Часть 8: Первый патч к протоколу изоляции

Воздух в логове стал другим. Он всё ещё пах пылью, старым пластиком и энергетиками, но теперь в эту знакомую химическую смесь вплетался новый, тёплый и сладковатый запах : Запах молочной смеси и чего-то неуловимого, живого. И 007n7, к своему глубочайшему изумлению, обнаружил, что этот запах ему... не противен. Он стал просто частью фона, словно как тот же гул работы ноутбука или чайника . Кулкид окончательно окреп. Его попытки ползать превратились в настойчивые и довольно быстрые передвижения по полу. Картонная «клетка» была безнадёжно скомпрометирована и в конце концов раздавлена в неравной борьбе. Теперь демонёнок был полноценным, хоть и низкорослым, жителем логова. И этот житель начал проявлять характер. Он уже не просто тянулся к блестящим проводам. Он с упрямством, достойным лучшего применения, пытался добраться именно до самого важного провода, того, что шёл к главной вещи в этом доме.А именно , это был ноутбук 007. Всё своё время, он не просто хныкал от скуки, он начинал издавать требовательные, повелительные звуки, если 007n7 надолго утыкался в монитор, игнорируя его существование. Однажды, поймав его у ножки своего компьютерного стола, да ещё и с таким видом, будто он собирается туда помочиться, 007n7 испытал не просто раздражение. Он испытал нечто новое .. Это было похоже на досаду, смешанную с... уважением? Этот мелкий упрямец обладал целеустремлённостью первоклассного хакера. -Ладно, -выдохнул он, снимая очки и протирая переносицу: - С тобой нельзя по-старому. Требуется апгрейд стратегии. Он не стал призывать c00lgui. Вместо этого всего, он провёл полноценную инвентаризацию своего хлама. Он нашёл старый, пыльный детский манеж, оставленный предыдущими жильцами. Помыть его было героическим подвигом, но он это сделал, бормоча под нос, что дезинфекция , это просто ещё один вид защиты периметра. Манеж был установлен в стратегически важном месте , а именно в поле его зрения, но вдали от проводов. Внутрь он сбросил всё, что могло сойти за игрушки: ещё пару кубиков, пластиковую бутылку с крышкой, старую, но исправную клавиатуру с отключенным шнуром. Кулкид поначалу возмутился новым заточением, но, обнаружив клавиатуру, увлёкся, с важным видом стуча по ней ладошками. Наступил момент, когда закончились запасы смеси и старых футболок. Раньше мысль о походе в магазин вызывала у 007n7 приступ клаустрофобии. Сейчас он просто вздохнул, надел капюшон и, к своему ужасу, поймал себя на мысли: «А не взять ли... его с собой?» Это была безумная идея. Абсурдная. Но логика была железной: оставить его одного , значит это было рискнуть, что он что-то спалит, сожрёт или просто устроит истерику от одиночества. Взять с собой: Это был хоть и слабый , но какой никакой контролируемый риск. Выйти на улицу вдвоём ,было больше похоже на высадку десанта на чужую планету. К тому времени, он благополучно позаимствовал детские вещи , находя объявления где люди отдавали вещи для детей буквально даром. Это был грех не воспользоваться. Хоть, ему было и сложно признаться, как именно он забирал эти вещи, уходя с ними через тёмные переулки, чтобы никто, не дай бог не увидел его с пакетами детских вещей . 007n7 неловко держал Кулкида на руках, к сожалению тот уже был слишком большим для корзины. Демонёнок, впервые оказавшись за пределами квартиры, замер, вцепившись пальцами в его одежду. Его алые глаза были расширены от изумления. Он смотрел на машины, на людей, на небо, и на его лице не было страха, а лишь жадное, ненасытное любопытство. 007n7 чувствовал на себе взгляды. Шёпот людей. Кто-то показывал пальцем. Его первым импульсом было оскалиться и прошипеть что-то ядовитое. Но он не сделал этого. Вместо этого он инстинктивно прижал Кулкида ближе к себе, прикрыв его своей одеждой, лишь ускорил шаг. Он не защищался. Он защищал его. В магазине Кулкид, оправившись от шока, начал проявлять активность. Он тянулся к полкам, пытался схватить банки с детским питанием и швырнуть их на пол. 007n7, изображая из себя статую спокойствия, начинал кипеть изнутри. Он пытался отвлечь его, сунув ему в руки пачку печенья, которую тот тут же попытался разорвать прорезающимися зубами: -Эй, полегче, -сипло прошептал он, вынимая из его рта размокший картон: - Это не для тебя. Кулкид посмотрел на него, и его глаза блеснули озорством. Он громко и радостно ляпнул что-то неразборчивое, разбрызгивая слюни. И тут случилось Нечто. Пожилая женщина в очереди у кассы умильно улыбнулась: -Ой, какой любознательный! Весь в папу! 007n7 застыл, словно его ударили током. Он посмотрел на женщину, потом на красного, рогатого Кулкида, сжимающего в руках пачку печенья, потом на своё отражение в стеклянной двери холодильника: На него смотрел тощее существо,обросшее и в потрёпанной одежде ,в помятом гамбургере и розовых очках. «Папа». Слово повисло в воздухе, огромное, абсурдное и... не вызывающее немедленного отторжения. Оно просто было. Как факт. Как ещё один странный баг в системе. Он не стал ничего отвечать. Он просто быстро расплатился и почти бегом вытащил Кулкида на улицу. Обратный путь был тихим. Кулкид, утомлённый впечатлениями, заснул у него,утыкаясь в его плечо и посасывая во сне свой кулачок. 007n7 нёс его осторожно, уже не как обузу, а как хрупкий, бесценный груз. Он смотрел на спящее доверчивое личико, прижатое к его плечу, и чувствовал что-то тяжёлое и тёплое в груди. Нечто, что мешало дышать, но при этом делало его... прочнее. Вернувшись в своё логово, он уложил Кулкида спать. Потом сел за компьютер. Но вместо того чтобы погружаться в привычный хаос, он открыл чистый файл. И начал печатать. Не код. Не скрипт. А список. 1. Детское питание (овощное). 2. Подгузники (размер 2). 3. Манеж (укрепить стенки). 4. Игрушки (развивающие, без мелких деталей). 5. Найти работу? Это был не план атаки. Это был протокол поддержки. Протокол для своего... для Кулкида. Он откинулся на спинку кресла. Гамбургер на его голове съехал набок. Жёлтое существо тихо и умиротворенно посапывало. Впервые за много лет в его логове, в этом цифровом ковчеге отчуждения, было не просто тихо. Было спокойно. Он всё так же ненавидел весь мир. Но один маленький, красный, рогатый кусочек этого мира стал для него не частью проблемы, а... его личным, защищённым сегментом сети. И за этот сегмент он был готов сражаться с кем угодно.