Глава 39. Беспокойство Блейк

Вайсс, узнав, где поселили Адама, ушла, не обращая внимания на подозрительный взгляд Винтер. С вопросами сестры она разберется позже, а сейчас ей хотелось только одного — увидеть его. Общежитие, предназначенное ему, находилось в самом конце коридора рядом с командой JNR. Даже находясь в коридоре, она все равно чувствовала на себе пристальный взгляд сестры, следившей за каждым её движением. — Это я, — произнесла она, постучав в дверь. — Заходи. Комната была больше той, что была у них в Биконе, и из неё открывался прекрасный вид на двор академии внизу. Как и во всём остальном здании, интерьер был выдержан в холодных голубых и механических серых тонах. Адам отдыхал на одной из верхних двухъярусных кроватей, когда она вошла. — Прости, я не знала, что ты спишь, — извинилась она, закрывая за собой дверь. — Всё в порядке. Я всё равно ждал тебя. — Он спрыгнул с двухъярусной кровати. Бабочки запорхали у неё в животе, когда он отвел её волосы в сторону, чтобы получше рассмотреть лицо. Она не понимала, почему так нервничает рядом с ним, хотя за мгновение до этого ей не терпелось вернуться к нему. — Ты в порядке? — Его рука задержалась на её лице, и кожу покалывало там, где он касался щеки. — Не волнуйся, ничего не случилось. Кроу не спускал с меня глаз. Отец не смог бы ничего сделать, даже если бы захотел. Он выдохнул с облегчением и обнял её. Напряжение её тела ослабло от его прикосновений. Она склонила голову к его подбородку, а её руки обвились вокруг его талии. Впервые с тех пор, как она вернулась в Атлас, её мысли молчали. — Ты не представляешь, как это было, когда никто из нас не мог до тебя дозвониться. Мы все думали, что что-то случилось, — негромко проговорил он. — Спасибо, что доверился Блейк и присоединился к нам. Ты не представляешь, как я рада видеть тебя с ними. — Да, но... они были готовы украсть дирижабль, чтобы отправиться за тобой. Я не собирался позволить им всё испортить. — И поэтому ты согласился присоединиться? Чтобы помочь провернуть успешное ограбление? — Она хихикнула. — Было бы сложно спасти тебя, если бы все они попали в тюрьму или утонули в океане. Я действовал эффективно. Она не могла перестать смеяться, представляя себе, как её разношерстная компания друзей пытается украсть военное судно под носом у Кордовин. Ещё забавнее была возможность того, что с помощью Адама им это удастся. — Не понимаю, что тут смешного. — Он отстранился и неодобрительно нахмурился. — Мы все очень волновались. — Я знаю, — ответила она сквозь приступы хихиканья. — Я так рада тебя видеть. Я думала, тебя поймала охрана. — Не знаю, стоит ли мне обижаться такой нехваткой веры в меня. — Это уже неважно. У меня хорошие новости! Она рассказала ему о своей новой лицензии и о том, что Айронвуд пригласил его помочь им в выполнении миссий с низкой секретностью. Ещё до того, как Вайсс услышала его ответ, она поняла, что он не в восторге от предложения генерала. По его хмурому лицу и отведенному взгляду можно было понять, что он испытывает дискомфорт по этому поводу. — Я понимаю, что сражаться рядом с людьми так рано — это слишком, и тебе не обязательно присоединяться к нам. Просто... ты уже дружишь с Блейк и Жоном. Мне даже кажется, что Руби начинает к тебе тепло относиться. Если ты передумаешь, я уверена, они будут рады тебе. Если нет, я всё пойму. — Думаю, дружелюбие немного преувеличено. — Его голос смягчился, когда он снова обратил на неё внимание. — Я уже знаком с Блейк, так что нет ничего странного в том, чтобы поговорить с ней. Остальные двое просто вежливы. — И всё же я думаю, что вы, ребята, хорошо сработаетесь на задании. Она бы с удовольствием снова сражалась вместе с ним. Они были хорошей командой еще в Мистрале. — Я подумаю об этом, раз уж ты, похоже, так беспокоишься. Вайсс захотелось растечься лужей на земле. Неужели было так очевидно, что она хочет видеть его рядом? — Т-тебе не обязательно делать это для меня. Я бы предпочла, чтобы ты остался в стороне, а не заставлял себя присоединиться к нам. — Расслабься, я ни к чему себя не принуждаю. Твоих друзей много, но они не кажутся плохими людьми. Просто дай мне время подумать об этом, хорошо? — Хорошо. — Она вздохнула. — Я рада, что ты прибыл сюда с ними. Теперь мне не нужно беспокоиться о том, как вытащить тебя из тюрьмы. — Что? — Он фыркнул. — Откуда у тебя эта идея? Вайсс рассказала ему о безумной мысли, которая пришла ей в голову, когда Винтер ушла разбираться с безбилетниками. Её смущение возросло, когда он посмеялся над её планом самостоятельно освободить его из-под военной стражи. — Ты и твои друзья желаете попасть в тюрьму? Не обижайтесь, но вы, ребята, придумываете самые глупые налёты. — А что я должна была подумать, когда Винтер случайно обнаружила безбилетников из Белого Клыка? — Она покраснела. — Ты никак не мог знать о новых мерах безопасности Атласа, и я не собиралась позволять тебе сидеть в тюрьме. В то время это имело смысл, и я боялась... Слова рассыпались, когда он снова крепко её обнял. Адам уткнулся головой ей в шею, отчего у неё затряслись колени. Вайсс ожидала, что через мгновение он отстранится, но он остался рядом с ней. От его объятий её грудь затрепетала от тепла. — Спасибо, что так беспокоишся, — прошептал он, прежде чем отпустить. Вайсс не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понять, что от жара её лицо стало таким же красным, как символ розы на его спине. Она сняла с себя пальто и протянула ему обратно, надеясь хоть немного остудить себя. — Спасибо, что одолжил. — А я-то думал, что ты никогда его не вернешь, — поддразнил он, надевая пальто обратно. — Тебе было так удобно в нем. — Оно мне немного велико, и у меня уже есть куртка, чтобы согреться. Она поправила пальто и сделала вид, что не заметила, как его взгляд скользнул по ней. — Тебе дали и новую одежду? — Э-это пустяк. Я хотела что-то простое и практичное. — Тебе идет. Я знаю, ты не любишь, когда люди слишком много внимания уделяют твоей внешности, но я серьезно говорю — сегодня ты выглядишь прекрасно. Она не знала, что больше заставило её улыбнуться: заразительная ухмылка на его лице или теплота этих слов. Руби постучала в дверь, требуя, чтобы они вышли и посмотрели, что Жон сотворил со своими волосами. Вайсс была благодарна за прерывание разговора. В общежитии становилось слишком жарко. Вайсс разразилась смехом, когда увидела новую прическу Жона. Она поняла, почему Руби хотела, чтобы они увидели, что он с собой отчебучил. — На видео это выглядит так просто! — возразил Арк. — Я поставлю дизлайк этому придурку! — Я не думаю, что это вина видео! — Руби смеялась так сильно, что по ее лицу текли слезы. — О-о-о, да? Ну, Адам не смеется, так что хах! Уверен, это просто более девчачья фишка! Адам напрягся, словно на него направили свет прожекторов. Он натянул капюшон и отступил подальше от группы. — Все не так уж и плохо, верно? Вайсс не была уверена, пытался ли Жон убедить Адама или себя. — Уверен, со временем всё отрастет, — пробормотал Адам, заставив Руби рассмеяться ещё сильнее. — Ты даже не спросил моего мнения. — Нахмурился Рен. — Ты тоже смеялся надо мной, когда впервые увидел это! Так что считается! — Жон разочарованно хмыкнул. — Может, у кого-то есть проявление, что заставит волосы отрасти быстрее? Это отстой! — Поэтому стрижку нужно доверять профессионалам. — Янг сочувственно похлопала его по спине. — Что доверять профессионалам? — Блейк вышла из своей комнаты с идеально подобранной стрижкой, которая заставила Янг потерять дар речи. Вайсс была уверена, что это заставило бы их снова заговорить, но Янг повернулась к Блейк спиной, прежде чем они успели произнести хоть слово — Жон испортил прическу, и мы издеваемся над ним за это! — громко объявила Нора. Блейк взглянула на прическу, о которой шла речь. Она попыталась сдержать свою реакцию, но в результате громко фыркнула, что только заставило Нору и Руби упасть со смеху. — Это так несправедливо! — Жон слабо погладил свои короткие волосы. — Я больше никогда не буду пробовать ничего нового. — Пожалуйста, пробуй, это лучший твой вид, что я когда-либо видела, — произнесла Руби между приступами хихиканья. — Мне жаль его, — тихо заметил Адам. — Это напоминает мне первый раз, когда я пытался подстричь волосы. — О, пожалуйста, расскажи. — Вайсс засияла. Было слишком забавно представить его с новой прической Жона. — Ни за что. Если только я не захочу поставить себя в неловкое положение. — Я как-нибудь выведаю у тебя... или могу спросить об этом Блейк, — сказала она, когда фавн подошла. — О чём спросить? — Ты когда-нибудь видела Адама с плохой прической? — спросила Вайсс, прежде чем тот успел её прервать. Усмешка Блейк сказала Вайсс всё, что ей нужно было знать. — Эй! Я учил тебя сражаться. Ты должна мне за это хотя бы то, чтобы держать рот на замке. — Ты был неимоверно ужасным парикмахером в детстве. — В детстве. С тех пор у меня стало получаться лучше. — Ага. А что случилось с той ужасной стрижкой "под горшок", которую ты сделал одной девочке? — Я никогда не говорил, что умею стричь девушек. По мере того как они вспоминали свое общее прошлое, всё больше расслабляясь с каждым воспоминанием, в её горле разгоралась искра разочарования. Это был не совсем гнев, но желание ударить ближайший предмет. Огонь разгорался всё жарче, поскольку она не могла внести свой вклад в их разговор. Да и как она могла бы? Их совместное прошлое — это то, к чему она никогда не сможет приобщиться. Вайсс надеялась, что ей станет легче, когда они отправятся в кафетерий на ужин. Возможно, она была просто немного раздражена от голода. Она не знала, почему так расстроилась, когда Блейк присоединилась к ним в конце стола, чтобы продолжить разговор с Адамом. Вайсс забыла о просьбе Блейк поговорить с группой, пока та не упомянула об этом в конце ужина. Всех застало врасплох то, что Белладонна хотела, дабы Адам принял участие в разговоре. Янг была первой, кто возразил против этой идеи. — Мы не обсуждаем ничего конфиденциального, — возразила Блейк, не обращая внимания на прямой протест Янг. — Не понимаю, почему он должен присутствовать. Он даже не входит ни в одну из наших команд. — Это не имеет значения. Я хочу, чтобы он это услышал. Глаза Янг на секунду вспыхнули красным. Руби встала между ними и предложила всем послушать, что скажет Блейк, прежде чем делать поспешные выводы. Так они все оказались в общежитии, предназначенном для команды RWBY. Адам стоял ближе всех к двери, Вайсс — рядом с ним. Блейк лихорадочно расхаживала по общежитию, играя пальцами с молниями на рукавах, пока все рассаживались по местам. — Итак, что случилось? — негромко спросила Руби. Добрая улыбка на её лице немного ослабила напряжение в плечах Блейк. — Я хочу поговорить о том, правильно ли работать с Айронвудом таким образом, — неуверенно начала Блейк. Янг сложила руки. — Мне казалось, ты сказала, что это не конфиде... — Это не так! — оборвала её Блейк. — Скажу прямо. Мне не нравится, как они решают проблему Белого Клыка. Это обернется бедой для фавнов, живущих в Мантле. — Что ты имеешь в виду? — вступил в разговор Адам, которого эта тема заинтересовала гораздо больше. Блейк вкратце рассказала о новых мерах безопасности, принятых доктором Уоттсом и Айронвудом. — Вооруженные силы Атласа не всегда справедливо относились к сообществам фавнов, — сказала Блейк остальным. — Они всегда спешили сначала арестовать, а потом задавать вопросы. Если уж на то пошло, то из-за этих новых мер безопасности в тюрьму попадает больше невинных граждан фавнов, чем агентов Белого Клыка. Вайсс не хотела дискредитировать слова Блейк, но ей было трудно понять, что Вооруженные силы Атласа враждуют с сообществом фавнов. Такие злопыхатели, как Кордовин, или низкопробные офицеры, скорее всего, создавали им всем плохую репутацию. Это было единственное объяснение, которое могло оправдать беспокойство подруги. Настоящие охотники, такие как Винтер, не стали бы причинять вред невинным. Она снова вспомнила о плакатах с объявлениями о розыске в кабинете Айронвуда. Вайсс не знала, почему она постоянно возвращается к этому вопросу, словно к головоломке, которую никак не может разгадать. — Не слишком ли это... — Жон с трудом подбирал слова. — Что? Слишком бурная реакция? — резко возразила Блейк. — Нет! Я имею в виду... не кажется ли тебе, что мы переходим к худшему из возможных сценариев? Подобные вещи были бы актуальны 80 лет назад, но с тех пор всё изменилось. — До сих пор существуют предприятия, которым сходит с рук рабство фавнов. Многие члены Белого Клыка — сбежавшие или родственники тех, кто сбежал из рабства, — прямо ответил Адам. — Наш мир не так уж сильно отличается от того, что было во время войны. Его слова заставили группу замолчать. Даже Янг не попыталась опровергнуть его обвинение. — Но это было запрещено после войны... — прошептала Руби. — Закон ничего не значит для людей с властью. Когда выжившие пытаются рассказать об этом, их обвиняют во лжи или власти таинственным образом теряют материалы дела и больше не связываются с ними. — Он прав. — Блейк мрачно улыбнулась. — Я не купилась на то, что гражданским фавнам нет никаких последствий от пропуска положенного им комендантского часа. Готова поспорить, у них полно неприятностей из-за подозрительного поведения в нерабочее время. Один звонок от параноика-человека — всё, что нужно, чтобы посадить кого-то под стражу. — Погоди, на этот раз у нас иная ситуация! — быстро вмешался Жон. — Сейчас Мантл патрулируют не случайные военные. Это роботы, созданные для защиты гражданских! — Откуда нам знать, что они не запрограммированы преследавать гражданских фавнов? — спросил Адам. — Потому что Айронвуду не поможет, если он сейчас рассорится с общиной фавнов, — вклинилась Руби. — Это больше всего навредит его миссии. — Руби верно подметила, — сказал Жон. — Сейчас на карту поставлено слишком много. Они не могут позволить ослепить себя подобными вещами. — Я тоже могу поручиться за свою сестру. — Вайсс почувствовала необходимость высказаться в защиту Винтер. — Даже если Айронвуд что-то упустил, я верю, что Винтер поймет его ошибку и исправит её. Слишком многое поставлено на карту, чтобы она упустила что-то настолько важное. — Не знаю, ребята. — Блейк опустила взгляд, шаркая ногами. — Что-то всё ещё кажется... не так. — Я понимаю, почему ты волнуешься, — утешила Руби. — Как насчет этого? Давайте с этого момента будем особенно внимательны. Если что-то не так, это будет невозможно скрыть, когда столько нас начеку. Блейк пожевала нижнюю губу, обдумывая идею капитана. — Можно попробовать, — согласилась она. — Но как только я обнаружу что-то не то, я действую. — Мне кажется, будто я упускаю какую-то ключевую информацию в этом разговоре, — вмешался Адам. Руби извиняюще улыбнулась и объяснила, что они не могут дать ему больше информации, не раскрывая конфиденциальных сведений. — Единственное, что я могу тебе сказать, — мы обещаем, что ни один фавн не пострадает под нашим присмотром, — поклялась Роуз. — В этом я с Руби согласна, — добавила Вайсс. — И я полностью доверяю своей сестре в принятии правильных решений. Она серьезно относится к своей службе и не позволит глупым предрассудкам ослепить её. Несмотря на их заверения, он выглядел далеко не убежденным. — Честно говоря, я не верю в руководство Вооруженных сил Атласа, но ты знаешь свою сестру лучше меня. Пока что я соглашусь с твоей идеей, — сказал Адам Вайсс. — Но, как и Блейк, я не останусь здесь, если мы обнаружим что-то подозрительное. — Не волнуйся, Винтер — отличная охотница. Она нас не подведет. После этого разговор перешел на более легкомысленные темы, и большая группа постепенно разошлась, чтобы поболтать между собой. Блейк повернулась, чтобы о чем-то поговорить с Жоном. Вайсс удивилась, что та не обратилась сразу к Адаму, учитывая, сколько всего им нужно было наверстать. — Я закругляюсь, — шепнул ей Адам. — Не хочешь остаться? — спросила она. — Толпы — это не мое. Ей хотелось, чтобы он побыл с ней ещё немного, но она оставила это замечание при себе и пожелала ему спокойной ночи. — Я знаю, что сегодня тебе пришлось нелегко, — добавил он, прежде чем уйти. — Если сегодня тебе будут сниться кошмары, можешь остаться со мной. Моя дверь всегда открыта. Она вспомнила, как близко он был, когда она проснулась тем утром в его постели. Это был первый раз, когда она проснулась в чьих-то объятиях — тем более в объятиях парня. Вайсс поправила воротник куртки, надеясь, что это поможет ей сбросить жар с лица. — Ты уверен? Я могу снова потревожить тебя посреди ночи, — полушутливо отметила она. — Ты — единственное исключение, — заверил он её с нежной улыбкой. — Надеюсь, сегодня ты будешь спать спокойно. — И ты тоже. Вайсс подождала, пока он уйдет, и присоединилась к разговору Жона и Блейк. Фавн с радостью втянула Вайсс в обсуждение лучших блюд в Мистрале. Ей стало стыдно за то, что раньше она испытывала к Блейк такое необъяснимое раздражение. Прошло совсем немного времени, прежде чем все решили закончить вечер. Пожелав команде JNR и Оскару спокойной ночи, они занялись своими ночными делами. Блейк отправилась искать что-нибудь почитать, а Янг осталась одна на своей двухъярусной кровати, играя в очередной файтинг на свитке. Вайсс хотела лечь спать пораньше, пока Руби не вторглась в её постель, настаивая на том, что ей нужно узнать о новой модели пушки, которую она видела в журнале "Аргус". Вайсс притворно раздражалась, пока Роуз рассказывала ей о новых возможностях оружия. Примерно через полчаса Блейк вернулась со свернутой газетой. Она не стала возвращаться в свою постель, а предпочла сесть за один из рабочих столов и читать. Янг спрыгнула со своей койки как раз в тот момент, когда Блейк устроилась в офисном кресле. Руби и Вайсс обменялись взглядами. Их односторонняя дискуссия о новых пушках сразу же прекратилась. Янг неловко откашлялась и сказала: — Эм, хэй? Блейк навострила уши. — Могу я чем-то помочь тебе? Руби выругалась под нос, когда Янг взглянула на них. Они обе склонили головы. Руби быстро заговорила о каком-то другом оружии, которое она знала не понаслышке. — Я хотела сказать... — Янг сделала долгую паузу. Обе не могли смотреть друг на друга. — Я никогда не знала, что с фавнами случаются такие вещи... Мне жаль, что это всё ещё продолжается. Это несправедливо. — Да. Я знаю... — с тяжелым вздохом ответила Блейк. — Но спасибо... что ты это сказала. Наступила ещё одна длинная пауза, заполненная лишь пространными объяснениями Руби о том, как работает та или иная винтовка. Вайсс даже не была уверена, что Руби что-то понимает в том, как яростно она пытается заполнить тишину. — Почему ты никогда не рассказывала мне обо всем этом раньше? — спросила Янг. — Трудно говорить о том, что я видела, не обсуждая... Белый Клык. Воздух вокруг них сгустился. Болтовня Руби растворилась в тяжелой тишине. — Точно. Я забыла. — Янг сложила руки. — Ты всё равно никогда не собиралась признаваться в чём-либо. Почему я не удивлена? — Прости, я боялась сказать правд... — Я доверяла тебе, Блейк! Мы все тебе доверяли, но ты скрывала это от нас — от меня! Откуда мне знать, что ты не скрываешь больше никаких ужасных секретов?! — Тогда спроси меня! — Блейк отбросила газету. — Я расскажу тебе всё. Больше никаких секретов. — Откуда мне знать, что ты не врешь? Ты уже так много от меня скрывала. Как я могу быть уверена, что ты честна со мной сейчас? Выражение лица Блейк стало обиженным. — Если ты мне не доверяешь, то я больше ничего не могу тебе сказать. — Блейк взяла газету и открыла ее на случайной странице. — Ладно! — Янг отвернулась от неё. Вайсс не могла не заметить, как быстро она вытерла глаза рукой. — Спокойной ночи или что-то в этом роде. Она не стала дожидаться ответа и без лишних слов удалилась на свою койку. Вайсс слышала, как Блейк тихонько шепнула "спокойной ночи" — Вайсс сомневалась, что Янг смогла это уловить. Когда Руби наконец-то решила оставить их на ночь, в комнате стало темно. Несмотря на поздний час, Блейк продолжала читать газету, используя в качестве источника света лишь лунный свет. — Ты в порядке, Блейк? — тихо спросила Вайсс. — Я в порядке, — ответила она, не отрывая глаз от газеты. — Тебе нужно поспать. Должно быть, это был долгий денёк для тебя. — А ты? — Я немного почитаю перед сном. Давненько у меня не было возможности заняться этим. — Блейк пожала плечами. — Не беспокойся обо мне. Я скоро уйду спать. Вайсс знал, что она лжет. Блейк никогда не интересовало чтение газет перед сном. Она пыталась найти компромат на Вооруженные силы, несмотря на их заверения. Почему она была так уверена, что военные лгут? В голове всплыла стена с подозреваемыми фавнами, вывешенная в кабинете Айронвуда. Вайсс зарылась под одеяло и зажмурила глаза. Больше сегодня она не будет обращать внимание на стену лиц.