Часть 10. Беги, маленькая мисс.

Мне противоестественна сентиментальность.

Но люди всегда кого-то выделяют. А я человек.

Исо.

      Смирение не пришло. Скорее отступило на несколько шагов назад, оставив Исо брошенной в гущу событий. Вторая ночь началась стандартно, а голос Чонгука странным образом заземлял: связь с нормальным миром, тонкая и хрупкая, но настоящая, не позволяющая разуму съедать себя изнутри.       Исо прослушала вводные инструкции, прокручивая другие, сказанные Тэхеном.        Во-первых, на берегу обсудить стратегию. Исо, как игрок в прошлом, должна помнить примерные механики и ориентироваться на свои сильные стороны. Тратить очки прокачки на то, что добром не послужит, глупо, а значит упор необходим на ловкости. Исо подвижная, невысокая и слабая, значит характеристика ей только на руку. Если окружение попробует убить, она успеет увернуться, в спешке среагирует на внешние обстоятельства, а в неизбежности драки, будет шанс вымотать соперника. Отсюда вторая важная характеристика: выносливость. Беготня по дому — занятие утомительное, особенно учитывая постоянную необходимость куда-то карабкаться и падать. К показателю к тому же приятное дополнение: повышенное здоровье.        Во-вторых, не бояться делиться чувствами с игроком, ведь, чем больше он вовлечен, тем Исо безопаснее. И да, в некотором смысле получится, что она Чонгука использует. Некрасиво, но он бы понял.       В-третьих, не идти против игры. Важное правило, которое следовало усвоить: если к чему-то подталкивают, то не отвертишься. Нужно пересилить себя и сделать. Только так закончишь ночь и вернешься в безопасность. Исо уже убедилась.       Ее безопасность отзывалась запахом едва ощутимой мятной свежести, вишневой кислинки и сигарет, но ненавязчивым, словно нижняя нота в дорогом парфюме. Объемная, завершающая.       В-четвертых, если совсем тяжко, Исо может обратиться к Тэ и его игроку. Это конечно крайний случай, и пользоваться подобным широким жестом Исо не стремилась. Ей не нравилось думать о чрезвычайной необходимости и событиях, что к ней подтолкнут. И еще больше не нравилось выставлять себя жалкой и несостоятельной. В последнее время контроль ускользал слишком быстро, не оставляя следов. Идеальный преступник. — Исо, ты меня слушаешь?       Она сморгнула тревожное наваждение, невольно попытавшись найти собеседника взглядом. — Прости, не слушала, честно говоря. — Я о твоей прокачке, — спокойно пояснил и также размеренно повторил озвученное в пустоту, — Я вкачал очки за первую ночь в ловкость. База. Тут все не сложно по сути, четыре основные и дальше от уровня… Сила нам ни туда ни сюда. Выносливости постепенно добавим. В комбинации должно быть супер. Ну, а скрытность пока не понял для чего. Может дальше необходимость будет какая-нибудь… И вот еще, там развилки, типа, владение оружием и прочее. И пометка, что качество прокачки прямо зависит от диалога с персонажем. Пояснишь для меня?       Вот так просто ее прочитал. Без необходимости озвучивать вслух то, что заедало в голове половину дня. Ловкость и выносливость, прямо как ей хотелось. — Исо? — Да, прости… Это, наверное, потому что начальный навык влияет. То есть, если я уже чего-то не могу, то эффекта не будет. Ты просто потратишь очки, а учиться я буду с нуля. Однако, я могу сама развивать способности, а ты сможешь их усиливать. И помогать, когда надо. Примерно так описывал ей это Намджун. — Как-то заморочно. — Как есть. Но это ценно для лута… Стратегически важно решить, — Исо сделала глубокий вдох, размышляя под размеренные биты. — Стрелять я не умею. Если бесконечно будут попадаться патроны, то я просто буду их тратить в пустую. К тому же это шумно. И бывает… бесполезно. Клинки — хорошо для уверенности и чувства безопасности. Держать под рукой нож или что-то подобное лучше, чем ничего… А если в защиту уходить, то будет больше лекарств, тоже хорошо, но это скорее… Для кого-то сильного, кто может терпеть.       Мысль отозвалась дрожью. Исо сжала пальцы на коленях и до боли прикусила губу, побуждая себя успокоиться. Сейчас безопасно, и даже, если мгновение коротко, его стоило прожить не в тревоге. — Я могу терпеть, но не хочу, честно…       Тихое и искреннее признание. Исо опустила голову и вслушалась. Ждала, что ответит Чонгук, рассчитывая на понимание. Разум не признавал собственной нереальности. Исо хотелось быть живой. Хотелось человечности от игрока, эмпатии на другом уровне, на таком, где сложно до отчаянной потребности содрать собственную кожу и влезть в чужую, лишь бы ни мучиться от безнадежности. — Не волнуйся, я думаю, лучше тогда вести тебя в клинки. С лекарствами разберемся, плюс, если повысим твою выносливость, то и здоровья будет больше, верно? А какой-нибудь кинжал или ножик полезен не только со стороны самозащиты. Первое правило: стратегия.       Она сдержанно кивнула. Потерла переносицу, каждым кусочком тела борясь с усталостью. Поспать удалось всего ничего. Какие-то несчастные три часа. Ничто для истощенного организма. — Исо, ты в порядке? По статистике не очень.       Второе правило, не бояться делиться с игроком чувствами. — Я не в порядке. Страшно, Чонгук. Понятия не имею, что произойдет. И этот таймер, словно внутри головы звучит. От него только хуже. Пространство и восприятие, все такое странное… Искаженное. Ничего не понимаю. И так устала… — Все будет хорошо. Я помогу тебе поскорее закончить уровень.        Слабое утешение, едва ли действенное, но хоть что-то. Исо окинула комнату беглым взглядом. В свете раздражающего и тяжелого неона она казалась совсем чужой. События дня, однако, выдавались в мелочах. В скомканных простынях, подносе с пустой посудой на тумбе и хаотично расставленных всюду вещах. Если бы они с Тэхеном не прибрались, ее ночь начиналась бы в хаосе? Наверняка. Как бы объяснил это Чонгук? — Слушай… А тебе показывают кат-сцены? — Чонгук в ответ замешкался. — Ну да, сегодня показывали какие-то коридоры. Звучал хор, похоже церковный. А потом все сменилось помехами на сцену отсюда. Из дома. Она была уже приятной, теплой.       Исо могла лишь предполагать, что именно досталось смотреть Чонгуку. Не хотелось спрашивать конкретнее. Знать, что ты всегда у кого-то на виду и убеждаться лишний раз — ненужная пытка для непривыкшей психики.       Она ненарочно заплутала. Прокрутила в голове события с момента, как вернулась в комнату с подносом и внутренним смятением.       Тэхен, казалось, задремал. Не шевелился, когда Исо приблизилась к кровати, поставив поднос с завтраком, а может обедом или даже ужином, на тумбу. Она наклонилась над парнем, задумчиво всмотревшись. Кончиками волос коснулась кожи, вызвав тихое мычание и спокойное: — Я не сплю. И щекотно. Он открыл глаза, поймав взгляд Исо своим цепким и внимательным. И она сдалась первой, отвернувшись. Заправила мешающий локон за ухо и села ближе к изголовью. — Омлет и чай. И еще это, — указала на тосты с джемом, разъясняя, — Чимин сказал, ты любишь. Краем глаза уловила проблеск улыбки, когда Тэхен сел на кровати, приглаживая волосы. — Люблю. Чимин-и значит наставничает? — Он усмехнулся, оперся на руки и посмотрел на Исо с толикой любопытства. — Клубника? — Что? — Исо с растерянностью перевела взгляд на Тэхена. Отвлеклась. Внимательность и забота давались с трудом, вытягивали за пределы защитных барьеров. — Джем. С клубникой? Она кивнула, Тэхен улыбнулся шире. Ему шло. Тэхен казался уютным, красивым до невозможности, несмотря на видимую утомленность. Его не портили мешки под глазами, небрежно лежащие волосы добавляли шарма, темные, идеально подчеркивающие глаза и медовый тон кожи. И улыбался он так, что смотреть хотелось безотрывно. И Исо смотрела. — Чем ты занимался до игры? — Заполнила тишину, когда Тэ потянулся к кружке. Исо не могла предположить, почувствовал ли он смущение или неловкость от ее взгляда, ведь вел себя максимально естественно. Наблюдала за тем, как сделал глоток чая, о чем-то задумавшись. — Всяким. Он поставил кружку. Не пояснил, приступив к еде, мгновенно заразив Исо чувством голода. Она тоже взяла свою порцию. Сделала первый кусочек и готова была поклясться, что вкуснее ничего не ела. Оба молчали, сосредоточившись на еде и мыслях. Тэхен заговорил первым. Прожевал омлет, посмотрев на Исо вдумчиво, словно думал над чем-то очень серьезным. — Я из простой семьи. Мама продавала специи на рынке, пока не заболела. Сейчас она почти все время проводит в больницах. У отчима раньше был бизнес, но прогорел. Он начал пить, куда без этого. Постоянно во всем обвинял нас с сестрой. Раз не его дети, то и не должен нам ничего, — Тэхен невесело хмыкнул, прервавшись. Поставил тарелку и снова встретился взглядом с Исо. Прощупывал, хотел понять, не переходит ли черту, нагружая ее, сравнимую с хрусталем, и она это чувствовала. Отложила вилку. Слушала. И практически не двигалась. В личном, по ее мнению, важно было не спугнуть. Не вызвать стыда и отвращения за откровение. — Чем больше мама проводила времени в больницах, тем меньше ублюдок контролировал свою жизнь. Влез в долги. Трезвым застать было практически невозможно, поэтому, как только появилась возможность, я стал подрабатывать. Мозгов хватало, чтобы понять, что мы так далеко не уедем. И маме, и сестре нужно было помогать. Так что, к твоему вопросу, я много чем занимался… Сложно слезть с денежной иглы, когда вокруг хаос, — он тяжело вздохнул, проведя рукой по лицу, в попытке смахнуть гнет воспоминаний. — Я не пошел учиться после школы. Не до этого было. Работал, где мог. Брал дополнительные смены. У сестры в следующем году выпускной, ей нужны эти деньги, — голос постепенно понижался до шепота. Исо не перебивала, вслушивалась в каждое слово. — Из последних мест… Я работал в кофейне. Кофе не люблю, но делаю неплохо, — он позволили себе тень улыбки. — В остальное время в компьютерном клубе. Там спокойно, район отдаленный. Это практически отдых, за редкими исключениями. Правда… Незадолго до того, как сюда попасть, кофейню я бросил. Слишком много в голове не укладывалось: я в облаках летал, косячил. А посетителям и руководству такое не нравится. В компьютерном клубе проще было. Мог часами сидеть за играми. Владельцу меня было жаль. — Почему? Из-за твоих трудностей? — Исо не умела правильно проявлять сочувствие. Научилась вдумчивости, умела задавать вопросы, быть рядом и помалкивать. Некоторым хватало и этого. Может, и Тэхену хватит. — Да… Хорошие люди такие. Проявляют доброту к тем, у кого все дерьмово. — Пожалуй… Мне не часто доводилось сталкиваться с подобными.       Музыка стихла на долю секунды. С громким хлопком настежь отворились двери. Исо вздрогнула и отошла к окну, обхватив себя руками, напряженно высматривала угрозу. Вторая ночь началась. Страх приумножился.       В незнании ей становилось хуже в разы. Руки потели, сердце билось быстрее, а в голове творился полный беспорядок. Похлеще того, что она развела днем. Исо видела путь. Исо чувствовала дрожь. И она замерла в нерешительности. Третье правило, выполнять требования игры.       Самое трудное. Переступить через себя, сделать шаг туда, где не ждало ничего хорошего, за эфемерную возможность избавления и шанса на передышку. Она не могла принять решение легко. Вглядывалась в мрачный коридор, уходящий так далеко вперед, что точно был создан специально для нее одной. Игра подсознания в игре более темной и зловещей. В извращенном развлечении для кого-то, о ком Исо ничего не знала. — Нам нужно идти? Исо, ты готова? Она не была. Едва заметно качнула головой, потирая предплечья. Искусала губы настолько, что ощущала привкус крови, вяло интересуясь, лишенная надежды на спокойствие: — Миссия уже есть? — Ага, просто найти ключ-карту. Без лишних загадок.       Исо нахмурилась. Не было ни малейших предположений. Совсем не хотелось идти. Более того, хотелось забить на собственные установки и воспользоваться четвертым правилом. Исо не настолько тяжело, но к Тэхену тянуло сильно. Он бы ее успокоил. Наверное. — Ладно. Я справлюсь. Должна ведь, — глубокий вдох и неуверенные шаги на выход из комнаты.       Коридор не встречал радушием. Он, словно сужался, стискивая Исо в своих стенах. Казалось, здесь можно задохнуться. Исо пошатнулась, остановившись сразу, как вошла в давящее пространство. Перед глазами поплыло, конца впереди видно не было. Никаких дверей, тусклые лампы на потолке, создающие иллюзию освещенности, отсутствие мебели и потертости на стенах и полу. Бесконечная дорога.       Дверь позади растворилась. Назад было нельзя. — Так, Исо, ты не нервничай. Идем, пока не ясно будет, куда и зачем.       Звучало легко. На деле каждый шаг давался через внутреннюю борьбу. Исо чувствовала себя заложницей неизвестности. Дышала тяжело, моргала редко, боясь, что в мгновение, когда веки встретятся, на нее нападет нечто жуткое и омерзительное. На Джуна часто нападали. Скрюченные, человекоподобные фигуры. Исо их помнила, они пугали. Каждая имела отличительные особенности, но все были лишены лиц. Фигуры всегда вредили, постоянно хватали и стремились задеть. Самая высокая разговаривала. Только она, и всегда скверно и злобно. Не боялась слов ненависти и жестоких угроз.       Коридор не заканчивался. Продолжал уходить вдаль, визуально совершенно не меняющийся. Изредка он расплывался, Исо вело в сторону. Периодически думалось, что пространства становится меньше. Исо паниковала. Не хотела быть раздавленной стенами. Она сжимала рукава толстовки под пальцами, пока Чонгук всеми силами успокаивал. — Место очень похоже на то, что было в кат-сценах, — он хмыкнул, задумчиво отметив. — Хотя, наверное, все коридоры похожи друг на друга.       Исо окинула пространство взглядом. Затормозила в попытке сориентироваться и понять, что от нее требовалось. Поделилась мыслями с Чонгуком рассеянно, до конца не успев придать им нужную форму: — Я не уверена, что просто идти вперед достаточно. Может, нужно что-то сделать? Сколько я уже брожу?.. Это кажется бессмысленным и бесполезным.       Она села на пол под лампой и вытащила из кармана блокнот с ручкой. Открыла на первой странице, интересуясь: — Ты сказал, были коридоры и хор? Больше ничего? — На первый взгляд, — Чонгук задумался. Молчал какое-то время, вызывая в Исо иррациональный страх. В тишине место ощущалось еще более зловещим. Нагнетало. — Может, будешь думать вслух? Тревожно, когда молчишь. Исо уловила секундное замешательство, прежде чем Чон ответил: — Да, конечно. Ну, камера просто летела вдоль коридора, такого же как этот… Лампочки моргали, здесь нет. И… Думаю, что там была дверь. Слева. Где-то между источниками света. Но я не помню, в какой момент от начала ее видел. И хор… — Месса? — Исо, ты это записываешь? — Слова и ощущения забываются. Текст сохранится. К тому же… Ночи между собой связаны, ты же замечаешь? Первая и эта. Моя история в извращенном виде.       Была и другая причина. Блокнот, предоставленный в инвентарь, был идентичным тому, что Исо использовала в обычной жизни. И она видела его в комнате накануне. В игре было свойство, что она заметила: то, которое девушке объяснили на примере получаемого урона.        Все, что происходило ночью, по своему сохранялось в неигровое время. Рукава толстовки оставались в крови, когда она сняла ее по возвращению. Под ногтями также сохранилась кровь, грязь и, черт знал, что еще. Синяки и ссадины не пропадали без применения медикаментов, а значит и инвентарь можно было использовать в обеих проекциях. Разница лишь в том, что предметы забирались, или, скорее, просто переносились на свои места в доме. Теория, но Исо хотелось проверить и поверить в ее состоятельность. — Ладно, допустим, я понял, зачем тебе это, но что будем делать? Здесь ведь нет никаких дверей. — Возможно, — она огляделась вокруг, — но это игра. Здесь все ненастоящее. Прежде, чем я поделюсь еще одной глупой идеей, Чонгук, ты сможешь вспомнить, как начиналась месса? Если это была она, конечно. — Исо, едва ли я вообще вслушивался. — Возможно, что-то в духе…Requiem aeternam dona eis, Domine? — Может быть. Что это значит? — Это интроит для реквиема. Проще говоря, так он начинается, — она устало вздохнула, сделав еще одну заметку на бумаге. — Я подумала, учитывая количество трупов прошлой ночью и придерживаясь взаимосвязи между тем, что было, и тем, что есть, закономерно, что звучал именно реквием. Чонгук молчал около десяти секунд. Исо отсчитала мысленно, сжавшись от фантомной опасности. — Откуда ты столько знаешь? Я вообще профан в религиях, тем более в… Что это, католицизм? — Не такой уж и профан, выходит, — она слабо улыбнулась. — Не самое распространенное в Корее верование, но я… — Исо закрыла блокнот, сунув его обратно в карман и поднявшись на ноги. Покачала головой, сделав глубокий вдох, стараясь относиться к теме спокойно. Чонгуку важно было ее понимать. — Я не просто так немного побаиваюсь подобного, в общем.       Исо явно преуменьшала. Ее фобия была сильной. Она сковывала и пробуждала погребенные воспоминания, превращающие страх в паранойю и панику. Она хотела сказать что-то еще, чувствовала, что и Чонгук хотел, однако их прервали. Громкие хлопки друг за другом погрузили коридор в темноту. Исо снова оказалась ослепленной. Нащупала стену и напряглась, мелко дрожа. — Все хорошо… Мы все делаем правильно, раз что-то происходит, — Чонгук старался. Он говорил мягко и вдумчиво, изучал, что действовало на Исо лучше, она понимала. Выстраивать связь было важно с обеих сторон. — Я говорила об еще одной глупой идее… Я думаю, что дверь появится при контакте. Просто идти и смотреть по сторонам недостаточно, иначе бы мы уже отсюда вышли. И раз света больше нет, остается только искать на ощупь. Снова…       Исо передернуло. Перед глазами навязчиво всплыли воспоминания о прошлой ночи. Она грезила о безопасности, неуверенно двинулась вперед, касаясь левой стены в поиске ручки или рельефа двери. — Это разумно. Ты умница.       Ничего не выходило. Нарастало ощущение беспомощности. Исо запрокинула голову, прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Стресс стал трансформироваться в раздражение. Она провела рукой по лицу, сбрасывая неприятное наваждение. Нужно было подумать, однако на ум ничего не приходило. — Исо, вдруг я не прав. Запомнил, будто дверь слева, а она справа? — Или ее все-таки нет вовсе.       Исо устала. Отчаялась, хоть и продолжила ступать вперед. Поиск теперь стал менее тщательным, затянулось молчание. И Исо, и Чонгук погрузились в размышления. Чон предположил: — А если нужна не физическая дверь? Суть игры в борьбе со страхами. И ты сказала, что ночи связаны. Вчера дверь сама появилась. Может, от нас ждут чего-то, прежде, чем выпустить? Не поиска буквально, а чего-то еще… — Но вчера было ясно, что требовалось, а сейчас…       Исо пожала плечами, оглядевшись. Вокруг было пусто, уныло и темно. Мурашки пробежали по телу от жуткого и тревожного осознания, что во мраке мог находиться, кто угодно. Исо прижалась ближе к стене. — Тогда давай думать от противного. Тот мужчина, в теле которого мы нашли ключ-карту, был послушником или священником? Мне на секунду показалось… Не знаю, было в твоем лице что-то, — Исо вопрос не понравился. — С чего ты взял? — Она нахмурилась. — Мало ли, что ты заметила, — Чонгук звучал спокойно, но Исо все равно была задета. — В тот момент я ничего не хотела замечать, — она ответила с раздражением.       На эмоциях почувствовала силы двигаться дальше, скорее машинально, чем осознанно, ощупывая стены. Она нарушала законы «Симуляции». Не доверяла чувства, не поддавалась на указания игры. На подкорке понимала, это не сулило ничем хорошим, но тема до боли нервировала.        — Думаю, двери — это метафора. Ты закрыта в комнате наедине с собой и кошмарами. А чтобы выбраться и жить дальше… — Чонгук, ты подался в философию? — перебила, пожалев мгновенно.       Это не тактично. Чонгука могло оттолкнуть. Что, если больше не захочет с ней играть?       Исо открыла рот, чтобы исправиться. Не знала, хотелось ей оправдаться или извиниться, но ни того, ни другого не позволили. Заиграла мрачная музыка. Биты быстро нарастали, усиливая напряжение. Так звучала опасность: близкая, настоящая. Она не ждала, наступая стремительно, девушка чувствовала.       Исо обернулась, попятилась. Замерцали лампы. Кажется, так и происходило у Чонгука в кат-сцене?       Исо прерывисто вздохнула, всмотрелась, различая массивный силуэт. Он не двигался. Пока, нет. Исо тоже перестала шевелиться. — Чонгук…       Она позвала тихо, практически не слышно. Различала лишь стук собственного сердца. Исо бы не подумала, что оно может быть таким громким. Запуталась в ногах, крохотными шагами пятясь назад. Силуэт рванул по коридору. Он не бежал, скорее делал огромные шаги, на какие способны рослые мужчины. Исо вскрикнула. Побежала. Так быстро, как могла. Куда? Было неважно, лишь бы подальше.        «Здесь одна дорога, все равно догонит!» — кричало подсознание. Оно заглушало Чонгука, мешало ясности.       Исо ни разу больше не оборачивалась. Бежала и бежала. «Дыши…» «Просто дыши». «И не останавливайся».       Свет мерцал, путал восприятие. Он дезориентировал, а коридор начинал душить. Выход не появлялся. Силы кончались.       Лампы потухли на мгновение дольше. Исо почувствовала, как ее схватили за предплечье. Дернулась, запищав, всеми силами одергивая руку. Отлетела к другой стене, напоровшись на кого-то… или что-то. Оно с силой потянуло за волосы. Это повторилось еще. И еще. Лампы моргнули.       Исо мимолетно разглядела ряды рук, выступающие из стен. Адреналин забил сильнее. Исо вырывалась, освобождалась от плена на считанные секунды. Хватали снова, пока она кричала и рвалась вперед.       Она с трудом нашла себя, сидящей на полу, зареванной и дрожащей, когда разобрала слова Чонгука во внезапно образовавшейся тишине. — Исо, все кончилось. Я здесь. Ты будешь в порядке.       Верилось не охотно. Исо стерла со щек слезы, задевая царапину. Она затравленно осмотрелась вокруг, покачиваясь и кусая губы. Видимой угрозы не было. Свет горел, стены казались нормальными. Никакого жуткого силуэта. Все спокойно. Все лживо. — Чонгук, я хочу домой, — сдавленно пробормотала в ответ единственное, что приходило в голову. — Я понимаю, — здесь верилось больше. Исо чувствовала искренность. — Тот мужчина с прошлой ночи. Он был духовным наставником. Это не было церковью в нормальном понимании, но в сущности не слишком отличалось, — Исо тяжело вздохнула. Голос дрожал, тело тоже. — Он соглашался принимать людей, запутавшихся или бунтующих. Он считал, что помогает найти смысл или путь к себе… Давал таким людям «семью» или что-то подобное. — Но все было не так хорошо, да?       Исо кивнула. Больше говорить не хотелось, да и Чон это понял, прервав ее вопросом. Исо поделилась не потому, что хотела. Скорее, потому что поняла, что бывало, если информацию умалчивать. Игра злилась. Ее создателям было скучно. Исо это прочувствовала. Просто так здесь ничего не давалось, кроме дополнительного стресса и ссадин. — Эй, смотри, — Исо не сразу поняла, куда. Подняла взгляд, натолкнувшись на дверь перед собой. По левой стороне, как Чонгук говорил. — Даже интересно, можно ли было избежать ловушки с руками и громилой- преследователем? Исо знать не хотела, напротив. Она едва собралась с духом, поднявшись на ноги. Рассеянно поправила растрепанные волосы, шмыгнув носом, обессиленно, практически надрывно осознав: — Ключ-карты у нас нет? Неужели нужно что-то еще сделать…       Она помнила, что ночи становились длиннее и сложнее с каждой последующей, но ведь она была только на второй. Непривыкшая, неокрепшая, без должной прокачки. — Нет-нет, не переживай об этом. Ее дали сразу, как все стихло. Ты просто… Была не в себе. Посмотри в карманах. Она сунула руки в толстовку, ощупав предметы. Блокнот, ручка, зажигалка… и ключ-карта. С губ сорвался облегченный вздох. — Слава богу! — Она не мешкая открыла дверь, вырвавшись в знакомую гостиную. Оступилась, едва не упав, взглядом зацепившись за Тэхена на другом конце комнаты.       Неосознанно захотелось утешения. Она шагнула, остановив себя. Крепко сжала ключ-карту в руке, почувствовав стыд за состояние, в котором находилась. Снова она выглядела, как девчонка в беде.       Он подошел сам, остановившись в паре шагов. Не касаясь, оценил ее внешний вид, зацепившись за одну из царапин на лице. — Закончила? Иди, я тоже скоро.       Голос Тэхена был убедительным. Исо коротко кивнула, протянув руку к его куртке. Хотела коснуться, но Тэ предусмотрительно отстранился. — Не надо, попадешь в мои кошмары, — он невесело улыбнулся. — Иди, Исо. Я справлюсь и зайду, когда вернусь.       Она встретилась с ним взглядом. Снова кивнула, не зная, на каком чувстве остановиться. Слишком много всего кипело внутри. Ей хотелось пожаловаться, почувствовать спокойствие и подобие контроля, но нужно было сдержаться.       Исо подошла к двери, подавленно взглянув на Тэхена еще раз, когда прикладывала ключ-карту. Он оперся на дверной косяк. Провожал ее. Не выглядел испуганным, не выискивал угрозу, несмотря на ощутимое напряжение, прослеживающееся в чертах лица. Ждал, когда уйдет, и Исо поспешила выйти, чтобы не задерживать его дольше. Услышала брошенное Чонгуком: — Это тоже часть твоей истории? Но не успела ответить, отключенная от игрока. Вторая ночь была окончена.