Пролог: Пепел Конохи - Глава 3: Эхо в Пустоте

Пролог: Пепел Конохи

Глава 3: Эхо в Пустоте

Дождь хлестал безжалостно, превращая землю в грязевое месиво. Молнии вспарывали черное, как смоль, небо, на мгновение освещая фигуру в темном плаще, стоящую на краю обрыва. Это был Саске Учиха. Его Вечный Мангекё Шаринган горел во тьме, легко отслеживая движения дюжины шиноби из Кумогакуре, которые пытались окружить его. "Учиха Саске!" — прорычал их капитан, мускулистый мужчина с татуировкой облака на плече. "По приказу Райкаге-самы вы арестованы за неоднократные нападения на патрули Кумо! Сдавайтесь, и, возможно, вы сохраните свою жизнь!" Саске молчал. Его не интересовали ни они, ни их приказы. Он был здесь по другой причине — выслеживал группу нукенинов, похитивших редкие свитки с техниками клана Узумаки из одного из заброшенных храмов. Он чувствовал, что эти свитки могут дать ему ключ к пониманию силы Наруто, а может, и способ вернуть его в деревню... вернуть к нормальной жизни. Именно в этот момент, когда он собирался покончить с назойливыми шиноби Кумо, это и произошло. Это не был звук или образ. Это был крик. Безмолвный крик души, пронесшийся через сотни километров и ударивший прямо ему в сознание. Он узнал его мгновенно. Это был Наруто. В этом крике было все: шок от предательства, агония от смертельной раны, прощание, полное невыносимой горечи, и последнее, отчаянное тепло. Прощай, Брат! Саске застыл. Мир вокруг него потерял все звуки. Шум дождя, раскаты грома, крики ниндзя Кумо — все исчезло. Он ощутил это так же ясно, как собственное сердцебиение. Чакра Наруто. Этот безграничный, теплый, сияющий, как солнце, океан энергии, который он всегда мог почувствовать, где бы ни находился... исчез. Не ослаб. Не угас. Он просто исчез. Словно кто-то вырвал солнце с небес, оставив после себя лишь холодную, мертвую пустоту. "На...руто?" — прошептал он, его голос был едва слышен за стеной дождя. В этот момент секундного замешательства шиноби Кумо атаковали. "Стихия Молнии: Сеть Грома!" Десятки электрических разрядов сплелись в сеть, устремившись к Саске. Но они опоздали. Пустота в его душе сменилась всепоглощающей, вулканической яростью. "АМАТЕРАСУ!" Черное пламя вырвалось из его левого глаза. Оно не просто сожгло сеть молний — оно пожрало ее, устремившись к атакующим. Крики ужаса и агонии были короткими. За несколько секунд от элитного отряда Кумо остались лишь дымящиеся силуэты на земле и запах горелой плоти, который тут же смыл дождь. Саске не обратил на них внимания. Он уже не был здесь. Бросив все — миссию, свитки, осторожность — он сорвался с места. Его тело окутала фиолетовая аура Сусаноо, и он понесся в сторону Конохи со скоростью, превосходящей даже скорость Желтой Молнии его отца. Каждый удар его сердца отдавался в ушах одним словом: "Нет... нет... нет... нет..." Он ворвался в Коноху, как метеор, приземлившись прямо посреди главной улицы и расколов землю. Жители в ужасе разбегались. Анбу окружили его в считанные секунды. "Учиха Саске, вы..." "Где он?" — прервал их Саске, его голос был низким и опасным, как рычание зверя. "Где Наруто?" Вместо ответа перед ним появился Минато Намикадзе. Лицо Четвертого Хокаге было бледным и измученным. "Саске... успокойся. Произошел инцидент..." "Я спрашиваю, где он?!" — взревел Саске, и давление его чакры заставило шиноби вокруг него пошатнуться. На площади появились и остальные: Кушина, Цунаде, Какаши, советники. Их лица были мрачными. Они уже подготовили свою историю. "Наруто... он потерял контроль над силой Девятихвостого", — начала Цунаде, ее голос дрожал, но она заставляла себя говорить. "Его сила вырвалась наружу. Он представлял угрозу для всей деревни... для всего мира. Нам... нам пришлось его успокоить". "Успокоить?" — повторил Саске, в его глазах опасно заплясали узоры Мангекё. "Он... он погиб, Саске", — закончил Минато. "Его тело было уничтожено его собственной силой. Нам очень жаль". Саске смотрел на них. На каждого по очереди. На Минато, который не мог выдержать его взгляда. На Кушину, которая прятала лицо в ладонях. На Какаши, который смотрел в землю. На Сакуру, которая дрожала, как осиновый лист. Они лгали. Его Шаринган видел больше, чем просто слова. Он видел тончайшие колебания в их потоках чакры. Он видел ложь, вину и страх в их сердцах, сияющие, как маяки во тьме. Он видел отголоски их эмоций в момент предательства. "Вы лжете", — прошипел он. Он сделал один шаг, и в его руке материализовался клинок из молнии — Чидори. Но прежде чем он успел атаковать, его тело сковали тени. Техника клана Нара. "Не надо, Саске", — сказал Шикамару, выходя вперед. "Это было решение Совета. Для блага деревни. Это было хлопотно, но необходимо". Иноичи Яманака попытался вторгнуться в его разум, чтобы "успокоить" его, подправить воспоминания, как они, вероятно, планировали. "Не смей лезть мне в голову!" — прорычал Саске. Его Сусаноо вспыхнуло фиолетовым пламенем, разрывая теневые оковы и отбрасывая всех вокруг. Иноичи закричал и схватился за голову, его разум был обожжен ментальным контрударом. Саске больше не нужно было сражаться с ними. Он уже получил ответ. Он схватил ближайшего оперативника Корня, который пытался напасть на него сзади, и его Шаринган впился в глаза жертвы. "Покажи мне". Гендзюцу было мгновенным и абсолютным. Саске не просто вырвал правду. Он пережил последние минуты Наруто глазами этого шиноби. Он увидел все. Засаду. Ложь. Холодные глаза Кушины. Молчание Минато. Удар мечом. И вспышку золотого света. Он отшвырнул безжизненное тело оперативника в сторону. Тишина. Весь мир, казалось, затаил дыхание. А потом Саске поднял голову. И слезы, смешанные с кровью, потекли из его глаз. Но он не плакал от горя. Он плакал от ярости. Он рассмеялся. Таким же сломленным, безумным смехом, каким смеялся Наруто перед смертью. "Ха... ха-ха... ха-ха-ха-ха-ха! Деревня... Семья... Воля Огня..." — он смеялся, пока смех не перешел в рык. — "ВЫ ВСЕ — ЛИЦЕМЕРНАЯ МРАЗЬ!" Он поднял руку в сторону монумента, нависшего над деревней. Скалы с лицами Хокаге. Символ их силы. Их наследия. "Вы уничтожили свою надежду! Вы убили своего спасителя! Так смотрите же, как рушатся ваши символы!" Его Сусаноо выросло до гигантских размеров. Фиолетовый призрачный воин занес свой меч. "Саске, нет!" — крикнул Минато, формируя в руке Расенган. Но было поздно. Меч Сусаноо, окутанный черным пламенем Аматерасу, обрушился на Скалу Хокаге. Камень треснул. Затем раздался оглушительный грохот. Лица Хаширамы, Тобирамы, Хирузена, Минато и Цунаде — вся история Конохи — рассыпались в пыль и горящие обломки, которые дождем посыпались на деревню. Саске стоял посреди хаоса, его Сусаноо медленно таяло. Он смотрел на лица шиноби Конохи — на их ужас, их гнев, их непонимание. "Слушайте меня, черви, называющие себя шиноби Конохи!" — его голос, усиленный чакрой, разнесся по всей деревне. "Вы убили Узумаки Наруто! Вы убили моего брата! С этого дня вы все — мои враги! Каждый из вас! Я не остановлюсь, пока от вашей прогнившей "Воли Огня" не останется даже пепла! Я стану тьмой, что поглотит ваш свет! Я стану призраком, который будет охотиться на вас в ваших кошмарах! Запомните этот день! День, когда вы создали своего могильщика!" Он повернулся, чтобы уйти. "Саске, стой!" — крикнула Сакура, протягивая к нему руку. "Не уходи! Мы можем все исправить!" Саске медленно обернулся. Его взгляд был настолько холодным и полным ненависти, что Сакура отшатнулась. "Ты... тоже предала его. Ты плакала, но все равно вонзила в него нож. Твои слезы ничего не стоят". Он растворился в вихре из ворон, не оставив и следа. Он исчез. Но его слова, его обещание мести остались, повиснув над разрушенной Конохой, как погребальный саван. Мир шиноби для него тоже перестал существовать. Теперь существовал только его личный крестовый поход. Поиск правды. И месть.