Когда страшно

Субботнее утро выдалось морозным и ясным. Регулус стоял у окна в гостиной Гриффиндора и смотрел, как первые лучи солнца золотят верхушки Запретного леса. В руках он сжимал древко школьной метлы — старой, потёртой, но всё ещё надёжной. Пальцы слегка дрожали. То ли от холода, то ли от волнения. — Ты готов? — спросил Сириус, появляясь у него за спиной. — Нет. — Вот и отлично. Значит, будет интересно. Сириус хлопнул его по плечу и направился к выходу. Регулус сделал глубокий вдох и последовал за ним. Поле для квиддича встретило их морозной тишиной. Трава под ногами хрустела, трибуны пустовали, только на самом верху, где обычно сидят преподаватели, маячила маленькая фигурка — кажется, профессор Флитвик пришёл посмотреть. Или просто пил утренний чай на свежем воздухе. Джеймс уже ждал их на поле, разминаясь и делая круги на своей «Молнии». Он летал с лёгкой, почти небрежной грацией человека, который не помнит, когда впервые сел на метлу. У Регулуса была обычная школьная метла — медленная, тяжёлая, но верная. Рядом с Джеймсом она выглядела почти жалко, но Регулус решил не думать об этом. Рядом с Джеймсом стоял Фрэнк Лонгботтом, капитан команды, с пергаментом в руках и сосредоточенным выражением лица. На Фрэнке была старая тренировочная мантия, заштопанная на локтях, и Регулус почему-то подумал: «Он не из богатой семьи. Он здесь потому, что действительно любит квиддич». — Блэк, — Фрэнк кивнул Регулусу без лишних приветствий. — Ты быстр и не боишься рисковать. Но квиддич — это не бег с препятствиями. Здесь ты не один. Здесь ты часть команды. — Я понимаю, — ответил Регулус. — Посмотрим, — Фрэнк указал на поле. — Десять кругов над стадионом. Потом — проход через кольца. Потом — работа с мячами. Джеймс покажет. — А что я? — подал голос Сириус, который уже успел забраться на метлу и теперь парил в двух метрах над землёй. — Ты будешь мешать, — без тени улыбки ответил Фрэнк. — Как обычно. Джеймс рассмеялся. Сириус сделал вид, что обиделся, но в глазах его плясали искорки. Регулус взлетел. Мир перевернулся. Ветер ударил в лицо — холодный, свежий, почти живой. На секунду ему показалось, что он снова дома, в ночном саду, летает в одиночестве, когда никто не видит. Но здесь было по-другому. Здесь не было страха, что кто-то заметит. Здесь можно было не прятаться. Десять кругов он сделал легко, привыкая к метле, чувствуя, как она слушается каждого движения. Древко вибрировало под пальцами, и Регулус поймал себя на мысли, что улыбается. Просто так. Без причины. — Неплохо, — донёсся снизу голос Фрэнка. Потом — кольца. Джеймс взлетел рядом, показывая траекторию. Они должны были пролететь сквозь пять колец, расположенных на разной высоте и под разными углами. — Главное — не думать, — крикнул Джеймс, разгоняясь. — Просто лети. Тело само знает, что делать. Регулус смотрел, как Джеймс проскальзывает в первое кольцо, выравнивается, ныряет во второе, переворачивается в воздухе и пролетает третье вверх ногами. Это выглядело как танец. Как что-то, чему невозможно научиться — только чувствовать. — Твоя очередь, — сказал Джеймс, приземляясь на трибуне. Регулус кивнул. Разогнался. Нырнул. Первое кольцо прошло чисто. Второе — тоже. На третьем он чуть замешкался, крыло метлы задело край, но он успел выровняться. Четвёртое и пятое пролетел, не глядя, доверяя телу. Когда он приземлился, Сириус свистел. — Не позорься, Блэк-старший, — сказал Джеймс, толкая его локтем. — Он лучше тебя. — Я это вижу, — ответил Сириус, и в его голосе не было обиды. Только гордость. Фрэнк дал им десять минут передышки. Регулус сидел на трибуне, грызя яблоко, и смотрел, как Джеймс и Сириус гоняются друг за другом над полем. Они смеялись — громко, беззаботно, как будто не было ни войны на горизонте, ни родителей, которые ждали дома, ни завтрашних экзаменов. — Ты знаешь, — сказал подошедший Римус, которого Регулус не заметил на трибуне, — я никогда не понимал этого всего. Квиддича. Полётов. Азарта. Но смотреть на них — приятно. — Почему ты здесь? — спросил Регулус. — Сириус сказал, что у тебя первая тренировка. Сказал, что я должен прийти. Для моральной поддержки. — Я не нуждаюсь в моральной поддержке. — Знаю, — Римус улыбнулся. — Поэтому я здесь. Для тех, кто не нуждается, она работает лучше всего. Регулус не нашёлся, что ответить. Он просто сидел и смотрел на поле, чувствуя, как холодный ветер обдувает лицо, а внутри разливается что-то тёплое. Вторая часть тренировки была с мячами. Фрэнк выпустил квоффл, и Регулус впервые в жизни попытался поймать его на лету. Это было сложнее, чем казалось. Мяч был скользким, тяжёлым, и он всё время норовил выскочить из рук. — Не сжимай так сильно, — крикнул Джеймс, пролетая мимо. — Держи свободно. Он сам ляжет в руку. Регулус попробовал снова. Квоффл скользнул по пальцам, но не выпал. Он сжал его — и в этот момент понял, что Джеймс прав. Не нужно бороться с мячом. Нужно стать его частью. — Есть! — крикнул Сириус снизу. — Тише, — осадил его Фрэнк. — Это только начало. Потом были бладжеры. Их запустили всего два, и Регулус должен был уклоняться, не прекращая двигаться с квоффлом. — Они не настоящие, — объяснил Фрэнк. — Заклинание ослаблено. Если попадёт — будет больно, но не смертельно. — Утешил, — пробормотал Регулус. Первый бладжер просвистел мимо уха — Регулус успел пригнуться. Второй прилетел справа, и он резко ушёл вниз, чувствуя, как ветер свистит в ушах. Третий — откуда-то снизу — заставил его выкрутить метлу в немыслимый штопор. — Отлично! — крикнул Джеймс. — Ты делаешь это как старый игрок! — Я чувствую себя как старый игрок, — ответил Регулус, приземляясь. — Старый, разбитый и очень уставший. — Это нормально, — Фрэнк кивнул. — После первой тренировки все так себя чувствуют. Отдохни. В следующий раз будет легче. В раздевалке Регулус сидел на скамейке и смотрел на свои руки. Ладони покраснели, пальцы дрожали от напряжения, но внутри было странное, почти забытое чувство — удовлетворение. — Ты молодец, — сказал Сириус, садясь рядом. — Я горжусь тобой. — Ты говорил это уже сегодня. — И скажу ещё раз, — Сириус хлопнул его по плечу. — Ты боялся. Но полетел. Это главное. — Я не боялся. — Врёшь, — Сириус усмехнулся. — Я видел твои глаза перед стартом. Ты боялся. Но ты всё равно полетел. Регулус промолчал. — Это и есть храбрость, Рег, — сказал Сириус. — Не отсутствие страха. А умение делать что-то, даже когда страшно. Они сидели в тишине, и Регулус чувствовал, как что-то тяжёлое, годами лежавшее на плечах, становится чуть легче. На следующее утро за завтраком к нему подошёл Фрэнк. — Блэк, — сказал он. — Я переговорил с командой. Ты нам подходишь. — Я… — Не перебивай, — Фрэнк поднял руку. — Ты будешь тренироваться с основным составом. Как запасной охотник. Если покажешь себя — получишь место в старте. Он хотел сказать, что не готов, что никогда не играл, что подведёт команду. Но слова застряли в горле. Потому что, глядя на Фрэнка, на его спокойное, уверенное лицо, Регулус вдруг понял: он не хочет отказываться. — Не надо, — сказал Фрэнк, словно прочитав его мысли. — Ты готов. Ты сам этого не знаешь, но мы знаем. Он развернулся и ушёл, оставив Регулуса с открытым ртом. — Поздравляю, — сказал Сириус, который сидел напротив и слышал весь разговор. — Ты теперь официально спортсмен. — Я не… — Ты, — отрезал Сириус. — Привыкай. Регулус посмотрел на брата. Потом на Римуса, который улыбался в свою чашку чая. Потом на Джеймса, который уже строил планы на следующую тренировку. Он улыбнулся. Впервые за долгое время — улыбнулся не тайком, а открыто, при всех. — Ладно, — сказал он. — Когда следующая тренировка?