Глава 8

И снова жизнь продолжалась, даже когда в роскошном пентхаусе Сноу Кориолана больше никто не встречал – тратя за рабочий день всю энергию на обсуждения, решения, взаимодействие с капитолийскими СМИ и всё прочее, что требовала столь высокая должность, остальное он уже почти не замечал, почти сразу же ложась спать. Время от времени Кориолан звонил Тигрис со стандартным отчётом о том, что миссис Плинт по-прежнему исправно его кормит, когда он бывает дома; что здоровье у него в порядке и вообще жаловаться не на что. Порой его начинало преследовать ощущение, будто всё это превращается в какую-то заезженную рутину, но расстраивать кузину не хотелось – и он звонил. ⠀ В целом, можно сказать, всё существование зацикливалось на каком-то привычном круге, и Кориолан уже практически успел окончательно втянуться в этот круговорот обычных для него теперь дел – однако, ровно до того момента, пока президент Равинстилл не вызвал его совсем по другой причине, к перечню его обязанностей не относившейся. Обладая некоторой проницательностью к своим годам, Сноу вполне успел заметить это, едва только переступив порог его кабинета и остановившись неподалёку от стола. ⠀ – Жатва уже не за горами, – не сразу произнёс президент – Кориолан уже думал об этом совсем недавно. Лето успело окончательно войти в свои права, день отбора трибутов был не столь далёк, как мог бы, но о Четырнадцатых Голодных играх по-прежнему почти не было ничего слышно – это успевало подбавить ему тревожных мыслей. Даже распорядитель всё ещё не был выбран, что являлось случаем практически беспрецедентным. ⠀ – В этом году, посовещавшись, мы хотели бы дать возможность проявить себя, открыть новое дыхание и реализовать свежие идеи молодому поколению, – продолжил Равинстилл, глядя прямо на Кориолана – вот и подвох, подумал тот. Кажется, где-то они уже проходили это – помнится, в последний раз начинания «нового поколения» не увенчались успехом. ⠀ – Тем не менее, распорядитель Голодных игр – это всё-таки не ментор, уровень совсем другой. Соответственно, и число кандидатов... прямо скажем, ограничено. Само собой, мне хотелось бы посмотреть, как Вы проявите себя на этой должности, мистер Сноу – однако, я решил дать шанс и юному Хевенсби. Он приходил ко мне с довольно-таки любопытными предложениями. Думаю, Вы знакомы – он ведь был Вашим одноклассником и одним из двадцати четырёх менторов на Десятых Голодных играх. ⠀ Знакомы, как же, иронично подумалось Кориолану. Куда больше знакомы, чем хотелось бы – а впрочем, идея стравить их напрямую не могла не показаться Капитолию интересной, конечно же. В этом он даже не сомневался. ⠀ – Да, мистер Равинстилл, – ровно отозвался Кориолан, не меняясь в лице ни на долю секунды – обдумывать всё, что сейчас валится ему на голову, он будет потом. Пока что ни в коем случае нельзя давать слабину. ⠀ – Не слишком близко, но знакомы. ⠀ – Превосходно! – как ни в чём не бывало заключил президент – словно они обсуждают сущую ерунду, в самом деле. ⠀ – На данном этапе для меня важнее всего скорость, с которой вы оба способны формировать новые мысли и реагировать – ведь распорядитель должен уметь изменить ситуацию оригинальным способом в любую секунду. Поэтому что у Вас, что у Хевенсби ровно один вечер, чтобы составить основную стратегию – какой Вы видите арену, Ваши нововведения и всё, что Вы сможете придумать. Завтра Вы с ним должны будете изложить всё это нам с доктором Галл. ⠀ Кориолан молчал – в его голове медленно прокручивались имена всех тех, в чьей гибели он так или иначе, волей или не волей, уже был повинен. Бобин, Мэйфер, Сеян, Люси Грей, Хайботтом... Сколько ещё крови он должен будет пролить теперь? А потом, на своём дальнейшем пути? Что останется от него после? Он снова посмотрел на Равинстилла – в чертах того вдруг обозначилась пугающе любезная улыбка. ⠀ – Мистер Сноу, Ваши раздумья невольно заставляют задуматься и меня самого, – бархатисто заметил президент – впервые за всё время взаимодействия с ним по коже Кориолана пробежал холодок. Впервые со времени своего возвращения он вновь ощутил Капитолий смертельной ловушкой. Он собрал всю свою решимость и твёрдо посмотрел в хищные глаза напротив. ⠀ – Я лишь намечал в голове план, мистер Равинстилл. ⠀ На лице того обозначилась такая улыбка, что Сноу даже показалось, будто на долю секунды его заменила доктор Галл. ⠀ – Очень хорошо! Уверен, Вы нас всех ещё удивите. ⠀ Теперь Кориолан наоборот с трудом дождался вечера, чтобы остаться со всеми роящимися мыслями наедине и утихомирить их вихрь – едва лишь зайдя домой, он сел за стол, будто это помогало нащупать баланс. ⠀ Первое и самое главное – ему совсем не прозрачно намекнули, что до свободы по-прежнему далеко. Он станет свободен лишь когда сумеет добраться до поста президента – до той поры, сколько бы званий и должностей у него не появилось, он примерно в том же положении. Один шаг не в ту сторону – и его уберут, не моргнув глазом. Об этом по-прежнему ни в коем случае нельзя забывать. ⠀ Кориоланом вновь завладела волна паники – неужели нужно переступить последний порог человечности, чтобы уцелеть в этом змеином гнезде? Что же теперь делать? Отказаться от организации Голодных игр? Тогда он в ту же секунду станет предателем, виновным в государственной измене. Если ты отказываешься от игр, значит, ты против них – если ты против игр, значит, ты против Капитолия. Самый прямой и краткий путь вслед за Сеяном. Он представил, как его вешают на главной площади на глазах Тигрис, а потом хватают её следом – ему стало страшно, и вариант «отказаться» пришлось отмести сразу же. ⠀ Нарочно позволить Хевенсби обойти себя и стать распорядителем? Тогда он останется позади – Иларий не упустит возможности его погубить. Значит, этот вариант тоже не подходит. Получается, единственный оставшийся путь – править балом смерти? Кориолан медленно перевёл дыхание – сейчас он не может паниковать, у него нет на это времени. Надо взять себя в руки и заняться делом. ⠀ Он поднялся и взял лист бумаги с ручкой – конечно, его снова никто не поймёт. Несколько строчек – и он опять станет безжалостным убийцей, идущим к власти по головам невинных: значит, пусть так. В конце концов, его уже давно некому понимать – ему не привыкать. Кориолан задумался – в чём был успех Люси Грей помимо умения петь? Что такого сразу же зацепило в ней зрителей; чем она отличалась от всей массы грязных, хмурых трибутов, сваленных в одну кучу? ⠀ Ему вспомнилось, какими глазами на неё смотрели дети в зоопарке, и он сообразил – платье. У Люси Грей было яркое, сразу же бросающееся в глаза платье, делающее её запоминающимся цветным пятном на общем фоне – так почему каждый трибут не может обзавестись своим особенным, уникальным нарядом, который сразу же представит его зрителю, как личность, за которую стоит болеть? Ухватившись за эту идею, Кориолан лаконично вывел на листке твёрдой рукой: ⠀ «Стилист». ⠀ Уже что-то – по крайней мере, начало положено. Он подумал ещё немного. Так ли плоха была идея с менторами? Пожалуй, дело было не в самом её принципе – скорее в том, кем эти менторы были. Чем, в самом деле, они могли помочь трибутам – такие же дети, приспособленные к выживанию чуть ли не ещё хуже, чем жители дистриктов? Совершенно ничем. А вот если... ⠀ Его голова усиленно заработала – так, что Кориолану даже показалось, будто она вот-вот лопнет. А что если взять в расчёт победителей прошлых Игр? Они ведь не просто знают, что такое выживать – они уже сделали это сами. Кто, как не они, может этому научить? Тринадцать Голодных игр – двенадцать победителей, не считая Люси Грей. Двенадцать дистриктов. Зачем каждому трибуту отдельный ментор? Они приезжают в паре – значит, пусть и будет по ментору на каждый дистрикт. Всё сходится, будто так и задумано. Вновь берясь за ручку, Кориолан решительно добавил ясным, отчётливым почерком: ⠀ «Менторы». ⠀ Это вполне способно дать Голодным играм новое дыхание, оживить их для зрителя – да, несомненно. Это само по себе новый уровень – в комплекте с денежным призом и Деревней победителей, бывшими его первыми нововведениями, это сделает приевшееся зрелище чем-то совершенно новым: и для самих трибутов тоже. Внутреннее беспокойство понемногу начало униматься – прежде, чем пойти спать, Кориолан набросал на листке ещё лишь несколько строчек, предоставив остальное своему бесспорному красноречию. Завтра он будет в ударе. ⠀ К следующему утру Кориолан в самом деле был собран, предельно сосредоточен и в меру расслаблен – как это всегда бывало, в самый ответственный момент он ни капли не нервничал и был воплощением внутреннего равновесия. Помнится, на защите своего диплома он был едва ли не самым спокойным студентом во всём Университете – и, как следствие, безупречно сконцентрированным. Так было и сегодня – позавтракав принесёнными миссис Плинт превосходными сэндвичами с кофе и надев один из своих лучших костюмов (самый лёгкий, чтобы не потеть), Кориолан, прихватив свои записи и приколов только что срезанную ароматную розу к груди, был готов к любому повороту. ⠀ Помимо него и Илария в просторном, но не чрезмерно огромном кабинете оказались лишь Равинстилл и доктор Галл – кивнув им в знак приветствия, Кориолан сел за стол чуть поодаль и предоставил Хевенсби выступить первым. Нужно было оценить масштаб конкуренции – к тому же, он по-прежнему ни капли не выскочка, им стоит об этом помнить. Кориолан всё так же не испытывал ни капли волнения, слушая Илария вполуха и пока что методично пролистывая свои записи – что-то об использовании переродков, о новых препятствиях для трибутов... ⠀ Довольно любопытные идеи, не поспоришь – однако, Хевенсби не учитывает, что игры будут интереснее не только за счёт усложнения жизни трибутам: за счёт упрощения, как ни парадоксально, тоже. Везде нужен баланс – это как препарат. К тому же, Иларий не имел дело с разработкой, тогда как Сноу занимался ею не первый год – на Десятых играх трибутом Хевенсби была малышка Воуви, с самого начала очевидно обречённая на поражение, поэтому само по себе его представление об устройстве зрелища было не столь близко к истине. Улавливая обрывки его рассуждений, Кориолан со своеобразным удовольствием думал о том, что сейчас сотрёт все его доводы в порошок. ⠀ – Спасибо, мистер Хевенсби, – послышался наконец плотоядный в своей вкрадчивости голос Галл – Кориолан поднял голову, переходя в первую готовность. ⠀ – Присаживайтесь. Теперь мы бы хотели послушать, что нам предложит мистер Сноу. ⠀ Кориолан вышел к середине помещения – со времени службы в дистрикте его походка крайне удачным образом совмещала собранность военного и элегантность истинного капитолийца. Он повернулся к своим слушателям – в его чертах по-прежнему читалась непоколебимая, безмятежная ровность. ⠀ – Я начну с основного, а именно – непосредственно с арены, – спокойно, с умело дозированной энергичностью заговорил Кориолан. Его голос так и не утратил своей мелодичной нежности, зато обрёл столь необходимую ему теперь стойкость и звучность. ⠀ – Использовать в качестве неё помещение давно не актуально – лес я бы назвал довольно банальным выбором. Поле уже показало себя крайне невыгодным вариантом, поскольку трибутам некуда прятаться, и, как все мы помним, они попросту перебили друг друга за первые пару дней. Таким образом, я предлагаю пустыню, но с каменистым участком наподобие пещер, чтобы у них было укрытие – к тому же, здесь будет действовать дополнительный фактор в виде погодных условий. ⠀ Он помолчал немного, давая голосу отдохнуть – Хевенсби упорно смотрел куда-то в угол. В глазах Галл и Равинстилла читалась неподдельная заинтересованность – она склонилась к президенту и сказала ему что-то на ухо. Тот кивнул – сочтя это удачным знаком, Кориолан продолжил: ⠀ – Теперь нововведения – какими трибуты приезжают в Капитолий? Оборванными и грязными, и обращаются здесь с ними соответственно – то есть как с животными. Почему зритель должен сопереживать им, выбирать, на кого делать ставки, и тратить свои деньги на спонсорство? Для зрителей это безликая масса, в сторону которой они даже не посмотрят. Что если оказывать трибутам достойный приём и выбрать стилиста, который создаст для каждого из них уникальный костюм? Наряды, которые будут олицетворять все двенадцать дистриктов и все двадцать четыре личности – так, чтобы зрители их запомнили. Чтобы они сразу цепляли взгляд, заставляя желать своей победы. Этого не случится, если не придать им по прибытии человеческий вид – для этого в Капитолии предостаточно талантливых стилистов. И наконец последнее. ⠀ Кориолан уже знал исход по одним только их лицам – очевидно, знал его и Иларий. Один лишь его скучающий вид подстёгивал, придавая ораторского вдохновения – почувствовав второе дыхание, Сноу нанёс финальный удар. ⠀ – Менторство. Идея наличия менторов была совсем не плоха – проблема была в том, кому досталась эта роль. Ученики Академии принципиально не могли помочь трибутам выжить, поскольку имели крайне смутное представление об условиях на арене – кому знать, каково там, если не тем, кто уже там побывал и вернулся? В Деревне победителей находится двенадцать победителей Голодных игр со своими семьями – у них есть причины помочь трибутам, если убедить их. Двенадцать дистриктов – по паре трибутов на каждого. Они приезжают неподготовленными и просто умирают, как мухи – зрители не станут бесконечно смотреть на обычную резню. Им нужно дать возможность пройти тренировку – и никто не подготовит их так, как те, кто знает, что их там ждёт. ⠀ Он умолк, по-прежнему глядя на своих зрителей – в глазах Равинстилла читалось явное одобрение. Кориолан окончательно ободрился. Галл, отвлёкшаяся было на какие-то записи, снова подняла голову – Кориолан, уже успевший в очередной раз почувствовать себя победителем, вдруг увидел в её разноцветных глазах смутный подвох. ⠀ – Что ж, думаю, тут всё понятно, – невозмутимо резюмировала доктор Галл – нет, понятно ещё не всё, подумал Кориолан. Непонятно, где и почему ты хочешь меня подставить. ⠀ – Собственно, у меня только один вопрос. Кого же Вы избрали в качестве стилиста... мистер Сноу? ⠀ – Фабриция Уотнот – отличный вариант, – не растерялся Кориолан, уже успевший подумать об этом – и всё же что-то неуёмно глодало изнутри. Она точно не стала бы спрашивать ни о чём просто так. ⠀ – Она прекрасный модельер с большим стажем – ей это точно будет по плечу. ⠀ – Кажется, я знаю куда более прекрасного модельера – разве нет? – с неуместной улыбкой поинтересовалась Галл – Кориолан наконец понял, к чему она, и в животе похолодело. Он совершенно не собирался впутывать в Голодные игры Тигрис ни в каком виде – и зачем только она строит ему какие-то каверзы? Неужели ей не выгодно быть на его стороне? ⠀ – Тигрис не станет в этом участвовать, – твёрдо ответил Кориолан. ⠀ – Она.. ⠀ Он чуть было не сказал «Она не сторонница Голодных игр», как вдруг в ужасе сообразил, что это значит, и вовремя осёкся – за одно такое признание они оба отправятся в петлю. Против игр – значит, против Капитолия. ⠀ – Она очень загружена заказами со всего Капитолия, доктор Галл. Я не могу просить её ещё и о такой масштабной работе. ⠀ Галл вдруг рассмеялась – Кориолан знал, в каких случаях этот смех звучит чаще всего, и внутреннее торжество окончательно сменилось липким страхом. ⠀ – Ты, кажется, совсем позабыл главное, мальчик мой, – наконец сказала Галл с леденящей кровь улыбкой – её глаза, непроницаемый чёрный и яркий синий, сверкали безумием. ⠀ – Здесь никого не спрашивают.