Часть 9.

Сулейман услышал новость о поджоге, когда Махидевран вышла от него. Ибрагим смотрел на шехзаде с намёком. Он понимал кто может быть виновен, но не высказывался. Как и Сулейман. - Я поеду туда через пару дней. - произнёс он, заканчивая читать отчёт о торговой сделке с генуэзской купчихой. - Пусть Элларию подготовят сегодня вечером. - Хорошо, шехзаде. - произнёс Ибрагим и поклонился. Девушка услышав, что она пойдёт к шехзаде расцвела и стала готовится. Она пошла в хамам и стала думать о наряде. В своих покоях Хафса узнав новость усмехнулась. Как бы сильно сын не любил Кальбимин другие девушки всё равно заходят к нему в покои. Кальбимин же сидела и занималась с сыновьями грамматикой и другими языками. Самым важным она считала выучить персидский и английский. Дальше будет уже отталкиваться от их предпочтений. Фатих и Гюркан учились с удовольствием, а вот Умид ленился. Но ему было только два года и Кальбимин махнула рукой. Пусть. Нуршах ползал рядом и с удовольствием узнавал новое. Блондинка закончила урок, когда услышала от Айсель что к шехзаде идёт Эллария. - Хорошо. - она просто пожала плечами и после стала готовиться ко сну. Служанки с удивлением посмотрели на равнодушное лицо баш-кадын и стали собираться. Рабыни вышли и спустились в ташлык, где смогли посплетничать. - Кажется будто она и не любит шехзаде. - прошептала Сонай. - Она так равнодушна к другим. - согласилась с ней Гульрух. - Госпожа просто знает за кого выходила замуж, вот и привыкла. - попыталась поспорить Нурбике и её поддержала Адия. - Вот-вот, она сама выбирала ему гарем и сама обучала Элларию, так что думаю к ней она не ревнует. - Адия поддержала подругу. Гарем подслушивал разговор и в него решила вклиниться служанка Мюкриме. - Если и есть к кому ревновать, то только к моей госпоже. Она была первой наложницей шехзаде, его первой женой и любовью. - произнесла Рукие Хатун. - Мюкриме Хатун уже давно не в фаворе шехзаде. - ответила ей Долунай. - Но он всё ещё её уважает и почитает. - не согласилась с ней Закие. Слуга Султана Селима Коркут ага услышав сплетни усмехнулся. - Девушки нашли о чем сплетничать. - проворчал он, разгоняя их по урокам и делам. - В гареме падишаха больше страстей происходит. Вы знали например, что у нашего шехзаде есть брат, который родился уже в браке наложницы? - мужчина решил подкинуть тему для размышления гаремным девицам. Теперь эта тема обсуждалась всеми девушками, пока её не услышала Махидевран. - Главное, чтобы он на престол не претендовал. - произнесла она, укачивая Мустафу. - Как думаешь, Гюльшах позовёт меня шехзаде? Ах, как бы я хотела в его объятиях оказаться. - Позовёт, госпожа. Я уверена. - произнесла она, играя с Махмудом. Гюльбахар услышав новость о наложнице лишь вздохнула. Она привыкла быть нелюбимой и единственный её свет это Годже. Её прекрасная девочка. Сулейман редко её звал и в основном с дочкой, так что она посвятила себя ей. Маленькая Годже многое понимала и впитывала в себя знания. Теперь черкешенка не стремилась в покои. Она хотела одного - вырастить из дочери идеальную султаншу. Гарем был спокоен все время пока они были в Стамбуле. Сулейман понял прекрасно, что именно его прекрасная жена была той, кто создал пожар, но ничего не сказал. Девушки из Старого Дворца были подарены, проданы и распределены к разным родственникам Султанской семьи. Кальбимин нашла и себе служанок. Старый Дворец реконструировали, но больше там гарем не размещался. Туда отправлялись провинившиеся девушки, забытые фаворитки и те, кто потерял ребенка шехзаде или Падишаха. Но некоторые из последних могли остаться, если у шехзаде или Падишаха было желание. Или у неё еще были дети. Проверили на Элларии, которая забеременела и потеряла ребёнка. Девушка была отослана и Сулейман про неё даже не вспоминал. За время пока он был регентом все его наложницы рабыни были отправлены в Старый Дворец. Незаметно настал 1517 год. Султан Селим писал, что возвращается домой в Стамбул. Его встречали младшие дочери, жена, сын и его жена. Махидевран поджала губы. Она должна быть там, она должна встречать свёкра. Но она могла лишь злиться. - Сын мой, надеюсь в империи все хорошо? - спросил Селим, когда приехал и встретил в семью. - Все прекрасно, мой Повелитель. А наша семья шириться. - произнес он с улыбкой, переведя взгляд на жену. Хатидже, Шах и Хафизе с удивлением смотрели на брата. Кальбимин же только нежно улыбнулась и поднесла руки к животу. - Кальбимин беременна и в конце осени подарит династии шехзаде или султаншу. Девушки переглянулись, а Кальбимин лишь улыбнулась. Она знала, что внутри нее девочка. Ее драгоценная султанша. - Мой лев, поздравляю тебя. Ин ша Аллах у нас появится еще одна султанша. Девочки самое главное сокровище мужчины. Особенно его дочери. - произнёс Селим и с улыбкой посмотрел на своих дочек. Им принесли ужин и Селим наблюдал за сыном, иногда переговариваясь с женой и дочерьми. - Я не могу, Сулейман. - прошептала Кальбимин. - Мне от одного аромата дурно, а еще есть... - Давай тогда к тебе в покои пойдём. Там будет чай и твои зелья. - произнёс Сулейман тихо. - Посидим еще немного. Нельзя проявить неуважение к Падишаху. - произнесла она и выпила немного шербета. - О чем шепчетесь, муж и жена? - спросил Селим переводя взгляд на сына. - Об имени. - невозмутимо ответила Кальбимин. - Для мальчика Джунейд или Халид. - произнесла она. - Для девочки Ханзаде, Мирай или Долунай. - произнёс Сулейман. Хафса ужасно не могла терпеть Долунай, заразилась от свекрови и тут же сказала. - Долунай не подходит для султанши. Ханзаде красивое имя. Принцесса. - произнесла она с улыбкой. - Долунай идеально подходит для султанши. - отрезал Селим и крымчанке пришлось замолчать. - Есть еще имя Айшель. - произнесла Хафизе. - Или Сальсабиль. Райский источник воды. - предложила Хатидже. - Рабия Бала. - произнесла твёрдо Шах и все с недоумением посмотрели на неё, а Кальбимин задумалась. Многие тезки повторяют судьбу тех в честь кого их назвали. Рабия Бала Малхун Хатун была той, что подарила магию всему роду Османов. Величайшая колдунья своего времени, которая была рядом с мужем и плечом к плечу сражалась с ним. - Рабия Бала Малхун. - произнесла твёрдо Кальбимин. - Прекрасно. - согласился Селим, заметив, как до этого задумалась невестка. Кажется смотрела будущее и была уверена в девочке, но кое-что надо добавить. - А для мальчика Алаеддин еще подходит. - произнёс он. - Красиво. - произнесла Кальбимин и поморщилась. - Повелитель, я не очень хорошо себя чувствую. Разрешите я пойду в покои? - попросила она. - Конечно. Сулейман, проводи жену. - произнёс Султан и пара вышла, поклонившись. Теперь Селиму предстояло сказать своим дочерям, что в этом году они выходят замуж. Сулейман же в это время взял любимую жену на руки и понес в покои. Кальбимин засыпала на ходу. - Ты в остальные беременности не была такой сонной как в эту. - произнёс он, проходя мимо трех рабынь, одной из которых была Гюльшах. Услышав слова шехзаде она поняла, что ее госпожа снова будет плакать и писать отцу. Она ведь тоже подозревает беременность. Алтынай и Назым услышав слова шехзаде в шоке переглянулись. Они распрощались с Гюльшах. Каждая пошла разносить новость. - Гюльшах, смотри Мустафа уже ползает. - произнесла она смотря на второго сына. Мустафа стоял на ножках и немного ходил, плюхаясь снова на задницу. - Госпожа, я кое что услышала. - произнесла она, понимая, что сейчас будет истерика. - Что эти курицы опять говорят? - спросила она не прекращая улыбаться, глядя на сыновей и поглаживая живот. Она получила пару дней назад подтверждение о беременности. - Я подслушала разговор шехзаде и Кальбимин. Госпожа, эта змея беременна. - произнесла Гюльшах, опуская взгляд. Хорошее настроение, которое было ещё минуту назад растворилось. - Что? - произнесла она с шоком, смотря в стену. - Кальбимин беременна. - произнесла она. Махидевран прижала руки к животу. Ее малыш снова должен был родиться в одно время с ребенком этой змеи. - Почему так, Гюльшах? Я дочь князь, моя кровь чище, я выше по положению, красивее, а она жена. Я же все еще ниже по положению. - черкешенка с болью смотрела на Махмуда и Мустафу. - Может стоит подумать, что так нравится шехзаде в ней и сделать ещё лучше, чем она. - предложила Гюльшах. - Она дерется на сабле, катается на лошади, читает Коран и вовсю переманивает девушек из гарема. - произнесла Тахрие хатун, одна из её подручных еще с далеких времен Черкессии. - Значит стоит отдать мои старые платья наложницам, а так же начать читать Коран. - произнесла она. - И после того, как я приму мусульманство у Сулеймана, то открою кухню для бедных. План созрел в ее мечтах. И она собирается его выполнить.