Глава 6

На следующий же день Кориолана разбудил звонок Лициния Крейна, брата Арахны, бывшего в кругу приближенных президента Равинстилла – новость, которую тот спешил сообщить, быстро заставила Сноу проснуться. Конечно же, он принят на должность секретаря, и сможет приступить к исполнению своих обязанностей уже завтра – пусть заедет сегодня для краткого вступительного ознакомления. Кориолан не сомневался в таком исходе, но вновь внутренне возликовал. ⠀ – Тигрис, всё идёт по плану – меня приняли, – бодро сообщил он, выходя в гостиную и обнаруживая там кузину – та сидела на самом краю кресла, нервно сплетя пальцы и уложив руки на колени. Она повернула к нему голову – в чертах её виднелась тревога. Кориолан ощутил явственное недоумение. ⠀ – Корио, Мадам-Ба сегодня не пела гимн, – наконец сказала Тигрис, будто слова давались ей с некоторым затруднением и не шли сами собой. Он посмотрел на часы – девять утра. Теперь понятно, почему он не проснулся от гимна – и в тот день после отравления тоже. Внутри закопошились тревожные мысли, но Кориолан приглушил их усилием воли – он подошёл к комнате Мадам-Бабушки и заглянул туда. Та сидела в кресле, выпрямившись и глядя куда-то в окно. Кажется, она его и вовсе не заметила. ⠀ – Ну, может, ей просто наконец надоело? – всё же постарался стряхнуть внутреннее беспокойство Кориолан, возвращаясь к Тигрис – она по-прежнему была бледна. ⠀ – Не знаю, – наконец чуть дрогнувшим голосом сказала Тигрис, машинально расправляя складку на платье и глядя на Кориолана так, будто надеялась найти в его лице что-то обнадёживающее. ⠀ – Это не в первый раз, так уже было, когда тебе... нездоровилось. Я просто не хотела тебя волновать. ⠀ – Попроси миссис Плинт, чтобы она побыла тут сегодня, – решил Кориолан, роясь в ровных рядах висящих в шкафу костюмов – сегодня он должен быть в меру эффектен, но перебарщивать пока не стоит. ⠀ – Не думаю, что с ней что-то не так, но если вдруг... Мне будет неспокойно оставлять её тут одну – Ма Плинт за ней присмотрит. Мне надо ехать, Тигрис, это всё ещё наше будущее, – вдруг добавил он, садясь рядом и обнимая её за плечи – казалось, во взгляде Тигрис промелькнула странная надежда, словно она увидела в нём что-то знакомое. ⠀ – Я не могу сегодня опаздывать. Всё будет в порядке, ладно? Я вернусь, и мы сходим погулять куда-нибудь втроём, когда у тебя закончится работа – не переживай раньше времени. ⠀ Всю дорогу до резиденции Равинстилла Кориолан невольно раздумывал, кого он больше успокаивает – её или себя самого? Конечно, он уже давно заметил, что Мадам-Бабушка изрядно сдала – однако, это было ощутимо скорее со стороны ясности ума, нежели чего-то физического. Ни он, ни Тигрис не могли припомнить, чтобы старушку ощутимо беспокоило что-либо, за исключением давно приобретённого артрита – или они попросту чего-то в упор не видели? ⠀ Даже если так, прямо сейчас ты всё равно не в состоянии на это повлиять, напомнил себе Кориолан, стараясь не превращаться в сгусток обострённых нервов прежде времени. Сейчас у тебя совсем другие задачи, от которых по-прежнему зависит ваша будущая жизнь – и Мадам-Бабушки в том числе. Кориолан плавно перевёл дух, заметив, что автомобиль подъезжает к резиденции, и слегка разгладил рубашку на плече – сегодня он предпочёл ограничиться элегантным серебристо-серым жилетом без громоздкого дополнения в виде пиджака. Умеренно деловой стиль – он ещё не приступил к работе, но всем своим видом демонстрирует, что готов в любую минуту, и это ни капли его не затруднит. ⠀ Лициний уже стоял на пороге резиденции, очевидно, высматривая новоиспечённого коллегу – выйдя из машины и окинув беглым взглядом его вычурный костюм и причудливо уложенную, ухоженную тёмную бороду, Кориолан невольно подумал, что именно так и выглядит истинное воплощение фамилии Крейн. Безвкусная напыщенность и манера мозолить всем глаза своим громким именем – только, в отличие от покойной Арахны, Лициний хотя бы умел пускать пыль в глаза фальшивой доброжелательностью и льстивостью. Наверное, поэтому он и здесь, мысленно отметил Кориолан, улыбаясь тому не менее фальшивой улыбкой и учтиво отвечая на приветствие. ⠀ – В целом, главное в твоей работе – умение быстро соображать и ориентироваться в ситуации, – неспешно говорил Лициний, показывая Сноу местные хоромы и то, как в них разбираться – Кориолан не считал, что учёба в одном классе с его сестрой должна давать право разговаривать на «ты» и обращаться по имени, но благоразумно помалкивал, рассматривая архивы и на ходу запоминая, где что лежит. ⠀ – Ну и, конечно же, хорошая память, как видишь. Несмотря на возможность записывать что-то, придётся держать в голове огромный объём информации. ⠀ – Я закончил Академию и Университет Капитолия на «отлично», мистер Крейн, – с ледяной вежливостью заметил Кориолан, не меняя любезной полуулыбки – никакого хвастовства, лишь простая констатация факта. Пора немного поставить на место, но в меру. ⠀ – Университет – по углублённой программе. Не думаю, что у меня могут возникнуть какие-либо сложности с вышеперечисленными качествами. ⠀ – Тогда просто прекрасно! – проглотил эту пилюлю Лициний – умение держать лицо, так хорошо знакомое Кориолану на личном опыте, невольно вызывало далёкие отблески уважения. ⠀ – Приступишь к работе с завтрашнего дня. При необходимости, личный автомобиль секретаря... ⠀ – У меня есть водитель, благодарю, – окончательно осадил его Кориолан, не меняя тона ни на секунду – достойное противостояние масок. ⠀ – Он как раз ждёт меня у ворот. Спасибо за ознакомление – хорошего Вам дня, мистер Крейн. ⠀ Лициний ему не противник, размышлял Кориолан, мельком поглядывая в окно на обратном пути. Таким, как он, никогда не хватит духу метить настолько же высоко, как он или Хевенсби – конечно, не стоит упускать его из виду, никого не стоит. Но он никогда не посягнёт на нечто большее – он человек совсем другого склада; такие созданы, чтобы занимать свою нишу прихлебателей. Потом, придя к власти, вполне можно оставить Крейнов подле себя – почему нет, предатели из них тоже сомнительные. Они слишком боятся за своё место, чтобы рисковать. Впрочем, за Лицинием всё равно ещё нужно будет понаблюдать – в частности, как он проявит себя, когда прежняя власть начнёт отмирать на смену новой: это всегда ключевой момент. ⠀ Тот, кто предаст старого президента, с той же готовностью предаст и нового когда-нибудь, твёрдо вывел для себя Кориолан. Тот, кто будет верен старому до гроба, никогда не будет верен новому. Соответственно, в конечном итоге ему нужно будет избавиться как от одних, так и от других, обе крайности ему не подходят – ему пригодятся те, кто умеет извлекать для себя пользу при смене обстоятельств и готовы ради этого идти на определённые договоренности. Пока что Лициний Крейн вполне подходит под эту категорию. ⠀ Кориолана вырвал из раздумий зазвонивший в машине телефон – привычным жестом сняв трубку, он бросил ещё более привычным «рабочим» тоном: ⠀ – Сноу. – Корио... ⠀ Это была Тигрис – едва он услышал её всхлипывания, как сердце провалилось куда-то вниз, как на перерезанных одним махом тросах. ⠀ Он не хотел об этом думать. ⠀ – Корио, Мадам-Ба стало плохо – мне позвонила миссис Плинт, и я приехала в больницу с работы. Она... послушай, они говорят, она умирает – приезжай, пожалуйста... она хочет тебя увидеть... ⠀ – В больницу, – коротко велел Кориолан водителю, сохраняя просыпающуюся в нём в подобные критические моменты необычайную собранность, происхождение которой было неясно ему самому – он сжал трубку покрепче. ⠀ – Тигрис, я сейчас буду – слышишь? Совсем скоро. Я уже еду. Скажи ей, что я еду – ладно? ⠀ – Ладно, – снова всхлипнула та – на фоне послышались чужие голоса, и их разъединили. Кориолан положил трубку на рычаг. ⠀ В голове бил набат – этого не могло быть. Да, она была стара, совсем стара – но почему-то он совершенно никогда, ни единого раза не допускал мысли о том, что она вообще способна умереть. Быть может, виной тому было её до последнего крепкое для таких лет здоровье – и что же, даже оно может рухнуть за день? За считанные часы? Минуты? ⠀ Он схватился за виски, пытаясь не терять способность соображать – однако, та неумолимо ускользала. Он резко почувствовал себя не молодым перспективным Кориоланом Сноу, новоиспечённым секретарём президента, но тем самым мальчиком Корио, у которого в жестокую, голодную пору только и остались, что кузина да бабушка – он никогда не видел, как умирают близкие ему люди. Лишь сейчас он понял это особенно явственно. Он увидел маму, когда она уже не кричала и не страдала – просто лежала и всё, как будто уснула. Он узнал о гибели отца, когда тот был где-то далеко-далеко, в морозных лесах двенадцатого дистрикта. ⠀ Он никогда не видел, как они умирали. ⠀ Несмотря на всю скорость и свободные дороги, Кориолану казалось, что они едут страшно медленно – подле больницы он не выдержал и рванул дверцу прежде, чем водитель успел припарковаться. Летя по отполированным полам, по идеальным лестницам, Кориолан почему-то думал, что сейчас всё стало удивительно ничтожным – ему никак не помогало то, что он бежит в дорогих туфлях и шикарном костюме. Ничего из того, что ему удалось вырвать у судьбы с боем, не давало ему возможности замедлить время хотя бы на пару минут – хотя бы на одно мгновение. ⠀ Он не видел перед собой ни Тигрис, ни миссис Плинт, сидящих возле палаты, врываясь туда ураганом – на него уставился испуганный персонал. ⠀ – Выйдите отсюда, – бросил Кориолан на выдохе, почти не задыхаясь от этой пробежки – недаром его когда-то учила бегать профессор Серп. Недаром он проходил подготовку в дистрикте 12 – хоть где-то она ему пригодилась. Они похлопали глазами, по-прежнему глядя на него. ⠀ – Пошли вон! – вдруг сорвал на них хотя бы часть жгущего изнутри клубка эмоций Сноу, одним рывком метнувшись к койке, на которой лежала совсем маленькая, но так много значащая старушка – те, поняв рискованность спора, поспешно покинули палату. Кориолан упал перед ней на колени, хватаясь за высохшую морщинистую руку – Мадам-Бабушка тяжело приоткрыла веки и посмотрела на него. Он почувствовал, как перед глазами плывёт от разом нахлынувших слёз – где вся его пресловутая выдержка? Где выработанная хладнокровность? Перед ней он был не слишком изменившимся с тех военных пор. ⠀ – Я здесь, Мадам-Ба, – прошептал Кориолан непослушным голосом – в её взгляде появилось узнавание. Он сжал её руку покрепче, будто это давало возможность её удержать. ⠀ – Ты так похож на своего отца, – слабо проговорила она – он слышал от неё это уже столько раз, но только сейчас понял, что для неё это значило помимо пресловутого величия рода Сноу, о котором она твердила всю жизнь. Красс Сноу был её единственным сыном. ⠀ – Точно как он. Но я знаю... Кориолан, я знаю, что ты добьёшься куда большего. Ты всегда улыбался и отшучивался, когда я говорила об этом, но... я всегда знала. Я так люблю тебя – не забывай об этом. Ты всегда был лучшим, что даровала мне жизнь. ⠀ Волна смятения окончательно захлестнула его с головой – Кориолан не вспомнил бы, кто и когда говорил ему это в последний раз так, чтобы в это можно было поверить. С тех Голодных игр он не знал, кто в самом деле ещё мог его любить – и неужели именно сейчас, когда он на пороге великого, он должен остаться один? ⠀ – Не оставляй меня здесь, пожалуйста, – кое-как проговорил он, пока слёзы бежали и бежали по щекам, отказываясь повиноваться и сковывая грудь – он не мог и не хотел её отпускать. Не теперь. ⠀ – Пожалуйста, не оставляй меня... я не смогу дальше один... ⠀ Старушка грустно улыбнулась и ласково коснулась его щеки слабеющей рукой. ⠀ – Ты сможешь всё и больше, Кориолан Сноу. Ты сможешь... ⠀ Она вдруг замолчала – ошеломлённый внезапным осознанием, Кориолан в ужасе уставился на замершие приборы, ещё только что показывающие в своих графиках жизнь: он едва не задохнулся сам, поняв и вместе с тем отказываясь понимать, что это значит. Он снова посмотрел на её лицо – оно было невероятно спокойно. ⠀ – Помогите ей! – вдруг вырвался из его груди крик настолько дикий и оглушительно отчаянный, что в палату в страхе ворвались врачи вместе с Тигрис – та, сама утирая слёзы, мгновенно бросилась к нему, обхватывая и пытаясь поднять и увести прочь. Кориолан поднялся, вцепившись в кузину мёртвой хваткой, но не сделал и шагу, тормозя её при попытке выйти. ⠀ – Сделайте что-нибудь, почему вы ничего не делаете – помогите ей... ⠀ У него вдруг подкосились ноги, и последние слова утонули в обрушившихся на него рыданиях – Тигрис, пользуясь моментом, потащила его в коридор, усаживая на сиденье и устраиваясь рядом. Кориолан больше не мог думать о том, как выглядит со стороны, и о том, что кому-то, носящему фамилию Сноу, не пристало давиться слезами в больничном коридоре – он только цеплялся за дорогой жакет Тигрис, заливая утончённую ткань и сминая пальцами. Она молча гладила побелевшие к двадцати годам волосы, внутренне содрогаясь от его неприкрытой боли больше, чем от собственной – где все его оболочки, которыми он обзавёлся за эти годы? Сейчас они не были ей видны – лишь Корио, которого она помнила с малых лет. ⠀ Теперь они оставались последними отголосками семьи Сноу, некогда гремевшей своим именем на весь Капитолий – одни друг у друга в целом мире.