Утро и деньги (к части 12)

Я проснулся раньше неё. Лежал, не шевелясь, боясь разрушить момент. Она спала рядом — тихо, спокойно, прижавшись ко мне. Светлые волосы рассыпались по подушке, дыхание ровное, лицо расслабленное. Она здесь. Господи, она действительно рядом. Не приснилось. Я смотрел на неё и всё ещё не мог поверить, что это реально. Что это не сон, не фантазия, выстраданная за двадцать семь лет. Что она действительно спит в моих руках, в своей постели, доверяя мне. Что я сделал, чтобы заслужить это? Ничего. Абсолютно ничего. Я угрожал ей, держал под прицелом, подставлял под опасность. Разрушил её планы, втянул в свою игру. И она... она выбрала меня. Почему? Не понимал. Не мог понять. Я старше её на двадцать четыре года. Из криминального мира. Циник, собственник, ревнивец. У меня нет ничего, что могло бы ей подойти. А она... она молодая, красивая, успешная. Перспективный юрист, светлое будущее впереди. Могла бы выбрать кого угодно — лучше, достойнее, правильнее. Но выбрала меня. Протянул руку, осторожно провёл пальцами по её щеке. Мягкая кожа, тёплая. Настоящая. Я боялся моргнуть — вдруг исчезнет. Она пошевелилась, открыла глаза. Серо-зелёные, с золотыми искрами. Посмотрела на меня и улыбнулась. Боже. Эта улыбка. — Доброе утро. — Доброе утро, — ответил я хрипло и снова провёл пальцами по её щеке, не в силах остановиться. — Проверяешь, не сон ли я? — спросила она, и в голосе слышалась нежная насмешка. — Да, — признался серьезно и честно. Потому что так и было. Двадцать семь лет я видел тебя только во сне. Как мне поверить, что ты наяву? — Я тебе докажу! — засмеялась она. Придвинулась ближе, нависла надо мной. Наклонилась и поцеловала. Лёгкое прикосновение губ — но оно обожгло сильнее огня. Я мгновенно поймал её, притянул к себе. Она упала на мою грудь, смеясь, и этот смех... этот смех был прекраснее любой музыки. Моя. Она моя. Я повернулся, подмял её под себя. Впился в губы — жадно, отчаянно. Не мог сдержаться. Двадцать семь лет голода вылились в этот поцелуй. Но она не испугалась. Не оттолкнула. Отвечала — горячо, страстно, полностью отдаваясь моменту. Что я сделал, чтобы заслужить тебя? Руки скользили по её телу — изучая, запоминая каждый изгиб, каждую линию. Она выгибалась под моими прикосновениями, помогая мне освободить её от одежды. Невероятно. Она хочет меня так же сильно. Обычно я не отпускал тормоза. Держал контроль. Боялся показать слабость, потерять власть над ситуацией. Но сейчас... сейчас просто позволил себе быть. Забыл о беспокойстве, о душевных терзаниях, о том, что не подхожу ей. Просто наслаждался моментом. С ней. Целовал её медленно — губы, щёку, шею, плечо. Спускался ниже, не торопясь, исследуя каждый сантиметр кожи. Слушал её дыхание — как оно учащается, сбивается, превращается в тихие стоны. Она отзывается на каждое мое прикосновение. Это было... удивительно. Пьянило сильнее любого алкоголя. Я не понимал, что она во мне нашла, почему выбрала меня. Но она была здесь, подо мной, отдавалась полностью, без остатка. Не думай. Просто чувствуй. Вошёл в неё медленно, глубоко. Она застонала, обвила меня ногами, прижалась теснее. Наши тела слились воедино, дыхание синхронизировалось, ритмы совпали. Одно целое. Мы — одно целое. Не спешил. Позволил себе растянуть момент, насладиться каждой секундой. Её руки на моей спине, губы на шее, тихие стоны в моё ухо — всё это складывалось в симфонию, которую я хотел слушать вечно. Почему? Почему ты со мной? Но она обвивала меня крепче, целовала глубже, двигалась навстречу — и все вопросы отступали. Оставалось только это — мы, здесь, сейчас. Когда кульминация накрыла нас, я прижал её к себе так сильно, будто боялся, что она ускользнёт. Она вскрикнула, вцепилась в мои плечи, и мы замерли — сплетённые, задыхающиеся, единые. Лежали после, прижавшись друг к другу. Я гладил её волосы, спину, не в силах оторваться. Она положила голову на мою грудь, слушала, как бьётся сердце. Счастлив. Я счастлив. — Зачем нужны были все эти ужасы, которые с нами случились? — спросила она тихо, положив руку на мою грудь. — Почему ты просто не мог быть со мной? Вопрос повис в воздухе. Я усмехнулся. Она не понимала. — Как ты себе это представляешь? — Ну, как... подошёл, познакомился... — Да? — хмыкнул я. — И куда бы ты меня послала? Представил эту картину. Смешно. Я — сорокадевятилетний мужик с сомнительным прошлым. Она — молодая, красивая, успешная. Подхожу к ней в магазине или на улице: "Привет, давай познакомимся?" Она бы посмотрела на меня как на идиота и ушла. И была бы права. Нет, без всего, что произошло, без Припяти, без этого безумия — мы бы никогда не были вместе. Судьба, временные аномалии, чёртов прибор — всё это сложилось так, что я получил шанс. Единственный шанс. И я не упущу его.

Мы завтракали разогретой пиццей. Я сидел за её столом, пил её чай, смотрел, как она двигается по кухне — естественно, привычно. Её дом. Её мир. А я здесь. Говорил мало, отвечал односложно. Как всегда. Но с ней и молчать было хорошо — тишина не давила, не требовала заполнения. Просто был рядом. Надолго ли? — Мне надо будет уехать, — сказал наконец, опуская взгляд. — Но к вечеру вернусь. Дела. У меня есть дела, которые надо закрыть. Она не спрашивала. Просто кивнула: — Хорошо. Коротко, ровно. Почти как я. Я усмехнулся про себя. Перенимает мою манеру говорить. Вспомнил про долги. — Да, ещё одно. Встал, вышел в прихожую. Достал из сумки пакет с деньгами. Вернулся, положил на стол. Два с половиной миллиона. Из восьми. То, что потратил Матвеев. — Что это? — нахмурилась она. — Это деньги. Два с половиной миллиона. То, что потратил Матвеев. Справедливо. Они потеряли их из-за меня, из-за моего плана. Я смотрел на неё, ожидая реакции. слов, или хотя бы кивка. Но вместо этого... она вдруг замерла. Лицо побледнело, глаза расширились. Кровь отлила от щёк. Реакция была точно. Но какая-то не такая. Что? Что не так? Она стояла неподвижно, кусала губы. Руки дрожали. Я видел, как она борется с собой — с чем-то внутри, что я не понимал. Что происходит? Что я сделал не так? — Лера, что? — спросил резко, не выдержав. — Что не так? Она молчала. Просто смотрела на пакет с деньгами, и в глазах читался... страх? Отчаяние? Боль? Господи, что? Я подошёл ближе, положил руки ей на плечи. Сжал - крепко, почти до боли. Пальцы впились в мягкую ткань её домашней футболки. Заглянул в глаза, пытаясь понять. - Ты можешь просто сказать, что происходит? - Ничего, - выдавила она. Врёшь. Я вижу, что врёшь. Зачем? - Не ври мне, - сжал плечи сильнее. - Я вижу: стоишь бледная и трясёшься. - Сергей... Меня пробило током. Я резко отпустил её плечи, отшатнулся. Сергей. Не Серёжа. Сергей. Она дистанцировалась. Закрывалась. Строила стену между нами - прямо сейчас, на моих глазах. Что я сделал? Что, чёрт возьми, я сделал? Лицо побледнело, глаза сверкнули. Я чувствовал, как внутри закипает злость - не на неё. На себя. За то, что не понимаю, что происходит. - Я уже стал Сергеем? - голос прозвучал холодно, жёстко. - Ну что ж, продолжай, послушаю. Скажи. Скажи мне, что не так. Только не молчи. Не закрывайся от меня. Сел на диван. Скрестил руки на груди. Замкнулся сам - если она строит стену, я построю свою. Защита. Давняя, проверенная. Не подпущу близко. Не дам ранить. - Могу я узнать почему? - спросил холодно, разглядывая её. Она стояла, дрожала. Смотрела на меня - и в глазах была боль. Настоящая, глубокая боль. От чего? От денег? Это же просто деньги! - За что ты решил заплатить мне? - спросила она тихо, но отчётливо. Что? Мир остановился. Я резко выдохнул - шумно, как будто до этого не дышал. Замер, завис, обдумывая её слова. Заплатить? Она думает... она думает, что я плачу ей? За ночь? За секс? Осознание ударило как кувалдой. Аж искры посыпались. Она решила, что я... господи. Напряжение мгновенно спало. Я расслабился - плечи опустились, дыхание выровнялось. Облегчение накрыло волной. Вот оно что. Она просто неправильно поняла. - Ты решила, что я хочу тебе заплатить? Лер, ты совсем дура? Не от желания оскорбить. От облегчения. От того, что это всего лишь недопонимание. Поднялся, подошёл к ней. Обнял - крепко, надёжно, сцепив руки на спине. Она напряжённая, дрожащая, но тёплая. Живая. - Я просто пытаюсь исправить то, что сделал, - сказал тихо, в самое ухо. - Даже не для тебя - для себя. Всё изменилось, Лер. Я не могу по-другому. Я не могу забрать весь ужас, который тебе пришлось пережить из-за меня, но я могу попытаться хоть что-то уладить. Просто попросить прощения тем способом, которым умею... Неужели ты могла подумать, что я... Не договорил. Она всхлипнула, уткнулась в мою грудь. Она действительно так подумала. Решила, что я плачу за секс. Боль кольнула в груди - острая, неожиданная. Она могла так обо мне думать. Что я способен на такое. А разве я не способен? Разве в моём мире так не решаются вопросы? Да, способен. В моём мире деньги решают всё. Но не с ней. Никогда с ней. Я прижал её сильнее. Поцеловал в висок, в волосы. Она дрожала в моих руках - от облегчения, от эмоций. - Серёжа, - выдохнула она. Серёжа. Снова Серёжа. Напряжение окончательно спало. Я выдохнул, расслабился. - Ну, слава богу, - усмехнулся. Поднял её лицо, поцеловал в губы. - Возьми деньги, отдай Паше, пусть доложит. И хотя бы про это забудем. Она уткнулась в мою шею. Я гладил её волосы, спину. Чувствовал, как постепенно успокаивается дыхание, как перестаёт дрожать тело. Всё хорошо. Мы разобрались. Недопонимание. Но внутри осталось что-то тяжёлое, неприятное. Она могла так обо мне подумать. Я замкнутый, молчаливый, не объясняю свои поступки. Для неё я — тёмная лошадка. Опасная. Непредсказуемая. Но я не умею по-другому. Двадцать семь лет я привык держать всё в себе. Не показывать слабости. Не объяснять мотивы. Слова - не моё. Я человек дела, а не разговоров. Рано или поздно она поймёт, что я не говорю — я делаю. И этого должно быть достаточно. Прижал её крепче. Вдохнул запах волос - цветочный, родной. Не потеряю. Просто буду рядом.