Екатерина Смольникова. Осень

      Девятое октября. Вторник.       Пасмурное небо. Деревья без листьев навевают тоску и безысходность, а мокрый бетон на тротуаре дополняет эту картину тлена. Но все давно привыкли к подобной хондре! Дети с яркими и слегка аляповатыми рюказаками бегут в школу, обсуждая популярные мобильные игры и ютуберов, которых смотрят; ребята постарше ведут разговоры о своей беззаботной жизни, стратегиях шведских студий, искрометно и внезаконно шутят про политику. Евгений идет и держит голову прямо, хотя обычно подростки-одиночки, идущие одни, смотрят в пол. Его безмятежный поход до школы неожиданно прервала Катя Смольникова, которая спокойно сказала: «Привет».       — Привет, Катя.       — Мне тут только что написал историк: говорит, что в четверг занятие отменяется. Вместо этого мы идем на Что? Где? Когда? Мда… — сказала она недовольно, сделав усталый выдох.       — Тебе не нравится ЧГК?       — Мне не нравится играть с Марком. Результат… — думает она немного, — слишком предсказуем. Хотя так и так мы должны будем ему сегодня об этом рассказать. Приходи к нам в столовую, — повернулась она к нему, — будем заочный тур проходить.       — А Марку нельзя просто написать?       — Он редко переписки читает, ведь у него их сотни, если не тысячи. Он сам же в них и теряется.       Женя и Катя вошли в школу, а затем, разошлись у гардероба. Смольникова пошла снимать свой черный плащ, а Евгений направился сразу на уроки. Ему впервые пришлось во вторник приходить к первому уроку, так как наконец-то нашли для одиннадцатиклассников учителя по биологии. Вместе с этим и другой урок передвинули на второй, чтобы ученики в школе находились меньше бесценного времени.       Впервые Женя увидел не его, но ее еще в коридоре, пока шел к классу. Это была достаточно молодая учительница, которая была в длинной черной юбке, под которой были видны коричневые колготки. На ней было белая уютная кофта, а ее волосы были глубокого каштанового цвета. У нее также были незаметные очки для близоруких.       Войдя в старенький класс биологии, она включила жгучий белый свет, который ребята почему-то всегда отказываются сами включать. Села за большой учительский стол, положив рядом свою кожаную сумку, в которой был белый журнал со списками разных классов, учебники по биологии за девятый, десятый и одиннадцатый класс. На столе не было ничего, кроме экрана компьютера, клавиатуры, мышки и настольного пенала с обгрызанными потерянными ручками, а также бесценными ножницами.       Начала урок она с милого знакомства: «Здравствуйте, дети, меня зовут Надежда Николаевна и я буду вашим учителем по биологии в этом году…» Она, видно, уже норовилась начать знакомиться отдельно с каждым, но передумала, так как это займет слишком много времени от урока. Его она, кстати, вела невероятно мило и задушевно, скрупулезно объясняя то, что гуманитариям-почти-студентам абсолютно не нужно. Они из старческого уважения и какой-то за одиннадцать лет накопившейся мудрости в ответ бездумно молчали. Кто-то что-то записывал, например Евгений, как обычно, писал удобный и подробный конспект. Он его потом по просьбе какого-нибудь одноклассника скинет в ученический чат. Когда прозвенел звонок, она быстро закончила и села обратно за стол, начав подготовку к следующему уроку. Евгению она показалась интересной, поэтому он решил к ней подойти.       — Здравствуйте, Надежда Николаевна, меня зовут Евгений Иванов.       — Здравствуй, Евгений! — мило и немного скромно улыбнулась она.       — Вы до этого работали в начальной школе?       — Да, в сто четвертой.       — Почему вы вдруг решили заняться учебой в старшей школе?       — Ну… Хех… — снова улыбнулась она, но теперь скорее от удивления. — Какие интересные вопросы ты задаешь, — перевела она взгляд с журнала на него. — Когда я хотела стать учителем я в первую очередь хотела учить маленьких детей, но за тем я невыносимо устала… И теперь вот хочу попробовать что-то новое, что-то может даже более простое… Хотя, хах, мне пришлось самой вспомнить материал для одиннадцатого класса, снова почувствовав себя школьницей.       — Понятно. Спасибо.       Евгений ушел.

***

      Перемена после пятого урока. Самая длинная. Во время нее в столовой накрывают для вторых-третьих и пятых-шестых классов, но в нее все равно приходят все: выстраивается очередь за вкусняшками из буфета или большими порциями нормальной еды; старшеклассники, словно падальщики или коршуны, выглядывают детей, что несут нетронутые и вкусные порции к беспощадному конвейеру с трижды сытыми дежурными; младшеклассники небрежно едят, подкидывая работы для бездельников-дежурных, которые все равно сметут все на пол. В общем, жизнь кипит во всей школе именно здесь! И именно здесь, в самом дальнем угле ожилвенной столовой весь Клуб юных поэтов гуглил ответы для заочного тура ЧГК.       — Вы серьезно так всегда делаете? — возмущается Евгений.       — Да, а как иначе? — безмятежно и немного саркастично ответила Катя.       — Нет, ну я понимаю — Марк. Ну а ты! Ты то почему не решаешь сама? — Женя действительно удивлен. — Саша, почему ты ничего не говоришь по этому поводу? Я думал ты будешь возмущаться или что-то вроде того…       — Не-е-ет. Просто заочный тур по ЧГК специально сделан так, чтобы для него гуглили ответы, — улыбнулась она Жене.       Евгений был шокирован таким ответом и начал накручивать себя: «Нет-нет-нет! Она точно понимает иронию!… Хотя… Или же нет?… Может она серьезно?!»       — Марк ты же участвуешь в игре? — спросил спокойнее Женя.             — Нет. Я переписываю обществознание в то время, пока у вас будет игра, — ответил он непринужденно, пока пил горький столовский морс.       — Так, погоди, Марк. На какие оценки ты вообще учишься? — серьезно спросил Женя.       «Просто я действительно понимаю на что примерно учится Катя и Саша, но Марк… Просто поразительный человек».       — Марк троечник, который шаг — и двоечник, — ответила Катя пока искала ответы в интернете.       Марк продолжал мечтательно смотреть в окно на осенний пейзаж.       — Это просто удивительно, — решила добавить она, — что при своем, не побоюсь этого слова, — гениальном стратегическом уме — он умудряется учится на одни тройки.       — А как он может на ЧГК нам помочь? Там же вроде как нужны какие-то знания по обществознании, истории… — решила спросить Саша.       — На самом деле я сама толком то и не знаю. Но я точно могу сказать, что каким-нибудь невероятно образом мы бы точно заняли первое место, — писала она ответы на листок.       Скворцов встал из-за шаткого стола.       — Значит игра будет интересней без меня, — сказал Марк с хитрой улыбкой, унося стакан к конвейеру.       Евгений некоторое время смотрел ему вслед, а затем повернулся к Кате. Он посмотрел на задания, которые она выполняет и заметил название команды, написанное в правом верхнем углу: «Клуб юных поэтов».       — Андрей Юрьевич попросил выбрать это название?       — Да, он видимо так типо рекламирует наш клуб.       Женя еще несколько секунд посмотрел на работающую Катю.       — Какой ты придумала план на игру?       — В смысле?       — Ты знаешь, какая тема будет? К чему вообще готовится?       — А, нет, темы нет, так что и плана тоже. Обычно на ЧГК нет определенных тем, так что нужно быть готовым ко всему. Ты что ли никогда не играл?       — Нет, ни разу.       — Мда… — недовольно произнесла Катя.       Евгений отправился на урок географии, на котором он чаще всего думает о чем-то отвлеченном. Учительница рассказывала материал, который либо слишком очевиден, либо уже был изучен ранее, а Иванов, пока записывал его, немного витал в облаках:       «С прошлого четверга, когда мы играли в настольные игры, я узнал много нового о участниках этого странного клуба. И не только о Скворцове, который показал себя в своей привычной среде обитания, но и о Саше, что не менее важно. Александра Писарева очень странная… Я не всегда понимаю, шутит она или нет; она на всегда понимает, шутит кто-то или нет… У нее интересный отец, а у самой нее не самый обычный характер. Я поспрашивал о ней у одноклассников, которые почти без лишних подозрений мне много что рассказали (хорошо, что моя репутация «детектива» распространяется не только на старшие классы). Саша учится на четыре-пять, состоит в «творческом коллективе» класса. Ну то есть регулярно рисует стенгазеты или ставит разные сценки на всяческие концерты. Она ходит на большое количество секций: акробатика (около шести лет), театральный кружок учителя музыки из младших классов, рисование. О ней отзывались как о доброй, веселой, но спокойной, девочке. Некоторые называли ее странной, но и меня таким почти все считают.       А вот с Марком сложнее… Я пытался узнать у его одноклассниках о инцеденте в начале девятого класса и крайняя противоречивость интригана выразилась даже слишком явно. Одна половина класса злилась на меня из-за одного только упоминания тех событий, говоря, что это не стоит вспоминать, а с Марком мне нужно прекратить вести всяческий контакт. Другая половина с хитрой и немного подлой улыбкой мне говорила, что ничего мне не расскажет просто из… Интереса? Чего? Если считать, что он был просто участником конфликта, который разделил класс на две половины, а Марк его с шиком окончил, да таким, что одна половина его обожает, а другая ненавидит, то почему первая то ничего не говорит? Он их попросил мне ничего не рассказывать? Может порасспрашивать учителей? Вдруг они что-нибудь знают… Интересно ж ведь…»       География пролетела незаметно. Учительница села за свой стол и Женя подошел к ней.             — Анна Евгеньевна, вы учили в прошлом году 9 «А» класс?       — Да, а что такое? — ответила она мягким голосом, подняв старческие брови.       — Мне интересен конфликт среди учеников, который произошел в их классе в начале того года. Вы что-нибудь знаете?       — Я начала у них вести уроки только начале второй четверти. У их предыдущей учительницы возникли некоторые семейные проблемы, а когда я пришла, то, казалось, будто закончилась какая-то война. Но я ничего не знаю.       «Ладно, не повезло…», — отправился Евгений на физику.       После урока физики он подошел к учителю, чтобы задать тот же вопрос, на что физик ему устало и немного лениво ответил: «Если честно не помню ничего интересного тогда. Только какая-то девочка в октябре ушла».       «Да что ж такое то», — отправился Евгений на последний урок, классный час.       Классным руководителем у класса Жени является учитель русского и литературы Ольга Викторовна. На классном часу она рассказала про ближайшие активности в октябре, а также затронули тему с тем, что всем неопределившимся пора бы уже начать задумываться о ЕГЭ. Но Иванову это было не интересно. После урока он подошел к ней и задал ровно тот же самый вопрос.       — Извини, Женя, но я не хочу тебе рассказывать о тех событиях. Я считаю это личная информация уже десятого «А» класса. И раз уж даже ты не можешь найти ответ, то лучше тебе его и не искать, — ответила она серьезно.       «Вы что все сговорились что-ли?! Что за черная дыра образовалась в начале осени прошлого года?!» — злился Евгений.       — Ладно, спасибо, — быстро и кратко ответил он ей.       

***

      Солнечный, но прохладный четверг. Одиннадцатое октября. Евгений шел в школу, взяв с собой только ручку, так как он считает, что листочки для ответов возьмет Екатерина. Дорога в школу, как обычно, вне занятий пустует, а сама школа наполняется странным эхом. Интеллектуальная игра, организованная учителями истории и литературы, проходит в классе истории. Там, где сегодня должна была быть встреча клуба. Игра начинается всего-то в три тридцать, но Женя все равно успел сбегать домой, отдохнуть, переодеться в удобное.       Женя вошел в кабинет и увидел около пяти команд, рассевшихся по разным партам. Все, кроме команды «Клуба юных поэтов» состояли из учеников одного класса. Минимум в команде должно было быть три человека, а максимум шесть, поэтому есть и не все классы, так как никто в здравом уме не будет сидеть в школе еще полтора часа. Андрей Юрьевич и Ольга Викторовна копошились у стола, на котором была бутылка воды, ноутбук, направленный в класс с таймером на шестьдесят секунд, а также небольшой гонг. Все что-то обсуждали, но достаточно тихо. Евгений подсел к своей команде. Катя и Саша уже заканчивали подписывать небольшие листочки, на которых написаны номера вопросов, а также названия команды. На них будут затем записываться ответы.       — Привет всем.       — Привет, Женя! — улыбнулась Саша.       — Да, привет… — сказала Катя, пока подписывала последний, двадцатый листочек.       Был еще листочек у Кати в котором она будет отмечать правильность ответа на вопрос, чтобы под конец можно было знать, сколько у команды баллов. Ну то есть Катя является капитаном команды, записывает окончательный ответ, а также проверяет правильность ответа. Саша быстро летит с ответом к жюри. Ну и Евгений, как и все, думает над ответом, может даже записывает вопрос, ведь иногда в тексте буквально может прятаться ответ (пару раз за лет десять существования клуба был спрятан любимый Марком акростих).       К их столу подошел Андрей Юрьевич и задал вопрос с легкой улыбкой:       — Марк Скворцов еще не пришел?       — Он вообще не придет, он обществознание переписывает, — ответила безразлично Екатерина Смольникова.       — Вот и хорошо. Так даже интереснее.       Андрей Юрьевич отошел от стола и ударил в гонг. Все в классе истории притихли. Ольга Викторовна произнесла речь, представила команды, которых всего семь, а также озвучила один интересный факт: команда Смольниковой не будет входить в общий зачет, так как состоит из учеников с разных параллелей. «Ладно…» — подумал спокойно Евгений, «Не очень то и хотелось!» — дулась Екатерина, но вида не подавала. Затем Андрей Юрьевич добавил: «Все вопросы взяты из Школьной лиги Европы ЧГК, так что покажите этим европейцам!» — улыбнулся он.       Удар гонга. Первый вопрос. Ольга Викторовна медленно читает:       — Один исследователь называет ситуацию, когда при чтении статьи приходится смотреть на ссылку на другую статью, в которой есть ссылка на другую статью, в которой есть ссылка на другую статью, исследовательской ЕЮ. Назовите ЕЕ.       Второй удар гонга. Шестьдесят секунд пошли. Команды принялись тихо обсуждать. В команде поэтов все молчали.       — Рекурсия? — спросила Саша.       — Нет, рекурсия это немного другое… — продолжает думать Евгений.       — Лук?       — Неплохой вариант, но лук в первую очередь известен своими бесконечными слоями, а не тем, что они входят друг в друга. Я думаю, что ответ — матрёшка.       — Да, Женя прав, — записала ответ Катя и отдала листочек Саше, которая быстро и оптимистично его отнесла.       Осталось еще тридцать секунд. Когда таймер прозвенел, то историк озвучил правильный ответ: «Нет, ребята, не рекурсия! Правильный ответ — матрёшка! Рекурсия была бы, если бы ссылки вели на одинаковые статьи». Началось обсуждение ответа, но продлилось недолго…       Удар гонга. Все притихли. Второй вопрос. Ольга Викторовна медленно читает:       — В 1936 году советские дети были еще плохо с НИМ знакомы, и в одном детском саду ЕГО приняли за пожилого колхозника. Назовите ЕГО.       Второй удар гонга. Шестьдесят секунд пошли. Началось тихое обсуждение.       — Ленин? — предложила Саша.       — М-м-м-м… — думает Евегний.       — Ленин не похож на пожилого колхозника, да и тем более дети хорошо с ним были знакомы. У СССР в то время был сильный пропагандистский аппара… — уже было начала Катя умничать.       — Дед Мороз, — резко перебил ее Евгений. — Традиция с ним появилась относительно недавно.       Катя принялась записывать ответ, а затем отдала его Саше, что быстро отнесла его учителям. Скоро это превратится в рутину…       Таймер прозвенел. Кто-то не успел сдать ответ. Учителя что-то тихо обсудили. «Правильный ответ — Дед Мороз, Санта Клаус не засчитывается! Это наше решение», — сказала Ольга Викторовна, а затем она продолжила: «Но у нас есть важное объявление! Вместо двадцати вопросов будет десять, с перерывом после пятого, так как школе требуется закрыться после четырех тридцати где-то. Будут какие-то проверки».       Недовольных возгласов не было, как и довольных этой утратой.       Удар гонга. Третий вопрос. Ольга Викторовна медленно и конкретно читает:       — Персонажи одного фильма пытаются проникнуть на охраняемую территорию, спрятавшись в мешок. Герой, который довез мешок до ворот, утверждает, что доставил редкое растение. От названия какого города герой образовал видовое имя этого вымышленного растения? Удар гонга. Пошел таймер, началось обсуждение.       — Троян? — предложила Саша.       — Правильнее будет Троя, — с умным видом ответил Евгений.       — Я запишу Илион, — с еще более умным видом сказала Катя.       Саша отдала листочек и осталось еще сорок секунд до конца таймера. Ребята сидели и молчали, осматривая другие команды, которые, кажется, тоже сдали.       Таймер прозвенел. Ольга Викторовна вышла: «Мы с Андреем Юрьевичем думали, что это будет детский вопрос, но он чуть не стал дурацким, так как почти все команды ответили «троян», что мы простить не можем, так как это современное слово, которое в первую очередь значит вредоносную вирусную программу, а не крепость. Зато команда Клуба юных поэтов и команда десятого «А» — «Простейшие» — ответили правильно правильно, а поэты использовали другое название Трои — Илион!» Саша улыбнулась. Евгений продолжил безразлично смотреть на жюри, которые доставали готовились к следующему вопросу. Катя поставила плюсик.       Удар гонга… Наступила тишина. Ольга Викторовна читает четвертый вопрос:       — В Афганистане девушкам запрещалось смотреть на своего жениха. И чтобы его увидеть, некоторые афганские девушки вставляли в свой перстень… Что?       После второго удара началось тихое обсуждение. В команде «Клуб юных поэтов» же все молчали, думая, что умного да разумного можно сказать.       — Там была его фотография? — как обычно первой предложила Саша.       — Как у американских солдат второй мировой? — сравнил Евгений.       — Не-ет… Я думаю правильный ответ — зеркало, так как им, может и хотелось бы почаще на него смотреть в разных ситуациях, — сказала Катя и принялась записывать.       — Ничего плохого не вижу ни в том, ни в другом варианте.       — Им еще и религия не позволяет фотографии лиц так хранить… — добавила Катя, когда уже отдавала ответ Саше.       Саша его быстро отнесла и через секунд десять прозвучал словно медленно угасающая вспышка удар гонга. Андрей Юрьевич осматривал различные варианты ответов, а затем Ольга Викторовна начала читать правильный ответ. Им оказалось зеркало, как и ответила команда поэтов.       И снова удар гонга. Последний вопрос в этом раунде. Пятый. Ольга Викторовна начала медленно и громко его читать, чтобы все услышали: «Герои одного произведения построили дом с привидениями, чтобы помочь другому персонажу избавиться от НЕЁ. Назовите ЕЁ». Время пошло, да оно и никогда не стоит. Началось обсуждение.       — От друга или врага? — предложила Катя.       — Типа в прогулке вместе напугать его? Звучит как сюжет из мультсериала… — сказал задумчиво Женя.       — Но это как-то слишком логично и скучно… Нет какой-то изюминки, — добавила затем Катя, посмотрев на другие команды, которые что-то активно обсуждали.       Все призадумались.       — Это же из Финеса и Ферба! — радостно вскрикнув вспомнила Саша. — Там была серия, где они построили проклятый старый дом, чтобы избавить друга от икоты!       — Молодец, только чуть потише… — записывает ответ Катя.       — Это было так очевидно…       Саша отнесла листочек в последние пять секунд. Затем снова прозвучал удар о гонг. Ольга Викторовна озвучила правильный ответ: «Герои строили этот дом, чтобы избавиться от икоты. Иногда испуг может спасти от нее. Ну а теперь мы объявляем десятиминутный перерыв!»       Одна половина встала со своих мест, а другая открыла телефоны, так как и то, и другое было под запретом во время игры. Саша минуту назад куда-то отошла, а Катя открыла телефон и от легкого удивления подняла брови. Женя это заметил.       — Что такое?       — Марк написал мне пять минут назад. Говорит, что все сдал и присоединиться к нам на втором раунде.       — Мы вроде и так побеждаем…       — Зато с ним будет веселее! — сказала с улыбкой Саша, когда садилась за стол со стороны прохода между партами.       Через минуту или две появился Марк Скворцов. Он вошел в класс и помахал своим одноклассникам из команды-конкурентов для поэтов. Он, как обычно, хитро улыбался, а если и не улыбался, то смотрел на все своими глубокими умными голубыми глазами.       — Проигрываете без меня, да? — сел он за свободное место.       — С тобой и начнем, — саркастично ответила Катя.       — Привет. Как сдал? — спросил Женя.       — Да неплохо, но… Хех… Были неприятные моменты… — немного он скривил лицо.

***

      Начался второй раунд. В нем вопросы будет читать Андрей Юрьевич, а Ольга Викторовна заниматься бумажной волокитой: считать баллы у команд, ставить таймер, готовить вопросы, читать и проверять наспех и криво написанные ответы команд. До этого этим занимался историк, но во втором раунде они поменялись ролями.       Удар гонга. Шестой вопрос, время пошло. Андрей Юрьевич медленно начал читать вопрос: «Героиня рассказа Рейчел Джонс носит в себе воспоминания о прожитых раньше жизнях. Говоря об этом, писательница сравнивает героиню с НЕЙ. Назовите ЕЁ».       Второй удар гонга. Началось тихое обсуждение.       — Диском? — первой предложила Саша.       — Опять… Слишком скучно… — скучающе ответила Катя.       — Может планета Земля? Она существует миллионы лет и на ней историки могут найти информацию о временах, в которых люди даже не существовали, словно воспоминания о прожитых ранее жизнях, — предложил Евгений.       — Ну-у-у… — сомневается Катя. — Марк, что ты думаешь?       Скворцов скучающе и немного мечтательно смотрел в окно. Он неспешно ответил:       — Да, нормально.       Катя неуверенно записала ответ. Саша его отнесла. Оставалось еще двадцать секунд.       «Странно. Этот ответ, вероятнее всего, неверный, и у меня создается ощущение, будто Марк точно знал это… У него есть какой-то скрытый мотив. Он ведет себя странно», — думал Евгений, пока слегка почесывал бровь. Марк же устало потянулся.       Прозвучал гонг, время вышло. Андрей Юрьевич назвал правильный ответ:       «И правильный ответ это… Снова матрешка! Как в первом раунде! Правильно ответили лишь «Простейшие» из десятого «А»! Поздравим их!» Дети в классе лениво похлопали. Дуэт учителей начал готовиться к следующему вопросу. Ольга Викторовна отсортировала листочки и начала заносить баллы в таблицу на ноутбуке.       Удар о гонг. Седьмой вопрос. Угасающий звук, притихшие ребята готовятся слушать следующий вопрос. Андрей Юрьевич достал листочек и принялся читать:       — Колумбийский мальчик из американского сериала считает своего отца настоящим героем. Отчим говорит, что сходство между отцом мальчика и ИКСОМ только в том, что они прибыли в США нелегально. Назовите ИКСА.       Началось обсуждение. В команде поэтов все молчали…       — Ну, — решил развеять задумчивую тишину Марк, — то есть по сути нам нужно вспомнить какого-то великого человека, который нелегально прибыл в США?       — Наверное… — ответила Саша, у которой даже предложений никаких не было.       — Кто-нибудь знает такого? — поднял Скворцов левую бровь.       Все со всей своей силы пытались вспомнить известного человека, который нелегально прибыл в США, но потом стал героем для этой страны, из-за чего его потом упоминают в сериалах… Осталось двадцать секунд. Евгений моргнул и вот уже на таймере ноутбука, направленного на парты, показывается пятнадцать секунд.       — Есть идеи? — спросил серьезно Женя.       Все на него неуверенно посмотрели.       — Ничего сдавать не будем, — ответила холодно Катя и порвала листочек с седьмым вопросом, пока Саша на это печально смотрела.       Через секунду после ее слов прозвучал гонг и Андрей Юрьевич начал свою речь:       — Сейчас мы еще проверяем ответы… И-и-и… Вот и первый дурацкий вопрос! Ни одна команда не дала правильный ответ! Правильный ответ — супермен! Он прибыл в США с планеты Криптон, а потому — не является гражданином. Переходим к следующему вопросу.       Всеобщее активное, слегка недовольное обсуждение прервал гонг. Восьмой вопрос. Андрей Юрьевич начал медленно и четко его читать:       — В 1806 году в Калифорнии встретились русский и испанский отряды. Стычки удалось избежать, поскольку и священник Хосе Антонио Уриа, и доктор Григорий Лангсдорф знали... Что?       Время пошло. Гонг прозвучал. Началось тихое обсуждение.       — Какую-то информацию, которая могла быть полезна им обоим? — предложила Саша.       — Молодец, Саша, — с улыбкой сказал Марк. — Они знали местность. Какую-то свою часть. Вероятнее, всего они обменялись информацией о местности. Например, русские предложили информацию о горных тропах, а испанцы о центральной Америке… Женя, Катя, что думаете?       — Звучит достаточно логично, — ответила Катя.       Женя же о чем-то думал, но молчал. Был в смятении.       — Не знаю… У меня нет варианта лучше, — хмурился он и смотрел в пустоту, направив взгляд в стол.       — Хорошо, тогда так и оставим, — записала ответ Катя и отдала его Саше, которая быстро отнесла его к столу жюри.       Менее чем через полминуты прозвучал гонг и учителя начали готовится к озвучиванию ответа. Ольга сортировала, а Андрей встал со стула.       — Правильным ответом является латынь. И Антонио, и Григорий знали этот мертвый язык, благодаря чему они смогли договориться. Перед тем, как обменяться информацией, им нужно знать какой-либо язык. И этим языком была латынь.       Марк, Катя, Женя и Саша сидели не слишком подавленными, но в троице из первого раунда было видно, как погас огонь надежды на победу, раз уж даже со Скворцовым они начинают проигрывать. Евгений думал, потирая подбородок:       «Никто никого не хочет обвинять, что логично и правильно, но есть некоторые странности в поведении всем известного. Марк скучающе поглядывает в окно, как будто не желает играть или знает результат. В первое я не верю, а во второе… Я скорее верю в то, что он ведет нас к невыгодному результату, хотя никаких доказательств этого у меня нет. Есть одно, единственное, да и то странное: «Марк Скворцов никогда не проигрывает».       Но и это чепуха! Он же постоянно проигрывает на шахматных турнирах, но… Позволить в школе он себе такого не может. Что-то не так… Каков мотив Марка?»       Его размышления прервал гонг. Андрей Юрьевич начал читать девятый вопрос:       — В Древнем Риме христианами порой становились даже родственники императоров. Мика Валтари писал, что этих людей тоже убивали на арене Колизея, но в знак уважения к их происхождению их убийцами становились… Кто?       Удар гонга. Шестьдесят секунд пошли. Обсуждение. Юные поэты молчат.       — Убийцами становились фамильные животные? — предложила Саша.       — Да, только какие хищные животные могли быть символом их династий? — думает Марк.       — Патриционных родов, — поправила Катя.       — Львы? — предложила Саша.       — Точно нет, — отверг ее идею Марк. — У римлян лев редко появлялся как символ чего-либо, так что может… Орёл, волк, медведь… А точно ли это были животные? Может это были родственники?       — Казнь родственниками на потеху толпе? — сомневается Катя.       — Ну че бы нет. Древний Рим, как никак. Оплот культуры! — поднял указательный палец Марк. — И травмоопасного спорта…       Осталось двадцать пять секунд.       — Так что выбираем то? — уже готовится писать Катя.       — Ну раз не лев, то волк… — тоже немного сомневается Саша.       — Ну да, волк. Помните же волчицу Рима? Волков в Риме часто как символ использовали.       — Женя, ты что думаешь? — спрашивает у него Катя.       — Не знаю. Я склоняюсь к тому, что это лев… Но у меня нет никаких аргументов, кроме известного афоризма…       Катя меж двух огней. С одной стороны она тоже верит в вариант со львом, с другой стороны Марк смог аргументировать почему ответом является волк, а не лев. Она уже начала писать, но услышав удар гонга, прекратила. Катя порвала листочек. Саша поникла. Марк скучающе потянулся. Женя пришел к какому-то выводу.       Андрей Юрьевич начал читать ответ:       — И правильным ответом является лев! Ведь лев — царь зверей, символ власти!       Катя цокнула. Саша наклонила голову.       — Упс… — виновато, немного наигранно, сказал Марк.       — Марк, — серьезно к нему обратился Женя, — мне кажется, или ты специально направил нас по ложному следу? И уже не первый раз, а примерно весь второй раунд. Зачем? Ни у кого из нас нет сильного желания победить, но зачем ты специально ведешь нас к поражению? Каков твой мотив?       Марк спокойно к нему повернулся… И посмотрел на него с острой, пронзительной и до ужаса самоуверенной улыбкой.       — У меня был договор со своим одноклассником: я не даю вам победить в ЧГК, а он предоставляет мне ответы для устных заданий по обществознанию. Оба из нас свою часть исполнили. Так что вы уже не сможете ничего исправить, обогнать их мы не сможем, — снова коварно улыбнулся он.       — Мда… — слегка недовольно сказала Катя.       — Марк, ты злодей! — злится на него Саша.       Прозвучал гонг. Андрей Юрьевич принялся читать последний, десятый вопрос:       — На одной картинке с помощью множества разных эмодзи изобразили известных людей. Мы не спрашиваем, кого изображает эмодзи в цилиндре. Но кого изображает единственный темный смайлик, идущий ближе к концу?       Второй удар о гонг. В классе началось обсуждение. Последнее на сегодня. Саша молчит и ничего не предлагает, активно думает.       — Ну это явно персонажи какого-то произведения…       — Марк, заткнись, это президенты США, — резко и грубо перебила его Катя. — В цилиндре — Авраам, а темный — Барак Обама. Но мы уже ничего не изменим…       В этот момент Евгений думал над тем, как помешать «Простейшим»: «Как я хочу просто назло помешать Марку исполнить свой план!» Он вдруг заметил, что главная команда конкурент «Простейшим» — «Барабулька с рататуем» из одиннадцатого «А», явно не могла прийти к какому-либо выводу: они задумчиво и немного стыдливо молчали.       Евгений быстро взял листочек, написал на нем «Обама» и незаметно, но стремительно передал его одиннадцатому «А». Посмотрев на листок, они переписали ответ и отнесли его в последние пять секунд.       Гонг. Андрей Юрьевич. Ответ.       — Итак, все ответы получены. Правильным ответом являлся Барак Обама, так как он один из последних президентов США, единственный чернокожий.       К нему подошла Ольга Викторовна и что-то сказала. Из класса это не было слышно.       — Попросим выйти командиров команд «Простейшие» и «Барабулька с рататуем». Так получилось, что у вас одинаковое количество баллов, а поэтому между капитанами ваших команд пройдет перестрелка!       Вышли командиры от команд. Они выглядели немного взволнованно.       — Я буду озвучивать утверждение, а вам нужно решить: правда это или ложь. Если правда, вы идете к окну, — показывает он рукой, — если ложь, то к стене. Начнем?       Они неуверенно кивнули.       — Вторым президентом США был Франклин Рузвельт. Правда или ложь?       Оба игрока, немного подумав, пошли к окну. Затем они повернулись и посмотрели на историка, в ожидании ответа.       — Да, это правда. Давайте дальше.       Игроки вернулись в центр.       — Первым названием американский компании Amazon было Кадабра. Правда или ложь?       Оба игрока пошли к стене, посчитав это утверждение ложным. Когда они повернулись к Андрею Юрьевичу, он начал по доброму смеяться.       — Вы оба оказались неправы! Джефф Безос сменил название компании, так как Кадабра похоже на слово «cadaver», которое переводится как мертвое тело, труп. Ладно, продолжим, возвращайтесь.       Игроки неспешно встали по центру класса, напротив второго ряда.       — Школа с греческого переводится как место для досуга. Правда, или нет?       Игроки несколько секунд подумали. Командир «Простейших» решил, что это ложь и пошел к стене, а командир «Барабульки с рататуем» пошел к окну. Андрей немного выдержал интригу и торжественным голосом сказал:       — Это правда! Команда «Барабулька с рататуем» победила в осенней игре «Что? Где? Когда?» Поздравим!       Марк звонко и заливисто заржал, смотря на командира «Простейших». Весь класс активно похлопал победителям, а затем началось неспешное награждение.       — Ну как, Марк, я нарушил твои планы? — спросил у него Евгений, немного хмурясь.       — Нет, — улыбается он. — Ты нарушил лишь план Максима Долгополова, командира «Простейших», который, видимо хотел победить, раз просил меня помочь. Я же говорил: «я не даю вам победить в ЧГК, а он предоставляет мне ответы для устных заданий по обществознанию». Я победить вам не дал, а дальше уже его проблемы.       «Он, как будто адвокат или юрист, придрался к формулировке», — подумал Евгений.       — На кого ты планируешь учиться после одиннадцатого класса?       — Пока не знаю… Ни к чему не лежит у меня душа, — ответил Марк.       — Адвокатом становись, будешь всякий мусор на свободе оставлять, — вмешалась Катя в диалог со острóтой.       «Цитата из Community?», — задумалась Саша.       — Не знаю… — мечтательно и безответственно посмотрел он в окно.