Глава 33. Дела сердечные

Когда через несколько часов Янг вернулась одна, все отправились на поиски Оскара — в том числе и команда Жона. Блейк решила искать вместе с Вайсс, чем вызвала искреннюю улыбку Руби и пустой взгляд Янг. Учитывая, что та не обвиняла никого из них в заговоре против команды, Вайсс восприняла это как хороший знак. Температура на улице была ужасной. Сам воздух словно иголками колол кожу. Они шли вперед, пока небо совсем не потемнело. К тому времени Вайсс уже не чувствовала ни лица, ни пальцев ног. Её свиток зажужжал от входящего вызова. На секунду она подумала, что это Адам, но это была всего лишь Руби. — Вы нашли его? — спросила Вайсс. — Да, он вернулся в дом, — задыхаясь, ответила Руби. — Он готовит для нас горячий шоколад, так что тащите свои задницы сюда и грейтесь! Горячий шоколад сейчас звучал просто великолепно. Передав сообщение Блейк, она с ней поспешила обратно в дом. На обратном пути на них посыпался легкий снежок. Золотистый свет заливал город сквозь витрины магазинов и уличные фонари, переливаясь на сотнях снежинок, танцующих в воздухе. Несмотря на холодную погоду и темные тучи над головой, толпа людей вдохнула жизнь в город. Её внимание привлекло небольшое кафе на углу улицы. За витриной расцветали нежные шоколадные конфеты в форме роз. Их лепестки были настолько тонкими, что казалось нереальным, что каждую из них кто-то создал вручную. Если бы не обещание горячего шоколада, Вайсс зашла бы в магазин и купила их. — Итааак, — сказала Блейк с наглой ухмылкой. — Вы с Адамом довольно близки, да? Дружеский поцелуй, который он подарил ей перед тем, как они расстались, всплыл в памяти. Вайсс ослабила шарф и кивнула. — Должно быть, вы много времени провели наедине. — Ну, по пути мы встретили парочку хороших друзей, — уточнила Вайсс. Блейк говорила так, будто они всегда были вдвоем — хотя иногда так оно и было. — Я никогда не слышала, чтобы ты так много говорила о парне. Обычно ты жалуешься на то, какие все поверхностные. Адам, должно быть, очень много для тебя значит. Вайсс не понравилось, к чему она ведёт. Это было похоже на то, что сказала бы Сапфир. Она объяснила, что Адам всего лишь её хороший друг. То, что она говорит о нем хорошо, должно быть само собой разумеющимся. — Не знаю, Вайсс. Кажется, он тебе очень нравится. — Ты несколько переоцениваешь мою дружбу с Адамом. — Уверена? Это нормально — признать, что он тебе нравится. Он очень приятный на вид. Вайсс отказалась отвечать на этот вопрос. Она точно знала, на какой точке находится в отношениях с Адамом, и не имела ни малейшего желания это менять. Блейк продолжала смотреть на нее, словно ожидая, что Вайсс расколется и признается в своей несуществующей привязанности к нему. — Знаешь, он всегда защищал всех в Белом Клыке. — Блейк вдруг почувствовал необходимость рассказать ей об этом. — Это, в сочетании с его склонностью держаться на расстоянии, заинтересовало некоторых девушек. Те счастливицы, которые проводили с ним ночь, всегда говорили, что хорошо провели время. — Рада за него, — легкомысленно сказала Вайсс. Не её дело, кто увлекается Адамом; ей было всё равно, с кем он ложится в постель. Он мог быть с тем, с кем хотел. Её ни капельки не интересовала его личная жизнь. — Я была рада сохранить наши отношения профессиональными, но это не значит, что я слепа. Я прекрасно знаю, почему некоторые из моих подруг так интересовались им, — продолжила Блейк, словно не слышала Вайсс. — Ты когда-нибудь видела, как он тренируется? Потому что я видела. Он раньше тренировался без рубашки. Лицо Вайсс вспыхнуло от воспоминаний, которые вызвал у нее комментарий Блейк. Она не собиралась так думать о своем друге. Вайсс ускорила шаг, но рука Блейк обхватила её за плечи и удержала. — Я была единственной девушкой, с которой он часто общался. Сиенна заставляла нас вместе отправляться на длительные задания. Обычно мы были вдвоем в глуши. В плохую погоду нам приходилось жить в одном гостиничном номере, и не всегда там были две кровати... — Если он тебе так нравится, почему бы тебе уже не пригласить его на свидание?! Вспышка гнева Вайсс исчезла, когда на лице Блейк появилась самодовольная ухмылка. Она покраснела и оглядела улицы в поисках следов Адама — не то чтобы она могла заметить его, даже если бы он был рядом. О Боги, что, если он подслушал всё, о чем они говорили? — И ты действительно убеждаешь меня в том, что он тебе не нравится. — Блейк рассмеялась. — Я просто говорю, что ты, кажется, заинтересована в нем. Почему бы тебе не пригласить его на свидание, пока он свободен? Согласится ли он пойти на свидание с Блейк, если она попросит? Вайсс не могла объяснить, почему у неё защемило в груди, когда она попыталась представить себе, как Блейк и Адам встречаются. Этот образ вызвал у неё такое отвращение, что она скривилась. Блейк оттащила её на обочину оживленной улицы. Они вместе стояли под уличным фонарем. Вайсс казалось, что на неё смотрит весь Аргус. Она обхватила себя руками и уставилась в землю. Почему Блейк не может уже оставить эту тему? Больше нечего было сказать по этому поводу — никогда не было. — Ты можешь не беспокоиться о том, что подумают другие, — сказала брюнетка уже более серьезным тоном. — Они это переживут. А если нет, то я всегда тебя поддержу. — Дело не в этом, — вздохнула она. Её пальцы сжались в кулаки. — Значит, ты признаешь, что он тебе нравится. — Нет! — сразу же воскликнула Вайсс. — Я хочу сказать, что... мы не такие. Он для меня просто друг. — Ты не очень-то убедительна. — Я не знаю, что тебе сказать, если ты меня не слушаешь. — Это потому, что он фавн? — Нет! Даже если бы я видела в нем нечто большее, это не имело бы значения. — Гипотетически предположим, что ты действительно видишь в нём нечто большее, чем друга. Что мешает тебе сказать ему об этом? — Мы не будем об этом разговваривать. — Почему? Потому что это слишком близко к сердцу? — Потому что это пустая трата времени... — Это безобидная игра. Я больше не буду беспокоить тебя по этому поводу, если ты мне подыграешь. — Невинная ухмылка на лице Блейк не внушала доверия. Тем не менее, если это заставит её оставить эту тему, ей придется подчиниться. — Я не вижу, чтобы мы были больше чем друзьями, — поспешно объяснила Вайсс. — Даже если бы он мне нравился, это не имело бы значения. Он бы никогда не почувствовал ко мне того же. Вайсс сама не знала, почему добавила эти последние слова. Она захлопнула рот, не веря, что сможет говорить об этом дальше. — Всё дело в шраме, не так ли? — Вывод Белладонны заставил Вайсс ошарашенно обернуться. Она не думала, что кому-то известна его история. — Все в Белом Клыке знают, что это было наказание за что-то. Никому не известна вся история, но Сиенна использует это как пример, чтобы побудить всех к борьбе. — Это ужасно, — проворчала Вайсс. Она не могла представить, каково ему, когда эта история распространяется без его контроля. — Ты затронула ещё одну тему, Блейк. Моя семья причинила ему много боли. Ради всего святого, у него на лице выжжен логотип нашей компании! Я — последний человек, с которым он хотел бы строить отношения. Мимо них прошла пара, идя рука об руку. Девушка пожаловалась на холод, за что получила поцелуй и обещание теплого массажа позже. Вайсс бросила на них взгляд. Наблюдение за их обменом нежностями оставило у неё гнилостный привкус во рту. Она оторвала взгляд от парочки. Её пальцы впились в ладони с такой силой, что стало больно. Блейк все это время изучалa Вайсс, не произнося ни слова. — Нам следует вернуться... — Вайсс, ты никогда не думала о том, чтобы поговорить с ним об этом? — Я думала, мы говорим гипотетически. — Вайсс нахмурилась. — Повесели меня ещё немного. Вайсс разочарованно хмыкнула. — Слушай, ничего хорошего от разговоров об этом не будет. Мне повезло, что он вообще хочет со мной дружить. Вмешательство в чувства может всё испортить. Я не могу потерять его снова, Блейк. — Но разве это то, чего ты действительно хочешь? — Конечно. Я не хочу от него ничего большего. Блейк продолжала сверлить её взглядом. Вайсс сделала вид, что ничего не заметила, и стала изучать один из магазинов поблизости. — Я всё же думаю, что стоит с ним поговорить. Сомневаюсь, что он позволит чему-то подобному отпугнуть его. Вайсс следовало бы отчитать Блейк за то, что она не рассуждает гипотетически, но у неё больше не было сил спорить. — Что бы ты ни решила, я буду здесь, чтобы поддержать тебя, — пообещала Блейк, положив руку на ладонь Вайсс. — Давай вернемся, пока горячий шоколад не остыл. Блондинка улыбнулась и кивнула. Даже если Блейк совершенно не понимала, как она относится к Адаму, она всё равно ценила её поддержку.

***

Пышущая паром чашка горячего какао и громкие разговоры значительно подняли настроение Вайсс. Когда Оскар вернулся и стал увереннее, чем когда-либо, моральный дух всех поднялся. Янг снова говорила и смеялась, а у Жона словно груз с плеч свалился. Даже Кроу остался внизу, чтобы насладиться чашкой горячего какао. Из всех присутствующих Руби была самой энергичной, и никто не мог её в этом винить. После нескольких дней ссор и напряженности все они (в основном) снова ладили друг с другом. Вайсс не знала, что сказать, когда Жон предложил наполнить ей чашку. — Оскар приготовил слишком много, так что мы могли бы допить всё сегодня, — пояснил он, когда она ошарашенно уставилась на него. — Хорошо, что моя сестра купила дополнительный пакет зефира. Улыбка на лице Жона была непринужденной. Он говорил с ней без намека на напряжение или враждебность в голосе. Словно и не было той ссоры, которая произошла между ними. — Во мне всегда есть место для десерта. — Вайсс усмехнулась, протягивая ему свою кружку. — Я могу принести ещё и для тебя, Блейк. У нас ещё много всего. Блейк, которая с момента возвращения Вайсс не отходила от неё ни на шаг, оживилась, когда он обратился к ней. Она быстро поблагодарила и протянула ему свою пустую кружку. Спустя мгновение он набил их кружки горой зефира. Хорошее настроение улетучилось, как только вновь зашла речь об Атласе. Они так и не нашли способа убедить Кордовин впустить их в Атлас, и Вайсс сомневалась, что подкуп заставит её сдвинуться с места. Кроу попытался позвонить Айронвуду, чтобы обойти ограничения Кордовин, но его звонки остались без ответа. Вайсс столкнулась с аналогичной проблемой, когда снова попыталась связаться с Винтер. Она даже воспользовалась свитком Руби на случай, если Винтер заблокировала её новый номер, но это ничего не изменило. Либо что-то было не так со всеми их свитками, либо в Атласе творилось нечто серьезное. В какой-то момент Жон озвучил свою идею, как доставить их в Атлас. Чем дальше он объяснял свой план, тем больше ужасалась Вайсс. Единственными, кто, похоже, разделял её опасения, были Кроу и Блейк. — Ты серьезно?! — разом огрызнулся Кроу. — Ты хочешь украсть целое воздушное судно? Ты знаешь, сколько законов нарушишь? — У нас нет выбора, — рассуждал парень. — Если бы Кордовин была готовa к переговорам, всё было бы по-другому. У нас нет времени ждать, пока она передумает. — Значит, твоя блестящая идея — сделать нас всех беглецами? — Мы не будем беглецами, если просто будем скрытными. — Мне кажется, ты не понимаешь, насколько строга безопасность Атласа. Кроу перечислил всевозможные варианты того, как план Жона может провалиться. Он придумал всё: от падения в океан до взрыва в воздухе. Каждый раз, когда Арк предлагал потенциальное решение, Кроу находил контраргумент, чтобы разрушить его план. По мере того как продолжался разговор, Жон всё больше расстраивался. Вайсс восхищалась его новаторским мышлением, но была вынуждена встать на сторону Кроу. Вооруженные силы Атласа находились на совершенно ином уровне по мощности и технологиям. Она могла только представить, насколько всё стало строже с последними утечками информации из бизнес сферы. Если им повезет, они станут самыми разыскиваемыми преступниками Атласа. Разбиться в океане было более вероятным сценарием. Кордовин была их лучшим шансом добраться до Айронвуда, но для этого нужно было согласиться с её условиями. Девушка обдумывала, как убедить Кордовин отправить её в академию Атласа. Если она пожалуется на то, что в Атласе в последнее время совершаются преступления, то сможет убедить Кордовин поверить, что ей страшно и она хочет сначала встретиться с Винтер. Но у отца, скорее всего, самая лучшая охрана, и Кордовин может быть больше оскорблена тем, что Вайсс не доверила защиту её команде. С каких сторон бы она не смотрела на это, единственным способом попасть в Атлас было связаться с Винтер изнутри. Это было самое простое решение. Но это означало бы, что придется встретиться с отцом в одиночку. Некому будет наблюдать за тем, что он с ней сделает. Нет. Она не могла этого сделать. Неважно, насколько практичным был ее план, она не могла смириться с тем, что придется столкнуться с отцом в одиночку. Это пугало её больше, чем Гримм Апатии. Поэтому она молчала и наблюдала за словесной баталией между Кроу и Жоном. — Мы поняли! — нетерпеливо оборвала их Руби. — Многое может пойти не так, но то же самое можно сказать и обо всем нашем путешествии до сих пор. Если это единственный способ добраться до Атласа, то мы обязаны рискнуть. — Руби, я не уверена в этом. — На этот раз заговорила Блейк. Она робко взглянула на Янг, прежде чем продолжить. — Ещё в Белом Клыке мы посылали только лучших бойцов, потому что в Атлас так трудно пробраться. Не думаю, что кража целого судна облегчит нам жизнь. — О, держу пари, ты много знаешь об этом, не так ли? — Янг насмешливо хмыкнула. Это разрушило всю уверенность Блейк в себе, когда она опустилась на место. — Янг, прекрати, — предупреждающе произнесла Руби. — Блейк, я понимаю твое беспокойство, но если мы будем работать все вместе, как всегда, мы справимся! Мы не можем сдаваться из-за возможности провала. — Не хочу тебя расстраивать, малыш, но для успеха этого плана потребуется нечто большее, чем сила дружбы. Ты не в том положении, чтобы бросать вызов Армии Атласа. Это детское мышление, — укорил Кроу. На лице Руби сразу же отразилась обида. — И я не собираюсь помогать тебе оказаться на плакате розыска. Это стало последней каплей для Руби. Они с ужасом наблюдали за тем, как она выходит из себя, обращаясь к дяде. Это был первый раз, когда она так кричала на него или на кого-то ещё. Даже Янг, казалось, была ошеломлена этой внезапной вспышкой гнева. Никто не проронил ни слова, когда Руби намекнула, что его помощь никогда им не требовалась. Их коллективный боевой дух ещё больше упал, когда комментарий Руби остался миазмой без ответа. Девушка сложила руки на груди и отвернулась от Кроу. Они собирались угнать воздушный корабль. Даже если никто не подтвердил этого, напряжение в воздухе говорило само за себя. Вайсс оглядела комнату в поисках кого-нибудь, кто мог бы вмешаться и предложить более безопасное решение. Она повернулась к Блейк, которая теперь спрятала лицо в ладонях. — Значит, решено, — сказал Жон, закрепив их безумный план. — Завтра утром мы... — У меня есть другое решение. — Вайсс заставила себя говорить, несмотря на ужас, ползущий по позвоночнику. Она не была уверена, что кто-то её услышал, но продолжала говорить, пока страх не заставил её замолчать. — Кордовин не пропустит нас, если мы не сделаем то, что она просит, верно? Тогда давайте дадим ей то, что она хочет. — Нет, — тут же сказала Руби. — Я обещала, что мы тебя не бросим. — И я не могу смотреть, как вы умираете, потому что я слишком боюсь вернуться. Я отправлюсь в Атлас, свяжусь с Винтер и пришлю за вами корабль. Это самое простое решение. Руби уставилась на шрам Вайсс. Та хотела бы улыбнуться и заверить её, что все будет хорошо, но у неё не хватало духу солгать. Все её тренировки и уроки в Биконе не помешали отцу ударить её, когда она его разозлила. Что мешает ему поступить ещё хуже? К этому моменту остальные, похоже, поняли, что их обоих охватил ужас. Одни ожидающе смотрели на Руби, другие — на неё, словно кто-то из них должен был открыть им страшную тайну Вайсс. — Вайсс... — Я хочу это сделать, — сказала она, уже не зная, кого убеждать. — Завтра утром. Я пойду завтра утром. — Ты должна взять с собой кого-нибудь, — умоляла Руби. — Что, если что-то случится и ты не сможешь вернуться? Что, если...? Что, если отец причинит ей боль? Вайсс была благодарна Руби за то, что она не сказала то, о чем они обе думали, но она подозревала, что и остальные скоро придут к такому же выводу. — Кордовин не разрешила мне никого приводить. Она уже заклеймила вас всех как неблагонадежных. — Но ты не можешь пойти одна! — Она не станет жаловаться, если с тобой пойдет лицензированный охотник, малыш, — предложил Кроу. — Я, может, и трус, но всё равно могу быть полезен. — Дядя Кроу... — Руби говорила так, будто была на грани слез. — Джеймс может помочь нам быстрее, если я буду рядом, — объяснил он, продолжая избегать взгляда Руби. — Мы скажем Кордовин, что я буду с тобой в качестве дополнительной охраны. Думаю, это будет хорошим аргументом. — Д-да, — машинально ответила Вайсс. — Спасибо, Кроу. Тот, не говоря больше ни слова, зашагал наверх. Вайсс мало что могла вспомнить после этого, не то что обдумать то, что она предложила сделать. Она смутно помнила, что Руби и Блейк оставались рядом с ней до конца ночи. Жон даже попытался поговорить с ней. Какао и зефир в её кружке были совсем не вкусными. Вайсс отправилась спать, как только допила последний стакан. Руби обняла её, прежде чем она успела уйти. Она ничего не сказала, но Вайсс оценила чувства, которые та пыталась передать.