Часть 12. Сыщики.

Я верю в нравственное, высокое и сугубо человеческое.

Однако никто не отменял другую сторону медали. Темное «я».

Чонгук.

      Чонгук был словно в тумане. Застрял между сном и бодрствованием, не в силах сосредоточиться ни на чем. Время тянулось. К полудню казалось, что уже должно вечереть. Хотелось спать, но сон не шел. Полноценно функционировать тоже выходило с трудом. День ни туда ни сюда.       Утром, еще до того, как Чонгук вообще задумался о теплой постели, он получил уведомление на телефон. Сообщение от «Симуляции» со ссылкой на личную переписку с игроком jinny1. Чонгук помешкался. Открыл чат с Сохи в стремлении понять, нормальная ли это практика, но вовремя осознал, что она не ответит. У Сохи в расписании был намечен выходной, а значит она наконец отсыпалась.       Решившись, Чонгук перешел по ссылке и принял запрос на отправку сообщений, мгновенно получив два: системное и от самого jinny1. «Приветствуем, Чон Чонгук! Добро пожаловать в личный чат с игроком jinny1. Правила «Симуляции» запрещают переход на личности, оскорбления и обмен информацией, не связанной с игрой! Мы тщательно модерируем переписки и отслеживаем нарушения! Сообщения не по теме игры не дойдут до собеседника, а сам чат может быть заблокирован за системное пренебрежение правилами. Кошмарного общения, с удовольствием понаблюдаем за вашими успехами! у͠д@чи⧽!» — гласило первое уведомление, настраивающее Чонгука на то, что переписка далеко не личная. «Хай, jungcookie_, я открыл тебе функцию обмена с моим Тэ. Если Исо вдруг нужна будет какая-нибудь херня, обращайся», — так звучало второе. «Спасибо, но мы вроде справляемся». «Это пока», — как-то задело гордость.       Чонгук нахмурился, сдержав ответную колкость. В конце концов правила «Симуляции» запрещали переход на личности. Не ответил, решив, что поблажки и снисхождение ему не нужны, однако jinny1 прислал новое сообщение уже через пару мгновений. «Тэ парится из-за Исо, я поэтому отправил запрос. Раз перс просит, значит есть зачем», — Чонгука комментарий смягчил. jinny1 не действовал из снисхождения к игре Чона, стало быть высокомерность, что Чонгук нашел в тексте была надуманной или, по крайней мере, преувеличенной. «Что именно дает этот чат?» «В игре появится карточка связи. Увидишь характеристики моего персонажа, станет доступен обмен и досрочное объединение ночей. Игра тебя проинформирует перед заходом в следующий раз. Все разжуют, не парься». «А как ты отправил запрос?» «Повысь уровень, тоже сможешь», — простой ответ. Наверное, Сохи объяснила бы подробнее. Чон предусмотрительно оставил разговор, переведя тему в другое русло: «У наших персов будет общая сюжетка?» «Если только в моменте, предыстории не пересекаются. Исо в катах стала мелькать только после анонса персонажа», — пауза и новое сообщение. — «Но, чтоб ты знал (а), если что, то мне на твою девочку пофиг, я ей запросто пожертвую, если будет выбор». «Я понимаю, это взаимно».       Желания продолжать переписку не было. Чонгук закрыл чат и заблокировал телефон, отбросив на кровать. Задумался. Рассеянность Исо, скрытость и отсутствие прямых ответов побуждали строить догадки. Что-то в «прошлом» терзало ее, мучило и не давало двигаться. Чонгуку казалось, что ночь выдалась чересчур метафорической, философской в некотором смысле, но поверхностной. Здесь направляли не легким толчком в спину, скорее сбивали с ног ураганом. И явным виделся посыл, только вот Исо сопротивлялась.       Чон жалел ее. И странно было осознавать, что игра воспитывала в нем подобную участливость. Ему было несвойственно и диковинно испытывать эмпатию к картинке. Да, красивой, да, яркой и интересной, но все еще ненастоящей. Может это из-за недостатка нормального сна, вредных привычек и изоляции?       Если он чувствовал, то Сохи утопала. Для нее Юнги ценен особенно, почти тамагочи, за которым присматриваешь ни день, ни два, а месяцы, может годы. Возможно, его имя слетало с ее губ чаще, чем любое другое, а мысли стремились к язвительному блондину, игнорируя и работу, и Чонгука, и любую другую вещь, значимую в жизни Сохи. И Чон понимал, легко погрузиться во что-то далекое от реальности, тем более, когда в тебе нуждались. Почти мечта из детства про волшебный мир, взывающий к тебе, как к спасителю. Только вот особняк ужасов вряд ли похож на магическое измерение, а клавиатура на меч или посох. И кто знал, каким сам Чон станет через месяц или два; насколько переплетется с персонажем и полюбит «Симуляцию». Превратится ли его любопытство в приятную рутину, без которой день будет пустым и неполноценным? Наверняка. Он уже сейчас чувствовал, что тянет к ночи, к прокачке, уровням, Исо и прочему. Ему до дрожи интересен мир «Симуляции». Реальный же скучен и пресен, в нем Чону не за что зацепиться и удержать внимание, не навредив себе в процессе.       Он сбежал в чужие кошмары от собственных, как сделала Сохи несколько месяцев назад. В этом они всегда были очень похожи.              Они списались к вечеру. Настроение у Чонгука заметно подпортилось разговором с отцом и вынужденным выходом из дома. С тех пор, как взял отпуск, внутри засела вина за слетающие с губ отговорки. Чон всеми силами противился встрече с родителем. Сам не знал, что тревожило, но заставить себя посмотреть в глаза отцу пока было выше сил. Наверное, Чонгук боялся, что тот увидит неравнодушие к уходу «чужой» и далекой женщины. Старший Чон мягкий, его тоска сына сломает.       Чонгук бросил на стол пакет с продуктами, параллельно отвечая на сообщение Сохи, высветившееся на экране: «Проснулась тридцать минут назад. Чувствую себя так, словно по мне катком проехались». «Я не удивлен, ты же почти не спишь». «Кто бы говорил…»       Чонгук усмехнулся, быстро раскидав лапшу быстрого приготовления, яйца, несколько шоколадных батончиков и кофе по местам. Оставил на столе только две пачки сигарет и энергетик, щелкнув крышкой и сделав большой глоток. «Я поспал часик. Сначала не хотелось, и один из игроков писал, потом разговор с отцом убил остатки сонливости». «Что говорит отец?» — первое сообщение, следом еще два: «Постой, игрок?» «Тебе кинули запрос? Кто? Зачем?»              Чонгук начал с последних вопросов. Объяснил вкратце, пересказав свой диалог с jinny1, описав его лаконичным: сойдет. Сохи в ответ заверила, что он такой и есть, но в команде работать умеет и вообще неплохой, только любит строить из себя крутого. Впрочем, не упустила возможности и Чонгука поддразнить, отметив сходство, с которым Чон из вредности не посмел согласиться. «А отец, ну, как всегда спрашивает, когда приеду, все ли ок и прочую ерунду. Но ты же знаешь, я ужасно отвечаю на простые вопросы». «Знаю, Чон-и. Я тебя дрессирую, но толку нет».       Чонгук даже не съязвил. Проглотил комментарий и плавно съехал с темы. Рассказал про уровень, перейдя на голосовые. Забравшись на подоконник в спальне, поставил рядом пепельницу и закурил, особо ночным «приключением» не восторгаясь, но выделяя понравившиеся механики в общении с Исо и особенности ее действий. — Я не знаю, мне дали персонажа с религиозным страхом, это интересно, но я не шарю… Максимум в моем арсенале подкаст про Мэнсона и «Кэрри» Стивена Кинга, и то не книга, а тот фильм с Хлоей Морец, который мы вместе смотрели. Мне ждать чего-то подобного? Исо говорит о католицизме, всюду мелькает атрибутика, а я чувствую себя несмышленым ребенком. Очевидно, посыл игры — бороться со страхами, но Исо меня не слушает. Когда доходит до разговоров об этом, она упрямится. — О, Чон-и, из того, что я услышала, вы два сапога пара. Но в самом деле, думаю ей рано становиться осознанной. Это на то и страхи, верно?       Сохи была права. Чон откинул голову на стену позади, выдыхая струйку дыма в воздух. В тишине воспроизвелось следующее голосовое. — Знаешь, мы с Юнги до сих пор особо не обсуждали, откуда взялись его фобии. У него очень одинокие уровни… За исключением той с Тэхеном. Пожалуй, это единственный раз, когда я видела, как может вести себя мой персонаж с другими. И он хороший, только колючий. Прячется и закрывается ото всех. Напоминает кого-то, да? Я думаю, что в этом часть смысла игры. Понять себя через другого. — А я думаю, что ты в «мечтательном» настроении. Это потому что выспалась? — Чонгук хрипло посмеялся, смахнув пепел и по привычке языком обрисовав прокол в губе. — Ты кретин, в курсе? — Сохи тоже посмеялась. — Кстати о сектах. Я тут загуглила про католицизм в Корее и случайно наткнулась на парочку статей про воспитательное учреждение… Сейчас, погоди секунду.       Сообщение оборвалось. Чонгук не спешил любопытствовать и вообще двигаться. Энергии в теле было немного. Обстановка влияла успокаивающе, окутывая приятной безмятежностью. Чонгук потушил сигарету и прикрыл глаза. На плечи словно накинули теплое одеяло. Легкий ветерок, тянущийся через открытую форточку, ласкал кожу, а звуки города создавали ненавязчивый фон, в кои-то веки не раздражая. Чон практически задремал. Клюнул носом, дернувшись и машинально сжав телефон в руке, секундно растерявшись. Потер глаза и размял шею, не рискнув переместиться в кровать, вместо этого вернувшись на кухню к открытому энергетику. Сохи к тому времени записала ему пять голосовых сообщений длительностью от минуты до десяти. «Знаешь, думаю, подкаст про Мэнсона длился меньше», — не удержавшись, набрал Чонгук, получив саркастичное «ха-ха» в ответ.       Занял руки, поставив чайник и кинув в тарелку лапшу, следом высыпая специи. По большей части, есть не хотелось, но перевесили доводы рассудка в необходимости хоть немного забить живот. Рацион обещал желать лучшего. Гастрит приветливо махал рукой. Если и дальше травить легкие табаком, а организм питать кофейными напитками и энергетиками, периодически чередуя с соджу, то Чон рисковал разориться на медицинских услугах. Его страховка мало что покроет. Может, удастся взять себя в руки и начать готовить хотя бы завтраки?       С этими мыслями воспроизвел сообщения Сохи, переключив рассеянное внимание, настоятельно заставляя себя сфокусироваться. Вот и накопительный эффект от издевательств над собой. — Итак, в общем, о чем я? Ах, да! Воспитательное учреждение Енгван. Информации мало, вроде как расследование открыто. Суть в злоупотреблении полномочиями и применении зловредных методов, явно нарушающих свободу и наносящих психологический ущерб воспитанникам. Конкретики мало, тут скорее пишут в стремлении привлечь внимание. Издательство крохотное. Может и желтуха… Но порыться интересно. — Я думаю, это будет ближе к предыстории Исо, чем «Кэрри». В корейском стиле. Но я могу и ошибаться, слишком восхваляю и жду всего лучшего. Может разработчики вдохновляются более популярными и известными случаями, нежели выискивают мелкие новости и адаптируют в игре. А вдруг каждая история — плагиат наглейший? Не зря же игра в даркнете. Даже не засудишь за нарушение авторских прав в случае чего… Просто не ясно, кого судить. — Блин, Чон-и, было бы так круто, если бы игра еще сильнее воздействовала на реальность. В духе, я вбиваю в поиск «Мин Юнги» и нахожу моего персонажа, но настоящего. Взрыв мозга же?       Долгое молчание, прерываемое стуком по клавишам. Сохи проверяла посетившее озарение. — Гугл молчит. Но кто я такая, чтобы на этом остановиться?       Дальше около трех минут поиска подходящих запросов и попыток выловить крупицы во всевозможных браузерах. Отчаянная жажда подпитать обсессию на проекте.       Чонгуку тревожно. Как-то чересчур.       Машинально заварил лапшу, сделал несколько кусочков, но вкус едва чувствовал. Мысли улетели, пальцы потянулись к чату, и Чонгук ответил на все услышанное, отмечая, что Сохи записывала новое сообщение. «Ты безумная. И как, нашла?»       Отложил телефон, проведя рукой по лицу. Усталость впивалась в тело, давила на веки и череп. Чонгуку нужно было поспать, но страшно было не проснуться вовремя. Если сейчас упадет на кровать, то сползет с нее только к утру, настолько утомлен.       Он покусывал нижнюю губу, мучая место прокола и беспокойно потрясывая ногой под столом, чтобы прогнать прижавшее к стулу истощение. Спать нельзя.       Уведомление заставило вздрогнуть. Вывело из транса. — Я довольно поверхностно пошарилась. Нужного Мин Юнги не обнаружила, но зато нашла несколько статей, знаешь чьего авторства? Чонгук, некой Чо Исо, представляешь? Ты говорил, она журналистка по предыстории? Я уверена, они это специально. Офигеть, как продуманно! Я скину тебе статьи. — А ты не думаешь, что в тебе проснулось магическое мышление? Ну, всякие аффирмации во вселенную, теории заговора и взаимосвязи там, где их нет? — хрипло отозвался Чон, но по ссылке перешел, удостоверившись в том, что сказала Сохи.       Скинутые статьи не имели ничего общего с миром «Симуляции», религиозностью и особняками ужасов. Если здесь крылись ответы на загадки для особенно отбитых фанатов, то Чон их не нашел, однако поймал детективный флер и захотел тоже что-нибудь отрыть. Не зря ведь говорят: «один раз — случайность, два — совпадение, три — закономерность». Пока был только один. — Должна же быть база, где есть информация об этой Чо Исо, да? Или может поискать ее соц. сети? — Я уже посмотрела в Facebook и Instagram… Если и есть, то явно у нее какой-то никнейм и/или профиль закрытый. Так не найдешь. Предлагаю, Чон-и, завтра встретиться и поиграть в расследование. Сойдешь за азиатского Леона Кеннеди. — Почему он? У нас же не зомби-вирус всех кошмарит и спасение мира на кону… Так, детская шалость, — Чонгук усмехнулся, сравнение все равно поддержал. — А ты тогда Клэр? — Леон — единственный коп, который пришел мне в голову. И да, согласна быть Клэр.       На этом переписка прервалась. Чонгук не решился самостоятельно продолжать рыскать в сети, да и состояние не позволяло. Слишком потрепанный, вялый и не соображающий. Доедать быстрый ужин не стал, несколько минут просидев, тупо пялясь в стену. Поплелся в спальню, шаркая ногами по полу и по неосмотрительности влетев плечом в дверной косяк. Ненадолго привело в чувства.       Чон метался по комнате. Старался не застывать в одном положении. Потирал покрасневшие и побаливающие глаза. Повторял про себя текста известных песен. Сделал разминку, припоминая упражнения, что прежде занимали каждое его утро. Завел будильники на каждый час по три, на случай, если потеряет счет времени. И несмотря на все усилия, голова оказалась на подушке, а веки сомкнулись. Сон проглотил его, как кашалот мелкую рыбешку, без шанса.       Уснул крепко, но на подкорке засело беспокойство. Если не зайдет до полуночи, что будет с его персонажем? Исо нельзя бросать. «Симуляцию» нельзя так бросать. Он обязан проснуться. Он должен. Только подремлет еще пять минуточек.