Часть 2: Позолоченная Клетка - Глава 9: Маленький Принц и его Защитник

Часть 2: Позолоченная Клетка

Глава 9: Маленький Принц и его Защитник

Прошло еще два года. Наруто исполнилось семь. За это время ничего не изменилось. Риас становилась все более высокомерной и избалованной, ее сила Разрушения росла, и вместе с ней росла ее уверенность в собственной исключительности. Наруто же становился все тише и незаметнее. Он прочел почти всю основную библиотеку поместья, включая секции, запрещенные для детей. Его знания о мире демонов, их истории, политике и магии теперь могли бы соперничать со знаниями многих старейшин. Но сейчас все внимание дома Гремори было приковано не к близнецам. Оно было сосредоточено на Грейфии. Жена наследника и действующего Сатаны Люцифера должна была вот-вот родить. Это событие было огромной важности. Все ждали рождения ребенка, в котором сольется мощь клана Баел, олицетворяемая силой Разрушения, и кровь клана Люцифуг, известного своей преданностью и уникальными способностями. Особенно этого ждал Зекрам Баел, глава своего клана и дед Сэрзекса, один из самых влиятельных и консервативных демонов в Преисподней. Наруто наблюдал за своей невесткой все эти месяцы. Грейфия стала для него единственным близким существом в этом мире. Он видел, как тяжело ей дается эта беременность — не физически, а морально. На нее давили со всех сторон. Сэрзекс, поглощенный своими обязанностями Сатаны, уделял ей все меньше внимания. Зеотикус и Венелана видели в ней лишь инкубатор для производства могущественного внука. А старейшины кланов Баел и Гремори открыто говорили о том, что ее "долг" — родить носителя силы Разрушения. Единственным, с кем Грейфия могла говорить по-настоящему, был семилетний Наруто. Он часто приносил ей книги, составлял компанию во время прогулок по саду, или просто молча сидел рядом, пока она отдыхала. Он не задавал ей глупых вопросов и не давал пустых советов. Он просто был рядом, и его спокойное, мудрое присутствие действовало на нее лучше любого успокоительного. "Ты волнуешься?" — спросил он однажды, когда они сидели на скамейке у пруда. Грейфия грустно улыбнулась, поглаживая свой живот. "Я боюсь, Наруто-сама. Боюсь, что не оправдаю их ожиданий". "Чьих ожиданий?" — спросил он, глядя на отражение в воде. "Тех, кто видит в этом ребенке не личность, а лишь продолжение своей силы?" Грейфия удивленно посмотрела на него. Иногда слова этого мальчика были острыми, как бритва. "Неважно, какую силу он унаследует", — продолжил Наруто, его алые глаза встретились с ее. "Важно, что он — твой сын. И этого должно быть достаточно". Эти простые слова стали для Грейфии спасением. Она поняла, что в этом доме есть хотя бы одна душа, которая будет любить ее ребенка просто за то, что он есть. И вот, день настал. Роды прошли успешно. Родился здоровый мальчик. Его назвали Миликас. Но когда маги-целители провели диагностику его магической силы, радость в поместье мгновенно сменилась гробовой тишиной, а затем — плохо скрываемой яростью. Миликас Гремори не унаследовал силу Разрушения. Ни капли. Вместо этого, в нем проявилась чистая, концентрированная сила клана Люцифуг. Уникальная пространственная магия и способности, присущие роду его матери. Он был точной копией Грейфии, а не Сэрзекса или Баел. Для Сэрзекса это был удар по его гордости. Для Зеотикуса — очередное "пятно" на репутации дома. Для Зекрама Баеля и старейшин — прямое оскорбление. Началась тайная, тихая травля. С Миликасом обращались немногим лучше, чем с Наруто. Если Наруто был "позором", то Миликас стал "разочарованием". Сэрзекс, который должен был стать любящим отцом, был холоден и отстранен. Он почти не брал сына на руки, видя в нем лишь напоминание о своей "неудаче". Зеотикус и Венелана были вежливо-холодны. Старейшины и вовсе открыто его игнорировали. Грейфия была в отчаянии. Она видела, как ее маленький, беззащитный сын растет в той же атмосфере нелюбви, что и Наруто. Она пыталась говорить с Сэрзексом, но он лишь отмахивался, ссылаясь на государственные дела. Она была одна против всей своей новой семьи. Именно в этот момент в ее покои, где она сидела, укачивая плачущего Миликаса, вошел семилетний Наруто. Он ничего не сказал. Он просто подошел к колыбели, заглянул в нее и посмотрел на крошечного младенца. Миликас, который до этого плакал не переставая, внезапно затих. Он открыл свои серебристые, как у матери, глазки и с любопытством уставился на золотоволосого мальчика с алыми глазами. Затем он сделал то, что поразило Грейфию до глубины души. Он улыбнулся. Крошечной, беззубой, но абсолютно счастливой улыбкой. И протянул к Наруто свою маленькую ручку. Наруто на мгновение замер. А затем, очень осторожно, он вложил свой палец в ладошку племянника. Миликас тут же крепко сжал его. В этот момент между ними возникла связь. Связь двух одиноких душ в этом холодном, враждебном мире. "Он... он никогда никому не улыбался, кроме меня", — прошептала Грейфия, по ее щекам текли слезы. "Он чувствует", — так же тихо ответил Наруто, не отрывая взгляда от младенца. "Он чувствует, кто друг, а кто враг. Он не такой, как они, Грейфия-сан. Он лучше". Грейфия разрыдалась. Не от горя, а от облегчения. Ее сын не будет один. У него будет защитник. Тихий, мудрый, загадочный мальчик, которого все считали слабым, но который один во всей этой проклятой семье обладал настоящим сердцем. Но они еще не знали, насколько далеко готовы зайти старейшины в своем разочаровании. Пока в детской зарождалась новая, чистая связь, в темных залах поместья Гремори собирался тайный совет. Совет, на котором должна была решиться судьба маленького принца. На совете присутствовали Сэрзекс, Зеотикус, Венелана, Зекрам Баел и старейшины обоих домов. Риас, как "идеальная" наследница, тоже была там, впитывая яд семейной политики. Грейфию, разумеется, не позвали. "Этот ребенок — проблема", — проскрипел Зекрам. "Он не несет в себе нашей великой силы. Он ослабляет нашу родословную". "Что вы предлагаете, лорд Баел?" — спросил Сэрзекс, его голос был холоден. "От него нужно избавиться", — отрезал старейшина. "Тихо. Незаметно. Болезнь... несчастный случай. У нас будет еще много возможностей. Грейфия молода. Она родит нам настоящего наследника". Венелана и Зеотикус молчали, не смея перечить могущественному главе клана Баел. Риас смотрела на все это с детским любопытством и полным безразличием к судьбе двоюродного брата. А Сэрзекс... Сатана Люцифер, правитель Преисподней... после долгого, мучительного молчания, кивнул. "Да будет так". Приговор был вынесен.