вечность там, где ты.

Он всегда мечтал быть вместе с ней. Не рядом, как сосед по скамье в классе. Не как союзник в войне. И уж точно не как тень на фоне её света. А вместе. По-настоящему. Полноценно. Как дыхание рядом с дыханием. Он хотел не много — вечность. Не громкую и не пафосную. Он не хотел широких жестов или пустых обещаний. В одной точке пространства и времени. Может быть, только ради этого он вообще изменил в себе всё. Чтобы соответствовать. Чтобы быть достойным. Выбрал правильную сторону, отказался от наследия. Может быть, только ради этого он вообще остался жить. Но в этой жизни они не успели. Гермиона тогда успела лишь повернуться к нему, чтобы сказать, что Тёмный Лорд пал. Заклинание срезало её голос на полуслове. Он видел её взгляд в то мгновение — слегка растерянный. Полуулыбка ещё не успела исчезнуть с её губ. Драко тогда долго держал её руку. Сжимал её с такой силой, что Поттер только заклинанием смог расцепить его пальцы. Он ждал. Он ведь и правда верил, что ещё немного — и радужка её глаз снова вспыхнет. Что он услышит её смех. Увидит, как она пригрозит ему пальцем, покачает головой и скажет: «Ты и правда поверил? Ты порой как ребёнок!» Оказалось, нет. И день праздника окончания войны стал его трауром. Он приходил каждый день. Сидел, разговаривал, порой молчал. Иногда что-то читал ей или просто слушал, как листья шуршат по мрамору, подхватываемые ветром. Однажды он не пришёл. А на следующее утро садовник нашёл Драко там, где всегда оставалось его сердце, — рядом с ней. Тело бледного юноши с посиневшими губами лежало у надгробия. Его пальцы едва касались могильной плиты, словно рука соскользнула с холодного камня на рыхлую влажную землю сразу после того, как он выдохнул в последний раз. Теперь они были рядом. И, может быть, в следующей жизни — успеют.