Часть 16

Казань накрыло снегом, пролетел Новый год. Оля выровнялась по учебе, закрыв пропуски и плохие оценки. Жизнь тихой поступью возвращалась в свое русло. Каждый день теперь был одинаков, без приключений и опасностей, что Синицына успокоила свое сердце. Но когда она оставалась наедине с собой мысли ели ее, как черви мертвое тело. Цыган пару дней вообще не появлялся, и спросить у Севы возможности не было - тот тоже где-то пропадал. Оля прекрасно понимала, что ему по роду деятельности положено встревать в разные неприятности. Переживала за него очень, надумала и накрутила себя до истерической паники, представляя самые жуткие причины его пропажи. Всю ночь ворочалась и не спала. Не выдержала. Рванула. У Снежинки не было ни одной машины, но свет горел. Оле стало немного легче, значит, что там есть тот, кто прояснит ситуацию хоть как-то, и ее душа успокоится. Оттряхнув приставший мокрый снег с сапожек, она вошла и сразу оторопела. Звуки странные, разговоров не слышно, то ли всхлипы, то ли что. В маленькой комнате лежала девочка в школьной форме, и кажется, плакала и скулила. Оля нервно и громко сглотнула и поторопилась в зал. Ее взгляд упал на курящего и расслабленного Колика, потом на похабный порно-фильм, и в её голове пазлл сложился моментально. - Ты чего наделал?! - пискнула Оля, держась на косяк двери. Дыхания не хватало. - Какие люди, - с наглой улыбочкой выдал Рома. - Тебе то какая разница? Радуйся, что ты не на ее месте. Если бы не Цыган твой… - Ну, ты и… - злость комом встала в горле. - Ты… - Ну, кто же я? - наигранно пропел Колик, туша сигарету в пепельнице. – Че молчишь? Обманщик? Урод? Оля ничего ему не ответила, лишь ушла прочь. За спиной слышался поганый смех этого чудовища, но ей хотелось успокоить плачущую девчушку. В маленькой комнатке лежала дрожащая школьница и тихо плакала. Форма неестественно задрана, белый перепутанный фартучек спущен с плеч. Худощавая девочка тряслась, отвернувшись к стенке. Неприятные воспоминания опять вонзились в сердце. Оля присела на корточки и слегка дотронулась ладонью до ее плеча. Девочка дернулась и, кажется, испугалась. - Привет. - тихо и вкрадчиво произнесла Синицына. - Тише, я тебе вреда не причиню. Я помочь хочу. Но та лишь отрицательно замотала головой и ничего не ответила. Оля сама всхлипнула, и легонько, боясь напугать, прижалась к ней щекой, стараясь аккуратно гладить руку. Синицына чувствовала, как маленькое тело дрожит и содрогается. Чувствовала, как ей было страшно. Спустя несколько минут девочка двинулась, давай понять, что хочет сесть. - Я… - еле слышно подала голос школьница. - Я Айгуль… - Оля, - кивнула Синицына, взяв её за руку. - Что здесь было вообще? Он тебя где-то выследил? Айгуль красными глазами уставилась на Олю, и пыталась понять, стоит ли той всё рассказывать. Но лицо Синицыной было таким сочувствующим и беззлобным, в отличии от тех, которые ее забрали, что девочка решилась поделиться, понимая, что больше не с кем. - Я сегодня работала в видеосалоне… - ровным голосом начала Айгуль. - Потом пришли эти… Ударили Турбо, забрали видак и меня. - девочка наткнулась на непонимающий взгляд новой знакомой и нахмурилась. - Я с Универсамовскими… - А где все? - Уехали на какие-то Пески… Только Оля хотела вставить слово, как двери кафе тяжело открылись и послышались приближающиеся шаги. Первым в комнату заглянул Желтый. Удивился, но виду не подал. - Оля, ты здесь как? - без приветствия спросил он и тут же метнул взгляд на Айгуль. - А с тобой что? Оля оглядела Айгуль и посмотрела на Желтого объясняющим взглядом. Понимание на его лице читалось по вскинутым бровям и нервному взгляду. Он злобно цыкнул, и широким шагом удалился в зал. - Оля? - в дверях показался Цыган, явно не в настроении и Айгуль заметно чертыхнулась. Он пренебрежительно обсмотрел потрепанный вид девчушки, и она попыталась спрятаться за спиной Оли. - Ты что здесь делаешь? Я же вроде говорил, что… Он резко замолчал, когда услышал звуки драки и поспешил туда. Девушки остались одни, и в голову Оли закралась нехорошая мысль. - Он тебя забрал? - строго и в лоб спросила Синицына. - Он, да… - всхлипнула та. - И высокий такой еще… - Боже, как же я устала… - уронив голову на руки, безнадежно проговорила Оля. Одно дело, сталкиваться с насилием, когда это делают чужие для тебя люди, а другое - твой любимый человек. В сердце неприятно защемило, на глазах проступали слезы, которые она натужено скрывала. - Так… - глянув на Айгуль, серьезно протянула та. – За тобой придет кто-нибудь? Они с разговора приехали, и наверняка, что-нибудь решили там. – Синицына вопросительно глянула на задумавшуюся девочку, и ждала хоть какого-то ответа. – Айгуль? - Ну, может быть, Марат… - совершенно неуверенно ответила она. – Я… не знаю… - Ясно. – недовольно отозвалась Оля. После отшива Колика и его позорного вывода на улицу, Цыган сразу же метнулся в эту комнатку, желая отправить Синицыну домой. Он остановился в дверях, убирая висячие шторки, и снова брезгливо осмотрел Айгуль. - Оля, поехали. – кивнув в сторону выхода, зло скомандовал. – Домой отвезу. Тебе здесь делать нечего. Но Синицына медленно откинулась назад, складывая руки на груди. Не собираясь даже слова ему сказать, показывая всем видом, что и шага не сделает. В синих глазах играла уверенность и бесстрашие, но Цыган опять беззвучно подзывал ее хоть что-то ответить. - Значит, маленьким школьницам здесь есть, что делать, а мне нет… - злилась на него ужасно, аж щека дергалась. - Ой, сиди. – раздраженно фыркнул Цыган, отмахнувшись. – А ты, - он ткнул в сторону Айгуль пальцем, - Подальше от Оли отсядь. Айгуль поджала ноги, громко и тоскливо выдохнула. Чувствовалось, как ей стыдно за все, что происходит. За слова Цыгана, ведь Айгуль прекрасно понимала, к чему это было сказано. Оля смотрела на девочку, и ничего кроме жалости не чувствовала. В Оле не было пренебрежения, как в глазах Цыгана, или еле заметной неприязни, как у Желтого. Айгуль была, как спусковой крючок для Синицыной, который напоминал о самом плохом, что происходило в ее жизни. - Айгуль? - тихо позвала, чтобы не привлекать лишних ушей. - Люди могут всякое говорить, а ты пересиль себя и не обращай внимания. Я понимаю, что это сложно. И мне тебя до конца не понять, но жизнь... - запнулась Оля, пытаясь взять себя в руки. - У тебя есть родители? - девочка как-то грустно кивнула, будто жалея о данном факте. - Так вот, они поддержат, понимаешь? Главное, с собой ничего не делай, все можно пережить... Айгуль сжалась всем телом и ничего не ответила. Оля обняла ее крепко, не думая о том, как та отреагирует. Ей просто хотелось поддержать, не ожидая ответа. Неуверенная и запуганная Айгуль прижалась к Оле, и будто на секунду расслабилась. Маленькой и обманутой девочке это было необходимо. В зале кафе, в свете красных ламп, находились пацаны. Кто-то за баром, кто-то рылся в холодильнике. Желтый с Цыганом сидели друг напротив друга и выпивали. Тихо играла музыка, и все чувствовали себя спокойно, будто несколько мгновений назад Желтый не отшил Колика. - Цыг, ты, может, Олю позовешь? – предложил Желтый, стукаясь стаканом. – А то че она там сидит, с этой Айгуль. - Не пойдет она. – нехотя ответил он. – Упёрлась, сидит теперь. - Че, проблемы? – с интересом спросил Желтый, чуть морщась от горького вкуса водки. Цыган сделал вид, что вопроса не услышал и продолжил ковыряться в тарелке. Хоть Желтый и был его близким другом, с которым они многое прошли, но рассказывать весь расклад не хотелось. - Че с Адидасом делать будем? – спросил Цыган, чтобы тему сменить. – Судя по его движениям, он не особо умный. Еще и Кощея отшили, во дебилы, скажи? - Это точно. – весело усмехнулся Желтый. – Да че, тачку вернем, компенсацию брать не будем, дальше – расход. Так-то косяк наш из-за девчонки этой. - Не, ну от Колика я такого не ожидал, ей ж лет пятнадцать, максимум. – Цыган и до этого позитивных чувств к нему не питал, а сейчас так вообще. – Даже для него это слишком. - Че, думаешь девка заяву писать пойдет? – тихо спросил Желтый. - Та не. – отмахнулся Цыган. – Куда ей писать, она вон дышать боится. И вообще, даже если и пойдет, Колик то не с нами больше. Пусть сам с ментами разбирается, главное, что мы в этом вопросе не при делах. Желтый внимательно дослушал и согласно кивнул. Они одновременно откинулись на спинки стульев, отложив приборы. Цыган сделался каким-то нервным, пройдясь глазами по коридору. Ведь он вел к той комнатке, в которой сидела Синицына. Он был уверен, что сейчас ее никакими уговорами не вытащить отсюда. Из принципа будет сидеть. Дверь кафе звонко захлопнулась, эхом разносясь по помещению. Айгуль заметно сжалась, вцепившись рукой в Олю, но тут же себя одернула, помня о словах Цыгана. Она боялась всего, но поддержка Синицыной все ровно успокаивала. В дверном проеме пронесся взрослый мужчина. - Это, наверное, за мной… - прошептала Айгуль. – Это Адидас, брат Марата… Оля нахмурилась и до конца не поняла, зачем такие уточнения. До девушек доносились голоса, но разобрать о чем они разговаривают не получалось, только интонацию. И ее вряд ли можно было назвать дружелюбной. Когда Грифон пришел за Айгуль, она совсем не хотела уходить. Она нервно сглотнула, посмотрев на Олю, а потом и вовсе попятилась. В компании Оли ей было спокойно и будто не страшно. Девочке казалось, что Синицына ее понимает, и точно не станет осуждать или еще хуже - брезговать. Но идти пришлось. Оставшись одна, Оля сильно занервничала. И не зря. Через пару минут раздался выстрел. Мужской голос орал и требовал каких-то извинений. Только испугавшаяся Оля подорвалась с продавленного дивана, как услышала голос Цыгана. «Слышь ты, беспредельщик, здесь тебе не Универсам твой сраный». Наступило молчание, которое еще больше угнетало. Синицына понимала, что выходить – не вариант, но от этого было еще хуже. Цыган ей как-то сказал, что даже если его убивать будут, чтобы она никогда не встревала. Не по-пацански. Опять выстрел, но визга от боли или криков она не услышала. - Цыг, остынь. – просит Желтый, видя как у того желваки ходят от злости. – Пусть валит. У Цыгана по венам текла прожигающая ярость. Этот усатый целился в его друга, и он до треска в голове хотел его прибить, как надоедливого таракана. Предупредительный от Адидаса вынудил Цыгана делать все неосознанно. И когда он отобрал у него пистолет, появилось желание прострелить ему ногу, чтобы приходить на их территорию не смог. Он посильнее сжал рукоятку пистолета, но опустил оружие, сдержавшись. - Девку забирай свою, - крикнул Цыган, кивая на перепуганную Айгуль. – И уматывай. Поникший и разочарованный мужчина по кличке «Адидас» забрал Айгуль, накрыв ее своей курткой, и поспешил уехать на своей волге, ключи от которой получил от Севы. Айгуль благодарно кивнула Оле и поплелась за усатым восвояси. Оля поднялась, но в душе не было радости. Было пусто. Она метнулась к двери, на ходу накидывая пальто, как ее придержал Цыган, крепко держа ту за руку. - В машину иди. – приказным тоном пронеслось, что Оля одернула руку Цыгана и поспешила свалить. – Оля?! - Я тебе не собачка. – вырвалось у нее.  От неожиданности Цыган отпрянул и расслабил свои руки. Обсмотрел внимательно Синицыну, и задержал взгляд на ее потемневших глазах. - Оля, давай поговорим? – боязливо спрашивает Цыган, ожидая ее реакции. - О чем с тобой можно говорить…? – обозленные глаза проходятся по Цыгану, не скрывая презрения. – Давай ты делами своими будешь заниматься, а я просто жить? - Подожди, - он мазнул большим пальцем по нижней губе и задержал взгляд на растерявшейся Оле. – Ты у нас самая правильная получаешься, да Оля? Жалеешь всех, пытаешься помочь. Только вот это нахрен никому не упёрлось, потому что каждый сам несет ответственность за свою жизнь. - Я тебя поняла. – выдавила из себя, отходя назад. – Только вот я лучше буду неравнодушна к людям, чем буду как ты. Считаешь, что можно украсть человека, над которым потом надругаются...? - она еще хотела сказать все, что думала, он остановила себя, смотря на его свирепое выражение лица. - Считаю, что тебе не нужно было сюда приходить. Внутри носа предательски защипало. Оля сделала глубокий вдох, но глаза становились влажными с бешеной скоростью. Ей было тошно от одного осознания того, что он был готов убить человека, что он украл школьницу на пару со своим другом, которую впоследствии изнасиловали. Тошно от красного и тусклого освещения, которое так давило на виски. И от себя тоже. Только Цыган хотел двинуться к ней навстречу, как Синицына рефлекторно дернулась, давая понять, чтобы он даже не приближался. Она развернулась и тихо покинула это ненавистное место. Как только дверь захлопнулась, Цыган выругался от души. - Мда. – пронеслось в тишине. Желтый успел на самый конец их перепалки, и явно услышал все до последней буквы. Цыган кинув в него злобный взгляд из-за плеча, а потом опустил голову и тяжело выдохнул. Голова трещала по швам из-за ссоры, из-за Адидаса. Из-за всего. - Адидас с пистолетом, как обезьяна с гранатой. – вдруг пошутил Желтый, проверяя реакцию Цыгана. – Как его в Афгане не хлопнули… Ну, ты вообще, конечно, молодец. Я даже подумать не успел, а ствол уже у тебя. - Ага, косой еще. – уточнил брюнет, вспоминая, как Суворов целился. – Надо их шайку разогнать, сам видишь, они никакие. Желтый тут же согласился, но этот вопрос обсуждать сил не было. В зале воцарилась тишина. Цыган о чем-то натужено думал, что челюсть ходуном ходила. Сжимал вилку в руках, ерзал на стуле. Его наизнанку выворачивало, без возможности успокоится. Лучше бы она его обматерила, наорала, но Оля в своем стиле. Сдержанно, но больно. - Ты это, если хочешь поговорить, то давай. – предложил Желтый. – Наших все равно нет. Цыган медленно и отрицательно махнул головой. Не хотелось ему этого. Он никогда не обсуждал отношения с Олей, не рассказывал подробностей. И не потому что он не доверял Желтому. Дело было в том, что он даже в разговорах не хотел ей делиться. Он ни от кого не скрывал, что Оля – его девушка, но говорить на эту тему ни с кем не собирался. Когда эмоции понемногу покинули разум, и голова стала холодной, Цыган тут же подумал о том, как Оля по такой темени домой шла. Он уткнул пальцы в переносицу, и поморщился. По вискам трещало, и ему казалось, что вены ни них набухли. Телом чувствовал, как на него наваливается усталость. Он попрощался с Желтым, молча пожав руку, и скрылся за дверьми «Снежинки». От наспех выкуренной сигареты спать захотелось еще больше. Но перед тем, как завалиться в кровать, он подъехал к ее дому, чтобы увидеть свет в окне. Уснуть бы у него не получилось, не будь он уверен, что она дома. В окне показалось знакомое лицо; волосы распущенные, одежда домашняя, наверное, собиралась спать. Он положил голову на руль, не отводя от нее глаз. Синицына, будто почувствовав, сощурилась и вгляделась во двор. Но их зрительный контакт был недолог – Оля нервно задвинула шторы и выключила свет. Они не пересекались после того вечера в кафе. Оля не искала с ним встреч, но украдкой, конечно, переживала. Долго перекручивала случившееся, строила догадки, анализировала сказанное и услышанное. Было сложно осознать, что он далеко не ушел от остальных представителей улицы. За неделю до этого, девчонки из секции звали на танцы, но Оля отказалась. Но сегодня решила, что надо идти. Сидеть дома одной, и бесконечно печалиться, становилось невыносимо. Хотелось разбавить дурные мысли, которые не давали покоя, мешали спать. Около дома культуры, как обычно, было полно народу. Стояли кучками, курили, обсуждали что-то бурно, успевая глядеть на вновь прибывших. Поднимаясь по ступенькам, Оля уже слышала приближающуюся музыку. Прямо у дверей, она лоб в лоб встретилась с тем парнем, который Айгуль забирал. Но он не обратил на нее внимания, слишком был занят девушкой рядом. Встретившись в холле с девчонками и поднявшись на второй этаж, Синицына облегченно выдохнула, потому, как Цыгана не было видно. Иначе, она не нашлась бы, что ему сказать. И как себя повести, тоже не знала. Увидев Айгуль, Оля заметно взбодрилась. Девочка была с парнем, а значит, что информация не просочилась. Но одно больно было в сердце – он ничего знает. Видно было по ней, что остерегается и боится каждого шороха.  Оля безучастно прижалась к арке и наблюдала, как девчонки одна за одной цеплялись друг за друга, танцуя в змейке. Айгуль улыбнувшись, кивнула Оле, продолжая их коллективный танец. На втором этаже стоял Севка, семечки щелкал в компании каких-то пацанов. Он махнул ей рукой, и она лишь кивнула в ответ. Кудрявый паренек в темном свитере подошел к Севе и явно о чем-то вынюхивал, указывая подбородком на девчонок. Оля сощурилась. Что-то в этом парне её отталкивало. После недолгих раздумий Сева шепнул кудрявому, что его глаза сначала округлились, а потом он скривился от отвращения. Синицына все поняла. Она дождалась, пока Сева обратит на нее внимание и бросила в него злобный взгляд, на что он лишь развел руками. Оля наблюдала за Турбо, как за змеей в низкой траве. По нему читалось огромное желание, казалось, что он начнет орать, не дойдя до адресата. Этот кудрявый быстрым шагом подлетел к девчонке с хвостом на бок и уже начал свою мерзкую передачу информации. Та, недолго думая, оповестила всех присутствующих девчонок, поочередно подходя к каждой. Никого не пропустила. Но после того, как какая то дура вылила лимонад перед Айгуль, Олины скулы сжались от злости. - Знаешь что? - звучало утвердительно, не вопросительно, точно. - Тебе, наверное, идти надо. Люди злые. - долетело до ушей, когда Оля подошла к Айгуль. - Мало ли что. - Будешь языком трепать, я тебе лично наваляю. - тут же ответила Синицына, желая протащить ее за хвост по полу, как половую тряпку. – А еще, - Оля остановилась, вплотную подойдя к замершей девчонке. – Ты подумай о том, что парень твой за счет тебя свои проблемы решает. Брюнетка попятилась, ища глазами своего жениха, и отступила, вильнув длинным хвостом. Оля тут же потащила Айгуль на выход, минуя её адидаса младшего, которого так любезно придержал кудрявый с Адидасом старшим. Айгуль начала плакать, на что Оля посильнее сжала ее руку. - Там Марат меня ждет… - лепечет Айгуль, утирая слезы. Оля резко остановилась и взяла девочку за плечи мертвой хваткой. Айгуль смотрела на Синицыну, часто моргая, и пыталась справиться с потоком слез. - Да не ждет он тебя, очнись! – Оля в несвойственной для нее манере почти крикнула на запуганную школьницу. – Уверенна, что он даже не в курсе, почему так вышло. - Почему ты мне помогаешь? – трясущимися губами спросила Айгуль. – Ведь ты тоже…ты там была. - Потому что хочу помочь хоть кому-то. – Оля обернулась по сторонам и схватив ту за руку повела на выход. Под удивленные взгляды уличных обывателей Оля вела Айгуль, не обращая внимания на перешептывания любителей разнести сплетни. Все в Айгуль выдавало жертву. Видно было, что ей стыдно, неловко, она даже глаза поднять не сумела, и чуть не споткнулась на последней ступеньке, вовремя схватившись за Олину руку. Девушки шли быстро, торопились, как внезапно их внимание привлек звук резко затормозившей машины. Айгуль вздрогнула и хотела попятиться назад, но Синицына одернула её и многозначительно кинула взгляд, мол, успокойся. Дверь машины вернулась на место характерным хлопком, и Цыган подлетел, как ошпаренный, расцепив их руки, и грубо оттолкнул бедную девочку. - Че встала?!  - рявкнул он, держа крепко Олю за руку. – Скройся, чтобы я тебя не видел! Айгуль не ждала ни секунды, понеслась, чудом не подскользнувшись. Удаляющаяся фигура девчонки в одном сарафане с кофтой становилась меньше в глазах Оли, но резкая боль быстро вернула ее в реальность. - Отпусти, мне больно! - заерзав на снегу, завизжала Синицына. - Потерпишь. - сквозь зубы процедил Цыган, пытаясь прижать её к себе, но она уперлась свободной рукой в его грудь и упорно не хотела поддаваться. - Оля, я тебя сейчас в машину затолкаю, честное слово. - Верю, - ехидно вырвалось у нее, - По привычке, да? Он прочувствовал ее осуждающий взгляд. Таким обычно смотрят мерзких тараканов с волосатыми лапками, на мышей, крыс. Короче, неприятно было Оле, и он это видел. - С такими, как она, общаться нельзя, я тебе уже говорил. - нависнув над Олей, в сотый раз повторил Цыган. - Поехали домой. - Никуда я с тобой не поеду. - спокойно и утвердительно ответила та, ловко освободившись от его рук, пока он на секунду расслабил хватку. - Меня ждут подруги. Она развернулась, но сделав пару шагов, застыла на месте. Поджатые губы пытались заглушить поток нелестных высказываний, да вот только процесс уже был запущен. Синицына молниеносно развернулась и уставилась на Цыгана злыми глазами. Музыка на фоне затихла, голоса людей остались на заднем плане, в ушах звенела тишина. - А знаешь что? – плюнула Оля, сжимая кулаки до белых отметин. – Я думала, что ты другой, что ты не такой, как эти все. Верила каждому твоему слову. – она цедила слова через зубы, пытаясь не заплакать. - Оля, а может, ты думала, что мы с пацанами в крестики-нолики играем, а? – его темные густые брови свелись к переносице от злости. – Эти придурки украли видак у нашего человека. Мы решили вопрос – ВСЁ. - Я так ни разу не думала! – крикнула та, но тут же пожалела об этом. Ей показалось, что ее слова звучали, как оправдание, а ей этого совершенно не хотелось. – Ты мне часто рассказывал, что по-пацански, а что не по-пацански. А теперь выходит, что украсть школьницу для тебя обычное дело, ведь отобрать у нее видак так сложно? - Времени думать не было. Вцепилась в него, как дура. Оля разочарованно усмехнулась, глядя на него. Тяжело признать, что боишься человека, которого любишь. А еще тяжелее, разочароваться в нем. - Я понимаю, что у вас жизнь такая. – успокоившись, сказала Оля. – Но красть почти ребенка… Цыган фыркнул, закатив глаза. Переубедить его в том, что Айгуль попала к ним только из-за неосторожности ее пацаненка, было невозможно. Он считал, что отправлять свою девушку в ночи с краденным видаком вообще чернуха и неуважение. Какая же она упрямая, подумал Цыган, хоть кол на голове чеши. Оля была похожа на маленького и озлобленного на весь мир, зверька, которому объяснять очевидное было бесполезно. Когда она скрылась за дверьми дома культуры, Цыган неторопливо подошел к кучке парней, во главе с Юрой Чеховым. - Так, глаз с нее не спускай, ясно? - выдохнув едкий дым ему прямо в лицо, в приказном тоне сказал Цыган. - С тебя спрошу. Чехов и его компания согласно закивали, не найдя слов. Потому, как стали свидетелями их ссоры, и даже кое-что услышать успели, но вида не подали. От греха подальше. Вернувшись, на Олю обратили внимание все девчата, уже танцуя медленный танец с кавалерами. Девка с хвостом жгла Олю пренебрежительным и высокомерным взглядом, вцепившись в Турбо когтями. Синицына сложила руки на груди, в которой так играла злость, что хотелось отыграться на ком-нибудь по полной программе. Вечер был безнадежно испорчен. Разговоры подруг не радовали, окружающие раздражали, песни били в уши неприятным гулом. Оля бегала глазами по беззаботным людям и чувствовала себя отвратительно. Шайка универсамовских глазели на нее, что-то обсуждая между собой, особенно кудрявый со своей пассией. Стоя у зеркала, Синицына ополоснула лицо холодной водой и уперлась ладонями в раковину. Волосы лежали, как надо и в целом выглядела она хорошо, только глаза злые были. Позади слышалось шарканье, и она медленно повернула голову. Надменно сложив руки на груди, стояла подружка кудрявого, противно жуя жвачку. - А я чет не поняла, ты борзая такая или реально тупая? - подала уверенный голос брюнетка. - Первое. - смотря на нее в отражении зеркала прошипела Оля. - И я не советую сейчас ко мне лезть. - А то, что? – девушка вильнула хвостом и злобно выпучила глаза, обсмотрев Олю с ног до головы. Синицына опустила голову и резко выдохнула горячий обжигающий воздух через нос, поджав губы. Пока та выжимала из себя смех, Оля замахнулась, дав смачную и громкую пощечину, что брюнетка еле удержалась, чтобы не рухнуть. Но на этом Синицына не остановилась. Взяла ту за волосы и потащила, как собаку за собой, не смотря на её болезненные всхлипы. Жестко и грубо прижала её щекой к холодному кафелю, и придавила со всей силы. Потом взяла за волосы и еще несколько раз стукнула её лицом о стенку. - Постарайся пропускать слова не только через рот, но и через мозг. - надавив еще сильнее, брюнетка заскулила и попыталась закивать. Только Оля отпустила её, как она упала на колени и заплакала. От слез этой дуры стало даже приятно. В грудной клетке билось сладкое ощущение отмщения. Пусть хоть так, но пострадает. И это ничто, по сравнению с затравленной, маленькой девочкой. Синицына демонстративно отряхнулась, будто от соприкосновения к ней, она испачкалась. Подружка Турбо выглядела жалко. Истерически трогала лицо, проверяя на наличие припухлости. Но и слова не вымолвила. Оля еще раз оглядела выбитую из уверенности девушку и удалилась. Сил не было больше находится здесь. В гардеробе было тихо и пусто, лишь отголоски веселых мелодий доносились сюда приглушенным звуком. Оля просто молча решила уйти, никого не предупредив. - Оля, а ты куда? - на голос Чехова Оля нахмурилась и продолжила одеваться. - Оля? - Что, Цыгану отчет сдавать побежишь? - игнорируя вопрос, съязвила девушка. - Тебе не скажу. - Я серьезно! - начал оправдываться Юра.  - Ну, скажи, развалишься что ли? - Отстань, Чехов. Вообще не до тебя. - устало фыркнула Оля, и под его расспросы спешно покинула дом культуры. Февральский ветер обжигал нежные щеки, закрадываясь под полы пальто. А она просто так блуждала по городу, совершенно потеряв страх попасть в передрягу. Запрокидывала голову и считала, в каких окнах горит желтый свет, пыталась угадать цвет приближающейся машины, носком сапожек смахивала снег. Занималась чем угодно, лишь бы не думать о ситуации с Айгуль. Давно забытая боль опять ворвалась в сердце, заполняя его до последнего миллиметра. Она прекрасно понимала, что теперь будет с этой девочкой. Не зря этот кудрявый Турбо так занимался этим вопросом. Оля так хорошо запомнила его лицо в момент, когда он узнал, что произошло в «Снежинке», что даже тошнило. Звук притормаживающей машины заставил ее прижаться правее, ближе к домам, и ускорить шаг. Ничем хорошим это никогда не заканчивалось, если учитывать позднее время и пустую улицу. Сердце бешено забилось от страха, дыхание стало рваным. По всему телу прошелся обжигающий озноб. Оля почти перешла на бег, как из машины послышался голос. - Оля, привет. – настороженно произнес Желтый. – А Цыган знает, что ты в одиночестве по улицам бродишь? Когда она удостоверилась, что перед ней знакомый человек, тут же выдохнула. Оля отрицательно покачала головой, заерзав пальцами в карманах. На его предложение сесть в машину согласилась, но скорее от страха и на адреналине. Ехали молча. Он изредка смотрел, как Синицына нервно бегает глазами, но ничего не говорил. - Как дела? – спросил осторожно. - Не очень. – призналась Оля и опять наступило молчание. - Ты не подумай, что я за друга вступаюсь… - будто выжидая удобного момента, проговорил Желтый. – И я не знаю толком, что у вас там за разборки, но я Цыгана еще таким не видел. - Каким? – с вызовом спросила Оля, подняв глаза. - Добрым. – сказал, и сам рассмеялся. – От него даже скорлупа так шарахаться перестала. - Такой добрый, что Айгуль украл… - вырвалось у нее, и она тут же отвернулась к окну от стеснения. - Заметь, что Колик с ней поступил не по-людски, а не Цыган. – в спину доказывал мужчина. – А это большая разница. Ты сейчас злишься на него за то, чего он не делал. - Отобрать видак у малолетней девочки не великая задача. – Оля нервно теребила пальцы между собой, и пыталась выглядеть утвердительно, но действия выдавали. - Согласен. – кивнул он. – Но ты, как и я, там не была. В наших делах мешкаться нельзя, да и он не из таких. Оля уже и сама не понимала из «каких» он. В отношении нее он был хорошим, не считая мелочей, которые еле замечались. А вот в остальном такого нельзя было сказать. - Вот ты у нас была, - не унимался Желтый. – Зная Цыгана, он мог бы тебя силой вытащить и отвезти домой, но он этого не сделал. И знаешь, что для меня странно? - Что? – Оля заметно заинтересовалась и, глянув тому в глаза, ждала ответа. - Он никогда и ничего о тебе не рассказывает. Хотя, - брови мужчины приподнялись, будто он что-то сказать забыл. – Без обид, Оль, но обычно Цыган еще тот в плане обсуждений. Синицына смутилась, склонив голову. Щеки сразу же порозовели от услышанного, и она даже еле улыбнулась. Желтый, заметив ее реакцию, как-то обрадовался и прибавил ходу. - Глупо терять человека из-за такого. – под конец решил добить Олю своей мудростью. Оля неуверенно хмыкнула и глянула в окно. Окутанная мыслями, она даже не заметила, что машина остановилась у ее подъезда. Не найдя ничего, кроме кроткого «спасибо», она покинула автомобиль. Из сна вырвала трель домашнего телефона. Оля резко подорвалась, убирая волосы с лица. Рассмотрев одним глазом время на часах, она даже затряслась. Сразу же в голове всплыли слова бабушки о том, что рано утром или поздно ночью звонят не с самыми хорошими новостями. Сон, как рукой сняло. Дерганная Синицына поплелась к разрывающейся трубке. - Привет. - донесся с того конца знакомый низкий голос. - Спишь? - Четыре утра как бы. - ответил сонный голос, смягчившись. - Почему ты не спишь? - Приеду? - Ну... - Оля так замялась, что не могла ответа правильного найти. - Приеду. Трубка вернулась на место. Взвинченная Оля глянула на себя в зеркало, рассматривая свой метавшийся вид. Ее правильность мешала чувствам, а чувства вставляли палки в колеса правильности. Борьба с самой собой была тяжелой ношей, но она продолжала ее нести. - Как дискотека? - первый вопрос, который услышала Оля, тихо открыв дверь. Но сарказма не оценила, пыталась даже ее закрыть. - Ладно, ладно... Оля сделала шаг назад, освобождая ему путь. Цыган хотел ее поцеловать, но столкнувшись с ее отдалением не стал напирать. В его голове появилось четкое понимание того, что она пока не готова к такому, но надежды не терял. Но то, что она стояла и не собиралась сходить с прихожей его настораживало. - Я решила, что нам не стоит быть вместе. - Оля уперлась глазами в пол, кусая губы. - Решила? - усмехнулся Цыган, сделав шаг в ее сторону. - Мне тяжело быть с тобой. Я люблю... - вырвалось с надрывом. - Но не могу. Цыган бегал по ней глазами, пытаясь словить ее взгляд. Даже за руку схватил, но Оля смотрела куда угодно, но не на него. Боялась, что увидит его глаза и не сможет расстаться. - Чувствую себя предателем. - наконец призналась. - Будто Айгуль это Катя, понимаешь? Только ее убийцу я ненавижу, а тебя люблю. Цыган опять порывался ее хотя бы обнять, но Оля отрицательно закивала головой. Ей нужно было собраться с мыслями. - А ты так смотрел на нее... - сквозь ком в горле проговорила. - Как на мусор. Хотя она ни в чем не виновата... - Оля быстро смахнула стекающую слезу и сжала челюсть. - Я боюсь тебя. А вдруг... - Вдруг что?! - все сказанное его очень разозлило. - Если ты думаешь, что я такой конченный, что позволю тобой пользоваться после расставания, то ты ошибаешься! Считаешь меня таким? Оля сделала глубокий вдох в надежде ответить, но тут же замолкла. - Ты за себя боишься, Оля, а не за Айгуль эту... - эти слова ударили в голову, как чугун. - Ничего ты не поняла. Оля нервно сглотнула, пытаясь подавить подступающий ком. Обидно стало очень за такие слова. Дескать ты, Оля эгоистка и глупо сотрясаешь воздух своими действиями. Но ей и правда было дело до всего, что в ней откликалось хоть как-то. Будь то позитивное чувство или отрицательное. Решилась посмотреть ему в глаза, но не нашла желаемого. Дверь хлопнула, ударяя в лицо легким ветерком. Синицына тихо спустилась по стенке и заплакала.