалась с агентами Белого Клыка в капюшонах за воротами школы. Вайсс не потребовалось много времени, чтобы расправиться с группой нарушителей. Убедившись, что со студентами всё в порядке, она спросила их, что случилось. — Мы не знаем. М-мы занимались в библиотеке, когда Белый Клык ворвался в кампус, — ответила ей одна из девушек. — Один из приезжих охотников предложил помощь в бою, — добавила другая студентка. Это всё, что нужно было услышать Вайсс. — Если вы не чувствуете себя в силах столкнуться с Белым Клыком, уходите и зовите помощь. Спасать свою жизнь — это не трусость. — Она заметила, как трое подростков покорно отступили от большой группы. — Вы трое идите и позовите подмогу! Остальные — за мной! Школа была совсем не похожа на Бикон. Она была меньше, её внутренний двор окружали стены. Насколько она могла судить, вся академия была охвачена войной. Раненые ученики лежали среди тел своих сверстников и врагов. Учителя либо защищали раненых, либо преследовали агентов Белого Клыка. Вайсс заметила, как Жон сражается в хаосе вместе с группой учеников. Даже с большого расстояния она смогла различить цепное оружие, летящее по воздуху. — Слушайте! — Она обратилась к студентам. — Идите всей командой и помогите раненым снаружи! Не сражайтесь, пока не будете вынуждены, понятно? Дети всё ещё дрожали, но кивнули. Они всей группой поспешили к ближайшему раненому ученику. Как только Вайсс убедилась, что они могут защитить себя, она бросилась к Жону. С помощью глифов и щепотки светло-голубого праха она обрушила ледяной шквал, отправив неопытных бойцов в полет. Сиенна, однако, безупречно увернулась от её шторма. — Вайсс! — облегченно воскликнул Жон. — Прости, опоздала, — коротко ответила она. — Где Руби и остальные? — Они сражаются с Синдер внутри. Его ответ вызвал больше вопросов, чем ответов, но она отложила их на потом, когда цепное оружие Сиенны столкнулось с её рапирой. — Ты! — прорычала Сиенна. — Ты знаешь эту леди?! — воскликнул Жон. — Долгая история. — Она не представляла, как потом всё это объяснять, но об этом можно будет подумать после того, как она выживет в этой схватке. Сиенна бросилась на неё. Даже с учетом того, что Жону удавалось отражать некоторые удары, ей было трудно угнаться за Сиенной. Они оба были так увлечены уходом от атак Сиенны, что не обращали внимания на агентов Белого Клыка вокруг. Краем глаза Вайсс уловила движение. Она отклонила клинок Сиенны, а затем повернулась, чтобы парировать удар меча безымянного нападающего. Она быстро нанесла удар по противнику и успела увернуться от оружия Сиенны. Жону повезло меньше. Агент Белого Клыка подкрался к нему справа и застал врасплох ударом в бок. Вайсс совершила первую ошибку, отведя взгляд от Сиенны. Она дорого за это заплатила, когда клинок женщины вонзился ей в грудь, выбив из неё дух. После этого Сиенна уже не отпускала её. Она принимала удар за ударом, пока её аура не померкла. Болезненный удар ногой в живот заставил её застонать, упав на землю. — Мне понравится резать тебя, принцесса. Вайсс переключилась на белый прах, надеясь, что ей удастся вызвать достаточно сильный поток ветра, чтобы выиграть немного времени. — Нет! — Жон бросился к Вайсс, но его усилия оказались тщетными: Сиенна отбросила его в сторону одним взмахом хлыста. — Ты хочешь защищать мерзавцев, малыш? — передразнила она его. — Тогда позволь мне научить тебя, что бывает, когда ты встаешь на сторону Шни. Взмахнув рукой, Сиенна бросила короткий клинок в его шею. Грохнул выстрел. В последнюю секунду клинок Сиенны дернулся в сторону из-за метко пущенной пули. Между ними и Сиенной встала черная завеса. — Значит, слухи были верны. — Адам встал напротив Жона, не давая Сиенне и пальцем шевельнуть. Сиенна вернула оружие в руку. — Не думала, что ты позволишь другому человеку поработить себя. Ты ещё более жалок, чем я думала. — Я отступлю, если ты оставишь её в покое. Сиенна перевела взгляд на Вайсс. Адам бросился на женщину, прежде чем она успела атаковать. В этот раз он больше полагался на свою винтовку, используя её, чтобы сохранить здоровый разрыв между собой и Сиенной. От воспоминаний о его предыдущей схватке у неё заколотилось сердце. Она попыталась встать и помочь, но тут же рухнула на землю, почувствовав резкую боль в боку. — Это было чересчур близко, — вздохнул Жон. — Кто это? — Мой старый друг. — Она вздрогнула, когда её бок снова вспыхнул болью. Это вывело Жона из оцепенения. — Вот дерьмо, давай я тебя вылечу! Вайсс не понимала, что он имеет в виду, пока не почувствовала, как его аура сливается с её собственной. — Ты никогда не рассказывала, что у тебя такой крутой друг! — воскликнул он, наблюдая за жаркой схваткой между Адамом и Сиенной. — Это... всё сложно. Сзади на Жона набросились двое громил из Белого Клыка. Она призвала беовульфа, чтобы перехватить их прежде, чем они успеют нанести удар. — Мы должны двигаться, — сказала ему Вайсс. Жон помог ей подняться на ноги. Они оба увернулись, когда цепной клинок Сиенны пронесся над их головами, едва не задев одного из студентов, сражавшихся рядом с ними. — Она с ума сошла с этой штукой! — пожаловался Жон. «Есть ли способ отрубить её?! Вайсс об этом не подумала. С такой скоростью, с какой Сиенна бросала свой закованный клинок, переломить его пополам было бы невозможно. Если только она не найдет способ заморозить его. Светло-голубой прах была почти на исходе. У неё будет только одна попытка. — У меня есть идея, — сказала она Жону. — Вы с учениками сможете прикрыть меня? — Конечно. Она кивнула в знак благодарности и приблизилась к схватке Адама и Сиенны. Вайсс переместилась за спину Сиенны, затем переключилась на голубой прах и выпустила в нее волну-полумесяц. Как и ожидалось, Сиенна услышала атаку и перехватила её одним взмахом хлыста. — Ты так сильно хочешь меня? — Вайсс опустила меч и ухмыльнулась, несмотря на колотящееся сердце. — Иди и возьми. Адам бросился за Сиенной, когда та набросилась на Вайсс. Она вызвала свои белые глифы и бросилась бежать, перепрыгивая через агентов Белого Клыка, которых перехватывали Жон и студенты. Она вздрогнула, когда один из клинков Сиенны пронесся мимо её ноги. Несмотря на боль, она не стала оглядываться и сбавлять темп. Вайсс призвала больше глифов, чем когда-либо прежде, и практически летала по полю боя с огромной скоростью. Её сердце учащенно забилось, когда она услышала приближение цепи Сиенны. В последний момент Вайсс бросилась в сторону. Плечо обожгло от столкновения с землей, но это того стоило, когда клинок женщины вонзился в бетон. — Обморожение! — воскликнула Вайсс. Она выдернула из меча отсек со светло-голубым прахом и бросила его в оружие Сиенны. Он разбился при ударе, окутав мокрую цепь ледяным облаком и оставив закованный клинок полностью замороженным. Сиенна потянула цепь назад, но в ледяной оболочке оружия появилась лишь небольшая трещина. Адам вскочил на ноги и одним взмахом руки разрубил цепь, покрытую льдом. — Никогда больше не пытайся так делать! — огрызнулся он. — Я же говорила, что милые прозвища помогают. — Она вскочила на ноги. — Ах ты ебаная сука! — Сиенна бросила рукоять оружия на землю. — Я разорву тебя на части! — Хотел бы я посмотреть, как ты попробуешь, — холодно возразил Адам. — Ты хочешь отдать свою жизнь за никчемного человека? — Сиенна хрустнула костяшками пальцев. — Ладно. Без предателя нам всё равно будет лучше. Ослепительный белый свет заставил двор погрузиться в тишину. Над полем боя парили воздушные корабли, заполненные фавнами. Судя по их одежде, они выглядели так, словно их привезли с тропического отдыха. Вайсс не могла понять, была ли это идея Сиенны или кто-то перепутал координаты их семейного дома отдыха. — Все кончено, Сиенна! — Голос Блейк прорезал поле боя, как лезвие бритвы. Блейк и Сан свалились с одного из дирижаблей вместе с мужчиной и женщиной, поразительно похожими на Блейк. Адам выругался, спрятав клинок под плащ и проверив, надвинут ли капюшон. Глаза Сиенны метались между кораблями, но потом снова остановились на Вайсс. — Это ещё не конец, — пробормотала Сиенна, обращаясь к Вайсс. Она достала откуда-то из карманов крошечное черное устройство и нажала на кнопку. Поле битвы взорвалось хаосом. В буквальном смысле. Адам обнял её, когда окружающие здания охватило пламя. Она крепко прижалась к нему, боясь, что его унесет в хаос. Агенты Белого Клыка бросились к грубым выходам, образовавшимся в результате взрывов. Услышав проклятие Адама во второй раз, она оглянулась на Сиенну: теперь она видела только черный дым. — Я пойду поищу её, — прошептал Адам Вайсс. Он вырвался из её объятий и бросился в хаос, прежде чем она успела его остановить.