Часть 20

– Вы как сюда прошли? – еле слышно произнёс Бредихин, когда вампиры и Усачёв ввалились в его кабинет.       Кривич уселся в кресло в углу комнаты. Жан и Андрей встали напротив Хранителя. – Пришли, значит надо было, – со значением произнёс Кривич. – А кто это тебя так напугал, может, расскажешь?       Костик дрожащими руками толкнул по столу чемодан с лекарством, изготовленным по его заказу. Былая уверенность Бредихина исчезла без следа.       Жан взял ампулу и покачал головой. – Не работает?       Костик задушенно всхлипнул и кивнул. – Они меня убьют. Эти люди такого не прощают.       Усачёв внимательно смотрел на Костю. Особенного сочувствия у него этот типчик не вызывал, но надо дать шанс... Хмель немного выветрился по дороге. – Подожди, сынок. Подполковник Усачёв от бандитов никогда не бегал. Кто тебя обидел?       Бредихин уставился на незнакомого мужчину. – Это ещё кто? Вы совсем страх потеряли, Святослав Вернидубович? Кого вы с собой привели?! – срывающимся голосом начал было Костя. – А ты у мамы своей лучше спроси, – ласково сказал дед Слава, – Знакомый хороший, можно сказать член семьи, – пояснил он, поудобнее устраиваясь в кресле и ничуть не смущаясь лезть в чужие семейные дела. – Какой ещё Семьи? У нас Смоленск, а не Сицилия. – Скорее, Санта-Барбара, – саркастически заметил Жан.       Кривич коротко усмехнулся. – Да уж, Ириночка Витальевна начудила. Не ожидал я от неё такого. Утерла Анютке нос. – Анютке? – с недоумением переспросил Усачёв. – А вот сейчас товарищ Бредихин вам всё и объяснит. Вот, Костя, рекомендую. Андрей Петрович человек знающий. Подполковник полиции из самой столицы. Введи его в курс дела и будем жить в мире и согласии. – Минуточку, он посвящён в нашу тайну? – указал на Усачёва Константин.       Кривич кивнул и развёл руками. – Ты документики свои разложи. Ознакомь с фактами. А заодно о беде своей ему во всех подробностях расскажи. А он во всем разберется. Дедушка плохого не посоветует... – Что-то вы на Рембо не похожи, – недоверчиво покосился на Усачева Костя, и вперился взглядом в вальяжного Кривича. – Говорю же, бандиты на меня наехали самые настоящие! Они с губером заодно!       Андрей Петрович приосанился. – Обычное дело, увы. Ну ничего, в Москве и с вашим губером разберутся. И не таких обламывали. А тебя, сынок, мы защитим. Я, может и не Рембо, но зато нужные связи есть. – Только давайте без панибратства. Я вам не сынок, а Константин Сергеевич, – чуть ли не взвизгнул Костя. Москвичи, роющиеся в его делах, незнакомый подполкан из Столицы, все это становилось все более и более.. неприятным.       Кривич встал на ноги и, прихрамывая, подошёл к Бредихину. – Я пойду к Ириночке Витальевне схожу. Вы пока поговорите.       Жан тоже направился к выходу. – А я к Ольге Анваровне.       Костя посмотрел на Дешама, но тот так зыркнул в ответ, что Бредихин только рукой махнул и снова опустился в кресло, побоявшись связываться с упырем. Жан отметил про себя, что Ирина Витальевна была посмелее.       Дед вцепился в руку Дешама как клещ. – Ты погоди, маркиз. Вместе проведаем.       Дверь за Кривичем и Жаном закрылась, оставляя отца и сына вдвоём. Бредихин, не решаясь нарушить приказ Кривича, посомневался, но все же достал из шкафа папки с архивными документами и разложил перед Андреем Петровичем фотографии членов вампирской семьи, начиная рассказ о смоленской тайне.       Жан меж тем безуспешно пытался освободиться от деда. Кривичу даже пришлось припугнуть несговорчивого маркиза. – Не дергайся, а то укушу.       Жан еще раз дернулся, уже чисто из вредности. – Зачем я тебе нужен? С хранительницей и без меня поговорить можно.       В доме мигнул свет. – Ладно, ладно, дед. Только без нечисти, – примолк Жан. – Да куда же без нее. Сам понимать должен, – ухмыльнулся Святослав Вернидубович.       Ирина Витальевна не спала. И очень удивилась, увидев Кривича в компании с Дешамом. Выслушав от Святослава Вернидубовича короткую историю о возвращении Усачева в Смоленск, Бредихина даже прослезилась. Недовольство же поведением Кости, весьма дипломатично выраженное Кривичем, наследница хранителей посчитала прямым оскорблением и деду даже пришлось выслушать горячую отповедь. Жан понял, что дела Ирины Витальевны пошли на поправку. Ожила, жаба.       Закончили разговор на том, что Константин должность свою передаст обратно матери, а управлять хранителями и заниматься оформлением документов начнет Андрей Петрович. Костя же вернется на свою гражданскую службу. Кривич даже пообещал подкинуть деньжат и поспособствовать развитию бизнеса Бредихина, лишь бы он больше не лез в вампирские дела. – И нам урон, и вам лишнее беспокойство, – вздыхал дед, – Ну нельзя вампирские тайны людве направо и налево продавать. Ежели московиты про его художества прознают, вмиг ваши головы снимут. – И кто же будет тогда вас беречь? – насупилась Бредихина. – А вот и некому, кроме семейства вашего. Потому и прошу вас, Ириночка Витальевна, подготовить Настеньку. У вас времени свободного теперь много.       Бредихина недовольно поморщилась. – Всех тебе отдала. Последнюю кровиночку забрать хочешь. Настеньку пожалел бы, старый ты змей. – Так Договор же с вашим семейством подписан. А других наследников у тебя нет. Вы не сомневайтесь. Настюшка справится. Не боги горшки обжигают. Я помогу, не оставлю девчушку. Помните, как мы с вами душа в душу.       Кривич масляно улыбнулся. Бредихина о чем-то вспомнила и из ее глаз брызнули слезы. – Освободи ты нас от каторги своей. Ну не могу я тебе еще и внучку отдать! – Освободить-то я могу, найду и других ушлых людишек, да заодно вас и от должностей ваших освобожу, и от неправедного прибытка! – потемнел лицом Кривич, – Домишко вон ваш, поди, тоже освободить придется, и насиженное кресло от задницы твоей начальственной! От всего освобожу, не сомневайся! Все вы так, Бредихины. Ты это оставь, – посуровел дед. – Небось Настенька вашего корня девка. Не первая, не последняя. Ужо и с ней столкуюсь, не твоя печаль, старая!       Жан стоял у двери и в беседу не вмешивался. К смене хранителей Дешам давно привык. Казалось, только вчера дед обхаживал Ириночку и задаривал ее подарками. Жан не переносил снисходительный тон хранительницы, считавшей вампиров чуть ли не своей собственностью. И от новой наследницы ничего хорошего не ждал. – Ох, дедуля! Зачем тебе эта Настя? Константин еще молодой, может и сынка родит, – ехидно добавил француз, когда они вышли от хранительницы, – Чем не наследник? – Ну их, этих мужиков, – проворчал дед. – Вот они у меня где! – Кривич выразительно провёл рукой по горлу. – А с Настюшей и Мила наша общий язык нашла. Вот и заживем душа в душу. Я же для вас стараюсь! – Спасибо Святослав Вернидубович, – закатил глаза Жан, – Да только не выйдет из Насти хранительницы. Сейчас всё равно ребенок несмышлёный, а потом всё переменится. Ты же сам видишь, к чему дело-то идет. – Ты, Жанчик, не каркай. Это уж мое дело смоленскую землю беречь.       Дешам решил не развивать тему и не напоминать деду, что племя кривичей сберечь так и не получилось. Вообще, Святослав Вернидубович хорошо ладил только с мелкой нечистью, которая боготворила древнего упыря. – Дед, а теперь к Ольге пойдем!       Жан схватил Кривича за рукав и потащил во двор.       Дверь в подвал была открыта. Жан задумался, куда мог исчезнуть охранник, нехорошее предчувствие заставило вампира пронестись вниз, словно молния. – Жанчик! Куды ты, оглашенный! – не спеша, спускался Кривич по крутой лестнице.       Взору Древнего предстал взбешенный Жан-Клод. В нос ударил запах человеческой крови. Не тратя времени, дед схватил Жана за грудки. – Пошто хранителя загрыз, аспид? – прорычал дед. – Это не я, – с трудом прохрипел Жан, – Ольга исчезла! Вместе с ребенком! Ты понимаешь?!       Кривич отпустил Дешама и тот упал на пол рядом с Гришей. – И кому она только нужна, окромя тебя? – Ребенок, дед. За ним может идти настоящая охота.       Кривич покачал головой. Потянул носом воздух и покосился на хранителя. На полу успела собраться лужа крови. Дед облизнул губы. – А то без сопливых не знаю. Для того и упрятал твою Ольку в подпол. Сокрыл от постороннего взгляда. А она ишь, не утерпела. Выпрыгнула, как блоха. Вот и прознали про нее.       Жан присел рядом с хранителем и стал осматривать рану. – Огнестрельное ранение. Кто тебя так? – спросил Дешам, вынимая из брюк Гриши ремень и накладывая жгут.       От запаха свежей крови его и самого уже начало слегка мутить. – Ольга Анваровна. Это она в меня стреляла, – пробормотал Гриша, морщась от боли.       Кривич хмыкнул. – Умеет эта баба сюрпризы устраивать.       Жан оторопел. Да как же так? Ольга, конечно, никогда не отличалась мягким характером, но Жан надеялся, что ребенок сделает графиню хоть немного человечнее.       Вот зачем Ольге надо было стрелять в Гришу? Единственного из всех ее охранников, кто испытывал к ней сочувствие?       Жан видел, что хранитель что-то недоговаривает. – Подожди, как Ольга смогла выйти? – спросил Жан, – Дверь открыта... – Я отключил электричество, – объяснил хранитель, – Ольга Анваровна стала человеком, и я побоялся, что ее просто убьет током. У нас пробки выбило. – Вот, несколько минут назад? Мы же были в доме. Надо было сразу сюда идти, – укоризненно посмотрел на деда Жан. – Вам звонить запрещено, поэтому я набрал номер Анны Петровны, – неторопливо продолжил рассказывать Григорий. – А Ольга? Что делала в это время Ольга? –закричал Жан, теряя терпение.       Дед чему-то усмехался, но смотрел на Гришу с печалью в глазах. – Она... Она напала на меня. Я дверь открыл, когда Ольга Анваровна упала... и закрывать не стал. Ну и вот, – сбивчиво ответил хранитель. – Халатное отношение к своим служебным обязанностям, – мрачно изрек Святослав Вернидубович как будто приговор зачитал. – Я хранитель, а не вохровоец, – огрызнулся Григорий, – Придумали тоже, бабу беременную охранять. Ее то тошнит, то она плачет, то в обмороки падает. А у меня тут даже нашатыря нет.       Жан оторвал листок бумаги и написал время наложения жгута, а потом подсунул его под ремень на ноге Григория. – Спасибо, Гриша. Вам надо в больницу. А Ольгу Анваровну мы заберем с собой. Только, где же ее теперь искать?       Кривич подошел к Грише и, оттеснив Жана, поднял хранителя в воздух. – А дай-ка сынок, я теперь с ним побеседую. Сговорились они. Неужто не видишь? А ну, отвечай дедушке всю правду!       Гриша не ожидал такой силы в руках старика. Уши заложило ватной тишиной. Из углов подвала потянуло сыростью. Когда Гриша увидел в сгущающейся тьме чьи-то глаза и когти и почувствовал на своей коже чей-то липкий язык, он отключился. – Сомлел штоли? – потряс хранителя дед. – Вот народец пошел, и в чем душа держится?       Жан стоял, сжав челюсти. Смотреть на допрос с пристрастием было сродни пытке. – Жанчик, подсоби, – позвал Дешама дед, – Водой его окати. – Если хочешь знать моем мнение, я уверен, что Ольга Анваровна не посвящала хранителя в свои планы, – проговорил Жан, усаживая Гришу на стул и открывая бутылку с водой, чтобы хранитель мог попить, – Мы просто тратим время зря. Оставь его, дедуля. – Нет, будет знать, как мне врать! – раздраженно буркнул Кривич. – Да Ольга скорее всего его зачаровала. Она и без своего гипноза умеет такие шутки шутить. – Ладно. Я ужо посмеюсь, когда домой воротится, – пообещал дед. – А вот мне не до смеха. Мы даже не знаем, что с ней сейчас. Может Ольге нужна помощь, – у Жана задрожали губы и Кривич недовольно засопел. – Да вернется она. Нет ей выхода из Смоленска без моего позволения. Сам знать должен.       Но Жан уже не слушал деда. Оставив Гришу на попечение вернувшегося Ильи, Дешам вышел во двор и полоснул по руке клыками, разрывая кожу до крови. Кривич с интересом смотрел, как Жан созывает нечисть. Всем, явившимся на зов упыря, дед кивал в сторону Жана. – Ему доклад держите. Посмотрю, как вы деткам моим служите.       Жан отправил нечисть по следу Ольги и сам заторопил Кривича. – Поедем к Ольге домой. Может она опять там?       Кривич посмотрел на небо, свозь тучи светила луна. Послышалось хлопанье крыльев ворона. – Что расскажешь, крыжатник? – спросил Святослав Вернидубович у птицы, усевшейся ему на плечо.       Жан хмуро смотрел на то, как дедуля говорит с вороном. – Вот что, Жанчик. Плохи дела. Гости у нас незваные. Чужаки приехали в Смоленск. Охо-хо-хо. Не вовремя стрыга твоя в бега подалась. – Захотел бы ее найти, нашел. Чего тебе стоит? – Жан был готов умолять деда найти графиню Воронцову. Но Кривич только посмеялся над беспокойством маркиза. – Да чтобы я, да на старости лет по Смоленску за бабой гонялся?! Совсем меня опозорить хочешь? – За пленным французом гонялся, – мстительно напомнил Дешам.       Кривич мечтательно улыбнулся. – Эвон куда хватил! Тогда и силушка была и крылья как у молодого. За тобой по полям полетать одно удольствие было, – ударился в воспоминания дед, – А нонеча всё испоганили. Только и гляди, чтобы в проводах не застрять. Нет того простора. Понастроили всякую погань, башен вавилонских. – О! Это ты еще в Москве давно не был. Вот там и правда небоскребы. И камеры на каждом углу. Там и без нечисти Ольгу нашли бы в два счета.       Кривич грозно взглянул на Жана и плюнул на землю. – Еще раз про Москву вякнешь, загрызу! Узнаешь, как оно бывает.       Жан побледнел. – Там в былое-то время и шкуру спускали и в кипятке варили. Сразу забудешь, как мой городок хаять. Двести лет живешь, паскудник, а все на сторону смотришь, – пригрозил дед.       Усаживаясь в «москвич», Жан почувствовал безысходность своего положения. Нет спасения. Чудовищная мрачная сила, исходящая от Кривича не оставляла даже малейшей надежды. Увы, он бессилен перед Древним. И лучше всего смириться с этим, принять свою участь. – Чего нахохлился? – окликнул Дешама дед. – Я думаю о том, где может находиться Ольга. – Не о том думаешь, – фыркнул дед, – А вот что с ней теперь делать? Это вопрос посерьёзнее. Разбаловал ты бабу свою, Жанчик. Я в своём доме этого терпеть не буду. – А зачем же Ольгу к нам везти? Я могу с ней пожить пока. – Ты? А в больничку кто ходить будет? Нет, так дело не пойдёт. Нажился уже. Нешто я не помню, как вы слуг своих укокошили. – Наговаривают на нашу семью, – процедил Дешам.       Кривич посмотрел на Жана из-под густых бровей. Сердце француза пропустило удар. – Помалкивал бы лучше. Ну ничо-ничо, разродится твоя стрыга, вдвоём вас выдеру как следует. А то взяли моду, людишек губить. Следовало бы Ольку ещё тогда прикончить. По Договору. – А чего же не прикончил? – хрипло спросил Жан. – Способность у неё редкая была. А таперича сам говоришь, обычной бабой графинька стала. – Lex retro non agit . – Это какой закон? Мой имеет. Я его устанавливал, мне и решать. – Но нельзя же казнить человека за преступления вампира. К тому же, неизвестно, чем закончатся роды, – возмутился Жан. – Если она ещё кого подстрелит, тоже понять и простить прикажешь? – спросил Кривич.       Голос деда звучал тихо и слишком вежливо. – С этим случаем мы разберёмся, – пообещал Жан, – Я лично с Ольги Анваровны строго спрошу.       Кривич цыкнул зубом. – А вот в этом я не сомневаюсь. По струнке ходить будете.