Часть 10 - Выгода. Глава 5

      На следующее же утро после Последней Охоты отряд покинул Урвей — заметно расширившийся, что очень обрадовало Магду. В отличие от Хельёси, Фроберпакки жили с совершенно другой идеологией: избежать боя — всё равно что поставить клеймо позора собственными руками. Не желал отсиживаться даже пострадавший на Охоте мужчина, несмотря на то что культя его кровоточила и болела. Магда и глава клана насилу уговорили его остаться. Теперь оставалось посетить Фринн-тич, что был в одном-полутора днях пути от Урвея.       Главой отряда формально считался Иво Одергард в силу происхождения. Кто-то побаивался знатной фамилии, кто-то относился к Иво с почтением, кто-то — презирал, но так или иначе его лицо знали все, а имя имело большой вес. Магду же представили как кэйрифрау Хогг — фамилию своей сиделки она часто использовала для прикрытия, — советницу Иво, и первое время люди относились к ней с недоверием: как правило, о видных деятелях ходила молва, о Магде же никто и ничего не знал. Она была готова к такой реакции, потому старалась просто хорошо исполнять свои обязанности: изучать карты местности, собирать сведенья от разведчиков, прокладывать маршрут, раздавать задачи и по возможности решать мелкие разногласия, коих оказалось много из-за древних, но всё ещё не забытых склок.       Много лет назад на территории Искольда существовало два государства: одно объединяло кланы Искольд, Хельёси и Одергард, именно его называли Древним Искольдом, другое же — кланы Фринн и Фроберпакки, истинных жителей севера. Традиции, законы, уклад жизни и внешность в государствах разнились, и если жители Древнего Искольда отличались нелюдимым и тихим нравом, народы севера же оказались шумными, деловитыми и склочными. Ещё и внешность их была примечательна: коренастые, темноволосые, с крупными чертами лица. Из-за различий и конфликтности народы севера в Древнем Искольде обзавелись дурной славой, во многом далёкой от реальности. Будь даже торговец с севера честен и уживчив, в него неизменно тыкали пальцем: «Чужак!»       С тех пор минула не одна сотня лет, но иногда старые обиды напоминали о себе. Вот и теперь, за время подготовки к дороге, в путешествии и уже в самом Гаро́не, портовом городке рядом с Фринн-тич, между северянами и южанами случались стычки, хотя и пробыли они вместе всего дня три. Впрочем, Магда не винила их: путь был непростым, двигаться приходилось быстро и без остановок — слишком опасен был север в Сварткальд.       Одергардов раздражал шум, который создавали фроберпакки; самих же фроберпакки задевали холодность и отстранённость одергардов. Иногда в разборки влезал Лир — тогда всё заканчивалось мирно и довольно быстро. Чаще разрешать конфликты приходилось Магде — это занимало больше времени, но стороны всё же расходились. Но когда за дело брался Иво… Вне споров фроберпакки уважали его за острый язык и пламенный характер, но именно эти черты доводили обе стороны до исступления. Одного раза оказалось достаточно: Магда устроила Иво выволочку и пообещала оторвать ему голову голыми руками, если хоть ещё раз он попробует подначивать воинов в отряде.       Дела обстояли бы лучше, если бы Иво то и дело не подливал масла в огонь, и Магде приходилось напоминать ему о старом предупреждении. К счастью, усталость лишала её сил на злость и гнев — после выходки в Урвее ей даже смотреть на линурита было тошно.       Одного лишь Магда не понимала: почему ж это так её разозлило? Иво всегда её раздражал, но впервые за долгие годы ей захотелось всерьёз проучить брата.       Отоспавшись в таверне Гаро́на и убедившись, что новых стычек между воителями не случилось, Магда наконец смогла выдохнуть. Пока что провести аудиенцию с главой клана Фринн возможности не было, и воители собрались в нижнем зале таверны. Похоже, отдых смягчил их нрав: то и дело в зале раздавался смех и стук стаканов, даже Иво вёл себя по-человечески, развлекая всех сплетнями и шутками сомнительного содержания. Магда отсела подальше от отряда, разложила карты, бумаги и принялась за работу. Пускай отдыхают, пока могут. Всё шло гладко, однако под вечер её настигли неудобные мысли, от которых она старалась спрятаться все эти дни. Магда тяжело вздохнула и спрятала лицо в ладонях, когда поняла, что работа дальше не пойдёт.       Почему страх за Лира так подействовал на неё? Почему она замялась, когда Иво начал выспрашивать об этом? Почему душа наполнялась светом и радостью, стоило ей взглянуть на своего друга? Почему ещё в Одергард-тич она так разговорилась? Слабостью перед выпивкой Магда никогда не страдала, так что дело было точно не в вине. Так почему?       Из размышлений Магду вывел громкий смех. Она бросила на воителей взгляд и невольно улыбнулась: Лир и Иво что-то горячо рассказывали воинам.       — Всё работаете, кэйрифрау?       Рядом с её столом остановился один из охотников фроберпакки — улыбающийся молодой человек с небрежной бородкой. В руке он держал чашу с мёдом. Магдалена взглянула на заваленный бумагами и картами стол и ответила, поведя плечом:       — Кто-то должен.       — Кэйрихар Одергард хотел вас позвать и просил оставить это.       Охотник поставил на стол чашу, и Магда нахмурилась. С чего бы Иво угощать её мёдом? Она украдкой глянула на стол отряда и отметила, что Лир с интересом наблюдал за ней. Заметив взгляд Магды, монах обратился к одному из воинов. «Ты как развёрнутый свиток, Лир», — подумала Магда и вздохнула. Веселиться ей не хотелось, а выпивать вместе с Лиром она и вовсе опасалась. Сначала надо во всём разобраться.       — Передайте ему, что я помню наш разговор, — придумала Магда отговорку. — Отчёт скоро будет готов, беспокоиться не о чем. Веселитесь, пока есть время. А мёд оставьте.       Она дружески улыбнулась охотнику, и тот удалился. Только после его ухода Магдалена заметила, что к её щекам слегка прилила кровь. «Действительно, Магда, почему же ты так странно реагировала?» — подумала она с раздражением и потёрла глаза. Ответ давно уже был известен, просто принять его у Магды не хватало ни сил, ни смелости.       Симпатия, невозможная и недозволительная из-за её статуса. «Но были же правители, обручившиеся с простолюдинами», — напомнил Магде внутренний голос. Она кисло усмехнулась.       Были. Конечно же были. Однако подобное происходило, когда власть была устойчива, когда мир не находился на грани разрушения и хаоса. Ни сейчас, ни в ближайшие годы такого периода не предвидится, а найти супруга всё равно придётся, чтобы не усилить недоверие к власти; чтобы её, Магды, голову, насаженную на пику, не пронесли как-нибудь по площади.       Магдалена отпила мёда, задумалась. Пряный сладкий напиток согревал, но его тепло не могло сравниться с тем, что она испытывала время от времени, глядя на друга. Благодарность Лиру давно переросла в нежность и трепет, в чувство защищённости и радости. В памяти возникли обрывки разговоров в тавернах, в отблесках ночных костров, под сенью вековых деревьев… Приятное было время. Жаль, что в будущем Магда не видела ничего радостного.       Грядущие трудности, обязанности… Когда это всё будет? Через год, два, через десять лет? «А может, просто раз — и как в омут с головой?» — шептал соблазнительно внутренний голос. Магда ощутила, как лицо обдало жаром, её руки сжались. Как в омут с головой, без оглядки утопиться в тянущей нежности, напиться ею, пока возможно, забрать её без остатка… Жар охватил всё тело. Она покачала головой и отставила чашку с мёдом.       Не счесть, сколько раз она бросалась в омуты с головой — всё это путешествие стало таким броском. Однако со временем, прыгая в омуты, отбиваешь себе колени, локти, голову, расшибаешься о дно, а после долго и мучительно пытаешься всплыть — глотнуть воздуха, обогреться на солнце, чтобы снова броситься в омут. И чем глубже омут, тем труднее разбираться с последствиями прыжка в него… А Магдалена чувствовала: отношения с Лиром станут одним из самых глубоких, пленительных омутов среди всех прошлых.       Так и прыгаешь в омуты из раза в раз, расшибаешься, встаёшь на ноги снова, прыгаешь… И устаёшь. Начинаешь жаждать предсказуемых проблем и предсказуемых же решений. Магда понимала, что ни сил, ни возможности для нового омута у неё не оставалось. Она ещё раз взглянула на Лира и почти наяву ощутила запах трав и лаванды. Может, она когда-нибудь и найдёт решение для них двоих, а пока… Никаких омутов. Никаких чувств.       Лицо пылало от стыда — слишком уж увлеклась она фантазиями, а работа никуда не делась. Магда нахмурилась, накинула меховой плащ и вышла на улицу. Ей нужно перевести дух и успокоиться. «Больше работы — меньше времени на всякую ерунду», — отчитывала она себя, пробираясь к двери. И с Лиром ей стоило бы пересекаться поменьше: по крайней мере, пока не станет ясно решение клана Фринн.       Магда чувствовала, что Лир давно хочет с ней поговорить, да и ей самой о многом хотелось узнать: она замечала, что в последнее время друг вёл себя странно. Иногда Лир мог совсем не замечать, что происходит вокруг, не отзываться на имя… «Может, это связано с тем паразитом?» — задумалась Магда, прислонившись к стене таверны. Холод приятно бодрил. Им однозначно стоило поговорить, просто не здесь и не сейчас.       Изо дня в день мороз крепчал, а тьма сгущалась, из-за неё Магда с трудом могла рассмотреть противоположную сторону улицы. Старые, изъеденные ветром каменные дома, прочные и ладные, высокие башенки, мерцающие газовые фонари… Они напомнили Магде об Эйрихусе, и сердце стиснула тоска. «Разве что пахнет здесь не по-столичному, — невесело усмехнулась она. — Рыба, водоросли и сырость…»       Где-то слева забрезжил свет, слабый и болезненный. Магда повернула голову и с удивлением увидела группу хельёси. Во главе процессии шёл Гронир, его нетрудно было узнать по тонким рожкам, украшенными цепочками и ценными камнями. Мужчина выглядел ещё более измождённым, чем в прошлый раз: затравленный взгляд, тёмные круги под глазами, впалые щёки. Магда сделала пару шагов навстречу и поклонилась, приветствуя.       — Доброго вечера, кэйрифрау. Мы искали вас, — Гронир поклонился в ответ и торопливо продолжил: — Пространство становится всё менее стабильным, и та сущность, которую мы попытались заключить под стражу, продолжает двигаться вперёд. Мы многое испробовали, но только потеряли людей. Судя по всему, это… существо хочет попасть в столицу.       «Что ни минута, то новая проблема», — едва не сказала вслух Магда. Одно лишь её порадовало: Гронир, в отличие от прошлого раза, решил рассказать ей всё сразу. Она задумчиво окинула взглядом хельёси — пришло несколько десятков человек. Их сияние даже немного рассеивало тьму Сварткальда. Гронир неловко переступал с ноги на ногу, словно хотел сказать что-то ещё, да не решался. Вперёд выступила девушка с оленьими рожками — пришла на помощь Грониру, как в прошлый раз:       — Мы выяснили, что существо связано с наступлением Сварткальда. Если то, что вы рассказывали — правда… В общем, глава Олави решил, что всем, кто хочет, стоит присоединиться к вам. Не сражаясь, мы тем более ничего не изменим. Мы отобрали наиболее опытных адептов Эфира, тех, кто ещё сохранил силы и связь с Брэйанти.       — Хорошо. Рада приветствовать братьев и сестёр битвы, — Магда кивнула, улыбнувшись. — После аудиенции с Нантией Фринн и приготовлений мы двинемся в путь, а пока отряд остановился здесь. Мест в таверне больше не осталось, позвольте я выясню у хозяина, есть ли в окрестностях…       — Это без надобности, — заговорил Гронир. — Вас скоро вызовут, надолго мы тут не задержимся.       — Откуда вы знаете?       — Связи Хельёси, — Гронир мягко улыбнулся, склонив голову. — Надеюсь, что обогреться нас пустят и так.       Магдалена снова кивнула и поспешила в таверну — уладить вопрос с хозяином всё же стоило. Открыв дверь, она едва не налетела на Лира. «Зря ищешь встречи со мной», — подумала Магда мельком. Не медля, она бочком протиснулась мимо него в таверну и с порога кликнула хозяина. Не вполне вежливо, зато быстро — Лир не успел и слова сказать. Объясняясь с хозяином, Магда пару раз бросила на друга взгляд. «Не отступится же», — поняла она по его глазам. Трезвым-то Лир иногда бывал упрямым, а сейчас, прихмелевший, с учётом, что Магда почти не общалась с ним после отъезда из Одергард-тич…       «Мне нужно срочно найти занятие и себе, и ему», — решила она. Договорившись с хозяином, Магда повернулась к Лиру:       — Часть хельёси встала на нашу сторону. Стоит составить сводку: выяснить, сколько человек пришло, чем они располагают. Скоро, похоже, Нантия Фринн пришлёт людей, так что мне придётся пойти с Иво и провести переговоры. Займись, пожалуйста, списками. Окажешь мне большую услугу.       Пока она выспрашивала и раздавала указания, вокруг стали собираться любопытствующие воители, в их рядах стоял и Иво. Он ехидно усмехнулся:       — За услуги надо платить.       Раздались редкие смешки, кто-то даже подтолкнул Лира локтем. Магда едва не закатила глаза и учтиво улыбнулась братцу. Грубость лучше придержать: для окружающих она была всего лишь советницей наследника великого клана, — а вот после она обязательно Иво это припомнит.       — Если не было заплачено ранее. Однако кэйрихар, как известно, обеспечил и меня, и Лира, и каждый из нас теперь должен выполнять свою работу. Я действую в рамках своих обязанностей, ни на грош за них не вылезла.       Магда знала, что Иво наверняка хотел бы подначить её ещё, и уже готовилась отбиваться, как в таверне хлопнула дверь. На пороге замер человек в тёмной толстой шубе с красной оторочкой — посыльный главы клана. «Боги милостивы», — подумала Магда и поклонилась мужчине. Хотя её раздражало, что прилюдно Иво мог измываться над ней, как тому захочется, в глубине души ей всё же было приятно чувствовать себя обычным человеком.       Посыльный сообщил, что Нантия Фринн готова принять глав делегации и на улице их ожидает экипаж. «Ну хоть ума хватило не медлить», — хмыкнула Магдалена, видя, с каким радушием Иво встретил посыльного. Какой бы ни была её неприязнь к брату, она замечала: Иво изменился за прошедшие годы. Напоследок воительница кивнула Лиру и ободряюще улыбнулась. В общении с главами кланов Иво действительно оказался учтив и умел, и на протяжении переговоров Магда в основном слушала, иногда дополняя брата. Конечно, ещё по пути во Фринн-тич они между собой обсудили, каким образом стоит рассказать всё кэйрифрау Фринн. Молва ходила разная, но чаще её описывали как человека резкого и жёсткого, довольно скептичного, и Магда не понаслышке знала, что слухи правдивы.       Глава клана была из тех людей, чей возраст крайне тяжело определить: что-то между цветущей молодостью и уходящей зрелостью. Невысокая, темноволосая и слегка смуглая, с хитрым и насмешливым взглядом, она, как и большинство людей севера, смотрела на прибывших южан снисходительно. Её тёмные глаза мерцали в полутьме зала, и было в этом блеске что-то холодное и острое. «Своей выгоды она точно не упустит», — с долей уважения и опаски подумала Магда.       Вдвоём им удалость убедить главу клана помочь в походе на Мархоллин: Фринн выделила им военный отряд в обмен на плату, а также обеспечила проезд по Северному тракту.       — Вам повезло, — звонко говорила Нантия Фринн в конце аудиенции. — Реку Сейткро́ппа сковал лёд, вы сможете добраться почти до самого Эйрихуса на готри́тах. Много времени путь не займёт.       Магда вскинула голову, не сдержав воодушевления. «Готри́т! Я только слышала о них, но ни разу не была на палубе», — восторженно думала она, наблюдая за Нантией. От кэйрифрау Фринн восхищение Магды не укрылось: готри́т был настоящим достижением севера. Бесшумные, быстроходные суда, способные перемещаться по льду рек и озёр даже быстрее, чем по водной глади — находка для путешественника. Иво радости Магды не разделял.       — Но разве за хребтом Эймил не водится куча разной… живности? — линурит с сомнением смотрел на главу Фринн. — С одной вот уже довелось познакомиться в окрестностях Урвея, и следующих встреч я бы предпочёл избежать.       — В движении нам ничто не грозит, кэйрихар, — ответила Магда. — Редкая тварь угонится за готритами. Для стоянок народы севера давно придумали массу методов, как отвадить от себя нечисть.       — Верно говоришь, — Фринн бросила на Магду взгляд и улыбнулась. — Приятно знать, что хоть кто-то на юге осведомлён о нашем быте. Да и кроме того, юный Одергард, при вашей-то цели — остановить бога, привнести порядок на земли Искольд — опасаться местных зверюшек… довольно забавно. Как у вас говорят? Век беззубым живи, коль клыки боишься обломать?       Иво помрачнел, и Магда улыбнулась краешком губ, склонив голову. Глава клана беззлобно рассмеялась:       — Прошу меня простить. Уж больно умиляют меня южане: ни ветров, ни порождений тьмы — немудрено, что наши края вас пугают. Вернёмся к делу. Готриты подготовят через пять-шесть часов, а мои люди будут ждать вас на том берегу Белой гавани. Надеюсь, впредь народы юга будут вспоминать о нас не только в час нужды. Была рада встрече, кэйрихар Одергард, кэйрифрау Хогг.       Откланявшись, Магда и Иво отправились собирать отряд в дорогу: нужно было рассчитать запасы провианта, проверить снаряжение, запастись расходниками. Нантия Фринн вызывала у Магды уважение — отчасти потому, что та смогла смутить Иво. Сам братец же по пути в таверну костерил главу вполголоса, чем даже развеселил Магду. «Иво не злодей», — вспомнились ей слова Линнеи, и теперь воительница верила в них чуточку больше.       — «Век беззубым живи», — возмущался он, шагая к таверне по улице. — Можно подумать, все должны знать, как в этих пустошах выживать приходится.       — Все не должны, — согласилась Магда. — Но ты, брат, наследник великого клана, почти что сосед Фриннов. Стоило бы хоть чуть-чуть осведомиться.       Одергард недовольно фыркнул:       — Очень надо! Я не собирался в такую глушь. Всё, дошли наконец-то. Я уже промёрз весь, — линурит поспешил к двери и бросил на ходу: — Как советница ты мне больше нравишься: дерзишь поменьше, я даже готов взаправду тебе приплачивать.       — Даже так? Нет уж. Хрен тебе, Иво, — ответила Магда и, пользуясь случаем, стукнула брата кулаком по плечу.       Посмеиваясь, линурит зашёл в таверну первым, да так и замер в дверях. Магда едва подавила желание толкнуть брата вперёд и, выглянув из-за его плеча, тоже опешила: с уже порядком недовольным хозяином — больно много людей набилось в зал — о чём-то разговаривала Линнея. Выглядела сестра встревоженной. За её спиной молчаливо стоял Антар, задумчивым взглядом обводя столики — рост позволял ему даже не вытягивать шею.       Магда хотела уж кинуться к сестре, но вовремя вспомнила: для окружающих они неровня. Она нетерпеливо подпихнула Иво, понадеявшись, что никто не заметил такой непочтительный жест, и вместе с ним пошла к Линнее. Единственная дочь правителей и рослый чужеземец привлекли внимание всех, и в таверне было непривычно тихо.       Этикет предписывал Магде поклониться и молча ждать, когда к ней обратятся. «Только сама на меня не кидайся, Линнея», — думала она, сверля сестру взглядом. Линнея действительно подалась вперёд, но вовремя замерла, сделав вид, будто радость её вызвана появлением Иво. Они обменялись приветствиями, Иво представил «советницу» Линнее, после чего все четверо направились на второй этаж, в комнату Иво. Замерев на нижней ступеньке, Магда окинула зал взглядом и, заметив Лира, подозвала его жестом. Несколько воителей переглянулись, зашептались, поглядывая на них двоих, и Магда ещё раз убедилась: Иво вечерняя выходка просто так не пройдёт.       — Нервничаешь? — уже на втором этаже спросил Лир тихо.       — Нет. С чего ты решил?       — Ты руки так сложила, — он кивнул, опустив взгляд. — Ты всегда так делаешь, когда размышляешь о чём-то или переживаешь.       Магда сама не заметила, как сцепила руки на животе, и тут же их одёрнула — чересчур резко. «Это усталость», — решила воительница, но, прислушавшись к себе, и правда отметила трепет. Чувство определённо было ей знакомо. Она отрезала:       — Не выдумывай. Скажи лучше, ты разобрался со списками?       Лир кивнул и плутовато улыбнулся, и это почему-то смутило Магду. Из чистого упрямства ей не хотелось выдавать чувств, она взглянула на друга и, усмехнувшись, заговорила:       — Быстро ты управился. Узнавал, как давно прибывшие изучают Школу Эфира? Был ли у них опыт сражений, службы? Владеет ли кто-то оружием, каким, сносно ли, имеет ли при себе? Брали ли с собой хельёси припасы, сколько…       Продолжать Магда могла бы долго: все вопросы были важны, но далеко не на все необходимо знать ответ прямо сейчас. Лир замялся, что-то пробормотал, и воительница прибавила шагу, обогнав его. Магда не сомневалась, что работу он выполнил хорошо и для придирок нет причин, и всё же ей хотелось немножко его уколоть. У двери в комнату их уже ждал Иво, насмешливо наблюдая за допросом со стороны. «Только скажи что-нибудь — язык отсохнет», — подумала Магда и холодно поглядела на брата. Он промолчал — не осмелился.       Как и полагается важной особе, Иво занял одну из самых просторных комнат в таверне, и обставлена она была недурно: мягкая кровать с подвыцветшим балдахином, большой письменный стол, комод, старенькие картины и гравюры на стенах. Едва Магда ступила за порог, Линнея порывисто обняла её.       — Ну и времена, не могу прилюдно сестру поприветствовать, — сказала заклинательница, грустно улыбнувшись и отступив на шаг. — С кланами, я смотрю, дела идут неплохо?       — Да. А что он тут делает? — Магда кивнула в сторону Антара. Доверия маг и раньше у неё не вызывал, а теперь, набравшийся сил, и подавно. — Я ещё могу понять, если он захотел вдруг отправиться с нами, и то причина остаётся неясной, но уж допускать его до более приватных разговоров…       — Он уже в этом замешан, так какая разница? — Линнея скрестила руки и вздёрнула подбородок. — Хотел навредить, давно бы это сделал. И я пробыла в его мыслях достаточно, чтобы убедиться: резона связываться с Новым богом у него нет.       — В истории с пришествием Нового бога может быть несколько сторон. Не стоит доверять кому попало.       — Он мне вообще-то жизнь спас, — резко сказала Линнея и, не дожидаясь вопроса, рассказала о событиях последних дней.       Появление Рыцарей Дюжины встревожило Магду. Она пристально оглядела комнату ещё раз и одёрнула себя: вдруг её мысли как-то привлекут Длинношея? Хотя он пару раз даже помог ей с Лиром в пути, его природы это не изменяло. Магда покачала головой, стараясь скорее выкинуть образы Рыцарей из головы.       — Антар, — взглянула на мага она. — Спасибо, что помог Линнее. И всё же это не меняет сути, — Магда перевела взгляд на сестру. — Ты не можешь за него ручаться.       — Могу.       — Вам не кажется, — лениво протянул Иво, развалившийся на потёртом кресле, — что у вас появляется дурная привычка подбирать странноватых мужчин по дороге? Анекдотичная привычка, я бы даже сказал.       Сёстры хмуро повернулись к нему, и улыбка линурита стала только ехиднее. «А в чём-то он прав», — отметила Магда и таким же тяжёлым взглядом наградила сестру. Та лишь подняла бровь, приготовившись к спору.       — Ладно, признаюсь. Крестьянин мне нравится, — Иво небрежно указал на Лира. — Он бывает забавным и почти не оскорбляет мой взор, а значит, какую-то пользу несёт. Но песочный человек так перепачкал мою гостиную, что я не знаю даже, как его присутствие в моём обществе оправдать.       Магда успела лишь заметить, как Лир открыл рот, однако Линнея вмешалась быстрее:       — А от тебя самого польза какая?       «Слишком резво она вступается за Антара, — промелькнула мысль в голове Магды, и она пристально уставилась на мага. Он казался невозмутимым, даже расслабленным. — Не к добру».       — О, ты спрашиваешь? Я создаю атмосферу и услаждаю взгляд, — Иво ослепительно улыбнулся и откинул с лица белоснежную прядь, после одарил Магду колючим взглядом: — Для всех, кроме тебя — я знаю. Но ты в меньшинстве.       Магда почти не слушала трёп Иво, лишь задумчиво смотрела на Антара. В чём его выгода? Зачем идти с Линнеей? «Он, конечно, провёл в заточении много лет, — размышляла она. — Но он взрослый человек, должен понимать, что его трудности мало кого трогают». Беспокойство вызывали и шрамы мага, и его молчаливость — всё казалось Магде странным. За её спиной тем временем разразился настоящий спор.       — Хотите что-то спросить — спрашивайте, — внезапно произнёс Антар, почтительно склонив голову. От звука его голоса все притихли: низкий и мягкий, как бархат.       — Зачем тебе во всё это вмешиваться? И на чьей ты стороне? Если ты ищешь путь домой, боюсь, до конца Сварткальда никто не переправит тебя в Хестрон. Слишком опасно, — нахмурилась Магда, не спуская взгляда с мага. Какое-то время он молчал.       — Я на своей стороне, но наши интересы пересекаются. Авакки Небья долгие годы похищают магов и адептов Эфира. Они связаны с Новым богом, подчиняются ему — значит, он виновен. Виновные должны понести наказание. Моя цель — защитить соотечественников, Искольд…       — …давно ещё помог приютить выходцев из Хестрона, во время одной из магических войн, — нетерпеливо дополнила его Линнея. — Он считает, что…       — Пусть говорит сам, не вмешивайся, — оборвала её Магда.       — Это на целый день растянется, — вздохнул Иво и подпёр голову рукой. — Ну уж очень медленно говорит. Линнея, ты ничего ему не повредила?       — Слова дороже злата и опасней клинка. Так говорят в Хестроне, — ответил Антар и слегка улыбнулся. — Не люблю говорить лишнее. Искольд не угрожал Хестрону раньше и не угрожает сейчас. Ваша цель — защитить своих людей. Цели пересекаются. Я уйду, если моё присутствие вредно́, но сражаться не перестану. Буду один.       Рассказ получался правдоподобный, и всё же Магда не позволяла себе расслабляться: слишком мало ей было известно, потому проверить правдивость слов Антара она не могла. С другой стороны, отказываться от такого могущественного союзника было бы невыгодно, с третьей же такой человек мог изничтожить половину отряда, не моргнув и глазом. Воспоминания о том, с какой лёгкостью Антар управлял целым Иктат-эзилом, как груды металла хоронили под собой шевватинов, всё ещё были живы в памяти Магды.       Нет. Слишком много знать он точно не должен. Не обращая внимания на протест Линнеи, Магда попросила Антара уйти из комнаты — мужчина поклонился и без лишних слов вышел вон. Пока его шаги не стихли на лестнице, Магда не говорила сама и не позволяла другим поднимать тему Нового бога. Проверив, что в коридоре никого нет, она спросила Линнею о Хаконе Нергюрде: хоть в прошлый раз ничего не удалось найти, надежда её почему-то не оставляла.       Линнея недовольно потянулась в сумку и отдала Магде свёрток, не сказав ни слова. «Плохое у меня предчувствие», — подумала воительница и через силу развязала тесёмки. Ей вдруг ужасно захотелось, чтобы в свёртке оказалось решение от всех проблем: свиток, зелье, артефакт невиданной мощи — всё что угодно, пусть даже за это пришлось бы отдать жизнь. Из-под ткани блеснул солнечный зайчик, засияли драгоценные камни и белое золото. «Зеркало?» — подумала Магда, нахмурившись.       Воительница осторожно покрутила его в руках. Она отчётливо помнила такое же зеркало в музее Искольда и даже знала, кому оно принадлежит, только память совсем не хотела выдавать владельца. Ощущение показалось Магде странным, она сжала зеркальце и стала въедливо всматриваться в резьбу, вспоминать, где именно оно висело. Имя и личность неохотно всплывали в памяти, как очертания камней в бурном ручье. Кровь в одночасье отлила от головы, Магда выдохнула:       — Витарр… Огради нас Гротти…       — Король Пяти Кровавых Декад? — Иво хмыкнул, приподняв бровь. — Причём тут он? И зеркало…       — Его выдал мне Зал Трёх Лун, когда я искала информацию о Хаконе Нергюрде, — отрывисто сказала Линнея. Она напряжённо вглядывалась в тьму за окном. — Всё, что я находила о Нергюрде ранее, не стыковалось, противоречило, как будто…       — Кто-то намеренно заметал следы, — произнёс Лир. — Но что с того? Какая связь между Нергюрдом и хофлином Витарром? По зеркалу судить было бы как-то… Странно.       — Я находила много разных документов. Сначала я думала, что библиотека Сколифона выдаёт мне их ошибочно: время от времени встречались люди, никак не связанные с Нергюрдом. Пока Антар восстанавливался, а поисковая система библиотеки не работала, я изучила всё же этих людей, — Линнея повернула голову и обняла себя за плечи. — У них у всех по разным причинам были пробелы в биографии. Появившиеся из ниоткуда, ушедшие в никуда.       — Но вроде то были времена войн, — Лир нахмурился и потёр лоб, припоминая. — Не удивительно, что упоминаний мало, а часть утеряна совсем.       — Только вот временные рамки пробелов очень близки, и это меня озадачило. Удачная череда совпадений.       — И в Мархоллине тогда было неспокойно, — Иво заинтересованно приподнялся. — Неразбериха с наследниками: одним больше, одним меньше — никто и не заметит.       — Именно. Зал Трёх Лун не может врать, и тогда возможно, что Хакон Нергюрд и хофлин Витарр — это один и тот же человек, — заключила Линнея.       — А он не может быть предком или, скажем, наследником Витарра? — спросил Лир.       — Даты не сходятся, — заклинательница покачала головой. — Витарру было двадцать три, когда он взошёл на престол, все люди с пробелами в биографии были младше двадцати трёх, но довольно близки по возрасту. И чем ближе к этому возрасту они становились, тем больше людей с потерянным прошлым становилось, а про самого Хакона информации и того меньше.       — Кстати, — Иво совсем оживился и сел ровно в кресле. Он взбудораженно переводил взгляд с Линнеи на Магду и обратно. — А ведь если это правда, то вы, получается, и не потомки семейства Искольд вовсе. Витарр — пришлый, кто ж знает вообще, кем он был, а его жена, Хелла, была из моего семейства, она Одергард, как и нынешняя хофлигин Ригнак. Курьёзно, да? В правящей династии крови Одергардов больше, чем Искольдов!       Он хохотнул, как от отличной шутки, однако Магде и Линнее было не до смеха. Сёстры потрясённо переглянулись, повисла тишина. Если эта информация всплывёт, великие кланы могут усомниться в законности власти — не миновать тогда братоубийственной войны. Внезапно для себя Магда улыбнулась, её голос чуть дрогнул:       — При этом я мертва уже как несколько недель, а Линнея…       Она запнулась и вдруг рассмеялась. Настоящий дурной сон: легенды о Витарре оказались правдой, он же в обличии Нового бога собирается перекроить Мондлан, в ней с сестрой могло не быть и капли древней крови, ещё и сама Линнея давно не человек! «А ещё ты должна Джилрою за услугу и влюблена в простолюдина», — услужливо подсказала память, отчего Магда засмеялась только громче и судорожнее. Хотелось плакать или выть, хватаясь за голову, но и этой возможности у неё не было — оставался смех.       Линнея тоже нервно фыркнула, противясь нездоровому веселью. Она отвернулась к окну, покрепче обхватив свои плечи. Увидев, что дело приняло скверный оборот, Иво поднялся с места и тревожно заговорил:       — Да ладно, родословная и кровосмешение — сложная штука, поди разбери, кто к какому роду относится, что вы так…       — Язык у тебя без костей и голова без царя, — раздражённо бросил Лир, и Магда почувствовала, как он легонько коснулся её локтя.       — Можно подумать, я не прав! — ощерился Иво. — Сейчас почти никто чистой кровью похвастаться не может, зачем так переживать? Это и не проблема вовсе. Считайте, что разобрались в зачатке. А с тобой что, Линнея? Может, сейчас тоже так…       Магда прикрыла рот рукой и попыталась унять смех, чтобы он и правда не перерос в плач. «Дала слабину и сказала лишнего», — ругалась она про себя, отшагнув от Лира. Придумывать отговорку не пришлось: Линнея обернулась, только вот лицо уже совсем было не её. Оно стремительно менялось, и каждое новое лицо вызывало отторжение: для создания правдоподобного облика доппельгангерам приходится подолгу наблюдать за жертвой, подстраиваться, чем Линнея не занималась. Хорошо знала она лишь одно лицо — своё собственное.       Иво побледнел и отшатнулся, инстинктивно схватился за меч, но вовремя замер, видя, что Лир и Магда не боятся заклинательницы. Доппельгангеры больше жаловали южные земли, и линуриту не раз приходилось вычищать эту гниль. Более страшного и ненавистного врага для одергардов и представить невозможно.       Линнея склонила голову, постепенно её родное лицо вернулось. Она горько усмехнулась:       — Что, Иво, мою проблему тоже так легко решить? — видя смятение во взгляде брата, Линнея продолжила, и голос её прозвучал ещё печальнее: — Моё тело забрали ведьмины пятна. Оно мертво, покоится где-то на южных равнинах. Такое вот у нас, получается, благородное семейство теперь.       Иво осел обратно в кресло. Ещё никогда Магда не видела его таким потрясённым — и ничто ещё не лишало его дара речи. В глубине души ей было даже жаль линурита, где-то очень глубоко.       — Ну, теперь острыми эмоциями никто не обделён, — Магдалена потрепала брата по плечу и обвела спутников взглядом. — Приходите в себя и собирайтесь — надо выдвигаться в путь. Скоро мы будем у стен Мархоллина.