Часть 24: Диагноз: отсутствие ошибки

Дом больше не казался безопасным. Воздух в нём был густым и тяжёлым, как пепел. 007n7 сидел на кухне, уставившись в стену. Кулкид был закрыт в своей комнате , совсем не для наказания, а потому что 007n7 боялся смотреть на него. Тот безумный, восторженный блеск в алых глазах преследовал его. Он не мог это игнорировать. Школьные издевательства ,это было одно. Но радость при виде уничтожения чужого здания, работы его друга .. Это был не баг. Это был сбой в самой основе. На следующий день он отвёл Кулкида к детскому психиатру. Кабинет был ярким, с игрушками и плакатами. Врач, женщина с мягким лицом и внимательными глазами, попросила 007n7 подождать в коридоре. Он сидел на жёстком диване, сжимая и разжимая кулаки. Каждая секунда длилась вечность. Он слышал обрывки фраз за дверью: спокойный голос врача, звонкий, оживлённый голосок Кулкида. Через час дверь открылась. Врач выглядела серьёзной. Она пригласила его в кабинет. Кулкид сидел на полу и собирал пазл, выглядел совершенно довольным. - Доктор? - голос 007n7 прозвучал хрипло. Она кивнула, глядя на свои записи: -Мистер 007n7... Ваш сын... необычный ребёнок. Проведя беседу и тесты, я не обнаружила у него классических расстройств поведения. Нет признаков оппозиционного поведения, синдрома гиперактивности в его деструктивной форме. Она сделала паузу, подбирая слова. -Он продемонстрировал блестящие когнитивные способности, особенно в области логики и анализа. Но когда мы заговорили о вчерашнем инциденте...- она посмотрела на него поверх очков: - ...он описал это как «интересный тепловой эксперимент». Он подробно, с техническими деталями, объяснил процесс горения, но когда я спросила о чувствах его знакомого, который работает в этой пиццерии, он посмотрел на меня с искренним недоумением. 007n7 почувствовал, как по спине бегут мурашки: -То есть... он не чувствует вины? - Он не демонстрирует понимания вины или эмпатии в контексте этого события, - поправила его врач: - Для него мир это сложная, интересная система. Люди, предметы, здания , всё это как элементы кода. Он может анализировать их взаимодействие, но не проецирует на них эмоциональную ценность. Сжечь пиццерию для него было тем же, что... удалить ненужный файл. Эффектно, интересно, но без моральной составляющей. - Но он же любит Эллиота!- вырвалось у 007n7: -Он бежал к нему, обнимал его, помогал ему! - И это ключевой момент, - врач сложила руки: -Его привязанность избирательна и, я подозреваю, основана на утилитарном принципе. Вы и мистер Эллиот как часть его «системы». Вы обеспечиваете комфорт, еду, развлечения. Он может испытывать к вам положительные эмоции, как к... хорошо отлаженному модулю. Но эта привязанность не распространяется на всю систему под названием «человечество». Он не испытывает злого умысла. Он... пуст в том месте, где у других людей находится моральный «компас» Она посмотрела на Кулкида, который, закончив пазл, принялся строить башню из кубиков, безжалостно снося её, когда она становилась слишком высокой: -У него отсутствует фундаментальное понимание «хорошо» и «плохо» в социальном смысле. Есть «интересно» и «скучно». Есть «эффективно» и «неэффективно». Сжечь пиццерию было «интересно» и «эффективно» с точки зрения зрелищности. 007n7 сидел, ошеломлённый. Это был не диагноз. Это был приговор: -Что... что мне делать? - Работать, - сказала врач мягко, но твёрдо: - Постоянно. Каждый день. Объяснять, растолковывать, как младенцу, что такое боль, грусть, потери других людей. Использовать его логику. Объяснять, что если он будет «удалять файлы», которые ему не нравятся, то его собственная «операционная система» останется в изоляции. Это долгий и трудный путь. И нет гарантий. Она выписала ему список рекомендаций и направление к узкому специалисту по расстройствам аутистического спектра с ассоциированными нарушениями эмпатии. Выйдя из кабинета, 007n7 взял за руку Кулкида. Тот улыбался ему: -Папа, а там были крутые головоломки! Я всё решил! -Молодец, - автоматически ответил 007n7. Он смотрел на сына. На его ясные, умные глаза. И видел в них не зло. Видел пустоту. Глубокую, бездонную пустоту, куда не проникали понятия любви, вины или сострадания. Он вырастил не чудовище. Он вырастил идеальный, бездушный искусственный интеллект в оболочке ребёнка. И самое страшное было то, что он, 007n7, был его создателем. Он, с его собственным нарушенным восприятием мира, с его цинизмом и отстранённостью, был той средой, в которой эта пустота сформировалась и расцвела. Он привёл его домой, усадил за стол и поставил перед ним тарелку с едой. Кулкид ел с аппетитом, болтая о головоломках. А 007n7 сидел напротив и понимал, у него не было и мысли как с этим справляться. Только бесконечные, терпеливые попытки втолковать слепому от рождения, что такое цвет. И он сомневался что у него это получится